Поработаем?

— Ты слишком сильно давишь. — Сабин положила свою ладонь поверх руки Адриана, сжимающей кондитерский шприц, с которым ему, похоже еще только предстоит научиться управляться. Женщина легонько надавила на пальцы Адриана, а те в свою очередь давили на шприц, выдавливая из него шоколадную начинку на поверхность недавно приготовленного макарона. — Видишь? Совсем немного надо. — Сабин по-доброму улыбнулась и опустила свои руки. — Попробуй еще раз. Адриан взглянул на небольшое количество шоколадной пасты, которую выдавила Сабин, и на растекшуюся по всему макарону и даже уже стекающую на стол пасту, что выдавил он. Том даже пошутил, что это не макарон с шоколадной начинкой, а шоколад с макаронной начинкой. Уже около недели Адриан подрабатывает в пекарне семьи Дюпен-Чен, и ему это ужасно нравится. Ему не лень вставать рано утром и ехать сюда с другого конца города, потому что здесь он чувствует себя прекрасно. Ему нравится эта теплая семейная атмосфера, ему приятно такое теплое отношение со стороны родителей Маринетт. И ему очень приятно общество самой Маринетт. Сабин с Томом постоянно отправляли их на прогулку во время перерыва, и это давало Адриану шанс узнать чуть больше о Маринетт. Она стала не такой стеснительной, говорила более уверенно и почти не заикалась. Дюпен-Чен оказалась очень интересным человеком для Адриана. Он узнал о её планах на будущее, узнал немного о её взглядах на жизнь — чем-то они схожи со взглядами Ледибаг, — да и вообще он многое о ней узнал. Кстати, о Ледибаг. Адриана также заботило и то, что давно не было никаких акуманизированных злодеев. Были лишь мелкие кражи и застрявшие на деревьях котята, с которыми на раз два справлялась Ледибаг. Адриан даже не знал, хорошо или плохо то, что Хищная Моль затаился.

~~~

Блондин закрыл дверь в пекарню со звоном колокольчика и, кивнув на прощание всей семье Дюпен-Чен, видной за окошком в двери, отправился к автобусной остановке. Он отпросился пораньше, чтобы было больше времени навестить маму. Сегодня годовщина её смерти, и Адриан, даже поссорившись с отцом, все равно решил идти на могилу матери. Пришлось конечно попотеть, чтобы узнать, какие автобусы ему нужны, и составить план, который поможет сориентироваться в пересадках. Поскольку похоронена она далеко за городом, и на то, чтобы добраться туда и обратно, нужно немало времени, то Адриан решил сегодня отпроситься уйти пораньше. Конечно же, возражать никто не стал, да еще и посочувствовали. Адриан никогда не перестанет удивляться, насколько добрые у Маринетт родители. Преодолев двухчасовой путь с тремя пересадками, Адриан добрался до кладбища, на котором похоронена его мама, а также и все остальные родственники со стороны отца. Чем ближе он подходил к могиле своей матери, тем четче видел двух людей, стоящих возле нее. Это папа и Натали. Адриан нисколько не удивлен. Отец всегда в годовщину смерти своей жены приходил на её могилу и приносил её любимые цветы. Конечно же количество этих цветов было внушительным; Адриану же хватило денег лишь на две розочки. Но он уверен, что ей все равно было бы приятно. Уже находясь на совсем малом расстоянии от захоронения, Адриан заметил, что Габриэль склонился вовсе не над могилой мадам Агрест. Он стоял на одном колене и смотрел на памятник, установленный на могиле его отца — дедушки Адриана. Агрест старший внимательно смотрел на памятник, сминая в руках небольшой букет ромашек. Адриан посмотрел на могилу матери и, заметив там букет свежих роз, понял, что ромашки его отец принес для дедушки. — Месье Агрест, — сказала Натали, завидев Адриана. Габриэль наспех положил букет на могилу, так, будто что-то им прикрыл, и встал на ноги. — Привет, — поздоровался блондин с отцом, на что тот лишь кивнул. Они долго стояли в тишине. Был слышен только тихий свист ветра и редкое карканье ворон, круживших над кладбищем. Адриан смотрел сначала на памятник мамы, а затем взглянул на отца. Его же взор был направлен на могилу самого старшего Агреста. — Извини, что ты не можешь гордиться мною так же, как и он тобой, — сказал Адриан, положив одну розочку к памятнику дедушки. — Натали, нам пора. — Габриэль забрал из рук Натали свою сумку и, обойдя сына, направился к выходу с кладбища. Секретарь последовала за ним. Адриан посмотрел им в след и постарался побороть появившуюся в груди щемящую боль. Его глаза так и щипало от подступающих слез, но он всеми силами старался справиться с ними. — Вот такие теперь у нас с ним отношения, — вздохнул Адриан, кладя розу на могилу мамы. Уголки его губ были чуть приподняты. Он старался никогда не грустить на маминой могиле, потому что был уверен, что вряд ли бы она хотела видеть своего сына грустным. Но удерживать на лице улыбку Адриану сейчас было сложнее, чем сражаться со злодеями. — Мне так тебя не хватает, — протянул он. По его правой щеке скатилась слеза. Чувствовал он себя сейчас просто до невозможного ужасно. Одиноко, пусто, покинуто. Он долго смотрел на памятник матери и прокручивал в голове те счастливые моменты жизни, когда все было хорошо. Когда мама была жива, когда отец уделял семье больше времени, чем работе. И он изо всех сил старался не упасть сейчас на землю, и не зареветь. Блондин перевел свой взгляд на могилу дедушки. Наверное, он был талантливым модельером и ужасно гордился тем, что Габриэль пошел по его стопам. Адриан никогда не видел своего дедушку. Он умер задолго до его рождения. Но отец рассказывал, что тот был тем еще знатоком в мире моды, потому-то и Габриэль, вдохновленный своим отцом, тоже увлекся модой. Внезапно Адриан заметил какие-то буквы, выглядывающие из-под букета ромашек, что оставил Габриэль. Странно, он думал, что там ничего никогда не было написано. Парень подошел к памятнику и отодвинул цветы.

Великолепный и успешный ученый в области ядерной физики

Все мысли в голове Адриана смешались.