Мы теперь семья

      Лупоглазое лицо Краглина высветилось на голоэкране. Прошло совсем немного времени со смерти Йонду, а бывший старпом уже успел приобрести какой-то особый заносчивый капитанский взгляд. Глуповато-отстёгнутый вид сменился на маниакально-настороженный. Голограф нещадно рябил, поэтому Квиллу казалось, что лицо новоиспечённого капитана бьёт лицевая судорога. Впрочем, не так уж сильно он и ошибался – Краглин был дёрганым парнем ещё во времена, когда занял пост младшего помощника. «Не, не станет он вторым Йонду», с грустью подумал Питер «тот был капитаном от Бога». Хоть Краглин теперь и рассекал с красным гребнем на голове, глубокая ссадина через всё лицо говорила о том, что для него это пока лишь бесполезный аксессуар, навроде велосипеда, купленного навырост годовалому малышу. − Здорово, Квилл. Как тут у вас житуха? – поинтересовался Краглин. − Да ничего нового, − пожал плечами тот – пока дрейфуем, решаем, куда лыжи навострить. − О, эт я вовремя тогда! – осклабился капитан – У меня есть для тебя дельце. − Давно бы так! – ощерился Ракета – Прибыльное? − Как пойдёт. Может, и да, а может… В любом случае, это будет лёгкой прогулкой. Как раз для тебя, Квилл, чтобы отвлечься и прочистить мозги. Изображение на голоэкране так сильно зарябило, что лицо говорящего превратилось в гротескную маску: глаза переместились ко лбу, рот поехал к ушам. Енот не сдержался и мелко захихикал. Грут тихо вторил ему, сидя на мохнатом плече и болтая ножками. − Давай подробности, − кивнул Звёздный Лорд. − Короче, помните войну в системе Альфа-центавры? – начал Краглин. − Э… − завис Питер. − Эта гражданская война имела место быть сто сорок пять лет назад! Участвовала вся звёздная система. Было испепелено три планеты. Это была священная битва, много храбрых воинов полегло, − воодушевленно проговорил Дракс, сверкая глазами, как будто сам там побывал. Все с удивлением посмотрели на здоровяка. − Молодец, профессор кислых щей, − бросил Квилл, поставив Разрушителя в тупик на добрые минут десять. − Ну типа того, − продолжил Краглин – Вся соль тут вот в чём: на Честе, самой крупной планете системы, жил тогда сумасшедший коллекционер артефактов Эмерик Фон Кепп. Его коллекция была одна из самых крутых в галактике. По сравнению с ним Тенелир Тиван – цыплёнок ощипанный. Так вот. Когда на Честе запахло жареным, народ начал спешно мотать удочки с планеты. Билеты разлетались как горячие пирожки, все хотели успеть смыться из системы центавры до начала полномасштабных боевых действий. А Фон Кепп заупрямился и остался. Недооценил размеры начинающейся заварушки. Заявил, что его коллекция слишком велика и многие экспонаты нетранспортабельны. Потом выстроил бункер и замуровал все артефакты там вместе со своей бренной тушкой. Много позже, когда на Честу стали сыпаться бомбы, словно снег зимой, он пожалел о своём непродуманном решении. С великим трудом, за неимоверную сумму юнитов, он нанял судно, капитан которого был готов вывезти его из самого эпицентра военных действий. Он взял с собой лишь часть своей коллекции, собираясь вернуться за оставшимся, но и этой малой части было достаточно, чтоб нагрузить доверху сокровищами грузовой отсек корабля. Эмерик дал дёру с планеты, но, когда он покидал орбиту, его корабль был сбит ракетой (война ж была в самом разгаре!) и разлетелся на атомы в атмосфере. Мужик он был маниакально скрытный, и родственников у него не было. Понимаете, что это значит? – Краглин заговорщицки подмигнул. − То, что нельзя недооценивать силу врага, − с жаром заявил Дракс. − Да не, тормоз! – осадил его Ракета – В бункере остались почти все его артефакты! Ахххха-ха-ха! Вот это будет крутое дельце! − А разве их не разграбили за столько-то лет? – недоверчиво приподнял бровь Питер. − То-то и оно, что нет. Фон Кепп держал место нахождения бункера в строжайшем секрете и унёс его с собой в могилу. Плюс вскоре после того, как его корабль был сбит, Честу испепелили из космоса силы противной стороны. Так что туда много лет никто не совался, а кто и совался, нихера не нашёл. − И ты предлагаешь нам полететь туда и вслепую копошиться в пепле? – раздался голос Гаморы. Никто не заметил, как она поднялась в рубку. О недавнем принятии душа напоминали лишь слегка влажные концы волос. − Да не! Я осёл, что ли? – усмехнулся Краглин – Наш заказчик дал мне карту предполагаемого нахождения бункера. Ясен пень, что процент будет заоблачный. Если мы что там найдем. − Альфа-центавра это ж у чёрта на куличках, − протянул Звёздный Лорд – Туда лететь через полгалактики, а результат не стопроцентный. − Как же ты любишь проценты, а! Звёздный крендель ты недоделанный! – рявкнул Ракета. − Не, ну не хочешь – не лети, − пожал плечами Капитан. − Не хочешь, не лети… − усмехнулся Питер. «Йонду б сказал: хоть яйца в порошок разотри, а иди и притащи мне эти артефакты», подумал Квилл. Сердце тоскливо заныло. «Как же мне его не хватает…» − Ты чего, конечно же, летим! Аххха-ха-ха-ха! Богатство, жди нас! Скоро я буду жрать золотой вилкой и ходить на алмазный унитаз! – енот пустился в дикий пляс, размахивая хвостом. − А тебе-то это всё зачем? Ты ж ни тем, ни другим не пользуешься, − подколол мохнатого Звёздный Лорд – Жрёшь когтями и срёшься на полу. − Ах ты!.. Енот зашипел и принял боевую стойку, но был обезврежен крепкими объятиями Дракса. Тот облапил его и принялся покачивать из стороны в сторону, как большую, царапучую, грязно ругающуюся куклу. − Да, мы полетим, − сказал Квилл – Всё равно больше планов нет. − Значит, утрясли, − кивнул Краглин – Жди, сейчас пришлю тебе по голопочте карту и подробности дела.

***

      Путь до Честы был неблизкий, поэтому Стражам нужно было пополнить запасы топлива и пищевых брикетов. Ракета фыркал и возмущался, что не будет жрать эту пакость, утверждая, что у него якобы зубы от сухпайка склеиваются. Гамора была склонна рассматривать это заявление с большой долей недоверчивости – она помнила тот случай, когда енот ввалился на борт «Милано» в доску пьяный и разоткровенничался об одном случае, когда он с командой из четырёх человек застрял в космосе вдали от торговых путей на крохотном недокорабле с полетевшей обмоткой двигателя и три месяца посылал по всем волнам сигналы SOS, пока его призыв о помощи не засёк мимо пролетавший крейсер. Всё это время Ракета питался своим экипажем. На брезгливое восклицание Звёздного Лорда «Фу! Как такое вообще возможно?» енот ехидно заявил, что, к счастью, морозильные камеры на судне работали отменно. С целью пополнить запасы команда пристыковалась к орбитальной станции Элок, которая как раз подходила им по пути следования. Питер не любил орбитальных станций: тесные, душные, с вечным полумраком из-за экономии электроэнергии и переработанной в десятимиллионный раз водой. Элок был во владении расы кри, и количество сине-голубых гуманоидов там преобладало над другими цветами населения. Питеру в каждом лысом синем черепе виделся затылок Йонду, а на каждый похожий голос он непроизвольно оборачивался всем торсом. Призрак покойного Удонты преследовал Квилла на Элоке по пятам. Поэтому он был благодарен Гаморе, которая взяла его под руку, когда они дрейфовали по тесным коридорам станции, стиснутые местным населением. Как Питер не хотел поскорее покинуть станцию, пришлось отторчать не один час в оружейном магазине, пока Ракета с маньячно горящими глазёнками выбирал себе новую пушку помощнее. Маленький Грут тем временем пытался поднять небольшой бластер. Когда наконец это ему удалось, он, не успев договорить три своих вечных слова, прожёг дыру с кулак в стене над головой Мантис, едва не опалив той усики. Гамора скорей отобрала у ребёнка оружие и отошла подальше, пока продавец ничего не заметил. На вопрос Звёздного Лорда, зачем им может понадобиться навороченная пушка на безлюдной выжженной планете, енот показал ему средний коготь. Когда разношёрстная команда уже покидала станцию, Ракета обратил внимание на разветвлённую гидропонную систему, занимавшую больше трети орбитальной станции. Клещом прицепившись к местному фермеру, енот досконально вызнал, как эта система работает, купил всё необходимое в местном магазинчике и безвылазно просидел в оружейном отсеке трое суток. Результатом его работы была собственная маленькая фермочка на полном самообеспечении, в которую реактивный насадил всевозможной зелени. «Теперь у Грута будет достаточно свежего и здорового питания», гордо заявил енот, самолично пообещав выцарапать глаза тому, кто посмеет разобрать его творение. Наконец с приготовлениями было покончено и «Милано» взял курс на Альфа-центавру. Питер всерьёз опасался за свою шкуру, ожидая нападок со стороны Гаморы, но его опасения оказались беспочвенными. Зеленокожая воительница сменила гнев на милость и перестала кидаться на Квилла из-за каждой ерунды. Стала более открытой и разговорчивой, начала смеяться над его шутками, а когда они вместе осваивали новый плеер Питера, надев одну пару наушников на двоих, он обнял её и так просидел, тесно прижавшись к её зеленой коже целый вечер. И даже оставил пару поцелуев на её длинной изящной шее. Звёздный Лорд понял, что ему был дан тот самый шанс, который он вымаливал, прижавшись к двери тесной душевой.

***

      Питер проснулся от кошмарного разрывающего на куски барабанные перепонки воя. Аварийная сигнализация! Мешком рухнув с кровати, он на карачках прополз к двери, с ужасом подумав о том, что в «Милано», должно быть, врезался метеорит. Подумав о возможной разгерметизации, он нажал на металлическое утолщение под правым ухом, активируя дыхательную маску. В коридоре по пути в рубку он столкнулся с Драксом, бегущим из душа, который, слава Ксандару, на этот раз намотал пониже пояса полотенце. В суматохе, в которой едва не был затоптан крошка Грут, команда ворвалась в рубку. Последней, не спеша, с достоинством, вошла Гамора. Безупречно одетая и причёсанная, рука как бы случайно покоится на рукояти меча. Словно дьявол, кружащий в красном мигающем аварийном освещении, всклокоченный, с горящими глазами енот был похож на злобного гения. − Ахххахаххаха! Ракета встретил ошалевший экипаж своим фирменным фальшивым смехом. Он спокойно нажал пару кнопок на панели управления, и адская цветомузыка прекратилась. В рубке наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь нервным иканием Мантис. − Не, ну не могу! – енот давился диким хохотом, в котором тонули все слова, что он тщетно пытался выговорить – Вы такие ржачные! Такие… ахахххаха! Звёздный Пёрд ваще красава! Ахххахаха! Дракс оглянулся на Квилла и захохотал гулким раскатистым смехом. Тот так ещё не разгерметизировался и стоял в кокпите в одних довольно застиранных труселях и шлеме. − Ах ты, скотина! – закричал Питер, кидаясь к еноту – так ты это все специально затеял! − Не тронь крысу! Он смешной! – наперерез разъярённому Звёздному Лорду кинулся Дракс. На его серо-каменных щеках ещё виднелись следы слёз, брызнувших от безудержного хохота. − О, господи, − вздохнула Гамора, присаживаясь в пилотское кресло – Каким идиотам я доверила свою жизнь… Ракета, ловко ускользнувший от расправы, вскарабкался на второе кресло. − Так, с тем, что в случае аварийной разгерметизации никто, кроме меня, не выживет, мы уже разобрались, − заявил енот, явно наслаждающийся происходящим – так что, господа нехорошие, позвольте вас познакомить – Честа! Ракета выдал эффектный жест в сторону серо-пыльного шара, занявшего большую часть лобового иллюминатора. − Можете начинать говорить спасибо за то, что я вовремя вас разбудил!

***

      Команду последний раз тряхнуло, и «Милано» наконец вошёл в бедную кислородом атмосферу Честы. На борту царило гнетущее молчание. Вид уничтоженной планеты заставил воздержаться от шуточек даже острого на язык енота. Проплывающая под кораблём поверхность Честы быстро увеличивалась, и картина становилась всё более и более безрадостной. Несмотря на то, что планета подверглась испепелению почти полтора века назад, она ещё до сих пор не смогла оправиться от удара. В ландшафте преобладали чёрные и серые цвета. То тут, то там виднелись глубокие кратеры с запёкшейся, будто зеркальной поверхностью. Редкие островки зелени были хаотично разбросаны по потемневшему лику планеты, будто чёрный холст обрызгали зелёной краской. «Это до чего ж может дойти человеческая жажда по истреблению себе подобных», грустно подумал Квилл, скользя взором по бескрайней пепельной пустыне с видневшимися вдалеке руинами некогда великих городов. Гамора пыталась отметить их местоположение на подробной карте, посланной им Краглином. Навигация тут не работала, поэтому приходилось прокладывать курс по-старинке, надеясь только на собственные глаза и опыт. − Я есть Грут! – возбуждённо пискнул малыш, накрепко пристёгнутый своим мохнатым опекуном к амортизационному креслу. − Не, тебе показалось, − лениво отмахнулся енот. − Я есть Грут, − упорствовал кроха. − Да откуда там взяться огням? Это ж не планета, а одна большая могила. − Что он говорит? – заинтересовался их разговором Звёздный Лорд. − Говорит, видел какие-то огоньки внизу. Типа окон. − Это вряд ли, − сказала Гамора – Скорей всего, это свет Альфа-центавры отражается от какой-нибудь металлической поверхности. − Слушай, Гамора, − подал голос Питер – ты нашла, как лететь к морю? Где-то около него наше место посадки. − Мы уже над ним летим, − горько усмехнулась воительница – держись южнее. Скоро будем на месте. Квилл с удивлением посмотрел на корку спёкшейся от жара до состояния стекла почвы с глубокими воронками взрывов, проносившуюся под днищем корабля. − Всё верно, − заметил Ракета – когда бомбы взорвались в море, оно мгновенно испарилось и оставило после себя пустыню. Мощный был взрывчик. Эх, мне бы такую пушку… Оставляя широкий след в сером небе планеты, «Милано» оставлял позади себя километр за километром. Для облегчения ориентирования по карте, скорость корабля была сброшена до минимальной. Впереди показались руины большого города, предположительно Карлсвилля, который был помечен на карте как отправная точка путешествия. − Посмотрим, − Квилл сверился с картой − вон, обломки фигурных колонн – бывший музей астронавтики. Бывший парк… Кварталы тоже вроде похожи… А это, вероятно, всё что осталось от металлургического завода. Питер ткнул пальцем в сторону полуразвалившегося громадного остова, контуром напоминающего рисунок сталелитейного гиганта на карте. − Он самый, − подтвердила Гамора, более подробно изучившая карту. − Тогда пристегнулись, − скомандовал Звёздный Лорд – ищу место для посадки. «Милано» дал крен на правый борот и заскользил к земле. Питер присмотрел неплохое местечко на окраине города и теперь летел к нему. − Осторожно! – заверещала Мантис. Квилл резко дёрнул штурвал и в последний момент разминулся с покосившейся заржавленной башней. − Да ты задницей управляешь что ли, Звёздный Какиш! – закричал Ракета – Лучше б мне дал порулить! − Ещё чего, крыс облезлый, – возмутился Питер – Чтобы ты мне еще раз корабль разнёс на кусочки! − Я разнёс – я починил, − парировал енот – А ты даже свой писюн починить не сможешь, если он вдруг сломается! − Брэк, мальчики, − устало сказала Гамора – Квилл, скажи лучше, что там с атмосферой? − Ээ… Кислорода маловато, но зато метана больше, чем на той же Терре, − Питер скосил глаза в инфопланшет – Короче, дышать будет тяжеловато, но вполне можно обойтись без дыхательных масок. − Метан, − с улыбкой протянул Дракс – Совсем как на моей родной планете. − Аххаха! Теперь понятно, почему ты собственного пердежа не чувствуешь! – расхохотался енот. Подняв облако пыли и пепла, «Милано» опустился на поверхность Честы. По брюху корабля чиркнула какая-то недоломанная железяка, и после этого одинокого звяка вокруг воцарилась сосущая тишина мёртвой планеты. Квилл ешё раз сверился с картой, Ракета закинул на спину новую начищенную до блеска пушку, Мантис держала наготове подаренный Драксом клинок (хотя с её уровнем владения оружием он наибольшую опасность представлял для неё самой), а предусмотрительная Гамора взяла с собой пару дыхательных масок. Покинувших шлюз охотников за артефактами окутало плотной серой стеной поднявшегося в воздух пепла. − Твою мать! – ругнулся Ракета, проверяя, хорошо ли закреплена крохотная масочка на лице Грута. Тот не смог увернуться от енота, свисая из сумки-кенгуру на груди Ракеты. Питер хотел было посоветовать полосатому няню прикупить соску для своего древесного дитяти, но подавился собственным смехом, глядя на громадную новую пушку реактивного, размером больше самого енота. − Сейчас рассеется, − сказала Гамора невозмутимо – Квилл, веди нас. Питер долго сличал карту с местностью, потом почесал подбородок и уверенно забрал влево. Второй час компания брела по пустынной местности. Остов железной дороги да редкие обугленные пеньки деревьев – вот и всё, что напоминало о том, что здесь некогда кипела жизнь. Каждый шаг поднимал тучи пыли, медленно рассеивающейся в разреженном воздухе. Звёздному Лорду никогда не доводилось бывать в горах, иначе бы он сравнил свои ощущения от прогулки по Честе с подъёмом на крутую гору. Дыхание экипажа «Милано» становилось всё более шумным, на лицах каждого блестели бисерины пота. Едкий пепел летел в глаза и налипал на потное лицо, и скоро лоб и щёки Питера стали немилосердно чесаться. Ему хотелось надеть свою маску-шлем, но было неловко это делать первым, да еще в присутствии Гаморы. Легче всех дорогу переносил Дракс. Он всё так же неумолимо шагал вперёд, постепенно сливаясь с серой окружающей средой. Пепел припорошил его яркие татуировки и тёмные штаны. Ещё немного, и Разрушителя можно будет разглядеть только по его пронзительно-голубым глазам. Сзади раздался мучительный кашель. − Ну что там опять? – проворчал Ракета, оборачиваясь. Мантис, согнувшись в три погибели, содрогалась в приступе мучительного кашля. Её рот судорожно вдыхал бедный кислородом воздух Честы, лицо было мокрым, как будто она умылась. Она уже давно тащилась в конце процессии заплетающимися шагами. − Простите меня, пожалуйста, − выдохнула она – я вас задерживаю. − Вот, возьми, − Гамора протянула ей дыхательную маску – с ней будет легче. − Но… Никто же больше не надел, − замялась девушка, кося глазами на Разрушителя. − Надевай, раз уж ты такое тщедушное создание, − кивнул Дракс – это приспособление обогатит твой хилый организм кислородом. Мантис, улыбнувшись, надела маску. Дышать и впрямь стало проще, даже тело как будто полегчало. Квилл с чистой совестью нажал кнопку за ухом, развернув шлем. − Долго ещё идти-то? – проворчал Ракета – Глаза уже от пепла чешутся. − Да, видишь вон там обломки зданий? – махнул рукой Квилл – Это был какой-то загородный посёлок для богатеев, и рядом с ним, если карта не врёт, должен быть бункер. − Если Краглин нас сюда просто так заслал, − енот сплюнул густую чёрную слюну – я вернусь ему и весь зад раздеру вот этими самыми когтями. Поднимая стену пыли до пояса, компания подошла по некогда здесь проложенной дороге к посёлку. Здания, кроме тех, которые получили прямое попадание бомбой, были в неожиданно сносном состоянии. Хоть и посеревшие, с выбитыми окнами и атакованные немногими пережившими бомбардировку растениями, они горделиво возвышались над плоским пейзажем. − Вот что значит буржуйское логово – здесь даже брусчатка сохранилась, − пробурчал енот, выковыривая узорчатый камень из дороги. Тщетно. Плитка, выстоявшая под испепеляющим космическим ударом и последующими полутора веками запустения, выдержала и мимолётный натиск полосатого неприятеля. Квилл, скользя глазами по однообразной гамме серо-чёрных развалин, неожиданно наткнулся взглядом на яркое пятно. − Эй, ребята, чего это там? – спросил он, повернувшись к команде. Ракета проворно выбежал вперёд и прищурился. Острый звериный взгляд различил то, что Питер не смог разглядеть. Коричнево-зелёные пологие домики, машина, смахивающая на самосвал с большими колёсами, средних размеров шаттл, припаркованный посреди пыльной поляны… − Твою мать! Лагерь! – возмущенно крикнул енот, подскакивая от злости. Раздался гулкий звук выстрела, эхом задрожавший среди стен уцелевших зданий. Ракета молниеносно распластался по земле, пуля пролетела аккурат над его мохнатой макушкой. − Дрын мне под хвост! Да мы тут не одни!