Жанэ и Габриэль

      Жанэ допоздна разбирал работы, записывая на камеру замечания, наглядно показывая, где косяки. Мужчина старался не выходить за пределы пяти минут, а когда добрался до работы Габриэля, надолго залип на ней. И подпись... он невесело усмехнулся, потянувшись к камере и выключая её. Вот как. Значит, в большей мере он у малыша ассоциируется именно с этим? Впрочем, не удивительно. Сама работа хороша. Он отослал видео всем, кроме Габриэля, – ему записал лишь в субботу утром. Как и мысленно обещал себе, разгромил работу в пух и прах, в большей степени придираясь не к своему изображению, а к декорациям. Правда, в конце видео омега улыбнулся и отложил лист.       – Я люблю мрачное. У тебя здорово получилось. Приходи завтра, квартира 201. Часов в... двенадцать, – Жанэ не хотел отдавать мальчишке весь день с самого утра, поэтому решил так. Почесав затылок, он послал в камеру воздушный поцелуй и отправил видео. Вот только воскресным утром ждал неприятный сюрприз – пришёл бывший альфа за какими-то своими вещами. Альфа с Габриэлем не встретился, но поскольку настроение у Жанэ испортилось, что даже глаза воспалились и покраснели, мальчишку он встретил с опухшими веками и не в лучшей форме. Но обещание стоило сдержать.       Проснувшись, Габриэль обнаружил на почте видео, после чего спокойно слушал комментарии и критику, подперев щёку кулаком. Ухмыльнувшись, когда понял, что он – победитель, Габриэль начал планировать день, никак не ожидая, что, придя к Жанэ, он увидит его таким расстроенным. Инстинктивно Габ крепко обнял его и вкрадчиво спросил:       – Кто тебя обидел? Что вообще произошло? – осторожно поглаживая Жанэ по спине, Габ прижимал его к себе покрепче, давая понять, что тот рядом и поддержит, несмотря ни на что, даже забывая несколько про истинную цель своего визита. Забывая о том, что не имеет на Жанэ никакого права. Он невесомо целовал расстроенного омегу, не желая отступать. У них впереди ещё двенадцать часов, никто не умрёт, если пару из них альфа потратит на то, чтобы вернуть своему преподавателю хорошее настроение и разобраться, что вообще случилось с утра пораньше.       – Никто. Я сам себя обидел тем, что такой убогий, – Жанэ не желал вдаваться в подробности и даже не сопротивлялся наглому поведению ученика. В конце концов, Габриэль пришёл просто потрахаться, и на этом можно закончить. Конечно, стоит быть осторожней, иначе можно крупно попасть за домогательства к несовершеннолетним, но сейчас это мало волновало.       – Ты не убогий, не накручивай себя. Я могу провести этот день с тобой, а в следующую субботу ты будешь моим на протяжении всего дня. Хорошо? – альфа тепло улыбнулся, целуя Жанэ в нос. Это не было какой-то жалостью, просто юноша хотел, чтобы омеге было комфортно и в целом хорошо вместе с ним.       Жанэ уткнулся юному альфе в шею, вдыхая его запах, успокаиваясь от прикосновений, не обращая внимание на то, что они всё ещё в коридоре. Он повис на нём, потому что в объятиях малыша ощущал всё же некоторую защищенность. Ещё пару раз глубоко вдохнув, омега наконец-то от него отлип.       – Прости, что я расклеился. Не ожидал, что день так начнется, иначе перенёс бы встречу. Будешь чай? – он слабо улыбнулся и переплёл с мальчишкой пальцы, потащив его на кухню. Чувствовал себя Жанэ разбитым и не знал, как вернуться в то состояние, которое нравилось Габриэлю.       – Да, не откажусь, – брюнет кивнул, отпуская руку Жанэ и наблюдая за его действиями, увлекаясь рассматриванием задницы и ног в коротких шортах, вспоминая аппетитные изгибы, что видел в пятницу, и задумываясь о том, что надо бы это все зарисовать по памяти. Хотя, зная Жанэ, может, получиться и с натуры.       Омега на небольшой кухне поставил чайник, и к ним вышел его кот, сфинкс.       – О-о, знакомься, это Добби. Добби, это Габриэль, – Жанэ мимоходом почесал лысого кота ногой в бок, а потом отрезал ему мяса. – Хочешь, потом посмотрим мою мастерскую? – это была небольшая комнатка, но она очень вдохновляла омегу.       – Да, конечно. Я считаю тебя очень талантливым, хотелось бы увидеть, – Габ тепло улыбнулся, подзывая кота к себе и продолжая рассматривать всё вокруг. – У нас явно разные вкусы в этом – мой кот метис бомбея с норвежской леской, черный комок шерсти с белым пятнышком на пузе.       – Добби мне подарил друг, тот, что пытался меня вам представить. Знаешь, а это он меня к вам вытащил, сказав, что я тут в четырёх стенах зачахну, – Жанэ усмехнулся, заправив прядь волос за ухо, и разлил ароматный чай на двоих, ставя на стол вместе с печеньем и вареньем. – Может, я бы тоже выбрал себе пушистый комок, но с Добби неплохо. Он тёплый и приятный на ощупь, а ещё от него нигде нет шерсти, – мужчина уселся рядом на стуле так, чтобы удобнее было закинуть свои ноги на колени юному альфе. Омега вытянул их и пододвинул к себе чай, намазывая варенье на печенье и отправляя в рот с довольным мычанием. В принципе, неплохо было бы вот так провести день, флиртуя с малышом и болтая. Жанэ улыбнулся своим мыслям и перевёл взгляд на кота, который умостился между ног, бодая руку юноши.       Альфа ласково поглаживал ноги Жанэ, делая первый глоток чая и наблюдая за котом и, разумеется, его хозяином, более чем довольный таким раскладом событий.       – У меня котёнок ещё, четыре месяца от роду. Взял после того, как мой умер. Он тоже чёрный был, метис чёрти кого с чёрти кем. Красивый, но диковатый. В чём-то мы были похожи, – Габ усмехнулся, беря себе печенье и отправляя в рот, рукой плавно переходя на кота, поглаживая того и лаская с тихим смешком. – Даже не знаю, кого из вас гладить – оба довольно милые и отзываетесь на ласку. Может, ты тоже мурлыкать умеешь? Хотя это было бы совсем плохо: я бы точно не знал, кого из вас выбрать, – повествует он, продолжая гладить Добби и делая очередной глоток чая, после чего второй рукой плавно провёл по бедру омеги с внутренней стороны, поглаживая едва настороженно и наблюдая за реакцией на свои прикосновения.       – К сожалению, я умею только рычать, – Жанэ усмехнулся, чувствуя легкую дрожь от поглаживаний – кожа слишком явно покрылась мурашками. Этот юный монстр творил с ним чёрти что, но это было взаимно. Мужчина обхватил теплую кружку двумя руками и немного развёл ноги в стороны, открывая мальчишке больше доступа к своему телу. Впрочем, дальше одежды всё равно не зайдёт. Допив чай, Жанэ нехотя поставил ноги на пол и потянулся, оголяя живот. – Тогда пошли смотреть мастерскую. Только учти, что там некоторые работы на 18+, а то и на 21+, – омега обошёл мальчишку и потопал по коридору к нужной двери.       – Рычать я и сам умею. Даже мурлычу более рычаще, – юноша повёл плечом, продолжая любовно оглаживать обнаженные ноги и котофея, через несколько минут нехотя поднимаясь и следуя вслед за омегой. – Я покраснею, как юный омежка, упаду в обморок и залью тебе квартиру кровью из носа. Всегда так делаю, – альфа насмешливо оскалился, заходя в комнату.       В мастерской картины и рисунки были повсюду, на первый взгляд расположенные хаотично, а на десятый – в идеальном порядке. В правом углу действительно красовалась стопочка листов, на которых была изображена групповушка, просто потрахушки и прочие обнаженные прелести. В центре комнаты был мольберт с незаконченной работой, некоторые рисунки висели на верёвке, прицепленные прищепками.       – Добро пожаловать в душу, – усмехнулся Жанэ, присаживаясь на низкий табурет и оказываясь как раз рядом с пахом мальчишки.       – Я даже не удивлен, что у тебя в душе столь порнушно. Милый извращенец, – восхищённо протянул Габриэль, проходя чуть дальше и рассматривая всё, взглядом цепляясь за каждую из многочисленных работ – не зря он всё-таки считал Жанэ талантливым. Наконец решив посмотреть, что же такого лежит в той стопке, юноша взял её в руки и начал просматривать, задумчиво вглядываясь в лица и каждую деталь, начиная смеяться, увидев особенно интересную работу. Подняв ту и повернув к хозяину мастерской, альфа начал вещать:       – Я кончаю не с таким лицом, надеюсь, – продолжал смеяться он, кивая в сторону работы, на котором безошибочно точно был изображен сам Габриэль.       Жанэ наблюдал за перемещениями альфы с любопытством, а после смущённо фыркнул, когда тот откопал рисунок, но тут же взял себя в руки, чуть качнувшись на табурете.       – Ммм? Кто знает, кто знает? Может, мне удастся совсем скоро это проверить, – он улыбнулся, но когда подросток листнул дальше, вытаскивая лист, где Жанэ драл бывший альфа, хозяин квартиры напрягся, но попытался выглядеть спокойным как кот.       – Я искренне буду уповать на то, иначе придется брать омег только сзади, дабы не травмировать их шаткую психику, – альфа усмехается, перелистывая рисунок и вскидывая бровь, всматриваясь в работу. Жанэ едва сощурился и потянулся, словно ничего не происходило. Мужчина прекрасно знал, что идёт на следующих набросках, но предпочитал не задумываться. Ну да, там они были вместе с другом, ласкаясь и балуясь – что такого? Омега закусил губу, с интересом наблюдая за мальчишкой.       – Ну как? Ты очень правильно угадал с «Душой в оковах Похоти», малыш, – он снова лениво потянулся и поднялся со своего места, подходя к альфе и тоже вглядываясь в очередной листок у него в руках.       – Я был прав по поводу извращенца, судя по тому, что я видел ранее, у тебя ещё и что-то от мазохиста имеется, – мальчишка начал листать работы чуть быстрее, но всё так же внимательно разглядывая каждую, спиной невольно прижимаясь к омеге, после чего повернул голову и поцеловал того мягко в щёку, издав вновь рычаще-мурлычащий звук с улыбкой. – Мне нравятся твои работы, как ни странно. Складывается ощущение порой, что ты рисовал всё это с натуры, – альфа вновь перевернул лист, вскидывая в усмешке линию тонких губ, рассматривая, как Жанэ с картинки стоит в коленно-локтевой, растягивая себя пальцами, притом смотря «в объектив».       Жанэ обнял мальчишку, сцепив пальцы в замок у него на животе, улыбнувшись этому чарующему звуку и поцелую. Ну что за чертёныш?       – Что? – он пробежался взглядом по своему изображению. – А эту рисовал мой друг. С натуры. Если присмотришься, то заметишь, что у нас разные стили. А ещё в углу подпись, – омега фыркнул на ухо Габриэлю, а потом ткнулся ему за ухо, целуя и прикрывая глаза. Его душе и телу просто хотелось расслабиться и забыться.       – Неплохие у тебя друзья, и разницу в стилях я заметил, но до конца хотелось верить, что у меня одного на стене дома висит рисунок твоей задницы, – альфа ухмыльнулся, подставляясь под поглаживания и поцелуи, явно наслаждаясь столь необычным вниманием со стороны омеги.       – Рад, что тебе нравится. Посмотришь ещё что-то? – Жанэ ненавязчиво пробежался пальцами по чужому животу, не желая отстраняться. Такой приятный альфочка, который тянется к нему и так прекрасно урчит. – Хм. Поурчи ещё, это очень заводит, – шепнул он Габриэлю на ухо, касаясь губами, позволяя себе куснуть мальчишку за мочку и начать посасывать ее, жмурясь и не выпуская его из объятий.       И, чёрт, Габ готов был поклясться, что ему это нравится. И что Жанэ это также нравится. Предпочитая не отвечать на вопрос, он плавно провёл руками по рукам обнявшего его со спины омеги, прижимаясь к тому покрепче и покорно, несколько хрипловато мурлыча, закрыв глаза расслабленно и подставляя мочку уха под укусы-поцелуи, зависая с ним где-то далеко от этой мастерской, вдали от всего вообще, просто тихо наслаждаясь вниманием со стороны Жанэ.       – Какой хороший, послушный малыш, – низко пробормотал мужчина, невесомо погладив Габриэля по щеке, а затем повернув за подбородок к себе. Сначала мягкий поцелуй, а потом Жанэ жёстче смял чужие губы, ненасытно целуя юного альфу и подрагивая от нетерпения. Омега внутренне успокоился после визита бывшего и снова переплёл с мальчишкой пальцы, потянув к двери.