Маска монстра среди масок людей

              Pov Левон        Левон нарезал круги по своей комнате, нервно проглядывая многочисленные отчёты, даже не замечая, что именно он только что просмотрел. Мысли цеплялись одна за другую, но ни за что не задерживались. Голова была забита совсем другим.        Почему вокруг одни идиоты?!        Простейшая операция, не требующая, по сути, никаких усилий, обернулась катастрофой. И всё из-за этих имбецилов, по какой-то нелепой причине именующих себя разумными. Это ж надо было додуматься — объединить энергоячейки силовых контуров защитных барьеров камер в последовательную цепь. Естественно, при запуске его вируса вся эта конструкция рванула разом.        А ведь ему нужна была всего ОДНА камера.        Хорошо хоть концы удалось подчистить и нашёлся удобный виноватый, на которого можно было списать инцидент. Но и это было далеко не всё.        Служба безопасности облажалась по полной. Левон и раньше замечал, что они расслабились, но не подозревал, насколько глубоко всё прогнило. Пока они соображали, отдавали приказы, пытались организовать оборону ключевых точек и последующую зачистку, время было безнадёжно упущено.        Какие-то умники из подопытных умудрились добраться до одного из узлов энергосистемы и на коленке слепить вирус, устроивший полный хаос. Причём программа была настолько топорной, что это граничило с гениальностью. А когда её всё-таки локализовали и уничтожили, вскрылся прощальный подарок — резкая перегрузка энергонакопителей и, как следствие, их взрыв.        Теперь комплекс сидел на резервном питании, а создатели этого «шедевра», судя по всему, под шумок исчезли.        И словно этого было мало, взрыв произошёл в самый неподходящий момент. Левон едва успел выдернуть из толпы материала парочку подопытных и запустить автоматический лифт в хранилище с личинками, как система приказала долго жить. Прощальная диверсия сделала своё дело — лифт рухнул, унося с собой последнюю надежду на успешный эксперимент.        Судя по каше из биоматериала, их просто размазало по стенкам вместе с частью личинок.        Мда. Вот тебе и гибридизация ДНК в максимальной форме.        Подопытные, к тому же, были новыми, а по шевелениям в Совете становилось ясно — следующих будет достать куда сложнее. Впрочем, это уже не его проблема.        Но и это ещё не всё.        При отказе энергосистемы закоротило часть стазис-капсул, а когда включилась резервная линия, сработала система ликвидации биоугрозы. И надо же было такому случиться, что одной из «неудачниц» оказалась именно та капсула, где находился Первый объект.        После очистки там не осталось даже пыли — грамм десять, не больше.        — Твою далатрессу… — вырвалось у Левона. — Ну что ещё может пойти не так…               Pov Вария        Вария ликовала.        Внешне это никак не проявлялось — тело оставалось неподвижным, лицо пустым, дыхание ровным. Но внутри её переполняло чувство, которое она уже давно считала забытым.        Надежда.        Скоро. Совсем скоро.        И пусть внезапно начавшаяся суматоха довольно быстро улеглась, кое-что всё же изменилось. Пат. Пусть всего на пару секунд, едва уловимо, на самой грани чувствительности — но она его ощутила. Запах был слабым, искажённым, словно через толщу стен и расстояний, но он был.        А значит — он жив.        И он придёт.        Придёт за ними.        Или хотя бы за её дочкой.        И этого было достаточно.        Даже если после этого Вария умрёт — не важно. Главное, что малышка будет в безопасности. А уж пару сердец она, пожалуй, успеет вырвать… если представится шанс.        Главное — не сорваться раньше времени.        Нужно лишь подождать.        Совсем чуть-чуть…               Pov Королева        Королева была в смятении.        Слишком много странного происходило в последнее время. Вспышка паники где-то рядом с её тюрьмой, поведение крёстной — та буквально излучала сдержанную радость и предвкушение чего-то важного, долгожданного.        Судя по всему, должно было случиться нечто, способное подарить им свободу.        Вот только что именно?        Помощь извне?        Или крёстная начала осуществлять собственный план?        А ещё были ощущения. На краткий миг Королева отчётливо почувствовала нечто неподалёку. Невероятно сильное. Опасное. И… удивительно красивое.        Оно промелькнуло — и тут же исчезло, растворившись в тенях, будто его никогда и не было.        Возможно, это было связано с новым малышом, который вскоре должен был пробудиться. Возможно, это был он. Хотя вряд ли.        Малыш тоже был необычным. Но всё же другим. А необычен он был тем, что ему снились сны. Королева слышала отголоски его, пока ещё сонных, мыслей, и они были мыслями разумного. Более того — разумного с очень знакомыми понятиями и образами. Короче, это был её соотечественник, и девушка с нетерпением ожидала его пробуждения.              Pov Страж        Умирать неприятно. Умирать плохо — ещё и противно. А если при этом ты понимаешь, что твоя жизнь была сплошным разочарованием… Для Владимира смерть стала логическим завершением никчёмного бытия: жил как тень — и умер, никто не заметил. Тем более в разгар эпидемии, когда все люди, невзирая на статус и богатство, мёрли как мухи. Смерть какого-то давно спившегося дворника значила меньше, чем ничего.        Жалел ли он о своей жизни? О да. Сколько раз, забываясь в хмельном дурмане, он мечтал: сложись всё иначе — он бы им всем показал. Смешал бы их с грязью, уничтожил физически и морально. Мечтал стать каким-нибудь демоном или тёмным магом — вот тогда бы все они взвыли.        У него уже давно не было конкретного объекта ненависти. Были только ОНИ — все, кто не он. Ну и парочка таких же спившихся неудачников, как и он сам, входивших в категорию «свои». Весь остальной мир он яростно и с упоением ненавидел. Будь он посмелее и будь у него поменьше врождённых болячек — мог бы родиться очередной маньяк. Но не с его диагнозами: там, вроде бы, кто-то даже диссертацию написал по его истории болезней.        И всё же нужно отдать ему должное — он никого не обвинял в своих неудачах. Он отлично понимал, что во всём виновата лишь его собственная слабость. Впрочем, подобное знание ничуть не мешало его ненависти.        Своё перерождение он воспринял философски. Что-то вроде: «так им всем и надо». В том, что существуют некие «им», которым «так и надо», он не сомневался. Так было всегда, и будущий Страж не видел ни одной причины, по которой что-то должно было измениться.        Кстати, о Страже. Это имя он выбрал себе сам. Никакого желания вспоминать старое не возникло. Новая жизнь — новое имя, и точка. А что до значения…        То, что он не одинок, он понял сразу. Да и как тут не понять, если есть Она — Мать. Своих прежних родителей он не знал и знать не хотел. Кем бы они ни были, скорее всего, решили не связываться с безнадёжно больной обузой и отказались от него ещё в роддоме. Ну и чёрт с ними.        Но Мать — Она не такая. Добрая, нежная и ласковая, но в то же время суровая и справедливая. Пусть он и не мог сразу привести примеры проявления этих качеств — какой Она ещё могла быть?        И то, что они оба даже близко не являлись людьми, его ничуть не беспокоило. Скорее наоборот — это радовало. А вот то, что какие-то твари посмели держать Мать взаперти… это сводило его с ума. Да как они ПОСМЕЛИ?!        Но Мать была права. Он один, и со всеми ему не справиться. Его смерть Её огорчит — тем более смерть бессмысленная. Значит, действовать нужно аккуратно. Тихо.        Была ещё какая-то непонятная «крёстная». Но раз Мать сказала, что она хорошая — значит, так оно и есть. Своя. К тому же у неё есть какой-то план… вроде как. Правда, тут Мать была не до конца уверена — их давно разлучили. От этой мысли вновь накатила ярость. Твари.        В любом случае, пока нужно разведать обстановку и всё Ей рассказать. Жаль, убивать пока нельзя — можно спалиться. Да и вообще Она отнеслась к этому вполне логичному желанию своего дитя без особого энтузиазма. И смерть инкубатора Её почему-то огорчила.        Добрая Она у него. Ничего — значит, он станет тем, кто Её защитит. Поэтому он и взял себе новое имя. А с ним — обрёл цель и смысл. А там, где есть цель, средства найдутся. Главное — тихо и незаметно.        Они все ещё получат своё…        Одно из многочисленных теней вентиляционной шахты издало еле слышное торжествующее шипение.