Салазар и Кубок огня

      Что тут началось! В ложе министра мгновенно появилось с десяток авроров, которые оттеснили всех присутствующих к выходу, зорко глядя по сторонам. Весь стадион охватила паника – волшебники, завидев Метку, вскрикивали от ужаса и начинали пробираться к выходам, из-за чего образовалась ужасная толчея. Напирая, толпа рвалась к дверям, сминая тех, кто был слабее.       Все игроки оказались на земле, причём к Добреву уже спешили авроры. Но не тут-то было – игроки русской сборной взяли своего товарища в кольцо с таким грозным видом, что стало предельно ясно – задержать лучшего загонщика команды будет очень сложно.       Вокруг Салазара в это время тоже поднялся гвалт: те волшебники, что занимали задние ряды в ложе, бросились к выходу, опрокидывая стулья, с лестницы доносились вскрики и грохот, в соседней ложе кричала женщина – её так вдавили в перила, что она могла вот-вот выпасть.       И весь этот хаос происходил в зловещем холодно-зеленом свете Метки. Салазар как завороженный смотрел на огромный сияющий череп, из которого, сверкая изумрудными звездами, выползала змея. Такой прекрасной Метки ему ещё не доводилось видеть. Эта Темная Метка была примечательна не только тем, что её виртуозно исполнила умелая рука, но также тем, что она воссияла над многомиллионным стадионом, озарила небо над целым островом. Салазар смотрел на неё, не отрываясь, жадно впитывая каждый отсвет, каждое шевеление змеи, и желал, чтобы всегда в небе висел такой вот изумрудный череп со змеей, символ Пожирателей Смерти, Метка Лорда Волдеморта. - Салазар, тут небезопасно, - голос Люциуса вернул Темного Принца к действительности. – Идём, лучше убраться в спокойное место…       Люциус попытался взять племянника за плечи, но подросток злобно вывернулся. - Не смей меня трогать, - прошипел он.       Люциус сжал губы в узкую линию, но не оставил Салазара в покое. - Если это твоих рук дело, лучше скажи мне сейчас, - склонившись к Салазару, тихо проговорил Малфой. - Вот именно, что я ничего не успел сделать! – с нотками досады заявил Салазар.       Люциус смотрел на него с большим сомнением. Салазар взглянул на Джессику – та тоже не сводила с него глаз, явно не сомневаясь в том, что это его работа. - Нам лучше поспешить, - взволнованно суетился Лафингтон тем временем. – Мало ли, что ещё может произойти… - Поздно, - покачал головой Драко Малфой. – На лестнице уже такая толчея, что безопаснее было бы переждать в ложе. - Драко, самое время вызвать адвоката, - заметил Люциус.       Тут в ложу вошел аврор с эмблемой министерства на груди. - Всем оставаться на своих местах, - грозно приказал он. – И сдайте палочки для осмотра. - Тут какая-то ошибка, - запротестовал отец Джессики. – Моя фамилия Лафингтон, мы с дочерью хотим поскорее покинуть это место… - Палочки! – зычно прервал аврор. - У вас и ордер имеется? – поинтересовался Люциус.       Зашел еще один аврор, и первый обратился к нему: - Эх, Уолли, гляди-ка, кто тут у нас. Само семейство Малфоев. - Ишь ты, - подытожил второй. – Ну всё, жди теперь статьи в «Пророке» о том, как их притесняют. - А как ещё назвать нелегитимное изъятие такой сугубо личной вещи, как волшебная палочка? – холодно спросил Люциус. - Короче, берем всех, а там разберемся, - решил аврор, который пришел первым. – С ложи министра кто-то заранее снял защиту, а сделать это можно только с близкого расстояния. - Не имея соответствующего ордера, вы не можете произвести задержание… - опять начал было Люциус, но появилось ещё двое авроров, и все вчетвером уже собирались было схватить обитателей ложи, когда… - Где этот монстр!? – завыл женский голос с лестницы. – Где он!? Я убью его, Гарри, я его убью!       Прежде, чем кто-либо успел опомниться, в ложу влетела рыжая женщина в слезах, с перекошенным лицом, трясущаяся крупной дрожью. С какой-то утроенной силой она растолкала авроров, и вдруг перед носом Салазара оказался кончик её волшебной палочки.       Люциус, Драко и Джессика сделали было рывок в сторону Салазара, но женщина закричала: - Не двигайтесь! Я убью его, видит Мерлин, убью! - Хотите проверить, кто сделает это быстрее, мэм? – процедил Салазар.       Как только поднялась суматоха, он вынул свою волшебную палочку, и успел её поднять, когда в ложу вбежала рыжая волшебница. Вот и теперь, хотя рука Салазара была прижата к его груди, кончик волшебной палочки был направлен на угрожающую ему ведьму.       Вдруг в ложу вбежал сам Гарри Поттер! Салазар даже дышать перестал – ещё никогда он не видел своего главного врага настолько близко, и никогда ещё Гарри Поттер не сталкивался с Салазаром лицом к лицу. Глаза словно заволокло красной пеленой, и Салазар поймал себя на том, что едва не направил палочку на Поттера. Но это было глупо – оставлять без внимания рыжую. И всё же, хотя приходилось концентрировать на ненормальной ведьме, Салазар ощутил, как всё его нутро перевернулось, как по телу прошла дрожь негодование, как вспотели ладони и кровь отхлынула от лица. - Джинни, что ты делаешь? – задыхаясь от волнения, воскликнул Поттер.       «Так это Уизли!» - пронеслось в голове Салазара с необузданной злобой, и на кончике его палочки заблестели зеленые искорки. - Не трогай меня, Гарри, не трогай! – размазывая по лицу слезы левой рукой, прорыдала волшебница, всё так же держа палочку направленной на Салазара. – Это проклятое исчадие давно пора было уничтожить! Гермиона была права! Сколько бед он уже принёс, и сколько зла от него будет в дальнейшем! - Джинни, мы не можем знать наверняка, что это он! – заявил Поттер, медленно приближаясь к жене. – И потом – он ребёнок! Ну же, милая, успокойся. Если мальчишка на самом деле виноват, мы отдадим его под суд. - Нет уж, я лучше сама избавлю мир от ядовитой гадины, - прошипела рыжая ведьма, словно будучи не в себе.       Салазар сильнее сжал свою палочку. Интересно, насколько хорошая реакция у этой бестии? Он слышал, что Джинни Уизли – сильная ведьма. Салазар не дыша смотрел в расширившиеся светло-карие глаза Джинни Уизли, она же, шумно хватая воздух ртом и всхлипывая, не отрываясь смотрела на Салазара.       Что-то внутри натянулось, как тетива, готовясь распрямиться с колоссальной силой. Салазар покосился на свои ноги: начиналось, от ботинок и подола мантии расходилась едва заметная темная дымка. Его защитный механизм, видимо, подаренный в незапамятные для Салазара времена родителями, начинал действовать при наличии смертельной угрозы. Или же катализатором работала ненависть? Так или иначе, но магия Салазара была готова вырваться в любую секунду, что при таком скоплении народа было не очень-то желательно. - Джинни, ты ведь не убийца, - голосом проповедника ныл Поттер. – И потом, когда всё произошло, он не колдовал. - Откуда тебе знать? – всхлипнула Уизли, уже колеблясь. - Мы смотрели друг на друга, - странным голосом сказал Поттер, опять покосившись на Салазара. – И всё его внимание было сосредоточено на мне. Я точно знаю, потому что мой шрам болел.       Совсем растерявшись, Джинни Поттер слегка опустила волшебную палочку, и Поттер воспользовался этим, чтобы быстро приблизиться к жене и порывисто её обнять. Рыжая ведьма, зарыдав, уткнулась лицом в его грудь.       Салазар, всё еще не опуская собственной палочки, взглянул вниз – темная дымка рассеялась. Затем Темный Принц в упор посмотрел на человека, убившего его отца. На пресловутые круглые очки, на взъерошенные черные волосы с легкой проседью, на залегшие в уголках губ морщины и убитые горем зеленые глаза. Смотрел, и упивался болью Поттеров, не замечая, что на его губах расползается улыбка. Впитывал в себя их страдания, наслаждался прямо-таки с утроенной силой каждым вздрагиванием плеч Джинни Поттер и каждым сдавленным всхлипом Гарри Поттера.       Поттер ахнул и схватился за шрам. Поморщился. Салазар впился в него взглядом еще сильнее.       «О, пусть твою голову разорвёт от боли! Пусть мозги расплавятся! Черепная коробка треснет!» - Мистер Поттер! Сэр! – заволновались авроры.       Поттер пошатнулся и, опираясь на руку жены, отошел в сторонку на нетвердых ногах. В это время в ложу прибежала и чета Грейнджер-Уизли. Причём фамилии следовало расставить именно в таком порядке, ибо вне всяких сомнений доминировала в паре проклятая грязнокровка, а рыжий недоумок, как обычно, плелся за нею. - Гарри, что с тобой? Что тут произошло? – заволновалась Грязнокровка-Грейнджер. - Всё… всё нормально… - выдохнул Поттер. - Так это он! Он же! – Уизли заметил Салазара и угрожающе двинулся к нему. – Конечно, этот выродок виноват! Бедный Альбус-Северус… - Это имя такое?.. – шепнула где-то за спиной Салазара Джессика. - Мистер Уизли, держите себя в руках, - потребовал Люциус, загораживая собой путь к Салазару. – Мне безумно жаль, что произошло такое недоразумение, но это вовсе не повод кидаться всем скопом на четырнадцатилетнего мальчика, не имея ровным счётом никаких доказательств.       Грейнджер, теперь тоже заметившая Салазара, смотрела на него с нескрываемой ненавистью. Так же, как и её муж, она слишком импульсивно подлетела к Салазару, и буквально испепелила его взглядом. - Если окажется, что ты хоть как-то замешен в этом, ты позавидуешь участи своих родителей! - Миссис Грейнджер-Уизли! – укоризненно ахнул мистер Лафингтон. - Скажите, мэм, а это правда, что надпись «Грязнокровка» так и осталась шрамом на вашей руке? – звонко и вызывающе спросила Джессика, выступая вперед.       Салазар только поразился тому, как смело и дерзко она вздёрнула подбородок и как уверенно и прямо смотрела в глаза Гермионы Грейнджер. Джессика, великолепная Джессика! Нет, такого друга он никогда не найдёт в лице Стюарта или Финеаса. Салазар не знал, что там за история со шрамом, но Грейнджер побледнела, потом покраснела, несколько раз открыла и закрыла рот. - Джессика, что на тебя нашло? – шикнул на дочь Лафингтон. – Простите, мэм, малышка просто очень любознательная. - Я полагаю, это ваша дочь, Лафингтон, - процедила, кажется, даже не дыша, Грейнджер. - Джессика Лафингтон, - опять громко и чётко проговорила Джесс. – Думаю, вам лучше запомнить. - Да как ты… - начал было реветь Уизли, но Грейнджер сделала ему знак молчать. - Да, мисс Лафингтон, этот шрам остался со мной на всю жизнь, - холодно проговорила Грейнджер. – Как напоминание о том, что зло может быть беспощадно, и что с ним лучше бороться тогда, когда оно ещё в зародыше.       Тут она метнула бешеный взгляд на Салазара. - Покончим с этим, - вдруг заявил Темный Принц, причем взгляды всех присутствующих мгновенно обратились на него, словно все только и ждали, когда он откроет рот. – Вот моя палочка, я позволяю проверить её прямо здесь, не сходя с места. Свидетелей достаточно.       Салазар, с неимоверным трудом совладав с собой, протянул палочку рукоятью вперед Грязнокровке-Грейнджер.       Гермиона взяла палочку с такой опаской, будто ожидала, что она вот-вот превратится в ядовитую змею и ужалит её. Подозрительно осмотрев её со всех сторон, Грейнджер взмахнула над нею своей палочкой несколько раз. Четы Поттеров и Уизли вытянулись и замерли, с нетерпением ожидая узнать, какие заклинания Салазар исполнил последними.       Но, к великому удивлению присутствующих, все заклинания, которые Грейнджер смогла выудить из артефакта Салазара, были до тошноты безобидными. Люмос, Агуаменти, заклинание, нагревающее воду, Экскуро и всё в этом роде. Словом, тот безобидный набор заклинаний, который большинство волшебников используют каждый день.       Грейнджер дважды повторила манипуляции над палочкой Салазара, но не обнаружила ничего нового. - Разве он не мог использовать беспалочковую магию!? – в отчаянии всхлипнула Джинни Поттер. - Мне четырнадцать, как я могу использовать беспалочковую магию? – огрызнулся Салазар. - Как бы там ни было, я прослежу за тем, чтобы провели более тщательную проверку, - резким голосом проговорила Грейнджер, возвращая Салазару его артефакт. – Одно то, что у Гарри болит шрам, подозрительно. - Это след от Авады Кедавры, конечно, иногда он должен болеть, - фыркнул Драко Малфой.       Поттер опять взглянул на Салазара, а тот, едва держа лицо, с ненавистью посмотрел на него. - Гриндилоу побери, - выругался Поттер, и опять схватился за шрам.       Пока всеобщее внимание было приковано к герою магического мира, Люциус отпихнул Салазара в сторону и шепнул: «Хватит уже это делать!».       Что же, кажется, даже Малфои не были уверены в том, что на этот раз Салазар ничего не сделал. - Все видели, что у Гарри болит шрам из-за этого! – Уизли махнул рукой на Салазара. – Разве этого мало? - Мало для чего? – вклинился Люциус. - Для того, чтобы отправить его в Азкабан как минимум, - зло бросил Уизли. - Вы с ума сошли, мистер Уизли? – поморщился Люциус. – У меня вот тоже голова разболелась от разговора с вами, это ли не повод принять какие-нибудь меры?       Ссора разгорелась бы только сильнее, если бы тут Джинни Поттер не зарыдала громче и не воскликнула: - Хватит, вы все! Мой малыш, мой Альбус погиб! А вы все препираетесь друг с другом, как будто всё дело только в этом проклятом шраме!       Она опять разразилась бурными рыданиями и повисла на шее мужа. - Мы уходим, - буркнул Поттер, уводя жену из ложи.       Напоследок он кинул взгляд на Салазара, и тот проводил его глазами, полными ненависти. - Только не думайте, что я это так оставлю, - процедила Грейнджер. – Идём, Рон. Надеюсь, вы тут всё проверите, - последнее было обращено к аврорам.       В последующие два часа все присутствующие в ложе были вынуждены пройти унизительную процедуру обыска и досмотра палочек. Появившегося адвоката Малфоев даже не пустили в ложу до конца этого утомляющего мероприятия. Но, так как ни у кого не нашли ничего подозрительного, вскоре Малфоев, Лафингтонов и Салазара были вынуждены отпустить. - Салазар, нам необходимо серьёзно поговорить, - произнёс Люциус, как только авроры удалились. - Мне не о чем разговаривать с кем-либо из вашего семейства, - презрительно выплюнул Салазар. - То, что ты делаешь, не просто глупо, а ещё и опасно… - не отчаивался крестный. - Посмотри вон туда, Люциус, - прошипел Салазар, указывая на Тёмную Метку, которую никак не удавалось стереть с неба, как бы авроры ни бились. – Это не моих рук дело, увы. Значит, поблизости есть верные мне люди. Поэтому семейке предателей лучше убраться поскорее, не так ли? - Салазар, ты ведешь себя неразумно, - возмущенно заговорил Люциус, но Салазар уже не слушал его, а поспешил выйти из ложи.       Джессика бросилась вслед за ним. - Мы с вами еще не договорили, юная леди! – строго воскликнул мистер Лафингтон, всё это время отчитывающий дочь. – Джессика, подожди меня, там может быть небезопасно!       Давка на лестнице уже пропала, хотя некоторые волшебники всё ещё продолжали спускаться с верхних ярусов. Салазар, быстро перебирая ногами, маневрировал между волшебниками, и Джессика едва поспевала за ним.       Спустившись вниз, они услышали, как два аврора переговариваются между собой: - Нет стоит даже надеяться на это. Русские никогда не дадут допросить своих игроков. - А если применить силу? - Джон, ты никогда не имел дел с русскими волшебниками. С ними лучше не связываться, пусть переговорами займутся политики.       Салазар с Джессикой проскользнули мимо авроров и поспешили к своей палатке. Вокруг была не меньшая суматоха, чем до матча: кто-то судорожно собирался в дорогу, другие сбивались в кучки и бурно обсуждали случившееся, всюду сновали авроры. - Надо было подождать отца, - с недовольством признала Джессика. – Мне не нравится эта обстановка. - Что может случиться? - фыркнул Салазар. – Учитывая то, что для всех без исключения главное зло здесь – я. - Вот именно, - тяжело вздохнула Джесс.       Слизеринцы хотели срезать через лагерь русских, но с удивлением обнаружили, что он уже окружен высоченным частоколом, вдоль которого прогуливаются волшебники угрожающего вида с палочками в руках. Калитка приоткрылась, выпуская ещё двоих караульных, и Салазар смог увидеть Добрева, который, обнаженный по пояс, умывался в тазу с водой и что-то бурно доказывал пожилому волшебнику, видимо, тренеру. Увидев Салазара, Добрев ему подмигнул и ухмыльнулся. - Эй, нечего тут высматривать, - грозно заявил высокий волшебник на плохом английском.       Пришлось поспешить дальше. - Ты знаешь, меня не покидает ощущение, что Антонин где-то там, - заметил Салазар, кивая головой на лагерь русских. – Не удивлюсь, если у него есть свой человек в команде. - С чего ты взял? – насторожилась Джессика. - Долго рассказывать, - ответил Салазар. – Давай дойдём до палатки… - Ты правда ничего не делал? – спросила Джессика шепотом. - Хотел, но меня опередили, - хмыкнул Салазар. – Кстати, о каком шраме ты говорила? - Рабастан Лестрейндж рассказывал мне, что твоя мать когда-то украсила руку Грейнджер надписью «Грязнокровка», - тихо проговорила Джессика. - Ты вела себя смело, - с уважением сказал Салазар. - А ты – очень неразумно, - строго ответила Джесс. – Очень плохо, что все видели, как у Поттера заболел шрам из-за тебя. Ты понимаешь, что это значит? - Что если я смотрю на него достаточно злобно, то шрам начинает болеть. Что еще? - Салазар, у Поттера была связь с твоим отцом… Ладно, позже, тут могут услышать, - одернула себя Джессика.       Они как раз поравнялись с палаткой Ноттов, которая была наглухо закрыта, но подсвечивалась изнутри. - Ну вот, теперь недалеко, - облегченно вздохнул Темный Принц. - Салазар, за нами кто-то следит, - напряженно сообщила Джессика.       Слизеринец порывисто обернулся и заметил, как маленькая тень вжалась в большую палатку. Салазар, недолго думая, вытащил волшебную палочку, и быстро подошел туда, где темнел невысокий силуэт. - Уизли?! – воскликнул Салазар, узнав в блеклом свете чьего-то Люмоса Молли Уизли младшую. - Что ты тут вынюхиваешь? – тут же зашипела Джессика, угрожающе подходя к Молли. - Я… Я ничего не вынюхиваю! – пискнула та. – Я отстала от своих и потерялась… - А мне вот кажется, что вынюхиваешь, - хмыкнула Джесс. – Салазар, что будем с ней делать? - В смысле – что? – деланно удивленным тоном спросил Темный Принц. – Конечно, я помогу Молли найти её родных. А ты, Джессика, подождешь меня у Ноттов.       Взглянув в стальные глаза Джесс, Салазар был готов поклясться, что в данный момент она готова его задушить. Но гордая слизеринка не проронила ни слова и, выжав ухмылку, с достоинством пошла к палатке Ноттов.       Салазар остался наедине с малявкой Уизли, которая смотрела на него снизу вверх огромными испуганными глазами. Вид у неё был такой же нелепый, как и обычно, и маггловская одежда – джинсовая юбка не закрывающая и коленей и розовый свитер только всё усугубляли. - Тут прохладно, ты наверняка замерзла, - негромко проговорил Салазар, снимая с плеч мантию и накидывая на Уизли. - Спасибо, - буркнула девочка. – Но не стоит… - Не волнуйся, сейчас мы найдём твоих, - улыбнулся Салазар.       Молли замялась. - Ну же, идем? - Я получила приглашение в «Легион Авгурея», - мрачно пробурчала Молли. – Не думаю, что после этого я могу с тобой водиться… - Так или иначе, сейчас твой выбор невелик, - ухмыльнулся Салазар. – Или я провожу тебя к твоей семье, или ты будешь жаться по темным углам до самого утра. При этом может случиться что угодно – тут полно неадекватных и нетрезвых волшебников со всех уголков мира. Кто знает, что от них можно ожидать? - Кто знает, что от тебя можно ожидать, - пробормотала Молли себе под нос. - Уизли, Мерлина ради, я когда-либо обижал тебя? – Салазар закатил глаза. – Идём, я даю слово, что не причиню тебе вреда.       Салазар положил руку на плечо Молли, и та вздрогнула, но все же двинулась вперед рядом с Темным Принцем. - Это ведь не ты послал бладжер в Альбуса-Северуса? – уточнила Молли с подозрением. - Нет, я не воюю с теми, кто не причинил мне вреда, - вполне искренне заявил Салазар. - Но кто-то же это сделал. - Послушай, Молли, твой кузен мертв, это правда, - безжалостно заявил Салазар. – Мне жаль, но это так. Не знаю, кто и зачем это сделал, но я даю слово, что не причастен к этому. Мне есть за что ненавидеть Поттера и твою тетушку Джинни, но я бы никогда не стал убивать невинного ребёнка.       Салазар, слушая себя, понимал, насколько неубедительно это звучит, и уже пожалел о том, что начал это говорить. Услышав, что её кузен наверняка мертв, Молли долгое время всхлипывала и размазывала слёзы по лицу. Наконец, она выдавила: - Мы не были особенно близки, но мне очень жаль… Я верю тебе, Салазар. - тяжело вздохнула Молли. – Мне кажется, что ты лучше, чем все думают. И то, что ты разослал тогда в поезде, тебе ведь пришлось, так ведь? Потому что от тебя этого ждали? - Я разослал приглашения в «Легион Авгурея», потому что я за справедливость. Зло должно быть наказано. И так вышло, Молли, что на этот раз правда на нашей стороне – на стороне слизеринцев, детей и внуков Пожирателей Смерти. Ведь Адель Розье погибла по вине гриффиндорцев, и власти не сделали ничего, чтобы наказать виновных. - Но… Но… Альбус-Северус погиб… - Это случайность, я уверен. Ни я, ни верные мне люди, не делали этого, - без запинки проговорил Салазар, который был уверен, что этому представлению обязан Долохову. – Что же касается Метки – кто-то догадался выпустить её уже после случившегося, чтобы напугать всех, только и всего. - Но ты не должен был создавать «Легион Авгурея», - опять захныкала Молли Уизли. – Я всё лето только и думала об этом. Это неправильно. Я думала, что ты хороший, что про тебя всё врут, а ты создал «Легион Авгурея»… - Ты сказала об этом кому-нибудь? – без особого волнения спросил Салазар. - Нет, конечно, иначе мне пришлось бы объяснять, почему мне пришло приглашение, - всхлипнула Молли. - Молли, моя организация будет защищать слизеринцев от несправедливости, только и всего, - успокаивающим голосом заявил Салазар. – Тебе не стоит волноваться. Просто реши для себя, на чьей ты стороне. - На чьей стороне я могу быть, если моя фамилия Уизли, - фыркнула девочка. - Уизли на Слизерине, - усмехнулся Салазар. – Мне кажется, тебе надо быть на стороне справедливости, Молли. Я уверен, что ты добрый и честный человек и увидишь, на чьей стороне правда на этот раз. - Ты говоришь так, как будто все наши неправы, - фыркнула Молли. – Но моя семья очень хорошая, никто из нас ничего плохого не сделал. - Ну, твоя бабушка убила мою мать. Неважно, какими были мотивы, но разве это не плохо? Разве человек, считающийся хорошим и справедливым, может убивать?       Вопросы Салазара поставили Молли в тупик. Она долго шла молча, изредка всхлипывая и искоса посматривая на Салазара. - Может, наконец скажешь, где ваша палатка? А то мы долго будем тут гулять, - заметил Салазар. - Я не помню, - плаксиво пожаловалась Молли Уизли. – Там рядом была брезентовая палатка, и ещё костер… - Под это описание подходит любое место на острове, - фыркнул Салазар. - Я правда не знаю, как её отыскать, - опять начала всхлипывать Молли. – Папа наверняка волнуется… Они с мамой и так недовольны мной в последнее время… - Почему они тобой недовольны? Мне казалось, ты закончила год вполне неплохо, - заметил Салазар. - Да, но на Слизерине, - Молли тяжело вздохнула. – Они стараются не говорить об этом, но я вижу, как им стыдно перед семьёй. А дядя Рон вообще сказал, что это большой позор – учиться на факультете слизняков… - Ты же понимаешь, насколько они неправы? – спросил Темный Принц. - Не знаю, правы они или нет, но они никогда не позволят мне играть за сборную Слизерина. А я так люблю квиддич… - Это мы ещё посмотрим, - усмехнулся Салазар, в голове которого уже появлялся хитроумный план. – Думаю, я даже смогу дать тебе пару уроков на своей Молнии…       Молли ничего не ответила и только тяжело вздохнула. - Нет, мы никогда не отыщем твою палатку, - вздохнул Салазар. – Лагерь ложится спать, света всё меньше. Только всех перебудим… Молли, ты опять плачешь? Сейчас я что-нибудь придумаю… - Мне так жалко Альбуса-Северуса, - всхлипнула девочка, и вдруг закрыла лицо руками и заплакала.       Салазар осторожно огляделся – они, кажется, оказались на окраине лагеря. Палатки тут стояли далеко друг от друга и не подавали признаков жизни. Что же, тем лучше – он сможет ещё ловчее разыграть участливого старшего товарища. - Мне тоже его очень жаль, Молли, - прошептал Салазар, подходя к девочке и обнимая её со всей возможной нежностью.       Молли вздрогнула и замерла. А потом все же обняла Салазара в ответ и тихонько заплакала. Темный Принц поймал себя на том, что жалеет, что не погиб кто-нибудь из родни Изабель Салливан, и что не она сейчас рыдает на его груди, а маленькая глупая второкурсница Молли Уизли. - Ты настоящий друг, Салазар, настоящий друг, - всхлипывала растроганная Уизли. - Всё будет хорошо, Молли. Скоро полегчает, - не особо убедительно, но зато приятным тихим голосом сказал Салазар, поглаживая девочку по плечам.       «Ох, надеюсь, мне воздастся за это», - мрачно подумал Салазар про себя. «Возможно, однажды она задушит во сне дядюшку Гарри по моему наущению…»       Тут их вдруг осветил чей-то Люмос, а в следующую секунду кто-то бесцеремонно оттолкнул Салазара от Молли Уизли. - Ну-ка отойди от неё! – воскликнул худощавый и рыжий мужчина с залысинами. - Папа! – пискнула Молли. - Я прокляну тебя, мерзавец! – возмущался очередной Уизли. – Моей дочери всего двенадцать! Как ты посмел её трогать!? - Я знаю, что ей двенадцать, при чём тут это? – презрительно выплюнул Салазар, на всякий случай отходя на несколько шагов. – О, Мерлин, вы подумали, что… Да это же смешно! - Заруби себя на носу, паршивец, что, если я еще раз увижу тебя рядом с Молли, тебе не поздоровится! – возмущенно кричал отец Молли. - Папа, я просто заблудилась! – опять заплакала Молли. – А Салазар помогал мне найти нашу палатку! - Молли, ты хоть знаешь, кто он? – напустился мистер Уизли на дочь. - Он мой друг! – пискнула заплаканная Уизли. - Он сын Беллатрисы Лестрейндж и черт знает кого! Возможно, что его отец – Темный Лорд! Он опасен! Опасен, слышишь ты меня, Молли?! - Мистер Уизли, я год жил рядом с вашей дочерью в Хогвартсе. Если бы я хотел ей навредить, я бы давно это сделал, не так ли? - Ты хорошо слышал меня, Блэк! – Уизли пригрозил Салазару пальцем. – Ещё раз увижу тебя рядом с ней, и ты позавидуешь участи твоей семейки! Идем, Молли, нам предстоит долгий разговор!       Мистер Уили взял дочь за руку и потащил за собой. Молли то и дело оглядывалась на Салазара. Оставшись один в темноте, Темный Принц задрал голову назад и задумчиво посмотрел на звёзды. Если предположить, что действовал он бескорыстно, то в целом помощь Молли Уизли можно было назвать благородным делом. И всё равно ему грозят всевозможными карами! - И вот как тут делать добрые дела? – фыркнул себе под нос Салазар.       Он быстрым шагом пошел через лагерь к палатке Ноттов, отгоняя от себя мысли о том, что оказался один в лагере посреди ночи и что найдётся много желающих с ним за что-нибудь поквитаться. Но путь до палатки Ноттов прошёл без происшествий, и вскоре Салазар заглянул внутрь.       Палатка Ноттов внутри оказалась огромной. В холле, из которого Салазар насчитал десять дверей, располагался диван, на котором восседала очень злая Джессика, в упор глядящая на дверь палатки. Рядом в кресле дремал Финеас. - Пойдём в нашу палатку? – предложил Салазар негромко.       Не говоря ни слова, Джессика встала, аккуратно обошла Финеаса, чтобы не разбудить его, и вышла из палатки мимо Салазара. Темный Принц вышел вслед за ней. - Что с тобой, Джесс? – поинтересовался он спустя пару минут, убедившись в том, что Лафингтон не собирается заговаривать первой. - Не понимаю, почему ты так носишься с малявкой Уизли, - зло фыркнула Джесс. - Я же говорил, важно завербовать её на нашу сторону. Она в близком родстве с Поттером и Грейнджер, - проговорил Салазар. - Не представляешь, до какой степени меня раздражает эта идиотка, - раздраженно кинула Джесс. – Одно то, что она учится на нашем факультете, совершенно недопустимо. - И всё же это так, и неплохо использовать этот козырь, - не понимая, почему Джессика так злится, сказал Темный Принц. – Или… Лафингтон, ты что, ревнуешь? - Ты с ума спятил, Блэк? – надменно вопросила Лафингтон. – Мы же даже не по-настоящему встречаемся, не обнимаемся, не целуемся, не любим друг друга, наконец… - Подожди, подожди, так ты хочешь, чтобы я тебя обнимал и целовал? – смеясь, Салазар обогнал Джессику и преградил ей путь. - О, Моргана, ты точно сошел с ума, - выплюнула Джесс с нескрываемым отвращением. – Это всё влияние Забини. Всё, что я хочу от тебя, это чтобы ты стал вторым Темным Лордом и к инферналам уничтожил Поттера, всех грязнокровок и предателей крови. - Джессика, но ты ревнуешь меня! И к кому, к Молли Уизли! - Блэк, у меня складывается ощущение, что это тебе в голову бладжер прилетел, - холодно проговорила Джессика. – Идём же, отца наверняка инфаркт уже хватил от волнения… И она отпихнула Салазара с дороги, после чего невозмутимо продолжила путь. Темный Принц слегка задержался, подумав о том, что он действительно переборщил – глупо было заподозрить Джессику в нормальных для любой другой девчонки чувствах. Да и вообще, не по чину ему думать о таких глупостях… - Пахнет гарью, ты чувствуешь? – забеспокоилась Джессика, идущая на несколько шагов впереди. - Да, чувствую. Кто-то забыл потушить костёр? - Салазар, там горит палатка! – воскликнула Джессика.