Темный дворецкий: перезагрузка.

В темнице раздавался хохот беспощадных палачей. Втроем они мучили Себастьяна. Пьяные, палачи удумали нечто страшное. Подготовив свечу, они пролили на демона алкоголь и грозились его поджечь. Вино стекало по телу, просачиваясь через раны в кровь, вызывая жжение. Открытые раны, истекающие ручьями черной крови, зашипели и вспенились, недавно затянувшиеся раны вновь открылись под действием алкоголя. И теперь тело ныло, мышцы странно стянуло. Ручьи черной жидкости медленно стекали вниз по торсу и ногам, четко просматривались из-за изорванных лохмотьев. Но Михаэлис терпел. Терпел и ждал. Луна осветила его лицо. Палачи что-то шумно обсуждали, пьяные. Но демон их не слушал, в голове гудело, и глаза закрывались, но нельзя было терять бдительность. И Себастьян терпел. Он знал, что пожар не убьет его, но сильно повредит кожу, а в его положении регенерация, увы, проходила намного медленнее. В этот час, под полной луной, по крышам стремительно бежал кошмар города. Фурия, сеющая хаос везде, где появляется. Стуча каблуками, он быстро приближался к месту своего назначения. Смеясь от предвкушения грядущей резни, момента его сладкой мести, он прыгал с крыши на крышу. И вот оно - это здание. Со всего размаху, достав косу жнеца, он разбил стену, с маленьким окошком. Грохот, и камни посыпались в камеру пыток, поднялась пыль. Себастьян закрыл глаза. Неистовый крик палачей доносился до его ушей. Грелль со всего размаху ударил по цепям. Те раскололись, высвободив демона. Михаэлис мертвым грузом упал на пол. Жнец тем временем отсекал головы мужчинам, которые так долго издевались над его фаворитом. Забрызгав кровью стены, он успокоился, и, подхватив Себастьяна, поспешил убраться из этого ужасного места. Граф не спал. При свете свечи он сидел в кресле в своем кабинете и смотрел в окно. Ночное небо завораживало своим блеском звезд. Сиэль закрыл глаза. Его ресницы слегка дрожали, приоткрытые губы нашептывали какие-то слова. Глубоко в душе, граф искал ответы на свои бесчисленные вопросы. Слишком многое не сходилось. Слишком много провалов в памяти. Сиэль не заметил, как уснул. В темном углу кабинета показался силуэт Клода. Он любил приходить сюда и, незаметно, во тьме, наблюдать за хозяином. Это был его грешный поступок. Но сейчас, когда граф был так безмятежен и спокоен, дворецкий мог наблюдать за ним, не опасаясь ничего. Он подошел ближе и встал на колено рядом с юношей. Клод внимательно всматривался в каждую деталь любимого лица. «Ты так повзрослел, Сиэль. Кто бы мог подумать, что у такой прекрасной души так скоро будет и тело, под стать ей. Ты прекрасен в лунном свете. Я никому не позволю отнять тебя у меня.»- Клод провел пальцами по своей щеке, вспоминая момент, когда там однажды оказалась кровь графа, он до сих пор помнил тот вкус. Металлический привкус, с капелькой надменности и власти. В тот момент Клод возжелал душу Сиэля всеми своими уголками черной души. И теперь его цель сделать все возможное, чтобы граф отдал ему свою душу. По началу, все было легко. Его детскую ненависть к Себастьяну было легко подпитывать неуместными фразами и клеветой, но теперь он поумнел и стал много думать. Клод долго уже соображал, как ему сбить графа с толу и заставить забыть про демона. Ведь не трудно догадаться, что он так и не смог полностью заменить юноше Себастьяна, и их связь еще присутствует в обоих, хоть она и слаба, и тонка, что непонятно, как она еще существует, она все еще есть, и Себастьян ее хранит, как ничто на этом свете. А у него с хозяином нет этой связи. Не он заключал с ним контракт. За четыре года службы ему, Клод так и не удостоился ни похвалы, ни гордости графа. Все всегда не так. Чай не тот, еда не вкусна, прислуга, то и дело, ныла, и пришлось и с ними поступать жестоко, что бы сдерживать их бурные порывы. Теперь они тихие, и послушные, однако графу вновь это не понравилось. Разве они не раздражали его? Разве он ненавидел этот смех и вечные промахи. Эта безответственность вперемешку с некомпетентностью. Клод ненавидел их троих. Еще и это дьявольский пес. Плуто он запер в подземелье, подальше, под семь замков, что бы тот не смог вырваться. И дьявольский пес послушно сидел там, ожидая момента, когда его освободит хозяин. Отвлеченный своими мыслями, рассматривая графа, Клод потерял на мгновение бдительность, и не заметил, как в поместье пробрался нежелательный гость. За дверью на кухне, была комната, где жили Финн, Мейлин и Бард. При свече они сидели за маленьким столиком и ждали. Гость вот-вот должен был навестить их. От нетерпения Мейлин разбирала и снова собирала свои пистолеты, проверяя их и начищая до блеска стволы. Бард, закуривая очередную сигарету, играл в карты с Финни. Тихий, еле слышный стук в дверь. Девушка подскочила, отворила дверь и впустила гостя. -Ну что?- шепотом спросила она, взволнованно перебирая пальцами. -Он у гробовщика. Сейчас он в очень плохом состоянии. Ран много, и они быстро заживают, но он обессилен, и надежды в нем почти не осталось,- тихо произнес жнец,- слишком долго он был без цели. Поправив очки, и сняв красное пальто, он сел за стол. -Нельзя, что бы Клод узнал, что Себастьян освобожден. Сейчас наша главная задача отсрочить момент истины,- сказал Бард. Прислуга с ним согласилась. -Что с графом?- спросил Финниан,- в последнее время он чем-то озадачен, ему надо знать правду, но нам он не поверит, и слушать не захочет, Клод слишком сильно запудрил ему голову. -Но Сиэль умен и если ему рассказать все, подробно, он сложит быстро воедино всю картину происходящего, надо лишь дождаться, когда этой гнили не будет по близости,- ответил Грелль, скривив губы. -Даже когда граф прогоняет его прочь, он следует за ним тенью, и не оставляет ни на секунду вне поля своего зрения, он скрывается в тени, прячется в листве, но он всегда рядом. Я заметила это уже очень давно. Всю остальную работу он взвалил на нас, и проверяет все когда граф засыпает, потому что тогда он точно знает, что может его оставить одного. -Мы просто обязаны дать им шанс на встречу… ведь граф,- Финни зажмурился, чтобы не заплакать,- страдает без своего дворецкого. Жнец опустил грустный взгляд в пол, Бард потушил сигарету. -Слишком долго мы ждали и готовились к этой последней битве. Нет больше дороги назад. Ценой собственной жизни, я клянусь, я сделаю все, что бы Клод умер!- с ненавистью произнесла Мейлин, подскочив с места и ударив руками по столу. Все ее поддержали. Этой ночью они дорабатывали свой план.