Кхин

      М-21 размышлял о том, что подразделение DA-5 явно по уровню не дотягивает до того тех слухов, что упорно о нём бродили. Опытные, сильные, одиночные бойцы которые не иначе как чудом еще глотки друг другу не перегрызли. Кранц с виду примерный солдат и отличный командир, привыкший четко выполнять приказы, и отдавать их. Но они с М-24 будучи отработанным материалом знали на что нужно обращать внимание и людей с какими взглядами стоит избегать. Шарк — головорез, Хаммер — подрывник и Тао — сбор, анализ и защита информации, каждый из них явно получали удовольствие от своего дела, и если и не были преданы Союзу как Кранц, то по крайней мере причин для того, чтобы идти против у них не было, а вот снайпер. М-21 в отношении Такео определиться не мог. В прочем, Кранц, Шарк и Хаммер друг друга стоили убить кого-то для них было проще чем чихнуть, и каких-либо сомнений и терзаний по этому поводу в них, если они когда-то и были не остались.       Интересно, а как бы охарактеризовала эта Вульф бойцов из DA-5? Помниться, когда Юна из любопытства спросила какие прозвища, по её мнению, им подходят. Та не задумываясь назвала М-24 Индейцем, а его Шерифом, при чем ответить на вопрос почему именно так и не смогла только краснела, заикалась, бледнела и извинялась, что заставляло М-21 подозревать недоброе, а М-24 удрученно вздыхать и пытаться утихомирить напарника.       И всё-таки как бы она их назвала? Интересно почему такие идиотские вопросы сейчас лезут в голову?       М-21 смотрит в сторону напарника встречаясь с понимающим взглядом М-24. Эта Вульф бесила М-21, а М-24 её защищал. А М-21 порой уснуть не мог, в его голове до сих пор стоит ведение, когда они с Рейзелом оказались в нужном месте, а М-24 стоит над телом Дежека… Джека, у которого из спины его же рука торчит. А всё почему? Потому что он заметил на Шинву подаренный этой Вульф амулет на удачу и решил присвоить его себе! А затем внезапно поскользнулся во время удара и напоролся на собственную руку!       Надежда узнать собственное имя обернувшаяся морем слёз и извинениями…       Да кому нужны её извинения?!       Осуждающий взгляд напарника заставляет прекратить рычать и сосредоточиться на деле. У них есть цель, поэтому нужно упокоиться.       Как же эта Вульф его бесит! И белобрысый ноблесс бесит! Да что они понимают?! Им их сила на блюдечке с розовой каёмочкой досталась, просто потому что они удачно родились! Им легко рассуждать!       М-24 удрученно вздыхает. ***       — Йо, командир! — радостно скалиться Шарк — Вы уже здесь… Милости просим, ха-ха!       Хаммер крутиться в кресле на колёсиках что-то пожирая. На полу зачищенной базы Союза…       …!!!       Короткий обмен взглядами с М-24. Детей вытаскивать будем по-любому. А этот белобрысый шкет пусть сам выпутывается!       Надо было не скандалить с этой Вульф, а амулетик на удачу попросить… Или может быть дело как раз в них? Удача компенсируется неудачей? Если они с М-24 выживут, она от него никуда не денется.       А как же всё хорошо начиналось избиения, допросы и прочие прелести от сожительства с DA-5…       — Что это? — сухо произносит Кранц. — Эти дети…       — Я ведь рассказывал тебе, да? — Шарк пнул тело беловолосого мальчишки. — Это мелкий — ноблесс! Они были все вместе.       Вот же засада!       — Совсем зеленый, — озвучивает свою оценку Кранц.       — Он, что ли? — Шарк не может не отказать себе в удовольствии, чтобы еще раз не ударить бессознательного ноблесс. — Внешность обманчива… Но знаешь, что самое интересное? Эти дети вступали в контакт с Тао и Такео. Эти дети вступали в контакт с Тао и Такео…       Вопрос об удаче снимается. Хорошо, что амулет не попросил. Понесло.       — И что теперь мы должны с ними делать? — спрашивает Такео.       — Сказал же, они были вместе с ноблесс, — оскалиться Шарк. — Я их использовал, чтобы поймать этого недоноска. Все складывается просто отлично. От них можно избавиться одним махом, и не надо выслеживать каждого по отдельности.       — Избавиться? — потрясенно спрашивает стрелок. — О чем ты говоришь?       — О том, что я по-любому собирался устранить этих детей, — довольно прищурится Шарк. — Почему? Да потому, что они вошли в нежелательный контакт с вами.       — Ты решил устранить ни в чем не повинных детей только потому, что они перекинулись с нами парой слов?       — Ты чё, реально не догоняешь? — продолжает глумиться головорез над другим членом своего подразделения. — Или прикидываешься? Я всегда так делаю…       — Ты всегда так делаешь? Ты не мог…       — Если ты еще не понял, я объясню, — начинает с удовольствие объяснять ситуацию Шарк. — Такео, все, с кем ты когда-либо встречался покинули этот мир. Так ведь забавнее? Спасать их жизни… Как бы то ни было, я устранил всех тех, с кем ты контактировал во время заданий, — ловит кайф ручная шавка Союза, — Невинные люди погибли из-за тебя. Ты знал?       — Большое тебе спасибо! По крайней мере, мне не было скучно, ха-ха… — на снайпера становиться страшно смотреть, до того его перекашивает от ненависти и желания убить головореза собственными руками.       — Ша-а-арк!!!       — Такео, стой! — резко осаживает своего подчинённого глава отряда.       — Кранц! Снова останавливаешь меня? Я должен позволить этому ублюдку делать все, что ему взбредет в голову?       Разворачивающаяся перед глазами сцена действует на нервы. Ситуация, конечно, хреновая, но пока не проснулись дети, есть хоть какие-то шансы, что у них с М-24 удастся выкрутиться из этой переделки без особых потерь.       — Такео, а хочешь, я раскрою тебе один секрет? — довольно хохочет Шарк. — Я ведь не один делал все это… Мне частенько помогал Хаммер. И знаешь, что еще? Все это делалось с одобрения Кранца. Все это делалось с одобрения Кранца…       — Что? — пальцы снайпера легли на рукоять пистолета. Кинется на своих или нет?       — Шарк прав, — спокойно произносит Кранц. — Он исполнял мои приказы.       — Что…?       — Ты забыл? — голос командира холоден и сух, он явно не волнуется о том, что снайпер вот-вот начнёт палить по своим. — Конфиденциальность — приоритетная задача организации       — Они же ничего не знали!       — Неважно. Вступление в контакт и разговор достаточно веская причина, чтобы убить их.       — Такео… — с притворным сочувствием в голосе продолжает неприкрытые издевательства головорез. — Ты тут не единственный, кто хочет завести друзей. Но не надо так убиваться, ха-ха…       — Такео, я больше не буду с пониманием относиться к подобным действиям, — произносит Кранц и М-21 видит, что еще немного и Такео просто начнёт стрелять, не задумываясь о последствиях.       — Да, лучше бы тебе прислушиться, — смеётся головорез. — Иначе с твоей сестричкой может произойти что-то очень нехорошее…       — Да чтоб вас… — с остервенением выплёвывает слова снайпер и уходит.       — Хаммер, проследи.       — Зачем? Этот идиот и так не куда не денется, — удивляется Шарк.       — Ты оспариваешь мои приказы?       — Тц! Просто меня бесит как все носятся с этим идиотом! — раздраженно произносит Шарк, облокачиваясь на плечо Тао и довольно искренне начинает извинятся перед хакером. — Прости, ничем не могу помочь… Я хотел оставить в живых того мальчонку в очках, но он был вместе с ноблесс, так что… Сам понимаешь…       Хаммер уходит. Минус два.       И дети начинают шевелиться и приходить в себя. Мда, а я-то надеялся, что они мирно полежат в сторонке пока не заявиться подмога в виде тех двух суровых парней. Надо тянуть время.       — Шарк, почему ты не устранил детей на месте, а притащил их именно сюда?       — Я несколько раз видел их так же в компании нашей парочки отбросов. Мило правда?       Как же меня бесит этот идиот.       Юна помогает сесть Суи. Шинву приподнимается на локтях, но опускается обратно на пол что-то невнятно бормоча. Ик Хан садиться, держась за затылок и едва не роняя на пол очки.       — Быстро пришли в себя, — хмыкает Шарк. — Надо же, думал гражданские по слабее.       — Что здесь…       — Вай, что за чудестная страна! — направляется к детям Шарк. — Должно быть, здешние мальчики и девочки хорошо питаются и живут в комфорте, раз их лица так сияют… особенно у девушек.       — Ублюдок! — выкрикивает моментально подскакивающий с пола Шинву.       — Аджосси, а вы кто? — жалобно глядя на Шарка, спрашивает Юна. — Почему вы нас привели сюда?       — Регис! — замечает состояние ноблесс самый глазастый. Ик хан дотрагивается до белобрысого, оценивает общий потрёпаный вид. — Он еще и ранен! — приподнимает, пытается привести в себя. — Регис, очнись! Что… он в наручниках?       Дети плачут… Хе, какие же они всё-таки дети. Будто от этих слёз может что-то измениться.       — Что за визг… Он не помер, просто в отключке, так что заткнитесь, — рыжий парень начинает выходить из себя.       — Какого черта вы притащили нас сюда? — спрашивает Шинву и вместо ответа Шарк, вбивает его лицом в пол. Головорез явно ловит кайф удерживая парня ногой и словно нашкодившего щенка тыкая носом в пол. М-24 дергается, но останавливается под моим предупреждающим взглядом, рано, Шарк никого из них не убьёт пока они ему нужны. Пока рано.       — Кьяяя!       — Шинву!       — Наглый щенок, с какой стати мне тебе отвечать? Я тебе обязан, что ли? А? — глумится Шарк. Ситуация становиться критической.       — Прекратите!       — Остановитесь, пожалуйста!       — Как шумно… — говорит приходящий в себя ноблесс. — Я даже поспать не могу нормально в такой обстановке.       — Регис! — взволнованно вскрикивает Ик Хан.       — О, ты очухался раньше, чем я думал. Может потому что ты ноблесс, твои способности к регенерации весьма впечатляют.       — Хм. Не стоит заострять на этом внимание. Куда важнее, чтобы ты убрал свою ногу. Тебе так нравиться доставать беззащитных детей?       — Ха, я всего-навсего даю этому наглому сопляку урок хороших манер, — усмехается головорез, отходя от пацана. — Как ты удачно очнулся. У меня как раз к тебе несколько вопросов. Кстати, а ты М-24, что так на меня зыркаешь? Неужто то же хочешь то-то сказать? Ну же, мне интересно, что за идиотизм тут твориться? Что особенного в этих детках, что вы все слетаетесь на них как мухи на дерьмо?       — Аджосси?! — удивляются их присутствию дети, удивительно как раньше не заметили, впрочем, им было явно не до того, чтобы по сторонам оглядываться.       — Ха, ты преувеличиваешь, Шарк, Кромбела они бы даже в качестве подопытного материала не заинтересовали. Сами по себе они никакой ценности для Союза не имеют, — не очень удачно импровизирует М-24.       — Вот как? Так значит, детишек мы больше можем не использовать?       — Шарк, подожди секундочку. Нам что, так уж и необходимо убивать их. Мы можем просто использовать наркотик, чтобы стереть воспоминания… — неожиданно начинает пытаться спасти детей Тао.       — Хён? — удивляется его присутствию Ик Хан, но на это никто не обращает внимание. Тао весь напрягся в ожидании решения главы отряда, видимо он серьёзно успел привязаться к одному из ребят. Неожиданно.       — Не одобряю.       — Кранц!       — Нельзя не учитывать фактор риска.       — Отлично! Так что давайте уже наконец избавимся от ненужного багажа! — радуется Шарк.       — Постыдился бы, — вызывает на себя удар ноблесс. — Только и умеешь, что издеваться над беззащитными детьми…       — Закройся!!! — кричит приходящий в бешенство головорез и бьёт белобрысого по лицу, хватает за волосы приподнимая над полом.       — Полагаю для тебя это обычное дело, — продолжает выводить из себя члена DA-5 Регис, явно попадая словами по больному, тот яростно оскалившись держа за волосы поднимает ноблесс над полом. — Такое типичное поведение для недочеловеков.       — Ах ты грёбанный выродок! — удар. — Скоро будешь молить о смерти! — удар, удар. — Но я не убью тебя! — серия ударов. — Когда вдоволь наиграюсь, отдам тебя этим уродам из лаборатории, чтобы и они потешились!       — Кьяя!       — Остановитесь!       — Прекратите!       — Хён, по чему же ты просто стоишь и смотришь?!       — Больной отморозок…       — Хо-хо, какая глупость… — довольно усмехается Шарк, наблюдая за кинувшимся в атаку Шинву, собираясь от него отмахнуться как мухи, вот только парень в последний миг отклоняется и бьёт точно в по лицу. Неожиданно молча Шарк достаёт нож и бьёт Шишву…       Нож разлетается на куски столкнувшись с невидимой преградой.       — Ведьма!!! — вопит Шарк поворачивая голову в сторону где у стены лежит… Вульф. Одного взгляда достаточно, чтобы удивиться тому, что она всё еще жива. Сколько костей в её теле вообще осталось целыми? Как она тут оказалась? Почему…?       Шарк отбрасывает ноблесс и Шинву в сторону, а эта Вульф… улыбается, так светло и радостно, что сердце сжимается от боли и тоски. Будто ей открылась какая-то тайна недоступная никому в целом мире, она закрывает глаза покорно принимая свою смерть.       М-21 сам не понимает, как атакует Шарка, тело действует само. Шепот на грани слышимости на неизвестном языке, прилив сил и… звук рвущейся плоти и ломающихся костей за спиной.       Она…       Короткий взгляд за спину.       — … Нет-нет-нет-нет-нет, — упрямо повторяет женщина, закрыв уши руками и сжавшись, словно ожидая что за отказ её начнут избивать. Один момент она покорно слушается наставлений Франкенштейна, а в другой закатывает истерики и отказывается что-либо делать. Какого хрена?! Так сложно чуть сильнее задействовать свои способности?..       Как она еще может оставаться живой?       М-21 сглатывает неожиданно появившийся в горле ком. Ничего не берётся из неоткуда, да? Она поэтому так боялась своей силы, да? Почему просто не объяснила? Боялась, что… Вот же идиотка! ***       М-21 стоя на террасе особняка Франкештейна не может отделаться от зудящих мыслей.       Взгляд, в котором нет и тени разума только выворачивающая на изнанку пустота. Жестокая плата за чудо. Знания об их именах, стоили бы столько же? Больше или меньше?       Чудовищная сила. Кранц, даже поглотив для усиления Шарка даже синяка детям поставить не мог. Им с М-24 и стараниями Ик Хана присоединившийся к ним Тао еще доставалось, а детям и ноблесс — нет. Он мог их швырять, бить, пытаться что-то оторвать, но невидимая преграда надёжно защищала их от любой угрозы. Может быть, если бы ноблесс тоже получил усиление, а не защиту как дети они и смогли бы завалить Кранца сами, но…       — Переживаешь? — спрашивает М-24.       — Ты сам её видел. Единственное, что у неё какую-то реакцию вызывает это сын, а так… — М-21 глубоко затягивается сигаретным дымом. — Противней всего осознавать то, что она не зря боялась. Если бы я точно знал, что она может…       — Рейзел бы не допустил.       — Думаешь? — горько усмехается М-21.       — Ну, Франкенштейна он от глупостей удерживает, мы живём под одной крышей, так что и нас бы он вполне смог бы остановить, — добродушно улыбается М-24.       — Франкенштейна? — удивляется М-21.       — А ты сам разве не заметил? Он тоже на её способности глаз успел положить, не знаю уж почему, но это явно связанно с чем-то, что для него так же важно, как для нас узнать свои имена и имена наших товарищей. Вертелся рядом как голодная акула, потом немного присмирел, видимо что-то случилось, а сейчас… Явно не знает, как подступиться, но идеи использовать в своих целях не оставил, — делиться результатами своих наблюдений М-24.       — Уверен?       — Если бы не был уверен не говорил.       — Вот, дерьмо!       — Угу, наверное, Рейзел у неё единственный страха не вызывает потому, что у него и мысли не возникнет как-то использовать её силу в своих целях. Даже Сейра и Регис у неё вызывают опасения, а вот он — нет. И вот что, родители у неё люди, чистокровные дальше до некуда, как и родственники, слышал, как этому удивлялся Франкеештейн. Она и сейчас сама генетически полностью вернулась к норме, никаких улучшений или отклонений. Как ты думаешь, как часто люди с такими способностями рождаются? Сколько о них знают в Союзе?       — К чему ты это ведёшь М-24?       — К тому, что скорее всего такие как она после выявления способностей долго не живут. Наверняка есть те, кто ловит их… Я тут читал кое-что из истории… Охота на ведьм и прочее. Вот и думаю, может на неё охотиться Инквизиция?       — Хм…       — Не зря же Шарк, её так уверенно ведьмой назвал? Может он что-то знал? Нет, ну ты подумай как складно выходит… ***       Мелкий карапуз тянется к матери, как может пытается привлечь ей внимание, дергает. Но вместо любви и заботы сталкивается с пустотой.       — Да где же её мужа носит?! — не выдержав очередной подобной сцены на кухне взрывается М-21.       — Она уже около месяца является вдовой, — холодно информирует Франкенштейн, появляющийся рядом словно соткавшись из воздуха.       — Что…? Но разве.       — Конфликт с родителями мужа, она не захотела, чтобы на похороны превратились в балаган из-за её появления, вот и осталась в Корее. Насколько знаю, родители муже пытаются сейчас доказать не действительность брака и оспорить завещание мистера Вульфа. Так что она тут не только потому, что я, как кое-кто думает мечтаю использовать в своих целях, а потому, что на данный момент о ней и её сыне больше некому позаботится. Надеюсь конфликт исчерпан, и ты прекратишь своими внезапными криками пугать ребёнка?       — Я…