Салазар и Кубок огня

      Оба слизеринца прибавили ходу. - О нет, это рядом с нашей палаткой! Папа должен быть где-то там! – заволновалась Джессика, переходя на бег.       Салазар поспешил за ней. Они оббежали большую квадратную палатку, из-за которой было видно поднимающийся столб дыма, и увидели, что на том месте, где стояла их палатка, полыхает огромный костер, который несколько взрослых волшебников никак не могут потушить. - Папа! – взвизгнула Джессика, кидаясь вперед. - Тише, дети, вам тут не место, - крупный волшебник, помогающий остальным тушить огонь, преградил Джессике и Салазару. - Но где-то там мой отец! – воскликнула Джессика. – Мистер Лафингтон, такой пожилой волшебник с седыми волосами! Вы не видели его? Он должен быть где-то рядом… Папа! Папа!       Салазар ощутил неприятную тревогу, и у него похолодели руки. Мерлин и Моргана, если с отцом Джессики что-то случилось… Если это из-за него… Как изменится отношение Джесс к нему? Да и, говоря откровенно, если что-то случилось, это надолго выведет Джесс из строя, что абсолютно недопустимо. - Джессика! Джессика, ох, ты цела!       К великому облегчению Салазара, из толпы зевак вышел отец Джесс, целый и невредимый, и они тут же обнялись с дочерью. Мистер Лафингтон заплакал от облегчения. К самому Салазару тут же поспешил вездесущий Люциус, который был бледен как смерть. - Салазар, с тобой всё в порядке? – взволнованно спросил он, делая движение, будто хочет обнять крестника, но не решается. – Где ты был? Мне сказали, что ты скорее всего в палатке. - Разве вашей семье было бы не на руку, окажись я там? – возразил Салазар. - Это было бы невосполнимой утратой для нашей семьи, Салазар, - с нажимом на слово «нашей» сказал Люциус. – Как ты мог уйти один, когда весь лагерь на ушах стоит? Мало ли что могло с тобой произойти, в особенности после инцидента на поле. - Люциус, – ледяным тоном проговорил Салазар, – у меня складывается впечатление, что ты специально оказываешься рядом в критические моменты, чтобы показать себя с лучшей стороны. Возможно, ты всё это сам и подстраиваешь?       Мистер Малфой от возмущения открыл и закрыл рот, задышал быстрее, но только покачал головой. - Можешь думать что хочешь, Салазар, но ты мой крестник, ты дорог мне, и я не могу не волноваться и не заботиться о тебе, что бы между нами ни произошло. - Из-за твоей жены погибли мои родители. Наш мир рухнул. Я никогда не прощу тебе того, что ты скрыл от меня правду об этом, - покачал головой Салазар. – Я не хочу тебя видеть, крестный, - передразнил он. – Ни сейчас, ни в дальнейшем, что бы ты ни сделал. - Салазар, почему, по-твоему, подожгли вашу палатку? – не отчаивался Малфой. – Кто-то хочет тебя убить. Я должен быть рядом… - Ты не нужен мне рядом, - теряя терпение, зашипел Салазар. – Я слышать тебя не желаю и видеть тоже.       Люциус собирался что-то ответить, но тут к ним подошла взволнованная Пэнси Паркинсон, держащая в руках баночку с медицинской этикеткой. - Мистер Малфой, я нашла мазь от ожогов… - начала было она.       Но Люциус не стал слушать, а вместо этого круто развернулся на каблуках и быстрым шагом поспешил прочь.       Паркинсон замешкалась, не зная, идти ли за ним, и неодобрительно посмотрела на Салазара. Скорее всего, она слышала его последние слова. - Мистер Малфой рисковал собой, думая, что вы в палатке, - с укоризной проговорила она. – Он так вас любит, а вы!.. Эх!       И она поспешила догонять начальника. - Любит, - передразнил Салазар себе под нос. – Да лжёт он всё! – убеждал он скорее сам себя.       Хотя на душе скребли кошки, Салазар был уверен, что даже слишком мягок с крестным.

***

      Через час Салазар, Джессика и её отец уже были в особняке Лафингтонов. Можно было бы принять приглашение Ноттов и остаться до утра, но мистера Лафингтона слишком взволновало происшествие на стадионе и поджег палатки. В том, что палатку именно подожгли, никто не сомневался – огонь занялся сразу с трёх сторон, по словам очевидцев, и распространялся слишком быстро и мощно для обычного пламени. Явно кто-то поколдовал.       Салазару и Джессике выдали по стакану горячего молока с печеньем, - что Темный Принц нашел заботливым и милым, - и они были отправлены спать. Чета Лафингтонов ещё долго сидела в гостиной, взволнованно обсуждая события последнего вечера.       Слизеринцы тоже не спешили ложиться спать. Едва Салазар успел выйти из душа, кутаясь в уютный махровый халат, как к нему, постучавшись, вошла Джесс уже в пижаме. - Салазар, нам надо серьёзно поговорить, - строго начала она, усаживаясь поверх покрывала и поджимая под себя ноги. - В такие моменты остается только радоваться, что мы лишь притворяемся парочкой, - попытался пошутить Салазар. - Тебе что-нибудь известно про то, как Гарри Поттер когда-то реагировал на приближение твоего отца? Или про связь их палочек? - Мне-то это известно уже четвёртый год. А ты откуда знаешь такие тонкости, Джессика? – поинтересовался Салазар. - Я же брала дополнительные уроки у Долиша, мы иногда разговаривали, - небрежно отмахнулась Джесс. - Мы ходили к Долишу вместе, я а таких разговоров не припоминаю, - прищурился Салазар. - Не бери в голову, я пару раз разучивала с ним заклинания, когда ты не мог. Вспомни, какой у тебя насыщенный график обычно, - Джесс многозначительно подняла бровь. – Ладно, неважно. Что ты думаешь по этому поводу? - Насчёт связи палочек и шрама? Что тут думать, - пожал плечами Салазар. – В тот день, когда я смогу в открытую на него напасть, мне понадобится другая волшебная палочка. А что касается шрама… Я пока не успел подумать об этом, раньше ведь такого не происходило. Но скорее всего это потому что мой отец – Темный Лорд. - Салазар, я читала об этом, такая связь может установиться только между тем, кто наложил проклятье, и тем, кто от него пострадал. Это не то, что передается по наследству.       Темный Принц задумался. А ведь и правда, почему Поттер так отреагировал на него? Раньше такого не бывало, хотя случалось, что они оказывались близко друг от друга. - А что, если… Нет, какой-то бред. Но что если это не из-за меня? – предположил Салазар. - Серьёзно? – фыркнула Джесс. – Все видели, как от одного твоего взгляда ему становилось плохо. - Я не недооцениваю Долохова. Может, это его шутки, - пожал плечами Салазар. – Разве мало заклинаний, вызывающих головную боль? - Не совсем же он ненормальный, чтобы так тебя подставлять? – поморщилась Джессика. – И потом, почему ты думаешь, что это его рук дело? - Каким-то образом он подсунул мне оккулярус, на котором уже было записано послание. Там Долохов сообщил, что меня ждёт сюрприз. Скажу больше, я практически уверен, что ему помогал кто-то из команды русских. - Это очень хитро, - кивнула Джессика. – Все знают, что бы ни случилось, они никогда не выдадут своих игроков для допроса и никогда не позволят осмотреть их лагерь, если сами того не захотят. Он вполне мог бы там укрыться. К тому же, это его соотечественники, Долохов вполне может иметь друзей среди них. - Вот и я так же думаю. - И всё же, Салазар, он не в себе, - решительно подытожила Джессика. – Он только добавил тебе неприятностей. Верные тебе люди не должны ничего предпринимать без твоей отмашки. Ведь Джинни Уизли едва тебя не убила! Да и палатку подожгли не просто так, Салазар. Из-за Долохова ты ещё в большей опасности. - Осталось только донести это до Долохова, - насмешливо фыркнул Салазар. – Но ты права. Ничего не должно происходить без моего ведома. - И всё же, что касается шрама Поттера, - Джессика нахмурилась. – Это не даёт мне покоя. Если допустить, что Долохов тут ни при чём, конечно. - К чему ты клонишь, Джесс? – устало поинтересовался Салазар, подавляя зевок. - Я пока не знаю, как объяснить… - задумчиво протянула Лафингтон. – Но интуиция подсказывает, что не всё так просто. Понимаешь, как бы сказать… Поттер мог бы ощутить боль в шраме только в том случае, если бы перед ним был Темный Лорд. - Я его сын, - напомнил Салазар. - Но не ты наслал на Поттера Аваду Кедавру когда-то, у вас не может быть никакой связи! – возразила Джесс. – Лестница скрипит, это родители. Я должна вернуться к себе на всякий случай.       Джесс, все ещё очень задумчивая, поспешила к дверям. - Спокойной ночи, Салазар, - пожелала она. – Нам надо будет всё же выяснить, почему у Поттера болел шрам. - Да. Спокойной ночи, - кивнул Темный Принц.       Джессика выскользнула за дверь, а Салазар впервые в жизни задумался о том, что с ним иногда происходит то, что не должно происходить. Ведь бывало же, что среди его воспоминаний чудесным образом возникало то, что он никогда не видел и не должен был знать. То, что мог видеть и помнить его отец, например… Как тогда, когда на него нападали дементоры, он слышал что-то странное, напоминающее звуки сражения, на котором никак не мог присутствовать.       Пребывая в задумчивости, Салазар потушил свет и забрался под одеяло. Он всегда чувствовал присутствие отца рядом, как бы это ни звучало. Иногда, придумав что-нибудь особенно блестящее, ему чудилось, что это мысли Темного Лорда текут через его собственные мысли. Или, когда ему приходилось использовать очень сильную магию, и она получалась с первого раза, Салазару казалось, словно его руку кто-то направляет. Да и, если задумываться, его всегда окружало столько странностей, и ему всегда настолько чертовски везло, будто рядом постоянно находился кто-то, кто ему помогал. Одна защитная магия, оживающая в случае смертельной опасности, чего стоит. А как он однажды завис в воздухе, когда бешеный мяч выбил из-под него метлу? Его отец мог летать без всяких приспособлений… А как он активировал Метку несколько раз? Как правило случайно, но делал же он это каким-то образом, когда как никому кроме Темного Лорда она не должна была принадлежать… Мерлин и Моргана, а когда на втором курсе ему приснился сон о том, как он родился, сон, в котором он видел всё глазами Темного Лорда…       Салазар, пораженный внезапной догадкой, резко сел на постели. Как он раньше не складывал всё это воедино? Его отец, он на самом деле рядом с ним! Одному Темному Лорду известно, как и почему, но, кажется, Салазар никогда не был один. А что, если… Темный Принц медленно коснулся пальцами висков. Что, если отец не рядом, а… Но как это может быть? Нет, это невозможно. Нельзя же, в самом деле, поместить свой рассудок, свою душу, свои воспоминания в другого человека?..        Салазар щелкнул пальцами, зажигая свечу на прикроватной тумбочке и, взяв подсвечник в руку, подошёл к зеркалу. На него смотрело его бледное, слегка взволнованное отражение. Словно впервые видя себя, Салазар провёл рукой по своему лицу, вспоминая, как все те, кто хоть раз видел его отца, не переставали твердить, что Темный Принц похож на отца как две капли воды. - Нет, такой магии не бывает, - убеждая самого себя, прошептал Салазар. – Я не могу быть Томом Реддлом, не могу. Это невозможно. Я Салазар Блэк, я живу своей жизнью. - Халатик вам к лицу, - сонно ответило зеркало.        Салазар растерянно отвернулся от своего отражения и медленно поплелся к кровати. Потушил свечу, опять забрался под одеяло, раздраженно взбил подушку и упал на неё.        «Это всё Лафингтон смутила меня своими догадками. Вздор, приеду в Хогвартс и наверняка во всей библиотеке не найду подтверждений своей догадке».

***

       С тех пор Салазар не переставал думать о том, что с ним что-то не так. Постоянно размышлял над тем, каким образом он может быть так тесно связан с отцом. Отвлечься получилось только через несколько дней, когда Салазар с Джессикой отправились за покупками на Косую Аллею. Их сопровождал мистер Лафингтон, который после чемпионата мира по квиддичу твёрдо решил, что пока его дочь водит компанию с Салазаром Блэком, им обоим необходим присмотр. - И всё же, мистер Блэк, я не могу не сказать вам, что о вас идёт много толков, - заметил мистер Лафингтон, когда они втроём проходили мимо кафе-мороженого, и несколько волшебниц, сидящих там вместе с детьми школьного возраста, зашептались между собой. - Завидуют, - отшутился Салазар. – Мне же повезло родиться в семье Лестрейнджей. - Вот вы всё шутите, молодой человек, а между тем это действительно доставляет вам хлопот, - тяжело вздохнул Лафингтон. – Да и Джессика может оказаться под ударом… - Папа! – шикнула на отца Джесс. – Салазар ведь не виноват в том, что наше общество такое тупоголовое, что готово травить человека только из-за ненависти к его родителям. - Да, это верно, - покивал мистер Лафингтон. – И всё же я бы посоветовал вам двоим быть потише в школе. Не надо искать неприятности. - Увы, сэр, они сами меня находят, - страдальчески вздохнул Салазар, и Джессика ему улыбнулась. - Ох, да там не иначе старина Гиббс, - обрадовался мистер Лафингтон, устремляя взгляд на газетный киоск, около которого стоял пожилой волшебник. - Почему бы тебе не поздороваться со старым приятелем, папа? – предложила Джессика. – Мы будем неподалёку, во «Флориш и Блоттс».       Мистер Лафингтон колебался несколько секунд, а потом махнул рукой. - За четверть часа с вами ведь ничего не случится, так ведь, - улыбнулся он. - Я бы не был так уверен, - хмыкнул Салазар, когда они с Джесс отошли достаточно далеко от мистера Лафингтона. - Скажи спасибо, что с нами пошла не мама, - заметила Джесс. – Она бы точно не отошла от меня ни на шаг.       Салазар отстраненно подумал о том, что о нём никто так не беспокоится. Люциус делал вид раньше, но после их последнего разговора он вряд ли когда-либо опять станет беспокоиться о Салазаре…       Во «Флориш и Блоттс» Салазар и Джессика сначала вместе набирали нужные учебники, а потом сами не заметили, как разошлись к разным стеллажам. Перебирая учебники, рассказывающие об истории темных искусств, Салазар услышал весёлый гомон за соседним стеллажом. Выглянув из-за него, он к своему неудовольствию обнаружил значительную часть семейства Уизли: Мари-Виктуар, Молли Уизли, и ещё трое детей младшего возраста – две девочки и один мальчик. Их сопровождал уже знакомый Салазару отец Молли, ещё один Уизли - высокий рыжий мужчина со шрамами на лице, и, вероятно, две миссис Уизли, которые суетились вокруг детей. Одна из них была совершенно обычно внешности, зато другая, блондинка, отличалась редкостной красотой. - Доминик, Люси, не забудьте взять побольше пергамента, - важно распоряжалась Мари-Виктуар. – Он вам понадобится – на первом курсе столько домашки. Ох, впрочем, не буду пугать вас раньше времени…       В другом углу магазина Салазар разглядел других членов клана Уизли – ещё один рыжий мужчина, а с ним смуглая волшебница. И двое детей – смугловатый мальчишка лет одиннадцати и девочка помладше. Заметил Салазар и ещё кое-что. Хотя всё семейство шумно переговаривалось между собой, Молли Уизли в основном скромно улыбалась и находилась как бы слегка в сторонке. Вот так шутка – такая орава рыжих олухов, а Молли словно чужая. Видимо, его предположения верны – поступление на Слизерин до сих пор аукается малявке Уизли.       Салазар опять занялся книгами про темные искусства, но спустя несколько минут он машинально вслушался в разговор младших Уизли: - Только бы не попасть на Слизерин, - взволнованно пищала маленькая рыжая девочка. - Там не так уж плохо, Люси, - попыталась утешить её Молли Уизли.        Мари-Виктуар презрительно фыркнула. - Да уж, для тебя вполне хорошо, не так ли, Молли?        Салазар аккуратно раздвинул книги и посмотрел между них на малявок Уизли. Молли сухо поджала губы и опустила глаза. Вот чудачка, даже не спорит! - Дядя Рон говорил, что там учатся одни подлецы и темные волшебники! – заявил смуглый мальчик, подходя к родне. – Если я попаду на Слизерин в этом году, думаю, меня даже не пустят домой. - Это неудивительно. Мама постоянно говорит, как ужасно этот факультет влияет на Молли, - хмыкнула Мари-Виктуар. - Скажи, Молл, а это правда, что ты нашла там дружка? – усмехнулся смуглый мальчик. - Да, правда, - хихикнула та девчонка, которую называли Люси. – Папа на чемпионате сам их застукал! - Люси! – в отчаянии ахнула Молли. – Замолчи! - А знаете, что хуже всего? – безжалостно продолжала Мари-Виктуар, видимо, пользующаяся среди всех Уизли немалым авторитетом. – Молли путается не с кем-нибудь, а с Блэком. Это самый гнусный слизеринец из всех. - Ага, дядя Рон сказал мне по секрету, что отец этого Блэка сам Реддл! – воскликнул смуглый мальчик. - Перестаньте! – всхлипнула Молли Уизли. – Салазар помогал мне найти нашу палатку, я ведь заблудилась, разве вы забыли? - Слушай сюда, Молли, - Мари-Виктуар надвинулась на кузину. – Если ты будешь путаться с такими, как Блэк, то тебе несдобровать, поняла? - Да, я не дам тебе позорить нашу семью, будь уверена! – смуглый толкнул Молли, а так испугано вжалась спиной с стеллаж с книгами. - Но я ничего не сделала! – чуть не плача, выдавила она. - Ты ведешь себя как предательница! – пискнула мелкая Люси. – Мне стыдно, что ты моя сестра, Молли!       Салазар почувствовал чье-то дыхание рядом со своим ухом, и голос Джессики прошептал: - Самое время тебе появиться, чтобы наверняка стать героем в её глазах. - Ещё чего не хватало, - хмыкнул Салазар. – Там толпа невменяемых Уизли, я за себя не ручаюсь. Но, согласись, всё идёт как нельзя лучше. Кстати, я тут закончил, ты всё нашла? - Да, можем идти на кассу, - кивнула Джесс. – И всё же, Салазар, я не понимаю, чему ты так радуешься. Она никогда не решится пойти против своей семьи. Особенно учитывая то, что они вполне готовы поколотить её за одно только общение с тобой. - В том-то и суть, Джессика, - усмехнулся Темный Принц. – Я с ней добр, в то время как её семья готова со свету сжить бедняжку. Думаю, это лишь вопрос времени, когда она их всех возненавидит и… - Влюбится в тебя, Салазар? – услужливо подсказала Джессика. – Только не говори, что ты не этого добиваешься. - Мне, собственно, всё равно, что она там будет думать или чувствовать. Главное, чтобы слизеринцы стали ей куда приятнее и роднее собственной семьи, - ответил Салазар.        Они намеренно обошли семейство Уизли с другой стороны от большого стеллажа и, расплатившись за учебники, тем же путем покинули «Флориш и Блоттс». Уже выходя, Салазар заметил, что Молли Уизли подглядывает за ним со второго этажа магазина, но сделал вид, что не заметил этого.       Остальные покупки Салазар с Джессикой совершили без приключений. Мистер Лафингтон поначалу пытался присматривать за ними, но потом у него разболелось колено, и отец Джесс сел пить кофе на веранде одного кафе и только изредка махал им рукой, пока слизеринцы курсировали по Косой аллее, заходя из одного магазина в другой.        Больше всего времени они провели в ателье «Мантии на все случаи жизни». За прошедший год Салазар вытянулся почти на девять сантиметров, и ему пришлось поменять почти всю одежду. Вдобавок, в этом году зачем-то понадобилось приобрести и парадную мантию, что было указано в списке, присланном из Хогвартса. Джессика во время примерки крутилась рядом, завистливо посматривая на товарища. В то время, как рост Салазара давно перевалил за метр семьдесят, Джессика не могла достичь и полутора метров. Сам Салазар был не очень собой доволен – из-за высокого роста он казался худым, а это, как известно, очень неприятно любому мальчику в четырнадцать лет.       Уже вечером, нагруженные учебниками, принадлежностями для зельеварения и свертками с одеждой, Салазар и Джесс попали домой. И, абсолютно вымотанные, сразу же разошлись по комнатам, чтобы без сил рухнуть на кровати и заснуть.        Засыпая, Салазар со смешанными чувствами подумал о том, что уже через пару дней начнётся новый учебный год. Это его скорее радовало, если забыть о том, что в школу поступят ещё как минимум трое Уизли.