Бабуля Конан и окаянные Акацуки

      Этих двух дней членам некогда просто опаснейшей организации, а теперь «опаснейшей организации с бабушкой в придачу»™ вполне хватило, чтобы морально устать так, как они никогда физически не уставали при поимке биджу. Организовав тайное собрание на следующий день, пока Конан прикорнула на часик-другой, все, кроме Зецу, который так и не покинул своей комнаты, пришли к единогласному выводу: пора сваливать из убежища куда подальше искать хвостатых.       И удача нукенинам в кои-то веки улыбнулась: буквально через десять минут в убежище прибыл Пейн, которого они тут же завалили выдуманными популярными слухами о джинчуурики и попарно разошлись искать им подтверждение. Лидер такому рвению был приятно удивлён, а потому решил не препятствовать им и дал добро. Но и Конан оставить одну он не мог — пришлось отправить два тела для охраны бабули и выполнения её прихотей, поскольку Зецу, по словам остальных, ещё долго будет недееспособным.       Однако спустя несколько дней, когда уже все шесть тел крутились вокруг Конан, исполняя её поручения, он всё же понял, откуда у остальных появилось неисчерпаемое желание заняться делом. Устав возиться с огородом на том самом импровизированном заднем дворе, Пейн призвал остальных обратно в убежище, поручив им миссию ранга «S» — присматривать за бабулей Конан. Права на отказ ни у кого из них не было, а потому, стиснув зубы и мысленно осыпав лидера отборнейшим матом, парни отправились выполнять порученное. И, застав Конан и Зецу на клочке земли, который они хотят превратить в огород, никто из них не удивился.       — Я же говорил, что она такими темпами огород сажать начнёт, — Сасори хмыкнул.       — Никто с тобой и не спорил, специалист по бабушкам, — усмехнулся Хидан, после чего поймал на себе хмурый взгляд, но не придал этому значения.       — Харе гутарить*! — Конан недобро сверкнула глазами. — Лопаты в зубы и вперёд, шалопаи!       Обречённо вздохнув и пробурчав невнятное «ага», парни принялись за работу, недовольно косясь в сторону Зецу, который пальца о палец не ударил, хотя подобные вещи — его профиль. Многих, в принципе, удивляло его приподнятое настроение, — неужели он не знает, что всё это делается не для того, чтобы восполнить его потери, а для того, чтобы запастись едой на зимний сезон? Но, когда ему задали прямой вопрос, он лишь улыбнулся уголками губ:       — Мы всё прекрасно понимаем. Мы решили больше не привязываться так к растениям, так что в следующий раз всё будет в порядке.       Конечно же, ему никто не поверил, но, во-первых, допрашивать его было бессмысленно, а, во-вторых, недовольный взгляд Конан заставлял усиленно имитировать бурную деятельность. И продолжался этот цирк до тех пор, пока к Дейдаре не пришла гениальная мысль:       — Почему мы вообще копаем всё это своими руками? — он недовольно выкинул лопату, собираясь устроить бунт. — Мы шиноби или кто?       — Копай лучше, блондиночка, пока старуха пизды не дала, — пробубнил Хидан, покосившись на Конан.       — Я имею в виду, мы ведь можем очень быстро сделать это с помощью разных техник, хм!       Затем он изготовил небольшого белого червячка из глины и опустил его на землю. Маленькое создание тут же зарылось внутрь и, по приказу Дейдары, взорвалось, образовав небольшую ямку.       — Правда, я немного оскорблён тем фактом, что моё великое искусство будет использовано для того, чтобы перекопать огород, но…       Договорить ему не дала Конан, которая неожиданно возникла позади него и смачно ударила лопатой по затылку, лишив дара речи и дееспособности на ближайшие минут пятнадцать.       — Ну, я же говорил, — тихо буркнул Хидан, усмехнувшись.       — Чаво встали, как вкопанные? — бабуля недовольно расставила руки по бокам. — А ну, живо работать, окаянные!       Нукенины вновь рассыпались по территории, но в этот раз более задумчивые, — агитационная речь Дейдары, пусть и не законченная, всё же повлияла на их умы.       — Знаете, а в его словах был смысл, — шёпотом начал Сасори, привлекая к себе внимание остальных. — Мои марионетки могли бы закончить эту работу в два счёта.       — Нет, так не пойдёт, — Зецу вырос из-под земли прямо перед носом Сасори, и тот бы точно откинул копыта от неожиданности, если бы не был опытным шиноби. — Копать надо с душой!       — Вот тебя и надо закопать, — фыркнул Хидан, оперевшись о лопату. — Ты у нас неприхотливый, жрать и срать не нужно, да и это твоя стихия, цветочник хуев.       — Не сквернословь, сатанист несчастный! — Конан отправила и Хидана в нокаут, а затем в предупредительном жесте вскинула лопату, угрожающе осмотрев каждого. — Ишь ты, работать они не хотят!       Нукенины вновь разошлись по своим делам, но теперь заговорщически зашептал уже Какузу:       — Итачи, если ты применишь гендзюцу на Конан и Зецу, создав иллюзию того, что мы усиленно работаем, это во многом упростит задачу.       Учиха приподнял одну бровь.       — Если выпишешь мне премию.       — С каких пор тебе нужны деньги за это? — возмутился Какузу, чуть сильнее сжав в руках лопату.       — Не жадничай, Итачи-сан, — присоединился Кисаме, которому огородная возня тоже надоела. — Один взгляд — и дело с концом, ну!       — Он просто не хочет терять звание любимчика, — Сасори хмыкнул.       — Нет, — Итачи нахмурился. — Я… Не могу применить гендзюцу на беззащитной старушке.       — Итачи-сан, а тебя не волнует, что ты ниндзя-отступник, у которого руки по локоть в крови? — Кисаме саркастически усмехнулся.       — И мы все видели, как Конан размахивает лопатой, — кивнул Сасори. — Назвать её беззащитной — кощунство.       — Я… — начал было Итачи, но ему не дала договорить Конан.       — Остолопы, совсем от рук отбились, пока блуждали не пойми где! — возмущалась Конан, огрев каждого лопатой, но не так сильно, как предыдущие две жертвы, ибо работать кому-то всё же нужно было. — Совсем меня не слушаете, шо ли?       Молча опустив головы и увеличив скорость работы в три раза, нукенины перестали предпринимать попытки как-то сжульничать и обмануть Конан, смиренно исполняя свои обязанности.       Когда с первым этапом было покончено, усталые ребята с довольным видом осматривали результаты проделанной работы: теперь импровизированный задний двор в самом деле стал неким подобием огорода и отличало его от полноценного только то, что на нём ещё ничего не росло.       — Наш звёздный час, — Зецу ухмыльнулся и поочередно размял пальцы и шею.       Нукенины заинтересованно следили за его будущими действиями, но как только Зецу приступил, довольные улыбки медленно сползали с их лиц: в небольших ямках быстрым темпом вырастали самые разные овощные культуры, расцветая и принося большие плоды прямо на глазах.       — Всё это время, ха-ха… — ошарашенно прошептал Дейдара, начиная истерически смеяться. — Это было так просто?!       — То есть, ты мог сделать это ещё шесть часов назад?..       — И нам не нужно было копать?..       — НУ ВСЁ, БЛЯДЬ! — Хидан сорвался с места, приближаясь к Зецу, и на ходу ухватил одну из лопат. — Я ТЕБЕ ГЛАЗ НА ХУЙ НАТЯНУ И ЗАСУНУ ЭТУ ЛОПАТУ ПО САМОЕ!.. М-м-м!       Кисаме и Какузу пытались удержать Хидана, которому бумажкой заклеила рот явно уставшая от нецензурной лексики Конан, но тот начал мычать и пыхтеть так шумно и разъяренно, что всё было понятно и без слов.       — Если бы вы не перекопали всю эту территорию, вложив по частичке души в каждую из ямок, мы бы не смогли всё это вырастить, — белая сторона Зецу улыбнулась шире, невинно пожав плечами.       — НЕ ПИЗДИ! — начал Хидан, проглотив бумажную преграду, но ему снова заклеили рот.       — Это ведь была месть, хм?! — Зецу не ответил, продолжая улыбаться, и Дейдара потянулся в карман за глиной.       — А ну, прекратить балаган! — Конан повысила голос, и остальные замолкли, заметив тёмную ауру вокруг неё. — Кто вам сказал, что вы можете отдыхать, дармоеды? Корзины в зубы и марш собирать овощи! Тц, окаянные… Ох, спину прихватило…       В который раз за день отчаянно вздохнув, члены организации «быстро перекопаем вам огород под красной луной»™ взяли по бумажной корзине, созданной Конан, и принялись наполнять их самыми разными овощами. И в данный момент их утешал только тот факт, что Зецу припахали так же, как и остальных.       — А тебя я назову Нибутани, — улыбнулся тот, бережно укладывая баклажан в корзину. — А тебя…       — Что-то мне подсказывает, что и второй бассейн Зецу наполнить поможет, — Кисаме тихо усмехнулся, краем глаза наблюдая за ним.       — А ты чаво унываешь, милок? — заметив грустный взгляд Итачи, направленный на куст помидоров, Конан подошла ближе и наклонилась к нему.       — Да ничего, бабуль, — Учиха поднял на неё взгляд и улыбнулся.       — Ну, ты работай-работай, — Конан мягко погладила его по голове, и в этот момент Дейдары был готов взорваться лучше любой глины.       — Чёртов Учиха, совсем расслабился, раз её фаворит!       — А мне за хуепинание в ебало лопатой прилетело, блядь, — шёпотом поддержал Хидан.       — Завидовать плохо, ребята.       — Чем он лучше меня? — не унимался Дейдара, агрессивно вытягивая из земли морковь.       — По логике Конан и её же словам, «патлами», — ответил Сасори, не отрываясь от работы.       — Чем моя причёска хуже, чем его?!       — Да тебя от бабы и не отличить, пока мужским голосом не пизданёшь чё-нибудь, — усмехнулся Хидан.       Конан, наблюдавшая за этой перепалкой со стороны, прекрасно всё слыша, грустно улыбнулась.       — Вы ж, ребята, умом не обижены, да одна морока с вами, — она еле слышно выдохнула, а затем, вернув себе всю строгость и равнодушие, прикрикнула: — Эй, остолопы окаянные, шо сидите, довольные такие? Ещё двадцать корзин наполните, а потом салаты шинковать у меня будете, а потом банки закручивать, а потом погреб копать!       В воздухе повисла тишина. Только сверчки на фоне.       — Сасори но Данна, переведи, что она говорит? — тихо спросил Дейдара.       — Говорит, что солнце ещё высоко, а нам работать и работать, — он устало выдохнул.       — Какое нахуй солнце?! — как обычно, возмутился Хидан, но к работе всё же вернулся. — Семь часов вечера, блядь!

***

      — Так вот, что имел в виду Сасори, когда говорил о том, что солнце ещё высоко… — задумчиво проговорил Итачи, осмотрев ещё двенадцать корзин с овощами.       — При вступлении в организацию я думал, что буду выполнять сложнейшие миссии и противостоять всяким сильным типам, — слова Дейдары отозвались каким-то дежавю в головах остальных. — Но никак не думал, что буду кубиками, полосками и кружочками резать овощи при помощи куная!       — А я вот ничему после левкаса и обоев не удивляюсь, — хмыкнул Какузу, сосредоточившись на овощах и мысленно прикидывая, на какую сумму с такими запасами можно сэкономить в этом году.       — Вот-вот, — поддержал Кисаме. — Шиноби должны быть разносторонними.       — Шиноби должны быть шиноби, а не кухарками, — Хидан устало потёр переносицу. — Щас сдохну.       — Иронично, — Какузу усмехнулся.       Тем временем Зецу сидел в дальнем углу, прижав к себе корзины с овощами, и провожал каждого «своего ребенка» в мир иной, приговаривая, что эта жертва забытой не будет, и раздражая этим действом всех остальных. Но они сошлись на том, что лучше его не трогать, а потому почти молча терпели (агрессивное Хидановское «да ты заебал» каждые пять минут не в счёт).

***

      Лидер всея Акацуки позволил себе немного отдохнуть, ибо посчитал, что после такой трудоёмкой недели в компании старушки Конан он более, чем заслуживает этого. Ненадолго «отключив» все свои дела и устало откинувшись назад, он мысленно ушёл в далёкие дали, рассуждая о поиске смысла боли, пока взглядом не наткнулся на часть исследований, связанных с той злополучной недоантивозрастной печатью.       — Как обстоят дела с поимкой биджу? — мужчина в плаще возник рядом с ним неожиданно, как и всегда. — Есть успехи?       — Хьюстон Мадара, у нас проблемы.       — Хм? — он чуть склонил голову вбок.       Нагато кивнул в сторону небольшой папки и нескольких свитков, а затем одними губами выдал:       — Конан.