Гея.

Я отправилась к Дмитрию. Сегодня ему придётся чуть больше рассказать о своём прошлом. Он слишком долго уходил от ответа. Конечно я не собиралась прямо в лоб его спрашивать о том, что мне рассказал Кристиан. Я была не на столько глупа. — Роза? Привет, — он улыбнулся, увидев меня на пороге. На нём были лишь спортивные штаны, а волосы блестели от воды. Похоже, он только что принимал душ. На мгновение я забыла про всё на свете, залюбовавшись им. Он был красив и сексуален, и мне очень не хотелось думать, что он мог быть опасен. — Привет, — я вошла в квартиру, стараясь не коснуться его тела. Если это произойдёт, то я точно потеряю контакт с мозгом. — Что-то случилось, Роза? Ты какая-то не такая, — видимо, от него не укрылось то, что я сегодня не много на взводе. — Всё в порядке, просто я немного устала. Я хотела поговорить с тобой. Вернее, я хотела продолжить не завершённый разговор. Когда-то я сказала, что ты знаешь обо мне всё, а я о тебе ничего. — Роза, ты знаешь обо мне больше, чем многие. — Это ты тоже говорил, но этого не достаточно. Кажется… — я запнулась, осторожно подбирая слова. — Кажется, ты мне нравишься, Дмитрий, и мне бы хотелось узнать о тебе всё, — вот она, правильная формулировка, в которой нет ни грамма лжи. Правда, признание в том, что он мне нравится, далось не легко. — Роза, ты мне тоже нравишься. Очень, — он подошёл ко мне и обнял меня за плечи. Он и представить не мог, как много для меня значат эти слова.  — Спрашивай всё, что хочешь. Мне нечего скрывать. Глаза такие искренние и честные. Мне не верилось, что я могу его в чём-то подозревать. Псих-Кристиан заразил меня своей паранойей. — Расскажи о своих родителях. — Мою маму звали Алёна Беликова. Она была талантливой, но не востребованной певицей. Она умерла от рака лёгких, мне было двенадцать. — Боже мой. Это ужасно. Но у тебя хоть остался отец, верно? — Нет. Ему была безразлична наша судьба. — Наша? — Да. У меня две младшие сестры и одна старшая. После смерти мамы мы все попали в приют. Младших в последствии удочерили. А вот мы с Каролиной росли в приюте, но всё равно поддерживали связь с младшими сёстрами. До сих пор поддерживаем. — А что же твой отец? Кто он? — Мне практически ничего о нём неизвестно, даже его фамилии. Я знаю лишь имя. Рэнд, — услышав это имя, я поняла смысл слов: «Земля уходит из-под ног». В моём случае, это было практически буквально. Я заметила, что Дмитрий стал каким-то нечётким, а потом словно кто-то потушил свет, и я провалилась в темноту. *** Очнулась я в больничной палате. Рядом сидела мама, а в кресле в углу дремал папа. — Роза, милая. Наконец-то ты очнулась, — мама осторожно погладила меня по руке. — Что произошло? — Ты упала в обморок, и Дмитрий привёз тебя в больницу. — Дмитрий? А долго я была в без сознания? — в голове была неразбериха, словно туда напихали вату. Я не могла сосредоточиться ни на одной мысли. — Два часа. Мы так испугались. В палату вошёл Дмитрий со стаканчиками кофе в руках: — Роза, ты заставила меня волноваться. Он улыбнулся мне, но я не улыбнулась в ответ. Оборотень. Теперь я почти верила словам Кристиана, я доберусь до той папки и узнаю правду. Ненавижу секреты и загадки, особенно, если они могут угрожать жизням моих близких. Несмотря на мамины протесты я отправилась вместе с ними в лабораторию и, как обычно, засела в архиве. Теперь я считала свою работу на этом пыльном складе подарком судьбы. Из дома я прихватила упаковку слабительного в виде порошка и всё это высыпала в еду Эллен Кировой. Уже через двадцать минут после обеда таблетки начали действовать, и она не вылезала из туалета. В таком состоянии она была не слишком бдительна. Она оставила ключи от секретного хранилища без присмотра. Именно это мне и было нужно. Открыв ящик с фамилиями Озера-Драгомир, я обнаружила всего лишь одну, но очень пухлую папку. Я быстро спрятала её себе под халат и уже намеревалась покинуть место преступление, как вдруг в соседнем ряду увидела ящик с ещё одной знакомой фамилией. Дмитрий Беликов. Сегодня судьба определённо на моей стороне. Я прихватила и эту папку, вернула ключи на место и осталась не замеченной. Укрывшись в самом тёмном углу архива, там, где меня было сложно найти, я открыла папку с именем Дмитрия. Я не знала, что я там увижу, но мысленно готовилась к самому страшному. На первых страницах была стандартная информация: возраст, место рождения, родители и близкие родственники. На первой же странице я подловила его на первой лжи. Он прекрасно знал фамилию своего отца. А вот дальше становилось всё хуже и хуже. Следующие страниц пять были посвящены его «подвигам» в молодости. Картину завершали фотографии, на которых Дмитрий выглядел так, словно несколько месяцев был в страшном запое. Так и было. Со смерти матери он начал вести довольно разгульный образ жизни. Промышлял мелким воровством и баловался всякой гадостью. Чем старше он становился, тем хуже шли дела. Так продолжалось до его шестнадцатилетия. Потом он резко взялся за ум, окончил университет с отличием и стал отличным химиком. Он начал хорошо зарабатывать, но всё-таки не достаточно. Его старшая сестра умирает от рака лёгких, как и их мать. Денег на лечение не хватило. Два года спустя тот же диагноз поставили средней сестре — Соне. Предрасположенность к этому заболеванию нашли и у младшей сестры — Виктории, но пока болезни нет. Дмитрий оказался единственным, кто не унаследовал страшную болезнь. Наверное, после всего прочитанного мне должно было стать легче. Татьяна может обеспечить сёстрам Дмитрия первоклассное лечение и спасти им жизнь. Видимо, после убийства Рэнда она нашла Дмитрия и предложила ему сделку. Это была сделка с Дьяволом. Иначе и не скажешь.