Chapter XI
18 июля 2017 г., 10:04
Глаза Ника распахнулись, когда низкий, громкий звук барабана пронёсся по Норе. На мгновение он подумал, что должно быть, ему приснились те барабаны, которые звучали в ту ночь, когда Джуди нашла его, но тревожные крики крольчат поднимали на уши всех вокруг, подтверждая, что это всё происходит на самом деле. Повсюду были опрокинутые стулья, а несколько взрослых кроликов, которые ещё были здесь, суетились, ища своё оружие.
Когда он поднялся на ноги, к нему подошёл единственный кролик, который не суетился и никуда не бежал. Стивен, по-видимому, из религиозного долга, никогда не был без меча при себе.
Первым заговорил Ник, пытаясь перекрыть грохот барабанов:
— Что происходит?
— На нас собираются напасть. Судя по ударам барабанов мощь противников довольно велика. Весь клан мобилизуется, чтобы дать отпор.
— Где Джуди?
— Джуди — звучит грозно! Вероятно, она покинула праздник, чтобы стоять на страже.
— Что мне делать?
Стивен на мгновение взглянул на него.
— Пойди с детьми. Похоже, ты им нравишься, поэтому сможешь сохранить их спокойствие и проследить, чтобы они хорошо спрятались.
Ник почувствовал, как кто-то потянул его за ногу и, посмотрев вниз, увидел, что один из крольчат безмолвно указывал на дверь в коридор, где были все остальные крольчата, которые дремали сегодня рядом с ним. Их учили, что делать, если случится то, что произошло сейчас и поэтому они ждали Ника, чтобы спрятаться. Пожелав удачи, Ник пошёл за крольчатами.
***
Укрытие было простым — обширный спальный зал для тех сыновей и дочерей Стюарта, кои ещё не состояли в браке, а также для различных внуков, которые спали там из-за отсутствия места в доме их родителей или потому, что родители решили отправить дитё формировать свой характер и учиться жить в обществе. И вот, среди буквально сотни мест, на одном из них никто никогда не спал, потому что, убрав солому, они могли бы обнаружить дыру в земле, которая ведёт в большую подземную комнату. Комната была не очень комфортабельна, наоборот, в ней было очень даже неудобно: стены и пол из грязи, а удобства представляли из себя глубокую дыру в углу комнаты, да бочка с водой. Вдобавок ко всему, свет проникал только из входного отверстия, так что большая часть комнаты была полностью погружена во тьму. Но это означало, что если бой будет проигран и противник сумеет разбить клан Хоппсов, то проникнув в Нору, они не найдут детей, если не потратят значительное количество времени на поиск каждого закутка. А если же они найдут детей, то это значит, что все или почти все кролики клана мертвы, так что в любом случае больше некому будет прогнать захватчиков и клан будет фактически уничтожен. Это объяснил Нику Роберт, один из старших крольчат. Он войдёт во взрослую жизнь только в начале предстоящей весны. Большинство детей на самом деле были довольно спокойны. Видимо это случалось настолько редко, что последние несколько лет такого не происходило. Здесь были также настолько маленькие крольчата, что они даже не в силах понять, что сейчас происходит. Их притащили сюда старшие братья и сёстры или двоюродные братья и сёстры. Они вообще никогда не сталкивались с этим и их даже не учили, что делать в такой ситуации.***
Время, казалось, остановилось, пока они ждали. Детям было слишком скучно в пустой комнате и, к тому же, им нужно молчать, чтобы комната оправдала свои ожидания и могла скрыть их, поэтому большинство из них попытались заснуть в надежде, что они снова смогут веселиться, когда всё закончится. Но Ник не мог найти себе место, когда знал, что где-то над головой бушует битва. Его мысли путались, когда он задавался вопросом, что делать и должен ли он попытаться убедить Стивена позволить ему пойти защищать Нору. Он не был воином. Он это знал. Его тщетные попытки стать охотником в родном племени доказали, что он не мог даже наверняка убить мелких птиц и ящериц. Так что какой у него был шанс противостоять этим неизвестным противникам, которые атаковали клан Хоппс? Он даже не сможет разбить столько воинов сколько смог бы обычный повар клана Беверен. Наверняка он только был бы помехой на поле боя, даже если бы смог убедить Стивена. И он знал, что кланы кроликов считают его желание преступлением. (*) Но он всё ещё чувствовал, что должен попытаться. Прямо сейчас Джуди сражается за свою жизнь и мысль о том, что она может быть ранена или даже убита… Она неприятно терзала его изнутри. Для него было странно испытывать такие чувства к кролику, а тем более к тому, кто поработил его, но… Она доверяла ему. Не совсем, конечно же. Она всё ещё спала с клинком под подушкой, хотя это может быть просто личная причуда. Но даже если она не доверяла ему и думала, что он может сбежать или попытаться убить её, она не ограничивала его и давала возможность быть свободным, хоть и была осторожна с ним. Она доверяла оружию, которое он делал для неё, чтобы защитить свою жизнь и клан, а также она доверяла его знаниям по различным вопросам. Джуди узнавала о способностях лиса и уважала их. Он никогда не испытывал этого раньше к кому-либо… И каждое выражение благодарности за его работу грело сердце. И в этот самый момент она может быть убита в бою. А что будет с ним, если Джуди падёт? Она рискнула сделать лиса своим рабом. Что клан сделает с ним тогда? Они наверняка не отпустят его, учитывая всё то, что он знает о клане. Станет ли он рабом Стюарта? Если да, то будет ли он освобождён от всякой грязной работы? Или же они просто убьют его, оборвав его жизнь, как, вероятно, случилось бы в ту ночь, если бы его нашла не Джуди? Он предположил, что это не самый худший вариант. Он прожил достаточно, чтобы знать о более скверных вещах, чем смерть. И если он должен умереть… ну, вероятно, на его плечах достаточно добрых поступков для них, чтобы они могли исполнить его просьбу, поэтому он мог бы попросить их казнить его утром и осветить его тело факелом или свечой ночью. Это дало бы его матери шанс вырвать его дух из тела, если он сумел правильно связать свой дух. Тогда он мог бы продолжать следить за семьёй Джуди из мира духов. По-видимому, есть и худшие варианты провести загробную жизнь. Ник был потрясён своими мрачными мыслями и тут тихо сопение почти сотен крольчат перебил какой-то шум. Шаги. Кроличьи шаги. Ник сопротивлялся искушению расслабиться и крикнуть. Он понимал, что если это будут кролики клана Хоппс, то они сами окликнут их. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, пытаясь отсеять запахи толпы крольчат, окружающих его. Кролики клана Хоппс в Норе почти не чувствовались. Кролики Хоппс пахли, как Нора, а Нора пахла, как кролики Хоппс. А запах этих кроликов выделялся, как солнце сквозь туман. И среди них был ещё один, гораздо более сильный запах, с которым Ник встречался пару раз раньше — маленький хищник. Ласка? Хорёк? Как бы то ни было, это только подчёркивало то, что шаги принадлежат врагам, а не кроликам Хоппс, вернувшимся с удачной битвы. А тем временем шаги становились всё громче и отчётливее, приближаясь к входу в убежище. Оглядев вокруг тёмную комнату, полную спящих крольчат, нагромождённых друг на друга, он понял, что о побеге и речи быть не может. Любая попытка предупредить их об опасности просто свела бы все шансы выжить к нулю. И хотя можно было бы сбежать в одиночку, но он немедленно избавился от этой мысли. Никто не защитит этих крольчат, поэтому Ник решил, что если кто-то и может, так только он. Поэтому, когда солома с входной дыры была отброшена, а голова внезапно втиснулась в дыру — голова кролика, Ник не позволил врагу проникнуть внутрь, откинув его обратно полу-паническим прыжком. (**)***
Кролик попятился назад, движимый весом лиса, и кинжал, который был в его лапе, упал на пол. С отвратительным треском его голова ударилась о деревянную раму кровати, а Ник же, оттолкнувшись от бесчувственного кролика, обратил внимание на следующего противника. Крошечный уголок его разума, не занятый выживанием и паникой, заметил, что в комнате было пять других животных, не считая его и кролика, с которым он только что покончил. Четыре кролика, все с кремовым, почти оранжевым мехом — очень уж отличается от уже знакомого серого меха Хоппсов. И ещё один зверь со снежно-белым мехом. Пока он оценивал сложившуюся ситуацию, он даже не осознавал, что инстинктивно выпустил когти, чтобы наброситься на ближайшего кролика. Он поднял меч, чтобы защитить себя, но не в подходящий и почувствовал жгучую боль, отдающую в рёбра. Однако это не помешало ему рвать когтями кролика, а когда тот в агонии отшатнулся от него, его голова устремилась вперёд. Челюсти защемились на шее кролика, сжимая её, пока он не почувствовал, как хруст шейных позвонков оборвал жизнь жертвы. Он отпрянул от мёртвого кролика как раз вовремя, уклонившись от выпада кролика с копьём. Когда он сориентировался, то вырвал меч из земли, все ещё покрытый его же кровью. Он владел мечом без какого-либо мастерства, бил, как будто бы это была булава, но разница в размерах и адреналин взяли своё — он пробился сквозь защитников своей текущей цели, разломав копьё, поднятое врагом в порыве защититься, и убил кролика. Но были ещё другие. Остальная часть боя была как в тумане, проплывая мимо его глаз в виде крови, боли и насилия, когда адреналин и отчаяние привели его в бешенство. Но в какое-то время всё это закончилось. Он поднялся с бесчувственного тела врага, с трудом убрал челюсти с его шеи, задаваясь вопросом, что случилось с его мечом. Ему удалось встать, отбив волну головокружения, и он принялся оглядываться вокруг. Внезапно к нему пришло чувство измотанности. Бой, казалось, длился только пару минут, но он чувствовал, как будто бы пробежал марафон. Ну, это легко исправить, подумал он. Ник попытался сесть на одну из кроватей, чтобы отдохнуть, но промахнулся и рухнул рядом с ней. Отлично, это тоже должно сработать.***
Когда самый смелый из крольчат, стоя на плечах одного из братьев, сумел выскочить из скрытой комнаты, он обнаружил, что всё вокруг было покрыто останками кроликов, а посреди всего этого сидел Ник, прислонившись к одной из кроватей. Его голова была задрана к верху, вокруг него была кровь, а из живота торчал обломок копья.
