Глава 8. Старые друзья
25 мая 2017 г., 02:03
Прошло лет пять, а может больше. Наверное, всё-таки больше. Значительно больше. К тому времени, я уже окончательно потерялась во времени — в сутках, месяцах, природных циклах, годах. Жизнь превратилась в бесконечный бег с препятствиями, с перерывами на короткие промежутки сна. Иногда нам наступали на пятки, адреналин бурлил в крови. Смех разъедал пространство, оставляя нашим преследователям только угасающее эхо. Бесконечно бегать было нельзя, это было понятно, но всему своё время. Локи считал, что нужно быть готовым к сражению.
Вокруг простиралась бескрайняя холодная тундра. Небо нависло черным тяжелым потолком.
— Как живописно, — с сарказмом заметила я, всматриваясь в темноту. — Ни звёздочки, ни огонька. Не удивлюсь, если сейчас пойдет снег.
— Ты права, — Локи запрокинул голову. — Пойдёт, тучи низко.
— Ни одной живой души на мили вокруг. В какую нам сторону? — я покрутилась на месте.
— Прямо, — он махнул рукой. — Надо найти место для ночлега и отдохнуть.
— Вот это хорошая мысль.
Попробуй найти в тундре место, где можно переночевать. В зимней тундре, в мороз и снег. В такие моменты я всегда жалела, что у меня нет перчаток, потому что руки мёрзли нещадно. У меня словно нарос ещё один слой кожи, но и он не спасал.
Изредка попадались карликовые деревца и кустарники. Слой снега был небольшим, поэтому вырыть нору, как мы иногда делали, не представлялось возможным.
— Давай ночевать прямо тут, — я остановилась у большого булыжника.
Лофт с интересом оглядел камень, потом меня и кивнул. Конечно, можно было бы найти и более удачное место, но до него ещё надо было дойти. А могло быть всякое. Например, могло случиться так, что нам бы снова пришлось бежать. Это маловероятно, конечно, но всё же.
Камень был ледяным, поэтому я прислонилась спиной к Локи. Начиналась метель. В мыслях пронеслось, что к утру нас укроет снегом, как одеялом.
— Прошлая ночь мне понравилась больше, — прошептала я, закрыв глаза.
— Кто бы сомневался, — ответил Локи.
***
Во всём можно увидеть двусмысленный подтекст. В ночь, предшествующую этой, мы ночевали в теплом доме очень милых людей. Локи они считали своим добрым другом, поэтому и меня приняли с радушием. Дом был двухэтажным, с низкими потолками и деревянными перегородками. Маленькие окошки были занавешены плотными шторами. В углах были вырезаны руны. На стене напротив камина стояло зеркало в полный человеческий рост. Добрые хозяева — Огли и Арма рассказали мне, что именно через это зеркало Локи впервые вошёл в их дом в час беды и скорби. В доме пахло душистыми пряностями и расплавленным воском. Арма напоминала мне мать. С такой невыразимой добротой смотрела она на нас. И со снисходительным укором на Огли, выставившего на стол большую бутылку с медовухой. Уж не знаю, какая там была крепость, но мне хватило нескольких глотков, чтобы опьянеть. После чего, не без помощи Армы я отправилась спать. Но сон долго не шёл ко мне. Лёжа под грубым шерстяным одеялом, я изучала шероховатости потолка и думала, думала, думала. А опьяненный алкоголем разум кричал: «Бери сейчас всё, что можешь. Завтра может всё отнять у тебя.» Мысли о смерти в темной натопленной комнате сводили меня с ума. Пролежав несколько часов и доведя себя до исступления, я спустилась. Арма и Огли уже спали, Локи рассматривал собственные руки так, словно впервые их видел. Рассудив, что кроме сегодня и сейчас у меня ничего нет, а смерть может поджидать за углом, я решилась. — Локи, я должна тебе сказать что-то очень важное. Он поднял на меня глаза, подёрнутые лёгкой дымкой, заулыбался, как безумный. — Прям так и должна? — и вернулся к рассматриванию собственных рук. — Ты пьяна, Ника, иди спать. Я не уходила. Наоборот — подошла ещё ближе и бесцеремонно схватила его за руки, вынуждая посмотреть на меня. — Что ты можешь сказать мне такого, чего я не знаю? — спросил он. — Ты только выслушай меня. — Ника, не надо, скажешь завтра, когда протрезвеешь, несколько часов ничего не дадут. — Я всё очень ясно вижу. Важно то, что сейчас. Может быть завтра нас догонят и всё закончится. Я знаю, что всего лишь маленькая песчинка, капля дождя, одиноко упавшая с неба. А ты олицетворение всего мира. Ты есть мир, Локи. И я люблю тебя. Иногда я чувствую то, что не должна и не имею права чувствовать. — Как ты хочешь, чтобы я ответил? — он смотрел на меня также, как до этого рассматривал свои руки. Словно видел меня впервые. — Как хочешь, — я отпустила его руки. — Почему ты так смотришь? — Бедная несчастная девочка, — шёпотом ответил мне Локи. — А вокруг так темно и холодно. И дикие звери, и хищные птицы. Иди спать, Ника, до рассвета пара часов. — Понимаю, — согласилась я. — Прости. — Когда всё будет кончено, если мы справимся, ты сможешь вернуться в свой мир. Может, застанешь кого-то из своих близких. Он отошел от меня и сел перед гаснущим камином. Пламя вспыхнуло с новой силой. Разговор был закончен, Локи ясно дал это понять. Всё, что я сказала, не было для него новостью. Молчание было иллюзией, что нет того, что есть. И иллюзия эта была нужна мне. Бедной несчастной девочке в темном и холодном мире, где дикие звери и птицы, где за каждым углом может поджидать смерть. И я честно хотела подняться по крутой лестнице, захлопнуть за собой дверь и закутаться в одеяло. Но за окном был слышен вой диких зверей, а в натопленном доме стало промозгло. Мой разум понимал, что это нереальные образы, что нет за окном никаких зверей, а в доме тепло. Но кто слушает разум? Вдохнув в лёгкие побольше воздуха, я набралась смелости для самого безрассудного поступка, какой только можно вообразить. Это был мой выбор, никто меня не заставлял. Быстро, чтобы не дать себе возможность передумать, я села перед ним, загораживая собой огонь. А потом обняла его за шею и поцеловала. Сердце бешено забилось. В голову ударила кровь. Руки и ноги задрожали. Локи ответил на мой поцелуй и крепко прижал меня к себе, не давая возможности отстраниться или вырваться. Но я и не собиралась.***
Бушевала метель, ветер носился над беззащитной землей. Снег укрыл нас пушистым одеялом. Я не могла заснуть, Локи не пытался. Яркая вспышка прорезала пространство где-то сбоку, и он вскочил на ноги. Метель тут же начала утихать, проносились редкие снежинки. Я смогла разглядеть серую фигуру незнакомца в нескольких метрах от нас. Незнакомец быстро приближался, Локи сделал несколько шагов ему навстречу. Воздух стал статичен, от недавнего ветра не осталось и следа. Я несмело поднялась на ноги. Незнакомец был высок ростом, одет в широкие серые одежды, волосы и лицо его были лишены цвета. Единственный глаз смотрел на Локи выжидающе. Он сделал ещё один шаг и в руке Локи возник огненный шар. — Разве я твой враг? — удивился незнакомец. — Так ты встречаешь старых друзей? Я предлагаю свою помощь. Лофт рассмеялся и обратился ко мне: — Ты слышала, что он сказал? Старый друг пришёл помочь нам, что скажешь? Смех его был жутким. Я не нашлась что ответить и отвела глаза, тут же встретившись взглядом с незнакомцем. Он бесстрастно меня рассматривал, от чего мне сделалось дурно. — Ты опоздал. Где ты был, когда мне нужна была помощь? — закричал на него Локи. Ответа не последовало. Руки Локи были охвачены огнем. Снова поднялся ветер. Это не предвещало ничего хорошего. И остановить это безумие было некому. Они могли поубивать друг друга и меня в придачу. Я подалась вперед и встала перед Локи, загораживая его противника, который уже приготовился защищаться. — Локи, не надо. Пожалуйста. — Ника, отойди, поранишься, — ответил он мне. — Нет, — я подошла к нему ближе. — Не уйду. Локи смотрел на меня, в его глазах читалось раздражение. Вставать у него на пути было безумной затеей. Внутри что-то щелкнуло, я закрыла глаза и протянула руки к огню. Ладони обожгло. А ещё через секунду, я коснулась его теплых рук. Отчего-то открыть глаза было страшно. За спиной стих ветер, воцарилась тишина. Она была такая хрупкая, неустойчивая, что одно неловкое движение или вдох и она со звоном рассыплется на осколки. Я открыла глаза, осторожно разжала ладони и хотела отойти в сторону, но Локи остановил меня. Острые коготки впились в моё плечо. Тишина рассыпалась звенящими каплями. И я прижалась к нему всем телом. — Человек, — раздался за моей спиной голос. — Безумие и бесстрашие. Они гибнут, но всё равно стремятся подобраться к центру смерча, ходят по горящим углям и не боятся сгореть заживо. Зови меня, Лодур, если я понадоблюсь. Всё меняется. Я узнала, кто это был и в тот момент была рада, что он ушёл. Рассвело, небо хмурилось серыми тучами. Локи тоже хмурился и не смотрел в мою сторону. Я не собиралась извиняться, считая свой поступок правильным. — Знаю, что ты злишься, но я бы поступила так ещё раз, — да, это не помогало снять нависшее напряжение, но это всё, что я могла сказать. — Чем ты думала? — накинулся он на меня. — Жить надоело? — Совсем наоборот. Я осознавала, что мой поступок был безрассудным. Что это и была попытка попасть в сердце смерча. Это было опасно, могло нанести мне тяжелые повреждения, возможно, даже убить. Но это было правильно. — Есть менее извращенные способы покончить с собой, — кричал на меня Локи. — Для этого необязательно использовать меня как орудие. — Я хотела тебя остановить и поступлю так снова. — И мы погибнем, — закончил он за меня. — Он не собирался нападать. — С чего ты так уверена? Ты ничего не знаешь. — Если бы он хотел напасть, то сделал бы это. Напасть хотел ты, — я повысила голос. — Я мог случайно тебя убить, — уже спокойно ответил мне Локи. — Ты это понимаешь? — Я доверяю тебе. И если мне суждено погибнуть… — Прекрати, ты не погибнешь, — он снова не дал мне договорить, — а вернёшься домой, когда всё закончится. Я в это не верила. Не знаю, верил ли он или хотел меня успокоить. Мысли о доме меня не радовали. Мне хотелось увидеть сестру. Но в итоге мне не хватило духу. И жить среди чужих мне людей, чьи заботы и горести непонятны мне, и быть непонятой — нет. Прошлая жизнь осталась так давно и так далеко, что нет смысла питать иллюзии, что всё будет как прежде. Как прежде никогда не будет и не надо. Я хотела остаться с Локи. Это всё. Мне редко доводилось общаться с людьми. Разумеется, мы сталкивались с людьми в городах и селениях, иногда встречали в лесах охотников. С некоторыми даже заговаривали, вернее, говорил в основном Локи. Мне это было в тягость. Я совсем растеряла социальные навыки. После нашей ссоры с Локи прошло довольно много времени, не решусь сказать сколько. Мы брели по лесу. Уже где-то близко была деревенька, где жил кто-то, с кем Локи нужно было обязательно встретиться. Солнце клонилось к закату, воздух прогрелся за день, отчего было душно. В кустах неподалеку послышались шорохи и шёпот. Я сразу напряглась и толкнула Локи локтем в бок. — Расслабься, — ответил он мне. — Там кто-то есть, — не унималась я. — Расслабься, — повторил он. Перед нами на тропинку выбежало несколько ребятишек, на вид не больше десяти лет. От удивления я раскрыла рот. Дети. Маленькие люди. Они смотрели на нас — чумазые, в смешных, причудливо расшитых нарядах. — А, а вы кто? — спросил у нас коренастый черноволосый мальчишка. Судя по его важному виду, он был главным в их маленькой компании. Остальные ребята притихли и разглядывали нас во все глаза. — Это Ника, — представил меня Локи, и я протянула мальчишке руку. — Руг, — он ответил на рукопожатие. Не без удивления, значит, в их краях это не принято. — А я Локи. — Локи, как в сказке? — оживился Руг. — Вроде того. Нам нужен Дивар, ты знаешь такого? — Конечно, это мой дед, я провожу вас, — мальчишка махнул рукой друзьям и те поспешно скрылись из виду. — А какие у вас дела к моему деду? — Мы с твоим дедом старые друзья. — Ты не выглядишь старым, — Руг посмотрел на Локи с недоверием. — А вот дед уже стар. — Как его здоровье? — Ослеп прошлым летом. Идём-те, — мальчик деловито зашагал впереди. — А так он крепкий, отец шутит, что ещё нас всех переживёт. Я люблю деда. — А твоя бабушка? — выспрашивал Локи. — Бабушка умерла два лета назад. Руг тяжело вздохнул, дальше мы шли молча. Солнце почти скрылось за горизонтом, наваливались сумерки, когда мальчишка постучал в дверь маленького домика на самой окраине. — Деда, тут к тебе пришли. — Я никого не жду, — раздался старческий голос. — Деда, он сказал, что твой старый друг, его зовут Локи, — крикнул в ответ Руг. Послышались торопливые шаги, грохот и дверь распахнулась, чуть не сбив нас с мальчишкой с ног. На пороге появился невысокого роста старик с длинными седыми волосами, из его бесцветных глаз текли слёзы. — Локи, друг мой. Сколько лет прошло? Они сжали друг друга в крепких объятиях. Руг пробормотал что-то и побежал в сторону деревни. — Я уже не надеялся увидеть тебя, — продолжал плакать Дивар. — А Райна моя умерла. — Твой внук сказал, мне жаль, — Локи сжал его плечо. Старик несколько раз кивнул и вытер слёзы. — Ты не один, познакомишь со своим другом? — Ника, — представилась я. Дивар принялся рукой ощупывать моё лицо. — Моё имя — Дивар, но ты, наверное, знаешь, девочка, — ответил он и повернул белые глаза к Локи. — Молодая девчонка ведь, как тебе не стыдно? А чего мы на пороге стоим, солнце-то зашло уже. Стены и потолки в доме были деревянными, не обработанными. На полу грязные половицы. В маленькой печке горел огонь. Мы сидели друг напротив друга на полу за низким столом. Им было о чем поговорить, что рассказать друг другу, но повисла неловкая пауза. И, как мне показалось, причиной тому была я. — Что случилось с Райной? — начал разговор Локи. — Старость. Что же ещё? Мы люди стареем, да, Ника? — старик грустно усмехнулся. — Тяжело терять. Не понимаю, как ты живёшь, постоянно всех провожая. Как спишь по ночам? — Я не сплю, Дивар. — Я уже устал и тоже хочу уйти, но всё не время и не время. Дивар смотрел куда-то в пустоту, беспомощно возил руками по липкой столешнице. Он хотел что-то сказать, но молчал. От этого его тревожность только нарастала. Я медленно поднялась на ноги и под неодобрительным взглядом Локи вышла из дома. Воздух был теплым, даже можно сказать, душным. На черном небе рассыпались звёзды. Я прошла в сторону леса. Ни шороха, ни ветерка, только трава шелестела под ногами. Было ощущение, что мир вокруг уснул. Отходить далеко от дома в темноте неразумно, поэтому вскоре я вернулась и застыла перед закрытой дверью. — Ты не так меня понял, Дивар, это не конец, — услышала я голос Локи. — Вероятнее всего, не конец. — Ты хочешь проверить умрёшь ли на этот раз? — отвечал старик. — А если на этот раз ты не вернёшься? — Я не боюсь смерти. Если так случится, значит, так тому и быть. — Когда дело касается этих, как их там? Ты придерживаешься другого мнения. — Ты человек и поэтому не видишь разницы. — Я вижу, что мой друг спятил и хочет совершить самоубийство. Кому и что ты хочешь доказать? Если мир отжил своё — оставь его. — Ты как ребенок, Дивар, — Локи перешел на снисходительный тон. — У тебя есть яблоко. Представь. Есть разница между тем отдаешь ты его сам или у тебя его забирают, когда ты голоден? — Жизнь — это не яблоко. — Ты понял о чём я говорю. — А Ника? Я затаила дыхание, ожидая ответа Локи. — Я отпущу её, в тот момент, когда буду, — он замолчал, не договорив. Дальнейший разговор я не слушала. Вот они грандиозные планы Локи. И мне в этом тоже отведена своя роль. Было обидно и страшно. Но я не удивилась, вспоминая слова Вирлы, что он творит, что хочет. А потом перед глазами возникла покрытая молодой травой пустыня. То, что было пустыней. Локи хочет привнести жизнь в мёртвый мир. Что это за мир и зачем он хочет это сделать оставалось неизвестным. Не так важны эти вопросы, как важны его мотивы. Почему он хочет этого настолько, что готов даже умереть, пожертвовав при этом мной, ведь, вероятно, что я так же не переживу этого. Не будет ни долго, ни счастливо, ни дома. Я повалилась в траву и рассматривала небо. Черное небо с миллиардами звёзд. Скрипнула дверь. — Подслушиваешь, — Локи бесшумно подошёл ко мне. — Обманываешь, — я скопировала его тон. — Мы умрём, а ты мне даже не сказал. — Ты вернёшься домой. — Тогда в Африке я чуть не умерла, мне не пережить то, что ты планируешь. Когда-то давно ты сказал, что не будешь использовать меня в своих целях, но твои слова снова разошлись с твоими поступками. Чёрт побери, Локи, я доверилась тебе, отдала всё - всю себя. Я еле сдерживалась, чтобы не заплакать. — Помнишь, что ты мне сказала в Африке, что тысячи будут накормлены, возможно, миллионы. В данном случае речь идёт о миллиардах живых существ, Ника. Их мир умирает, природные ресурсы истощились, почва не дает урожай. Ты можешь отказаться, тогда, когда мы будем в безопасности, я отправлю тебя домой, — ответил Локи. — А что будет, если я останусь, Локи? — Когда воронка будет затягивать тебя, я оттолкну тебя так далеко, насколько смогу. Мы больше не будем связаны. Ты сможешь вернуться в свой мир. Там ты проживешь хорошую и долгую жизнь. — А если ты не оттолкнешь меня? Если я не хочу возвращаться? Если мне не нужна эта жизнь без тебя? — Тема закрыта. — Локи, — возмутилась я. Но бессмысленно. — Иди в дом, — только и ответил он. — Гроза будет. Гроза началась под утро. Кроваво-красным рассекли небо молнии. Казалось, что от грома расколется земля. От каждого удара я вздрагивала, будто это — не голос стихии, а опасность, тяжелыми шагами ступающая по пятам. Мне хотелось бежать, спрятаться, но всё что было мне доступно — это прижаться к печи и спрятать голову между коленей. Локи находился в состоянии транса. Его голова была запрокинута, полуоткрытые глаза горели. Догадаться где он сейчас и какую задачу решает было невозможно. Моего плеча коснулась теплая ладонь, я подняла глаза. — А тебя чем покалечило? — заботливо спросил Дивар. — Ничем, всё в полном порядке, — соврала я. — Будь всё в порядке, девочка, ты бы сейчас была далеко отсюда, а не с ним. От хорошей жизни к Локи не приходят. Его зовут в час острой нужды и отчаяния, когда никто другой не спасёт, — старик устремил невидящий взгляд в пространство. — Знали бы жители деревни, кто в моём доме сейчас уже подняли бы бучу. — Я отвлекла существо, которое собиралось его убить. Сородичам существа это не понравилось. Дивар понимающе кивал. — Я провёл с ним восемь месяцев. Это было самое опасное, но самое интересное время моей жизни. Тогда его не преследовали, но он мог найти неприятности, — старик улыбнулся воспоминаниям. — С ним было весело. Как-то познакомился я с девицей, красивая, статная. Ну и уединились мы с ней на сеновале местного фермера. В самый ответственный момент появляется Локи и говорит: «Вы всё не так делаете, дайте я покажу.» Я рассмеялась, представив такую картину. В историю было легко поверить. Локи тактичностью не страдал. — Для справедливости замечу, что не было такого, — уточнил Локи. — Дивар сочиняет. — Не сочиняю, чтоб мне провалиться, — стоял на своем старик. — Прости, что порчу твою репутацию, я надеялся, что ты не услышишь. — Я был пьян и просто лёг спать. — Ты лёг спать в полуметре от нас, — заметил Дивар. — Вы мне не мешали, — развеселился Локи. — И комментировал. — Ну может быть, дал пару советов. Всему вас учить надо. Оба заразительно засмеялись. — Ты его прости, — сквозь смех говорил Локи. — Не для твоих это ушей. — Да ничего, привыкла, — я опустила глаза. Раскаты грома удалялись, сквозь маленькие мутные окна в дом проникли первые солнечные лучи. Начинался новый день. Снова. Где-то в деревне послышались голоса. Веселье сошло на нет. Когда мы уходили Дивар был мрачен, прекрасно понимая, что более не увидит своего друга. Что чувствовал Лофт понять было сложно. Если он и грустил, то по-своему. — Дивар очень привязан к тебе, — сказала я Локи, когда вновь сгустились сумерки. Заканчивался ещё один день. Деревня и старый друг Локи остались далеко позади. — Знаю, — коротко ответил он. Над головой черной тенью пролетел ворон. — Он звал меня, — сказал Локи. — Поэтому мы сюда пришли. — Локи, я не смогу там выжить. Прошли годы, там всё изменилось. Не возвращай меня туда, уж лучше в бездну, лучше умереть сразу. Он смотрел мне в глаза. Долго и взгляд его был тяжелым. Можно было физически почувствовать, как он перелистывает мои воспоминания и мысли. — Нет, Ника, — ответил Локи. — Ты не умрёшь. — А ты вернёшься? — Возможно да, а возможно нет. Не буду врать тебе. Я умирал трижды и трижды возвращался. Какова природа этого — мне неведомо. — Боги бессмертны, — нерешительно сказала я. — Очень даже смертны, — рассмеялся Локи. — Я проверял. Лучше поторопиться, пахнет тут нехорошо.
