Салазар и Кубок огня

      Утром Салазар спал до победного, благо, было воскресенье. Разлепив, наконец-то, глаза в одиннадцатом часу, он сладко потянулся и сел на кровати. В комнате он был один. Увидев свою одежду, в полном беспорядке наваленную на стуле, Тёмный Принц сперва крайне удивился, - он ведь всегда был таким аккуратным, - а потом всё вспомнил. Теперь казалось, что всё ему приснилось. Участие в Турнире, ссора с Джессикой, эта Деррек, липнувшая к нему весь вечер… Он потряс головой, словно желая прояснить мысли. Но от новых всплывавших в памяти подробностей Салазар все больше удивлялся сам себе.       Сев на кровати, он попробовал немного структурировать свои разбросанные мысли. Что он имеет на данный момент?       Во-первых, он участник Турнира Трёх Волшебников. Кроме того, что это невероятно круто, всё же возникает вопрос, как же так получилось? Возможно, кто-нибудь из людей Поттера задумал его устранить таким хитрым способом – идиотская затея, но всё же может иметь место быть.       Во-вторых, они с Лафингтон вроде как опять просто друзья. И, кажется, он умеет находить общий язык с девчонками. Это радует, он теперь может спокойно навязываться Изабель Салливан. При условии, конечно, что вчерашний феерический успех у женского пола не был случайным совпадением.       В-третьих, Лианна Деррек. Он невесть чего ей вчера наплёл. И, кажется, она не слишком сообразительная. Но всё же, интересно, как они теперь будут общаться? Может, он всё себе напридумывал? И вообще, хорошо это или плохо, если она всё же к нему прицепится? Норов Салливан ещё попробуй-ка обуздай – глядишь, будет вторая Джесс, а Деррек вроде бы вполне покладистая и по большей части молчит и слушает, что в общем-то приятно для разнообразия.       Но обо всём по порядку. Да и вообще не помешает посоветоваться с Рабастаном обо всём, включая Лианну…       Одевшись, Салазар вышел в гостиную, пытаясь придать себе такой вид, словно вовсе ничего не случилось. Это было сложно, поскольку, невзирая на тот факт, что домашние эльфы на славу потрудились, гостиная ещё хранила в себе следы буйного празднества. Едва выйдя в общее помещение, Салазар тут же заприметил у окна за столом Лианну Деррек. Она делала какую-то домашнюю работу, а рядом с ней стояло целое блюдо свежих, вкусно пахнувших вафель. Учитывая то, что завтрак он проспал, это показалось заманчивым. - Доброе утро, - хрипловатым со сна голосом поздоровался Салазар.       Лианна сделала вид, что безумно удивлена его видеть. - О, доброе утро! – улыбнулась она.       Салазар, хмуро оглядевшись, радостно обнаружил, что кроме корпевшей за другим столиком Августы и горстки первокурсников на диване, никого в гостиной нет. Он подошел к Лианне Деррек и облокотился спиной на её стол. - А где все? – спросил он, чтобы хоть что-то спросить. - Многие в Хогсмиде или болтаются вокруг замка с нашими гостями из других школ, - ответствовала Лианна. – Ты, наверное, голодный, Салазар? На завтраке тебя не было, и я подумала, почему бы не захватить чего-нибудь для тебя…       Девочка подвинула ему блюдо с вафлями, и Салазар, благодарно ухмыльнувшись, взял одну и стал с наслаждением поглощать. Это было приятно. Джессика бы отродясь не подумала принести ему вафель. Даже если бы он попросил, напомнила бы, где находится кухня, да и всё. - Спасибо, не дала умереть мне с голоду, - сказал Тёмный Принц, и Деррек захихикала, словно услышала лучшую шутку в мире.       Августа хмыкнула, но никто не обратил на неё внимания.       Лианна смотрела на Салазара выжидающе, и никакой легилименции не требовалось, чтобы понимать – она ждёт, что он позовёт её прогуляться, или сходить на Астрономическую башню, или хоть куда-нибудь. Но Салазар спешил к Рабастану. Нельзя было второй день подряд маяться дурью, пора было подумать о серьёзных вещах. - У меня кое-какие дела. Увидимся позже, хорошо?       Лианна удивлённо заморгала, но всё же кивнула и натянуто улыбнулась. Салазар был рад любой человеческой реакции, и был прямо-таки приятно удивлён, что не все девчонки такие непроницаемые, как Джессика.       Идя к кабинету Долиша, Салазар думал о том, что третий волнующий его вопрос, кажется, самый лёгкий. Надо будет куда-нибудь сходить с Деррек, чтобы никто им не мешал общаться, а там видно будет. Да и с Джессикой всё более-менее ясно. Парочкой им уж точно лучше не прикидываться.       Когда Салазар, постучав, вошёл в кабинет профессора Долиша, Рабастан поднялся ему навстречу и, наскоро наложив антизвуковой барьер, вместо приветствия спросил: - Мой Принц, это вы положили своё имя в Кубок? - Нет, и именно это я пришёл обсудить, - заявил Салазар.       Рабастан с серьёзным видом закивал. Он уселся на учительский стул и Салазар, вторя Лестрейнджу, устроился на первой парте. - Для вашей же безопасности я должен понимать, точно ли вы не делали этого, - осторожно заговорил Рабастан. - Я же сказал, что нет.       Темные глаза Лестрейнджа смотрели с лица Долиша с прямо-таки оскорблительным сомнением. - Вы вчера с такой готовностью кинулись МакГонагалл навстречу, что я был уверен, участие в Турнире – для вас не новость, - удивился Пожиратель. - Рабастан, с тобой я буду откровенен, - заговорил Салазар. – Я не клал своего имени в Кубок и не просил никого другого это сделать, хотя мне страшно хотелось. И да, я буду участвовать с удовольствием, поскольку уверен, что мне это по силам. Кроме того, участие в Турнире Трёх Волшебников как нельзя лучше подходит под задание отца. Мне ведь надо проявить себя, доказать всем волшебникам, разделяющим мои взгляды, что я – достойный предводитель чистокровного воинства. И что может лучше послужить этой цели, чем победа в Турнире над более старшими и предположительно более умелыми противниками?       Тут уж Салазар притягивал за уши, но получалось более чем складно, и Рабастан пока что согласно кивал. - Другой вопрос, что кто-то и впрямь положил моё имя в Кубок. Я допускал, что кто-нибудь из слизеринцев, но не похоже на то. Не думаю, чтобы кто-нибудь из старшекурсников клал моё имя, но не помешает проверить. И, кстати, Джессика уверяет, что эта Грязнокровка Грейнджер тоже глазом не моргнула, когда назвали моё имя. Если она имеет к этому отношение, то, полагаю, меня решили угробить на этом турнире. Но всё же я думаю, что справлюсь.       Теперь заговорил Рабастан: - Так или иначе, избежать участия в Турнире уже не получится. Хотя я утром получил громовещатель от Люциуса Малфоя, где он очень цветисто и очень долго вопрошал, как я это допустил. И, думается мне, старина Люциус не так уж и не прав – затея опасная, если это и впрямь дело рук приспешников Поттера. - Рабастан, они ведь идиоты и меряют по себе, - спокойно проговорил Салазар. – Никто из них даже представить себе не может, что я намного опаснее всех их затей. Стой, а кто сообщил Люциусу?       Лестрейндж замялся на мгновение, прежде чем ответить, что он. Но Салазар не мог не заметить этого колебания. - Подожди-подожди, это Лафингтон? – злобно сощурился Тёмный Принц. - Нет, с чего вы взяли? – незамедлительно вопросил Рабастан, но Салазар уже всё для себя решил. - Конечно же, Джессика. Она ведь всегда знает, что лучше для моего блага, не так ли? И отлучалась она вчера вечером из гостиной… А ведь знает, что я знаться не желаю с Малфоями!       Теперь Лестрейндж недовольно хмурился. - Джесс – очень умная девочка, и она действительно радеет за наше дело. Зря вы с ней рассорились. А Люциус единственный из наших вхож в Министерство Магии, он может выяснить, откуда растут ноги у этой истории с Кубком.       Салазар бешено сверкнул глазами. С аргументом про Малфоя приходилось мириться, но внезапную болтливость Джессики он воспринял в штыки. - Поверить не могу, что она уже тебе нажаловалась! – воскликнул Тёмный Принц. – Нет, не хочу даже обсуждать это. Скажи лучше, ты же наверняка будешь знать об испытаниях заранее? - Если бы было так, я бы сам бросил ваше имя в Кубок, - фыркнул Рабастан. – Нет, мой Принц, во время прошлого Турнира было столько утечек информации, что в этот раз предполагается, что никто из преподавателей не будет ничего знать до самого последнего момента. Но, конечно же, я приложу все усилия, чтобы узнать об испытаниях заранее.       Спокойствие Рабастана импонировало Салазару. Рабастан был лих и бесстрашен, не то, что Люциус. Малфой бы в лепешку расшибся, но не допустил участия Салазара в Турнире. Раздражение из-за бессовестных комментариев про Джесс стало спадать. - Сложнее будет узнать, кто подбросил имя в Кубок, - говорил Рабастан тем временем. – Кубок вчера забрали в Министерство, якобы, чтобы получше изучить и всё расследовать. - Да, они там так расследуют, что выйдет, будто я сам это сделал, - заметил Салазар. - Не беспокойтесь, мой Принц, раз этот идиотский Турнир имеет косвенное отношение к заданию Тёмного Лорда, мы сделаем так, чтобы вы непременно победили, - Рабастан ухмыльнулся. - Я знаю, что могу на тебя положиться, - проговорил Тёмный Принц. – Рабастан, у меня есть ещё один вопрос… Вернее, мне нужен совет…       Инферналы бы его разорвали, а ведь с Люциусом было бы легче. С Рабастаном у Салазара не установилось такой близости, но что поделать, раз уж он единственный мужчина, у которого можно попросить совета? - Да, всё что угодно, мой Принц, - ободряюще сказал Лестрейндж. - Рабастан, как ты думаешь, могут нравиться несколько девчонок сразу? – неуверенно спросил Салазар, больше всего опасаясь, как бы Рабастан не расхохотался – такого унижения он бы не перенес. Тёмный Принц и без того мгновенно пожалел о том, что задал этот вопрос. Откровенничать было не в его духе.       Но профессор Долиш только криво улыбнулся, причем с таким плотоядным и понимающим выражением, что Тёмный Принц как-то сразу догадался, что он обратился по адресу. - И сколько же – несколько? - Ну, есть одна, от которой у меня прямо дух захватывает, - осторожно подбирая слова, проговорил Салазар, думая об Изабель Салливан. – Но с ней точно будет настолько сложно, насколько это возможно, и я не уверен, что мне надо в это ввязываться.       Ещё бы, на Слизерине никто не поймёт такого увлечения. - И есть другая, тоже довольно симпатичная, хотя и не такая… особенная. И, Рабастан, с ней, кажется, может быть в сто раз легче. - И нравятся обе? – с той же понимающей ухмылочкой уточнил Лестрейндж. - Не знаю, - честно сказал Салазар, чувствуя себя немного неуютно при обсуждении своих чувств. – К той, первой, меня как «Акцио» тянет, ничего не могу поделать. Но ей вроде не сильно надо. А со второй всё понятно, и я считаю её симпатичной, и запах у неё приятный…       Салазар осёкся, услышав раскатистый хохот Рабастана Лестрейнджа. Он тут же оскорблено вскинулся, но как-то мгновенно понял, что Рабастан смеется по-доброму и вовсе не над ним. - Ох, Салазар, даже не заморачивайся, - панибратски отмахнулся Лестрейндж. - Это нормально, когда нравятся все окружающие женщины, обладающие минимальной привлекательностью. По крайней мере, я не помню, когда со мной бывало иначе. А вот любить можно только одну. Но, с другой стороны, в твои-то годы уж точно ещё не время для высокого и светлого чувства, в особенности если она не слишком сговорчивая…       Салазар не совсем понял, что имел в виду Лестрейндж, но тем не менее не сомневался в том, что тот в данном предмете тот разбирается не хуже, чем в темных искусствах. - То есть, ты бы выбрал ту, с которой проще? – уточнил Тёмный Принц. - Я и выбирал тех, с которыми проще, всю жизнь, - улыбнулся Рабастан. – Не знаю, правда, насколько это было верно. Но уж точно это было легко и приятно. А мой брат любил всю жизнь одну женщину, и я не могу сказать, что это принесло ему хоть сколько-то счастья. - Мою мать, да? – спросил Салазар, хотя и так знал ответ на этот вопрос. - Разумеется, - уже немного грустно ответил Рабастан. – Кстати, мой Принц, я в вас не сомневался. - Что? – не понял Салазар. - Мой отец, покойный Сильвий Лестрейндж, был дружен с Тёмным Лордом ещё со школы. И, говаривал он, по юности лет слабоват был наш Лорд на женский пол. А в особенности терял голову от брюнеток…       Салазару не очень понравилось, что Рабастан так по-свойски говорит об его отце, и выражение лица Темного Принца приняло жесткое выражение. Лестрейдж опомнился и опять улыбнулся. - Словом, мой Принц, не забивайте голову всякой ерундой. Вам есть о чём думать. Люциус поднял бы крик, что вам и вовсе не следует отвлекаться от главной миссии. А я скажу – когда, если не сейчас? Это даже как-то вдохновляет, добавляет вкуса жизни что ли… В общем, если есть славная девочка, с которой не будет вечных разборок и драм, я бы вам посоветовал с ней и общаться. - Да, пожалуй, ты прав, - задумчиво кивнул Салазар. - А мисс Лафингтон не сильно расстроится? – вдруг спросил профессор Долиш, и Салазар недовольно на него взглянул.       Конечно же, Рабастан решил, что та, первая девочка, это Джессика. Откуда было ему знать, что Салазар, кажется, как и его отец, с ума сходил от брюнеток? В особенности от одной. - Не уверен, что она это умеет, - пожал плечами Салазар, и соскользнул с парты на пол. – Спасибо, Рабастан. В таком случае, я жду, когда ты узнаешь что-нибудь про первое испытание и про Кубок, если получится.

***

      Салазар, узнав, что Джессика написала Люциусу Малфою, решил, что не будет ничего с ней выяснять. В общем-то они накануне уже всё выяснили, так что же теперь опять сопли на волшебную палочку наматывать? Узнав у Белвины, что Лианна Деррек ушла прогуляться вместе с Джеммой Флетчли, Салазар решил, что было бы неплохо перехватить её как раз на прогулке, и отправился в спальню взять тёплую мантию.       Но в гостиной Салазар увидел Забини. Он валялся на диване с книжкой про квиддич в руках. - Привет, - поздоровался Салазар, замедляя шаг.       Забини буркнул что-то невразумительное. - Где ты был вчера, Стюарт? – поинтересовался Салазар ровным голосом. - Удивлен, что ваше высочество заметило вчера моё отсутствие, - фыркнул Забини, не поднимая глаз от книги.       Зная, что, если он сейчас не сдержится, они обязательно рассорятся, Салазар удержал себя. У него были несколько другие планы. Но тут он увидел появившуюся со стороны девчоночьих спален Джессику. - Да, не поверишь, мне вчера хотелось видеть моих лучших друзей рядом. А вместо этого Джессика сказала, что мне нечему радоваться, а ты и вовсе куда-то пропал, - намеренно громко заявил Тёмный Принц. - Джессика до сих пор так считает, если тебе интересно, - отозвалась Джесс, и Салазар стрельнул на неё взглядом. - Лучших друзей? – ахнул Стюарт. – Будь мы лучшими друзьями, Салазар, мы бы кинули свои имена в Кубок вместе!       Так вот в чём дело! Забини завидует! - О, Великий Салазар, - воззвала Джессика к основателю школы. – Не могу это слушать.       Джесс торопливо зашагала к выходу. - А ты куда? – тут же спросил Салазар. - У меня дополнительное занятие с профессором Долишем, хотя мы вроде бы выяснили вчера, что нам теперь не обязательно отчитываться друг перед другом, не так ли? - отозвалась Джесс, уже исчезая в проёме.       «И слава богу,» - подумал Салазар, поворачиваясь ко Стюарту. - Я своё имя в Кубок не клал, - сказал Тёмный Принц Забини. - Правда? Оно там само собой появилось, видимо, - хмыкнул Стюарт, глядя в свою книжку. - Я ничего доказывать с пеной у рта не собираюсь, - ответил Салазар. – Не клал и всё. Не знаю, кто и зачем это сделал, но я в любом случае собираюсь использовать это для собственной выгоды. - Ты вчера светился, как новенький галлеон, когда шёл к столу преподавателей, - скривился Забини. – Ни в жизнь не поверю, что ты своего имени не клал в Кубок. - Твоё дело, - Салазар пожал плечами.       Решив, что разговор окончен, он развернулся и пошёл в спальню за мантией. - Скажи, Блэк, это действительно так надо для твоей великой миссии, или это жажда славы и почестей тащит тебя и в квиддич, и на Турнир? Обязательно получать всё и всегда? И ведь даже в Лафингтон ты вцепился, когда понял, что она мне нравится!       Салазар медленно повернулся, чувствуя, как внутри всё закипает от праведного гнева. Да как это недоумок смеет? А Стюарт смел. Он всё так же лежал на диване, вызывающе глядя на Салазара и уже не смотря на свою книжку. Первогодки, всё ещё игравшие в плюй-камни на другом диване, тоже заинтересованно притихли и поглядывали на четверокурсников. - Моя великая миссия – это дело, за которое погибли мои родные. И не только они. За исключением твоих родителей – они, насколько я помню, где-то в Европе отсиживались? Твой папаша как раз там прижил твою грязнокровую сестрицу?       Салазар сам подивился злобе, сквозившей в его голосе. Стюарт же соскочил с дивана и в два шага подлетел к нему. - Не смей так говорить о моей семье, - процедил он. - А ты не смей судить мои поступки, - выплюнул Салазар. – В гробу я видал твой квиддич, и всё же меня туда записали, потому что мне даже чёртова метла не требуется, чтобы летать. Решил не участвовать в Турнире – и всё равно попал туда, потому что кто-то это устроил. Многим ведь хочется избавиться от меня. А Джессика… Стюарт, никто ведь не виноват, что на тебя-то она даже не смотрела.       Наверное, они бы сцепились. Потому что слишком давно назревал этот разговор, и слишком многое накопилось. Но тут ввалилась шумная горстка старшекурсников, которые, едва завидев Салазара, принялись его поздравлять. Забини жёг его ненавидящим взглядом, а Альциона Роули всё не прекращала твердить о том, как в этом году Слизерин всем покажет. Салазар на силу улизнул в спальню за пресловутой мантией, хотя настроения куда-то идти было всё меньше.       Но когда Тёмный Принц вышел из спальни с мантией, перекинутой через локоть, Стюарт поджидал его под дверью. - Неплохо получать всё и всегда, да? – злобно выпалил Забини. - Ко всем регалиям Тёмного Принца добавить ещё приз в тысячу галлеонов, и экзамены сдавать не надо! - Для меня никогда не были проблемой ни деньги, ни экзамены, - фыркнул Салазар. - Что меня на самом деле радует, так это то, что даже Джессика уже не смогла выдерживать твоего задавания! - Тебе-то что от этого? – тем же насмешливым голосом спросил Тёмный Принц. - А то, что, что… - Вот тебе и что-что, - передразнил Салазар. – Ладно, не хочешь верить – не верь. Я не хочу своё время на объяснения тратить.       И, предвкушая прогулку с Лианной Деррек, Салазар ускорился и оторвался от Забини, который то сжимал, то разжимал кулаки.        Салазар досадливо подумал, что Лианна могла уже куда-нибудь запропаститься, как это бывало с Джессикой. Ведь стоило только отвернуться, и она вечно куда-то исчезала. Если он её не увидит с главной лестницы, то, может, стоит разыскать Салливан? Соблазн точил душу. Ведь теперь Салазар был свободен, был чемпионом от Хогвартса и, следовательно, имел больше шансов на успех...       Но Салазару не пришлось даже выходить на улицу: увидел Лианну в холле. Она была одна, к счастью. - Ты куда? – весело осведомился Тёмный Принц, подходя к ней.       Девочка показалась слегка удивлённой, но скорее в приятном смысле. - Хотела немного прогуляться, но забыла шарф, - сказала она, глядя на него всё с той же затаённой надеждой во взгляде мягких карих глаз.       Был какой-то азартный интерес, хотелось узнать, чего она так ждёт от него. Интуиция подсказывала, что узнать это будет легко, а своей интуиции Салазар всегда доверял. Даже о Салливан он как-то теперь подзабыл. И Салазар пошёл ва-банк. - Слушай, Лианна, я бы пригласил тебя в Хогсмид, но ты наверняка знаешь, что я вроде как в чёрном списке и официально мне туда нельзя ходить, но, если хочешь, можем просто прогуляться, - прямо выпалил Салазар.       Даже первокурснику было известно, что лучшего места для свиданий, чем Астрономическая башня, в школе не было. Но туда ходили уже устоявшиеся парочки. Для начала было достаточно и обычной прогулки. И откуда только Салазар это знал?..       Лианна как будто чуточку покраснела, а Салазар тут же пожалел, что не спросил у Рабастана, как надо обращаться с девчонками. Может, он делает что-то не так? Неспроста же, в конце концов, Джесс всегда держала его на таком расстоянии, а Салливан и вовсе чуралась? Теперь, когда лихое настроение, владевшее им накануне, покинуло Салазара, он уже не чувствовал себя настолько уверенным.       Но Деррек улыбнулась и сказала «хочу». Видимо, пока что он всё делал правильно, и она даже не обижалась на то, что утром он так нахально не обратил на неё особого внимания. Салазар и Лианна вышли из Хогвартса и медленно пошли вниз по склону. Про себя Тёмный Принц заметил, что девочка даже не стала заходить за шарфом. Но неожиданно показалось солнце и как будто слегка потеплело. Салазар запоздало подумал, что он, кажется, на настоящем свидании, и сердце забилось быстрее.       Они дошли до Тёмного озера и остановились на берегу, чтобы покидать в воду камешки. Салазар исподтишка наблюдал за своей спутницей. Всё в Лианне казалось ему новым, словно он никогда до этого её не видел, и он с интересом разглядывал её густые каштановые волосы, матовую оливковую кожу, ямочки на щеках. - Ты так пристально смотришь, Салазар, - Лианна нервно хихикнула. – Я начинаю думать, что со мной что-то не так. - Извини, я задумался, - нашелся Тёмный Принц.       Тут-то до него дошло, что вообще-то он не слишком разговорчив и в кругу друзей, а с девушкой, наверное, следует и поговорить о чём-нибудь. - Виделся с утра с Джессикой, - при этих словах Лианна заметно напряглась, - хотелось наверняка понимать, что да как. Видимо, мы с ней опять друзья. - Ооо, - протянула Лианна, стараясь изобразить сожаление. - Ничего, так даже хорошо, - отмахнулся Салазар. – Дружить у нас получается лучше. - Я рада, что ты не расстраиваешься, - улыбнулась девочка. - Какое там, я сейчас большей частью о Турнире думаю, - заявил Салазар, который весь день только и делал, что разбирался в своих отношениях с загадочным женским полом. - Волнуешься, наверное? - Не очень сильно. Но надо будет готовиться…       Вскоре их разговор потёк уже менее сковано, и спустя какое-то время Салазару показалось, что с Лиа, - так себя разрешила называть Лианна, - довольно приятно иметь дело. Она болтала обо всякой чепухе, и он мог сам немного отвлечься и расслабиться. При этом Лианна оказалась лёгким человеком, она была довольно покладистой, немного скромной и быстро заполняла паузы в разговоре незатейливым щебетом о том – о сём. И, - какое счастье и удовольствие, - все эмоции читались у неё на лице.       Через час Салазар уже знал о Лианне всё. Даже то, что свою чуточку смугловатую кожу и большие карие глаза она унаследовала от прабабушки-итальянки. Она вывалила ему всё про своих родителей, к счастью, чистокровных. Про младшего брата, который в следующем году пойдёт в Хогвартс. В общем-то, это был обычный разговор. К чести Лианны, она даже не стала расспрашивать Салазара про его родителей или его дела.       Они дошли прогулялись вокруг озера и неспешно вернулись в Хогвартс как раз к обеду. Салазар не совсем понимал, насколько ему понравилась эта прогулка. Лиана была не такой умной, как Джессика, и не вызывала у него и трети от той бури эмоций, что овладевала им при виде Изабель Салливан. Но Лианна была симпатичной, и Салазару чертовски нравилось её эмоциональное живое личико. К тому же, это оказалось до крайности любопытно – общение с милой и открытой девочкой, предвкушение какого-то продолжения и неуёмный интерес.       За обедом слизеринцы встречали Салазара приветственными возгласами. Только Забини холодно держался в сторонке, да Августа демонстративно закатывала глаза. И Молли Уизли, конечно, сидела тихонько, как и всегда. - Ну, как оно? – с заговорщическим видом поинтересовался Ярдли Платт, радостно занимая пустующее место Стюарта рядом с Салазаром.       Тёмный Принц покосился на Джессику, которая сидела напротив. - Салазар, я в восторге от того, что ты решил унизить меня, так быстро спевшись с Деррек, но я не держу зла, - отозвалась она.       Хотя бы Лианна села поодаль и вовсю шепталась с Джеммой, поэтому ничего не слышала. - Потом, - шикнул Салазар Платту – было неловко.       И всё же Джессика действительно общалась с ним вполне ровно, хотя сам он был с ней прохладен из-за письма Люциусу. Оставалось только гадать, в чём дело – в её мастерском умении держать лицо или в полном к нему равнодушии. Салазару показалось, что она даже рада избавиться от его вечных «Ты куда?» и «Где ты была»?       После обеда к Салазару вернулась часть его рациональности, и он сходил в библиотеку и нашёл пару книг, где было что-то про Турнир Трёх Волшебников. Бегло пробежавшись по одной из них, он как будто ощутил лёгкое волнение. Не то чтобы после создания василиска или встречи с дементорами Салазара хоть что-то пугало, но всё же с мантикорами и драконами он пока не встречался.       Вечером, когда все по обыкновению собрались в гостиной факультета, Салазар уже вёл себя потише и поскромнее. Даже не обращал внимания на поглядывавшую в его сторону Лианну – Салазар счёл, что уделил ей более чем достаточно времени в этот день.