Пыльца лунной бабочки осталась на моих пальцах.

      Девушка аккуратно отрывала грязную рваную ткань от запёкшихся ран, которые вновь начинали кровоточить.       — Перестань упрямиться и обратись в больницу, — протянул долгое «м», медитирующей Глоссарик, он, конечно, встревал в разные передряги с этими принцессами, но эта побила все рекорды и устроила ему настоящую нервотрёпку.       — Не стоит, всё в порядке, — огласила заранее придуманный ответ Мун, которая ожидала чего-то подобного, поскольку задумчивость не была свойственна этому существу, а потому ничего хорошего не сулила.       — Ты истекаешь кровью, по-твоему, это нормально? — Приоткрыл один глаз Глоссарик, покосившись на принцессу, о жизни которой он бы парился меньше, если бы не дал обещание королеве сохранить этой девчонке жизнь.       — Всё в порядке, — повторила она, дав понять, что на этом разговор окончен.       — Тот ящер был прав, ты и дня здесь не протянешь, — цокнул наставник перед тем, как спрятался в книгу, а принцесса продолжила преспокойненько латать своё тело, на котором за никчёмный месяц, может меньше, не осталось ни единого живого места. Теперь она точно далека от того идеала, который ей навязывали с детства.       Грудь резко сдавило так, что невозможно вдохнуть, а рана, оставленная ящером в честь знакомства, вновь открылась и обильно кровоточила. Кто знает, сколько крови она уже потеряла, да ещё с этим грязным тряпьём высок риск подхватить какую-нибудь заразу, в таком темпе ей долго не… протянуть.              Этот чёртов монстр не может быть прав! Мун резко вскочила и прошлась на ватных ногах.       Ох, он будет удивлён, увидев целую и невредимую принцессу с копьём в руках. Она принялась рыскать по убогим комнатушкам и нащупала кое-какую дырявую ткань, что плащом накинула на себя, а книгу умудрилась обмотать ремнями и натянуть эти ремни на плечи, словно натянула походный рюкзак, совсем как тот, с которым имел обычай наведываться во дворец дядюшка Генри, что по приходу выкладывал весь свой кладезь историй о других измерениях, что раз и навсегда отбил охоту соваться в другие миры, но чем черт не шутит.       Жаль, но у принцессы нет чувства юмора, впрочем, как и всех остальных, которые безжалостно потушили гувернантки, ссылаясь на то, что в управлении королевством они будут только мешать. И всё же годы обучение не избавили её от стыда, который окрашивает щёки красным, ведь Мун так и не оправдала надежд ушедшей королевы — опозорила всю свою родословную, проиграв монстру. Монстру! Даже не монстрам.       Мун двинулась прямиком к городу.       Она выживет на зло ему.

***

      Дождливая погода затянулась на несколько дней. Поскольку ветра почти не было, тучи медленно плыли по небу.       Оживлённые кварталы переполнялись людьми. Каждый был занят своим делом. Где-то разворачивалась пьяная драка, и её участники тешили собою очевидцев, где-то работник оправдывался по телефону перед боссом за опоздание, неся всякий вздор.       Мун облокотилась об ближайший столб.       — Этот мир добьёт меня, — получилось немного поэтично, осталось срифмовать слова и издать в печать, может, так люди сочтут её безумным творцом и, в конце концов, снимут её фоторобот, которым обклеены все витрины магазинов?       — Кажется, вы хотели убить меня, а не замёрзнуть на улице, — напомнил ящер, возникнувший прямо за её спиной, словно из-под земли вылез, точно из ада.        Если бы она могла сказать хотя бы слово, то быстро бы разъяснила монстру, на каком расстоянии ему стоит держаться от неё и, желательно, как можно дальше, чтобы вовсе не делить один и тот же воздух. Но Мун молчала, прикидывая, сколько шагов до ближайшего переулка, если падать, то не на его глазах, но не успела она и шагу сделать, как всё, что было видно глазам, исчезло, уступая холодной тьме...

***

      Девушка медленно открыла глаза. Тяжесть наполнила тело, было трудно пошевелить даже пальцем. Мун осматривала комнату. Все те же белые стены и тошнотворный запах хлорки, мешавшейся с какими-то препаратами.       — Ты уже очнулась, — сидящая напротив девушка мило улыбнулась, она укуталась в белый халат, что ей любезно выдали.       — Надо было слушать меня раньше и обошлась бы парочкой царапин, — хмыкнул наставник, доедая очередной стаканчик пудинга, попеременно ворча о том, на кой-черт он сдался этим принцессам, раз они его советов не слушают.       — Глоссарик, она не должна тебя видеть, — процедила принцесса.       — Всё в порядке. Энжи довольно милая девушка. Она дала мне п-у-у-динг.       — Не волнуйся, больше никто не знает о твоём друге, — слишком приторная улыбка доверия не внушала, да и вообще принцесса навряд ли могла бы кому-нибудь доверять, уж так её учили, что веры нет никому.       — Когда меня выпустят? - Поинтересовалась Мун.       — Нескоро, — ответила Энжи.       - Как я здесь оказалась? - Первый по важности вопрос, предыдущий - лишь предлог, чтобы сделать собеседницу сговорчивее, но этого не требовалось, она и так оказалось любительницей поболтать.       — Ох, ну, вызвать скорую не составило труда, ведь это больница моих родителей, правда, надо отдать должному тому пареньку, - призадумалась Энжи, но лицо, как ни старайся, не вспомнить, а, может, вовсе не видела, всё-таки на нём капюшон был, да и людей так прилично собралось, нет, не вспомнить.       — Парень? — В бескорыстную помощь Мун не верила точно так же, как и в сочувствие, когда, вроде бы все ходят с кислыми минами, а на деле злорадствуют за спиной, здесь, примерно, принцип тот же.        Честно, она вообще мало, что помнит и причин на то много, то ли действие препаратов, то ли значительная потеря крови, ей бы оставить эту затею и поспать прилично, хоть раз за месяц, ведь уже в следующий начнутся вновь перебежки, полиция наверняка прознала о ней, но чувство того, что она что-то упускает, не могло её оставить, пока его голос не пронзил мысли стрелою. Да пусть он сто раз мелодичен, он ей противен! Противен! Подумать только, её спас монстр. Её. Монстр. Он прикасался к ней! Непростительно, непростительно!       Мун сжала кулаки так, что костяшки побелели.       Непростительно!