Мы теперь семья

      Астероид 73591-Z не был нанесён на большинство звёздных карт Галактики. Он находился вдалеке от торговых путей, жилых планет и туристических маршрутов. Атмосфера на нём состояла преимущественно из аргона и метана, и была непригодна для дыхания гуманоидов. Звезда системы Дельта-2, в которой он располагался, находилась к астероиду слишком близко, накаляя его поверхность до температуры, близкой к точке кипения воды. Сутки длились на астероиде четырнадцать часов, поэтому каждая его сторона с интервалом в семь часов то нагревалась до +80º С, то остывала до −120º С. Тех, кто знал о местоположении 73591-Z, никак нельзя было назвать примерными личностями. Из-за своей удалённости астероид стал своеобразным притоном для всяких контрабандистов, пиратов, воров и прочих сомнительных личностей. В ходах под его корой были устроены доки для починки кораблей и пивнушки для их отвязных экипажей. В одном из таких заведений под названием «Пьяный фларк» второй час сидела загадочная фигура в чёрном плаще до пят с капюшоном. Сидя за маленьким столиком в углу, она явно кого-то ожидала, недвижимая, словно изваяние. На поверхности короткая ночь постепенно переходила в такой же короткий день, и сейчас на краткий миг температура астероида была близка к комфортной. Закутанная в плащ фигура едва заметно двинулась, повернув голову в сторону вмонтированных в стену часов с мутным циферблатом, и снова замерла. Стакан с выпивкой стоял почти нетронутым больше часа и уже начинал запотевать от перемены температуры в помещении, которая тоже колебалась, как и на поверхности, только в меньшей амплитуде. Уже казалось, что человек в плаще не дождётся того, с кем была назначена встреча, но тут, с шипением хлопнув шлюз-камерой, в паб вошла высокая, явно женская, чего не мог скрыть скафандр не по размеру, фигура с зеркальным щитком на шлеме. Чеканным шагом посетительница проследовала к дальнему столику и присела за него. Фигура в плаще двинулась, и безэмоциональный полуметаллический голос проговорил: − Зачем ты искала со мной встречи, сестра? Новопришедшая сняла шлем, который скрывал под собою зеленокожее строгое лицо. − У меня были на то свои причины. Женщина в плаще подняла голову, и под капюшоном стало видно, что её лицо двуцветно-синее, а вместо левого глаза стоит имплант. − Если бы я того не захотела, ты бы меня не нашла. − За деньги можно купить всё, − едва заметная усмешка коснулась губ Гаморы. – Я просто дала взятку, и получила даже больше информации, чем рассчитывала. − Ты преувеличиваешь силу денег, − прошелестела Небула. − Ты недооцениваешь меня, − парировала Гамора, вздёрнув подбородок. − Хватит праздных разговоров, − качнула головой синекожая. – Зачем ты пришла? Её сестра, мгновение назад бравая и высокомерная, будто дрогнула внутри и чуть опустила голову. − У меня личный разговор. − Личный? – на неподвижно-каменном лице Небулы проскользнула усмешка. – Что-то не припомню, чтобы мы раньше устраивали тёплые посиделки. − Ты же знаешь, что мне больше не к кому обратиться. Все мои родные мертвы. − А как же твой ухажёр с Терры и его говорящая собачка? – поинтересовалась Небула, выглядывая в сторону дверей. − Я пришла одна, − покачала головой Гамора. – И кстати, почему именно здесь? − Потому что за мою голову назначена слишком большая награда, − прозвенел металлический голос. – А здесь я не выделяюсь. Левой рукой Небула поправила сползший было капюшон, и воительница заметила, что она сменила примитивный протез опустошителей на более усовершенствованный. «Что ж, похоже, что дела у неё идут неплохо», подумала Гамора. Она готовила заранее фразы, думала, с чего начать, и по какому сценарию повести разговор, но сейчас просто тихо проговорила: − Небула, я беременна. На безэмоциональном лице сестры промелькнуло изумление. − Это невозможно. − Тем не менее, это так. − Ты ошибаешься, − отрезала Небула. Гамора покачала головой: − Я делала анализ крови. Ошибки быть не может. Зеленокожей показалось, что она увидела промелькнувшую в глазах сестры зависть. − Но как? – выдохнула она. – Ты же машина! Такая же, как и я. Модифицированная до последнего куска плоти. Робот, созданный для убийств. Нам не дано зачать ребёнка. Как?! − Я не знаю, − пожала плечами её сестра. – И я не планировала этого. − Но почему ты? – голос Небулы зазвенел нотами отчаяния и зависти. – Почему ты всегда во всём меня обходишь? Она выдохнула носом. Дыхание её дрожало. Залпом Небула опрокинула в себя кружку и отошла к стойке долить ещё. Шаги её прозвучали так, словно она каждой ногой вбивала гвозди. Внезапно Гамора поняла, что внешне безжизненная Небула внутри, возможно, испытывала гораздо больше чувств, чем она. Она до сих пор хотела бы ребёнка, в то время, как Гамора давным-давно смирилась с участью полуробота без семьи и будущего. Она вспомнила, как, будучи совсем юной, Небула влюбилась. Она тщательно прятала от отца своего возлюбленного, но, в конечном счёте, всё открылось. Танос приковал кандалами к стене Небулу и вколол ей в веки парализующий нервы состав, чтобы она не могла закрыть глаза, и медленно запытал до смерти её любовника. Пытка длилась восемнадцать часов, после чего Танос положил Небулу на операционный стол и удалил её матку, влагалище и яичники. «Теперь тебе нечем будет любить», сказал он ей, когда она очнулась от наркоза. С тех пор её сестра не могла не только забеременеть, но и просто получить удовольствие от секса. Она замкнулась в себе и стала такой, какой Гамора её знала сейчас. Сама Гамора никогда ни в кого не влюблялась. Конечно, у неё был секс, и не раз. Но только ради дела: соблазнить кого-нибудь ради информации или по приказу Таноса. Она выполняла все необходимые действия, словно секс-бот, не испытывая абсолютно никаких эмоций. Когда-то она тоже завидовала простым женщинам, которые могли рожать и создавать семью, но это было так давно, что уже не имело значения. И только этот упрямый безрассудный терранин сумел разжечь слабую искру в её промороженной до дна душе. Разжечь и дать ей разгореться. Она начала испытывать различные эмоции, которых раньше не знала. Ей было приятно ощущать его поцелуи на своей изумрудной коже и чувствовать его возбуждённый половой орган внутри себя. Хоть сейчас она кляла себя за проявленную слабость, но отрицать того, что с Питером Квиллом она впервые ощутила удовольствие от занятий сексом, не могла. Как ни крути, из песни слов не выкинешь. Небула вернулась чуть спокойней. По крайней мере, её лицо вновь стало похоже на бесстрастную маску, коим было всегда. Она принесла с собой стакан жгучего тёмного напитка, по цвету напоминающего машинное масло, и молча им занялась. Неожиданно её лицо перекосилось, и она зашипела: − Вот бы отец узнал об этом! Он бы сдох от злости. Танос думал, что превратил нас в бесполых игрушек с выскобленным нутром, безропотно ему прислуживающих, но потерпел поражение. Он думал, что уничтожил всю твою расу, но он ошибся. Кто же он такой, твой любовник, и где он прятался столько времени? Как ты сумела его отыскать? − Это Питер Квилл, − мрачно проговорила Гамора. Лицо Небулы исказилось. − Питер Квилл?! – прорычала она. – Этот презренный убогий похотливый червь с Терры?! Он что, взял тебя силой? Последнюю фразу сестра промолвила тихо и через стол перегнулась к Гаморе. − Ответь мне. Если это так, я найду его, хоть на краю Галактики, и вырву его гнилую мошонку своими руками. − Нет, − ответила она. – Это случилось добровольно. − Как ты низко пала, сестра... – в голосе Небулы зазвенело презрение. – Позволила допотопной обезьяне с убогого мира осеменить себя. − Заткнись! – заорала Гамора и резко ударила Небулу в челюсть. От силы удара она, вывернувшись, упала со стула и проехала по полу. Посетители «Пьяного фларка», замолчав, все, как один, уставились на них. Моментально вскочив на ноги, Небула с металлическим щелчком поправила на место вылетевшую челюсть. − Я сейчас отпинаю тебя ногами так, что твой грязный выблядок выплеснется кровавой юшкой прямо сюда на пол, − с ненавистью прошипела Небула. − Не смей! – отчеканила Гамора, обнажая меч. Завсегдатаи паба загалдели, кто от возмущения, кто подбивая на драку. Зашелестели юниты: самые шустрые уже начали делать ставки. – Если сделаешь ко мне хоть шаг, то, клянусь Таносом, я зарублю тебя! – прорычала зейвобери, оскалившись. − Стоять, девки! – между разъярёнными сёстрами вбежал грузный краснолицый мужчина с протезом ноги. – Это моё заведение, и в нём никто никого мочить не будет! Если так неймётся, валите на улицу! Под пристальным взглядом хозяина Небула вернулась за стол, подняв упавший стул, а Гамора нехотя убрала меч. За столиком повисло молчание. Сёстры только буравили друг друга ненавидящими взорами. Гамора вертела в руках зеркальный шлем скафандра. Неожиданно она спросила: − Тебе никогда не хотелось забыть обо всём, что случилось когда-либо и начать новую жизнь? − Не твое собачье дело, − грубо отрезала Небула. − А вот я на миг захотела! – горько воскликнула её сестра. – Квилл так упорно за мной ухаживал, пусть и неумело, пусть глупо, но он делал это, несмотря на все мои грубости. Он говорил, что любит меня, и мне показалось…− Гамора осеклась. «…что я тоже начинаю что-то к нему испытывать» − Это глупо, − проговорила Небула. – Дорога чувств самая кривая и топкая тропинка в мире. Она подняла глаза на сестру. − Тебе ещё не поздно избавиться от ребёнка? − Нет. − Тогда зачем ты вообще прилетела ко мне? Не могла обделать всё без меня? Или требовались свидетели? В голосе Небулы отчетливо промелькнул смешок. Во время драки капюшон соскользнул, и теперь она сидела, насмешливо наклонив лысую голову набок. − Вначале я так и хотела сделать, − кивнула Гамора. – Но… − она замолчала. − Что «но»? – бросила Небула. − Но потом я подумала, что это мой шанс на миллион, и избавившись от плода, я стопроцентно не смогу зачать вновь, − продолжила она, направив взгляд немигающих глаз в лицо сестры. − И это всё? − Нет. Также, как ты верно заметила, я последний представитель своей расы, − добавила Гамора. − Это будет грязный помёт, − цыкнула зубом Небула. – Скрещенный с терранином. − Тем не менее, − возразила Гамора на тон громче. − Чего ты от меня-то хочешь? – закатила глаза Небула. − Совета. Как от сестры. Синие губы изогнулись в усмешке. − Совета? Мой совет: избавься от него немедленно. Ты всё равно не сможешь его доносить. Мы для этого не приспособлены. Он родится либо мёртвым, либо уродом. Ты – машина для убийств. Ты способна приносить только смерть в этот мир. Не пытайся делать то, к чему ты не приспособлена. «А что, если я смогу принести в этот мир жизнь?», подумала Гамора, но вслух сказала только: − Спасибо за совет. Я, пожалуй, пойду. Она поднялась и, стуча подошвами, направилась к выходу. − Постой! Зейвобери обернулась. − Ты своему терранину сказала об этом? – спросила Небула. − Я пыталась убить его за то, что он сломал мою жизнь и мои планы, − холодно ответила Гамора. Сестра расхохоталась звенящим металлом смехом. − Узнаю свою сестру! Твоя первая реакция на что угодно – убивать. Впрочем, как и моя. Как я и говорила − мы не приспособлены для нормальной жизни. Небула подняла капюшон, вновь пряча лицо. − Роботы не умеют любить, − тихо прошелестела она вслед уходящей Гаморе. – Смирись с этим.