Трудности перевода по-Средиземски

Не скажу, что мне нравился выпавший на нашу с Гендальфом долю шанс прокатиться на посудине, надежность которой стояла под большим вопросом, но других вариантов выпутаться из ситуации не наблюдалось. Тем более, что закат тускнел все быстрее и быстрее, а сумерки над озером начинали сгущаться все темнее и темнее — не самые лучшие условия для проведения водных прогулок. Так что мне ничего не оставалось, кроме как стиснуть зубы (боль в ногах уже начинала порядком надоедать) и вновь поплестить вслед за Гендальфом, который все же направился к лодке, не сменяя своего задумчиво-настороженного выражения лица. И это мне тоже не нравилось. Мне вообще мало что нравилось в этой части берега — выглядел он неприветливо и уныло, камни здесь попадались гораздо более острые, чем те, которые наличествовали у речного берега, да и копошившиеся по правую руку заросли все того же Мирквуда не придавали мне приподнятого расположения духа. Каждую минуту я косилась в сторону леса, думая о той неприятной картине, которую мне не без помощи Гендальфа пришлось наблюдать относительно недавно. В мыслях застряла идея о том, что орки могут находиться где-нибудь совершенно неподалеку, и густые заросли темного леса были единственным местом, откуда эти твари могли напасть в любой момент. Повсюду витала дымка тумана, набежавшего с озера, добавляя к общей атмосфере еще большей таинственности, что еще больше заставляло меня настораживаться. Да когда я уже привыкну к этому туману? С самого Дол-Гудлура мне казалось, что меня преследует один и тот же туман. Собственно, туман — он и в Африке туман, но почему-то именно в тот момент я упорно считала, что этот туман был каким-то особенным. Видимо, из-за того, что по большей части именно он прибавлял пятьдесят процентов загадочности к общей атмосфере каждой локации, где мне приходилось находиться. И только один факт заставлял меня все же почувствовать себя в другой среде, нежели темных зарослях Лихолесья. Я наконец-то могла вдохнуть свежий воздух, которого я не знала уже многие и многие недели. А чуть прохладный, но такой приятный ветер с озера, который приносил аромат свежей рыбы и древесины, заставил меня вновь почувствовать себя человеком. Однако до лодки мы добрались значительно быстрее, чем мне представлялось — буквально минут через двадцать она уже предстала перед нами так близко, что оставалось пройти каких-то несколько шагов. Но тут Гендальф вдруг остановился, отчего я, отвлекшаяся на Мирквудские заросли, чуть ли не впечаталась в спину волшебника. - Ты тоже чувствуешь это? - произнес маг, обернувшись. Гендальф покосился в ту же сторону, куда я смотрела какие-то доли секунды назад. - Что именно? - спросила я, с трудом отделавшись от настойчивой мысли об орках. - Опасность. - Волшебник оперся на свой посох, теперь посмотрев на меня. Ага, верно подмечено, Олорин. Только вот что-то мне подсказывает, что при наличии опасности нужно не разглагольствовать о ней, а либо в кратчайшие сроки смыться оттуда, где она есть, либо приготовиться к тому, чтобы дать отпор. Разумеется, наученная опытом, вслух я этого не сказала. Вместо этого я поспешила исполнить вариант «приготовиться к тому, чтобы дать отпор» и потянулась рукой к кинжалу, который долгое время пролежал в ножнах без дела. Волшебник, проследив за моими действиями, коротко кивнул. И, как на заказ, в тот же момент зашевелились и зашелестели заросли близлежащего Лихолесья. По характеру звука можно было предположить, что врагов не так уж и много, однако я не спешила радоваться — возможность того, что меня обрадует перспектива встречи с орками, вообще имела мало шансов на вероятность. За те пару секунд, пока мы с Гендальфом ждали появления врага, я успела множество раз представить себе, каким будет исход предстоящей битвы. Почему-то мое воображение в большинстве случаев заканчивало ее не в нашу пользу. Но ситуация обернулась совершенно неожиданным образом — из кустов, плотно разросшихся перед берегом, вывалился не какой-нибудь там орк, а обыкновенный человек. Человек этот был мужчиной - крепкотелым, темноволосым и среднего роста. И казалось, он был не в ладах с собственным самообладанием, поскольку выглядел он довольно взлохмаченно, а в руках у него сверкнуло лезвие меча. Надо заметить, на лезвии чернели кровавые разводы — нетрудно было догадаться кому принадлежала кровь. Человек, не заметив нас, быстрым взглядом посмотрел на причаленную у берега лодку, а затем поспешно обернулся назад. Сложив два и два, я хмыкнула. Приключение принимало гораздо более интересный оборот, и теперь, вероятно, Арде уже было наплевать на то, сходятся ли события с какой-то там книжкой, написанной профессором-лингвистом. В следующую же минуту из глубины зарослей раздался знакомый уху орочий рев, и мужчина, который, как я предполагала, был ни кем иным, как Бардом, наконец заметил весьма непримечательного вида старика в серых лохмотьях, который зачем-то выставил вперед посох в оборонительной позиции, и спрятавшуюся за его спиной девчонку в женской интерпретации костюма лихолесских эльфов-стражников, которой, собственно, и была я. Наверняка со стороны все выглядело гораздо чуднее, чем я себе представляла. Однако на то, чтобы отвлекаться по поводу странного внешнего вида и каких-либо размышлений вообще, времени особо не было — орки не собирались ждать, пока каждый из нас толком осознает ситуацию. Наш новый гипотетический знакомый, еще раз посмотрев сначала на лодку (которая, по-видимому, ему и принадлежала), затем на Гендальфа, метнулся в сторону первой. - Если вам обоим дорога жизнь, немедленно следуйте за мной! О, начало знакомства мне уже нравится — быстро и по-делу, без лишних разговоров. Значит, насчет точной личности владельца лодки я не ошибалась — уже знакомая мне черта характера, присущая, видимо, каждому, в роду которого течет кровь правителей, не поспешила дать о себе знать. Да и не надо было особо гадать, потому что этот человек выглядел как самый что ни на есть настоящий Люк Эванс, разве что он одет был в какие-то обноски, по крою напоминавшие мужскую одежду средневековой эпохи. На какую-то долю секунды я совершенно по-женски зависла из-за осознания того, что вижу очередного героя в воплощении голливудского киноактера (и, между прочем, совершенно не наоборот), совершенно позабыв о том, что у нас на хвосте орки. А пока я пыталась вернуться в реальность, Бард — теперь я с точностью была уверена на счет его имени — уже находился в лодке, и, вложив меч обратно в ножны, поспешно пытался привязать настойчиво развевашийся на свободе кусок паруса, который как нарочно стремился вырваться из его рук. Все эти события прошли за пару мгновений. Шум и гам, надвигавшиеся на нас со стороны Мирквуда, все приближались, и Гендальфа не пришлось уговаривать дважды — волшебник, хитро посмотрев на меня, направился вслед за нашим новый знакомым. Ох как же мне приходилось отвлекаться в своих мыслях, чтобы не впасть в панику — я прекрасно понимала, что нам оставалась пара минут, если не меньше, чтобы забраться в лодку и отчалить от берега, но это мне наоборот мешало сосредоточиться: сказать честно, орков я боялась до жути, как бы ни старалась не обращать внимания на этот факт. Это мне мешало собраться с мыслями и поступить так, как велел Бард — я, пытаясь побороть в себе набежавшие отовсюду не самые хорошие мысли, все еще медлила, когда Гендальф уже одной ногой стоял в лодке. И потому, когда я, наконец, совладав с собой, поспешила за магом, было поздно — орки уже прорывались сквозь заросли. Резавший по ушам вой варгов, раздавшийся за спиной совсем близко, на секунду заставил заледенеть кровь в жилах, однако поддаваться первому порыву замереть в ужасе я не собиралась. Отнюдь. Моя пугливость и без того не сыграла на руку Барду, потому я не собиралась усугублять ситуацию еще сильнее — чуть ли не сверкая пятками, я побежала навстречу к единственному шансу на спасение. Где-то сзади (почти дежавю — какая ирония судьбы, однако) надвигались орки, когда как Бард и Гендальф уже собирались отталкивать лодку от берега. В ушах звенел рык, прорывавшийся сквозь какие-то обрывки фраз на черном наречии, в устах мерзких тварей звучавшие особенно омерзительно. За какие-то полторы минуты я достигла цели, не успев устать от бега. Расстояние было незначительным, а значит, и оркам ничего не стоило нагнать нас. Отвлечься от назойливой мысли, произошедшей по вине одного из вариантов развития событий было трудно — я каждую секунду ловила себя на том, что вся эта котовасия может обернуться не самым лучшим исходом. Меня не отпускала идея того, что теперь я не могу знать, какое из событий завершится хорошо, а какое — не очень, и это делало меня беспомощной перед лицом опасности. Впрочем, тоже весьма неожиданной. Владелец лодки, столь великодушно распорядившийся своим имуществом для оказавшихся в неожиданной ситуации путников (и не думаю, что он сам ожидал встречи с отрядом орков), протянул мне руку для помощи, в добавок наградив не самым одобряющим взглядом. - Запомни на будущее: слово «немедленно» значит, что нужно действовать быстро, не обращая внимание на то, что могло бы заставить тебя отвлечься, - свист стрелы, пронесшийся где-то над моим правым ухом, заставил его прервать нравоучения. Орки просто так сдаваться не спешили — даже когда лодка отплыла от берега, они не оставляли своей надежды достать до нас. Видимо, что-то им мешало броситься за нами вплавь. Не припомню, чтобы орки боялись воды, однако нам это только придавало уверенности в том, что идея нашего нового знакомого сработала. Переместившись в сторону кормы, я посмотрела на берег — воистину, нам необьяснимым образом повезло, так как компания орков казалась многочисленной, и эти выглядели столь же устрашающе, как и те их сородичи, с которыми мне приходилось сталкиваться раннее. И так, нас миновала опасность, однако теперь, видимо, предстояло разъяснить некоторые моменты — особенно такие, как личность нашего спасителя, которая лично для меня не составляла никакой тайны. Однако Гендальф об этом не знал, как и мужчина, обладающий внешностью одного из самых привлекательных голливудских актеров. Трое в лодке (к счастью, без собаки) являлись незнакомыми друг для друга, что не могло не повлиять на создавшуюся вокруг атмосферу. И она (атмосфера) была отнюдь не располагающей к новым знакомствам, потому как каждый из нас только что унес ноги от энного количества злобных орков — согласитесь, не самое лучшее обстоятельство для заведения новых друзей. Но с чего-то начать все же стоило. Устав наблюдать за тем, как Гендальф с унылым видом проверяет наличие табака по карманам, а средиземский вариант Уилла Тернера (да-да, Бард в режиме «моряк» сильно напомнил мне этого персонажа - будь неладно некоторое сходство с Блумом) следил за уровнем натянутости паруса с не менее постной физиономией, я решила взять ситуацию в свои руки. Но стоило только мне собраться с мыслями и приготовиться к новой «роли», как меня опередили — Гендальф, заметив мою готовность, дал понять, что ведущая партия вовсе не принадлежит каким-то там дилетантам, для начала махнув рукой на уже открывшую рот меня. - Весьма благодарны вам за спасение, - начал с самого главного волшебник, слегка кивнув в сторону Барда. Тот, до этого стоявший к нему спиной, повернулся. На лице мужчины отражалась некая заинтересованность, однако он не спешил отвечать, для начала молча поклонившись. - А так же за предоставление своего, хм... - Гендальф осекся, смерив взглядом состояние Бардовской лодки, которая внутри выглядела столь же плачевно, как и снаружи. И, столкнувшись с выражавшим непонимание собеседником, продолжил, - … судна, хоть и по стечению обстоятельств. Мы, право, чуть было не отчаялись, не завидев рядом с лодкой хозяина. - Что ж, вам повезло, что ситуация сложилась таким образом. Не будь меня, кто знает, как именно бы закончились ваши... - Бард как-бы невзначай запнулся, хитро посмотрев на мага, - приключения. Однако я не могу не заметить того факта, что не знаком ни с одним из вас. Гендальф, по своему обыкновению прищурившись, не спешил отвечать на вопрос. Стоял едва ли не штиль, отчего лодка еле плыла — Бард с трудом нашел нужное положение для паруса, и теперь все зависело только от ветра, который не торопился набирать силу. Туман, который я видела еще с берега, за это время совсем сгустился — мутной темно-сиреневой пеленой он обступил нас вокруг, отчего в скором времени было видно только небольшой островок воды и лишь едва выделяющийся черным силуэт города. О любовании ландшафтом и речи быть не могло — все затянуло туманом. Попытавшись понаблюдать за тем, как играют волны, сталкиваясь с бортом лодки, я вскоре отбросила это занятие — из-за дурацкого тумана даже вода озера казалась какой-то мутной и неприятной. - Для начала скажите свои имена, а затем я послушаю, что заставило вас добираться до Эсгарота, - вновь напомнил о себе Бард, видимо, не выдержав воцарившейся на пару минут тишины. Гендальф посмотрел на своего собеседника, словно прикидывая, стоит ли ему говорить правду. Олорин явно не спешил доверять первому встречному, и недоверие на какую-то долю секунды отразилось на его лице — я уже напряглась, ожидая какого угодно поворота событий. Зная богатое и не без причудливости воображение Гендальфа, я предполагала, что он может придумать какую угодно байку. А расхлебывать-то придется мне: не факт, что даже мастерски придуманная история продержится надолго, особенно учитывая тот момент, что нам обоим в дальнейшем рано или поздно придется раскрыть свои истинные имена.