Конфликт!

******

– Химура-сан, я дома! – прокричал Миша, снимая кроссовки в коридоре, где стояла светлая тумба из дерева со множеством ящичков, на ней находилось много всяких мелочей: ключи от машины, фото в рамке, небольшие фигурки, женский парфюм и мужской одеколон.       Над тумбой висело небольшое вытянутое зеркало, возле которого были крючки для одежды. Напротив неё стояло что-то вроде длинного пуфика, в который обычно составляют обувь, и подставка для зонтов, в ней на тот момент находилось два тёмных зонтика.       Парень, не услышав никакого ответа, прошёл по длинному светлому коридору и завернул направо, в просторную гостиную, совмещённую с кухней, между которыми обосновалась небольшая перегородка из плетёного дерева, украшенная большим количеством маленьких лампочек. Часть кухни была довольно маленькой, по сравнению с размером гостиной. На кухне стоял небольшой стол и четыре стула, все бытовые приборы находились на своих местах. В зоне гостиной, около перегородки, обосновался широкий тёмный диван со стеклянным кофейным столиком, на котором стояла маленькая аккуратная ваза с декоративным цветком, напротив стоял большой плазменный телевизор, его окружали полки с дисками и книгами.       Миша поднялся по лестнице на второй этаж и оказался в небольшом коридоре, в котором находились три двери. Парень зашёл в одну из них. Комната сама по себе была достаточно скромной и небольшой: в одном из углов стояла кровать, рядом с ней — стол и комод, в противоположном углу находился шкаф, в центре комнаты расположился просторный ковёр. На стене, возле шкафа, висела вешалка со школьной формой. – Ну наконец тишина. – облегчённо проговорил Миша,кинул сумку в угол, прошёл к кровати и плюхнулся на неё лицом вниз. Так парень и заснул, не заметив этого.

******

      Внезапно раздался телефонный звонок, Миша медленно потянулся рукой на звук, но мобильник упал с кровати. Парень всё так же лениво тянулся за телефоном, к тому времени, как он смог нащупать устройство, звонить перестали. Миша разблокировал экран телефона и начал пристально вглядываться в буквы, отобразившиеся на экране. До того, как парень успел что-либо прочитать, пришло СМС и, от внезапно раздавшейся мелодии, прибор снова чуть не отправился на пол. Миша резко подскочил и из лежачего положения перешёл в сидячее. На этот раз парень успел ответить на звонок. – Айа? Почему ты звонишь с телефона Хана? – спросил он, услышав приветствие подруги. – Миша,.. пожалуйста, приезжай скорее! – Ты плачешь, что случилось? – на другом конце слышались постоянные всхлипы. – Тут такое творится, Хан напился и нарвался на каких-то парней, всё очень серьёзно! – Где вы сейчас? Я приеду.

******

      Миша вышел из такси напротив помещения, на котором висела вывеска "Северное сияние". Это небольшой, но уютный бар, там всегда было приличное количество народа. Заведение, как и многие другие в этом районе, начинало работать только вечером.       Парень залетел в бар как ненормальный, начал что-то невнятно спрашивать у бармена. Но немного успокоился и спросил ещё раз, достаточно быстро и, на сей раз, доступно. Молодой человек опешил от неадекватного поведения и продолжительной встряски верхней части тела. Затем максимально спокойно ответил: – Если вас интересуют молодой парень и темноволосая девушка, то они вышли через чёрный выход с другой сто... – не успел бармен договорить, как Миши и след простыл.       Парень пулей вылетел из заведения, дальше он следовал на крики в какой-то подворотне. На опустевшей детской площадке четверо людей пинали, валявшегося на песке, парня, который, к тому же, захлёбывался в собственной крови. Один из них заметил спрятавшуюся за деревом девушку в длинной юбке и джинсовом пиджачке. Он за волосы схватил несчастную и приволок её к остальным. – Это твой друг? – спросил держащий за волосы человек. – Если он твой дружок, то почему ты не помогаешь ему, почему просто стоишь и смотришь? – Эй вы, – раздался голос Миши. – какого чёрта творите? – Пхахах, кажется, подмога пришла? – посмеялись все четверо. – Что происходит? – Да вот малец зарекается на старших, мы и решили преподать ему урок хорошего поведения! – И что же он такого сделал? – мельком взглянул парень на полуживое тело. – Мы хотели повеселиться с этой девчонкой, а он начал вмешиваться. – А чего вы ожидали? Неужели мама не научила, что приличные девушки не захотят общаться с такими свиньями как вы! – Чего сказал? – Отлично, ещё и глухие свиньи. – Чёёё?? Ты нарываешься? – Хах, только сейчас дошло, тормоз? – усмехнулся парень и показал средний палец.       Все кинулись в его сторону. Первого и, судя по всему, самого главного Миша уложил ударом правой ноги в боковую часть туловища. Всем остальным он надавал хороших тумаков по лицу. Всё это зрелище пришлось наблюдать, случайно проходившему мимо, Калебу. Он лишь немного растянул губы в улыбке и стал наблюдать издалека, что же произойдёт дальше, попутно докуривая сигарету и держа в руках небольшой пакет из местного супермаркета. – У меня есть один вопрос, кто вас послал? – угрожающе посмотрел парень, схватив одного за шиворот.       Все трое переглянулись: – Мы не знаем их имён, их было трое и они хорошо заплатили. Сказали только, чтоб мы подкатили к девчонке и побили того рыжего. – Эй, ещё один вопрос. – обратился он к пытавшимся незаметно скрыться. – Среди этой троицы был высокий парень со светлыми крашенными волосами? – Д-да... – Вот же ж мрази! – заскрежетал зубами Миша и ударил кулаком в первый попавшийся под руку предмет, коим оказался фонарный столб.       Бандиты резко подскочили, подхватив наиболее пострадавшего, и скрылись в тёмных переулках, чтобы не огрести ещё больше. – Айа, мне нужно, чтобы ты узнала, где здесь ближайшая больница. – резко произнёс парень, закинув правую руку избитого товарища на плечо. – К-конечно! – девушка суетливо начала копаться в своём мобильнике.       Найдя нужную информацию, она сообщила об этом. Миша медленно начал двигаться, осторожно придерживая раненого. Можно представить, насколько тяжело нести человека, в несколько раз крупнее тебя самого. – Миша, давай я помогу! – выдала Айа с отчаянным выражением лица. – Не надо, у тебя ведь очень строгие родители. Что они подумают, если увидят на тебе чью-то кровь? – Н-но... – Вам помочь? – сказал, появившийся из ниоткуда парень. – Калеб? Ты-то что тут делаешь? – удивился Миша, по всему его телу разлилась некая радость, какая приходит нечасто, особенно в такие моменты. – Тебя сейчас не это должно волновать. Твой друг... его ранили? В таком случае нужно как можно скорее отнести его в больницу. Давай его мне, а сам неси это. –вручил он парню пакет и, подхватив еле живое, бессознательное тело, быстро двинулся к больнице. Айа и Миша шли позади, но не отставали.

******

      В больнице парню оказали необходимую первую помощь, а пока ждали решения врача, девушку посадили в такси. Теперь в пустом тускло освещённом больничном коридоре сидело двое парней. В воздухе царила тишина и витал запах медикаментов. – Послушай, я тебе сегодня днём много всякого наговорил... ты извини, если чем-то обидел или задел. Я... – тихо проговорил Миша, потирая рукой шею. – Знаю, ты был полностью прав, мы ведь едва знакомы и у меня нет права навязываться тебе. – погладил по голове Калеб, сидящего рядом, немного удручённого парнишку. – Я должен сам разобраться со своими проблемами, иначе привыкну к чужой помощи и не смогу ничего сделать самостоятельно. – смутился Миша от нежного и неожиданно приятного прикосновения. – Но ведь не так уж и плохо, если рядом будет тот, на кого всегда можно положиться. – мягко улыбнулся другой.       Из-за большой белой двери вышел немолодой человек средних лет в белом халате и сообщил, что пострадавшему ничего не угрожает, но предупредил — пока он госпитализирован и будет какое-то время находится под наблюдением. Ещё врач добавил, что необходимо сообщить обо всём родственникам парня, чтобы те привезли ему сменную одежду и предметы личной гигиены. Миша пообещал, что так и сделает, но в душе внезапно стала нарастать тревога.       Он знал о проблемах друга в семье: мать, всегда позитивная и жизнелюбивая женщина, как и любая хорошая жена и мама, была хранительницей очага своего дома, но из-за случившейся трагедии, прежде её уже не было в живых; отец, пока любящая жена была в добром здравии, соответствовал ожиданиям окружающих их людей, всем и всегда казалось, что так будет продолжаться и после того злополучного дня, но через некоторое непродолжительное время всё пошло по кривой дорожке. Папаша, оставшегося и состоявшего теперь из двух человек семейства, предстал перед сыном в совсем ином свете, он начал пить и приводить в дом каких-то женщин, бросил работу и совсем перестал обращать внимание на своё подрастающее чадо. Тогда ещё несовершеннолетнему парнишке предстояло начать работать на самых заурядный и "грязных" работах, чтобы хоть как-то выжить в этом жестоком мире, параллельно учиться, дабы поступить в хороший университет и найти достойную работу. Всё это время единственное, чем занимался отец, "золотого", по мнению многих, ребёнка — это пил до потери пульса. Казалось, что хуже уже не может быть, но жизнь порой и так в уже дерьмовой ситуации, как будто специально подливает масла в огонь. Всё стало просто невыносимо, когда Миша и Хан только познакомились на первом курсе в университете. Мало того, что мужчина стал забирать все заработанные его сыном деньги себе, так вдобавок ещё и в смерти матери обвинял, а потом дело стало доходить и до рукоприкладства. Ежедневно, каждый божий день, только заметив сына, бросался на него с голыми руками. Из-за этого парень стал избегать своего, так называемого, отца. Когда Миша, наконец, узнал обо всём этом, посоветовал обратиться в полицию, но Хан всего лишь отговаривался, мол это на самом деле его вина и отца он ни в чём не упрекает, и что тот всего навсего снимает так свой стресс, пусть и совсем радикальным методом.       На выходе из больницы Калеб предложил Мише подвезти его до дома, но тот наотрез отказался. Парня не пришлось долго уговаривать, ведь он понимал — вряд ли поймает в такое позднее время такси, да и общественный транспорт давно уже не ходит. Калеб вежливо открыл дверь чёрной, дорого выглядящей машины и жестом пригласил внутрь. Оказавшись в замкнутом месте Миша начал с интересом разглядывать всё вокруг: кожаную отделку сидений, затемнённые окна и прочее. Конечно же, на глаза не мог не попасться личный водитель, который, к тому же, довольно-таки молодо выглядел. Парень впервые оказался среди такой роскоши. Он так и не заметил, как уже оказался возле дома. Поблагодарив сидящего рядом и попрощавшись, вышел из машины и направился к входной двери небольшого дома, который окружал миниатюрный сад, если можно так выразиться, исходя из немногочисленных растений, в состав которого они входили.       Всё это время, пока Миша не скрылся из виду, Калеб наблюдал за ним. – Теперь понятно почему Вы вдруг сорвались с места, когда мы были возле того бара. Господин, пожалуйста, давайте на этот раз без глупостей? Ваш отец не очень обрадуется, если узнает об этом... – прервали парня. – Кристиан, не надо мне читать нотации. Я, конечно, понимаю, что ты очень близок с отцом, но не нужно быть настолько похожим на него. Не беспокойся, я всего лишь хочу немного развеяться. – ответил Калеб, с явным безразличием на лице. – Я, нет, мы все на это надеемся. – пробубнил мужчина и машина двинулась вперёд.       Как только Миша оказался на пороге дома, на него тут же с объятиями вся в слезах кинулась немолодая женщина, на её лице виднелось несколько морщинок, за спиной с недовольной гримасой стоял немолодой мужчина, под стать жене. Сам мужчина оказался довольно высок, практически вдвое выше парнишки. – Химура-сан, Такуми-сан, я... – Юноша, вы хоть знаете сколько на дворе времени! – сердито выдал седовласый мужчина, на голове которого красовалась небольшая залысина. – Да будет тебе, Такуми! – ответила ему женщина. – Парень, наверное, проголодался, сейчас я быстренько разогрею ему еду, а после он нам всё и расскажет. – улыбнулась милая дама и отправилась на кухню.       Через какой-то промежуток времени все трое сидели за кухонным столом и пили зелёный чай. Миша рассказал только то, что его лучший друг оказался в больнице, но не назвал истинную причину такого развития событий. Он не хотел беспокоить людей, находившихся в почётном возрасте и вырастивших пусть и далёкого, но всё-таки родственника. Возможно, вероятнее всего, парень просто не хотел ловить себя на мысли, что всё это произошло по его вине, он не желал будить в себе, и так почти взявшие над его телом верх, суждения и домыслы, от которых ещё ни кому не стало лучше, разве что только хуже.