A Rabbit Clan's Fox

      Когда Ник почти пришёл в себя, его первой мыслью было то, что он должен был волноваться, но он не мог вспомнить, о чём. Перед его глазами плавали очертания знакомого кролика, всё было серым, фиолетовым и красным. И что-то из этого казалось не в порядке.       — Джуди? — пробормотал он, прежде чем понял, что привлекло его внимание. — У тебя кровотечение?       Лицо улыбнулось ему, и он машинально улыбнулся в ответ.       — Это не моя кровь.       — О, — ответил Ник. Он попытался понять это. — Тогда всё в порядке.       — Ты должен выпить это.       Он понюхал воздух, и поморщился от запаха крови, но было что-то ещё…       — Суп? Я не голодный.       — Пожалуйста, Ник. Это важно.       Ну, если это важно. Ему удалось сосредоточить взгляд достаточно для того, чтобы увидеть ложку, парящую перед ним. Он попытался наклониться вперед, чтобы сделать глоток, морщась от боли в кишечнике, прежде чем его оттолкнули назад. Вместе с тем ложка оказалась у него во рту. «Лук», подумал он, облизывая губы. Много лука. Также много шалфея. Неплохо.       Когда ложка вернулась, и он снова выпил из неё, память, наконец, прояснилась.       — Дети в порядке? — пробормотал он, с набитым ртом супа.       Нежная лапа коснулась его щеки и он прижался к ней.       — Они в безопасности. Ты сделал добро, Ник.       — Хорошо, я рад.       Его слух улавливал что-то ещё, но, похоже, это было не так важно. Он сумел не заснуть в течение следующих двух ложек лукового супа, но у него больше не было сил бороться с желанием заснуть.

***

      Большую часть времени комната использовалась Бонни для занятий по искусству шитья и ткачества. Но когда это было необходимо, кровати переносят сюда, чтобы они были под лапой у Бонни для лечения раненых, которых кладут на них. Сейчас был один из таких периодов. И в одной из этих кроватей, прислонённых к стене, лежал Ник. Остальная часть комнаты была в суете, так как Бонни и несколько её помощников ухаживали за другими ранеными из битвы, но глаза Джуди были прикованы только к её лису.       Джуди уронила ложку в миску с луковым супом. По его дыханию она могла бы сказать, что Ник просто вырубился или заснул. Однако, она полагала, что не может винить его. И она ведь скормила ему достаточно супа, прежде чем он уснул.       Она взглянула на копье, всё ещё торчавшее из него, прежде чем снова отвести взгляд. Через несколько минут суп достигнет его кишечника, и если он проколот копьём, будет чувствоваться запах лука. Если это так… не было ничего, что они могли бы сделать для него, за исключением милости быстрой и безболезненной смерти. А если нет? Тогда начнётся долгий и болезненный процесс, чтобы попытаться спасти ему жизнь.       Время шло мучительно медленно, измеряемое вдохами лиса, но в конечном счете и довольно скоро время пришло. Она наклонилась вперед — осторожно, чтобы не ткнуть себе в глаз разломанным копьём, это не было бы прекрасным концом ночи — и робко понюхала рану. Конечно, запах крови был очень сильный, но, к счастью, это всё, что она учуяла.       Чувство облегчения было ошеломляющим. Всё, что она хотела сейчас сделать, это свалиться на Ника и плакать. Но его раны нуждались в уходе, а Бонни лихорадочно работает, чтобы удерживать Натана, лежащего на нескольких кроватях, сдвинутых вместе, живым. Несомненно, не было никого, кто мог бы справиться с этой задачей лучше, чем она. Поэтому Джуди проверила припасы, которые она приготовила раньше — травы, повязки, острую костяную иглу и нитку, сделанную из кишок. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Затем взяла в лапы вал копья и потянула.