Предатели

Наташа посмотрела вслед Роме, выходящему из библиотеки. Она села за стол и закрыла глаза, представляя документы, только что прочитанные. Девушка пробежалась по строчкам, убеждаясь, что все запомнила, и перепечатать это не составит труда. Наташа вздохнула и бросила взгляд на полки с книгами. - Больше нечего прочесть? Девушка вздрогнула. Она зло посмотрела на Виктора, стоящего в дверях. «Он следит за мной!? – Наташа встала со стула и направилась к выходу. – Или специально поджидает по ночам в библиотеке!» - Нет, просто поставила на место те, что брала, - девушка улыбнулась, смотря на Виктора, который преграждал ей выход. Толик уже ждал ее в лесу, у нее не было времени на пустые разговоры. - Я слышал про трагедию, случившуюся в твоей бывшей школе, - осторожно произнес Поляков. – Соболезную. Наташа вздохнула. - Кажется, уже все про нее слышали, - девушка опустила глаза, надеясь, что учитель не успел прочитать в них злость. – И все считают своим долгом спросить меня про нее. Что вам интересно узнать, Виктор Николаевич? – раздраженно продолжила Наташа. Мужчина закашлялся, разговор пошел не по тому сценарию, на который он рассчитывал, злой он ученицу еще никогда не видел. - Нет, ничего, просто хотел выказать свои соболезнования. - Принято, - с некоторым разочарованием сказала девушка, отодвинула его рукой в сторону и вышла из библиотеки. Володя с улыбкой посмотрел на спящую в его объятьях Машу. Девушка улыбалась сквозь сон и крепко прижималась к нему, то сжимая, то разжимая в руках краешек одеяла. «Как котенок, - повар тихо усмехнулся, погладил ее по голове и поцеловал в щеку. Девушка заворочалась, издала тихий звук похожий на невнятное ворчание и, отпустив край одеяла, сильно сжала футболку возлюбленного. – Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится, - мужчина вздохнул. – Ну, разве можно кого-нибудь любить так сильно?» Задав себе этот вопрос, повар тут же сам себе на него ответил: «Возможно». Мужчина вздрогнул, когда его телефон неприлично «громко» завибрировал на тумбочке. Володя быстро схватил его и посмотрел на экран. «Мне еще долго тебя у дверей караулить!?» «Вера, блин!», - Володя вздохнул и с жалостью посмотрел на Машу. Вставать не хотелось, - тревожить девушку тем более, но деваться было некуда. Мужчина осторожно убрал руку из-под головы девушки, перекладывая ее на подушку. Маша заворочалась, глубже укуталась в одеяло, но не проснулась. Повар снова вздохнул, натянул штаны и тихо вышел за дверь. Вера стояла у противоположной стены, скрестив руки на груди, и нервно отстукивала ногой дробь по полу. - Слушай, ты так возмущаешься, как будто мы договаривались о встрече, - Володя развел руками. – Что случилось? - Я думала, ты сам придешь! – шепотом, зло произнесла девушка. Повар попытался вспомнить, зачем же ему надо было прийти. Сегодня Вера обещала просканировать Наташу. Да, результаты были интересны мужчине, но не бежать же из-за этого сломя голову к подруге среди ночи. - Я думал, это подождет до утра, - ответил он. – Что тебе удалось выяснить? - Ничего! – Назарова и не думала умерить свой пыл, очевидно девушка была очень зла. – Ее точно подговорил Князев. - С чего ты взяла? - Я весь день пыталась «просканировать» ее, но ничего не получилось! Она не брала ничего из моей руки, избегала прикосновений, - девушка начала загибать пальцы, продолжая перечислять. Володя вздохнул. Теперь он понял причину плохого настроения подруги. Когда у Веры, что-то не получалось или кто-то побеждал ее в чем-то это так сильно задевало ее самооценку, что злость, исходящая от девушки, распространялась в радиусе километра. - Я понял, - прервал ее повар. – Значит, все-таки стоит быть в три раза осторожнее с ней. И не только нам, но и Маше с Кириллом. - Надо и Паше сказать, - девушка глубоко возмущенно вздохнула, стараясь успокоиться. – Может она решит проверить насколько легко его обнаружить в лесу. Володя кивнул. - Все же меня волнует и тот пожар. Я спросил у нее, она говорит ровно то, что передавали по новостям. - Не понимаю, зачем им покрывать это. Ладно, новости, - их можно купить, но ученики, - удивилась Вера. - Может, стоит поискать остальных выживших, расспросить их. - Вот этим и займись, - мужчина улыбнулся, одаренный злым взглядом подруги. – Заодно и успокоишься, - Володя повернул дверную ручку. – Спокойной ночи, Верочка, - он добро посмотрел на злющую девушку и вернулся в комнату. За время его отсутствия Маша успела забрать себе все одеяло, поджать его под себя и отодвинуться к своему краю кровати. Повар усмехнулся, лег рядом и попытался потянуть его край на себя. - Ну и где ты был? – сонно, грозно произнесла девушка, не открывая глаз. - Вере не спится, - честно ответил повар. Маша вынула руку из-под одеяла и показала мужчине кулак. - Меня не было всего пять минут, - Володя улыбнулся, поцеловал кулачок девушки и обнял ее со спины, прижимая к себе. Маша тяжело вздохнула и соблаговолила поделиться с ним одеялом. - Да хоть десять, еще одно дезертирство из кровати ночью и спать будешь со своими кастрюльками на кухне. Толик посмотрел на свои промокшие ноги и в сотый раз пообещал себе, что по приходу в пансион съест как можно больше лука и чеснока, чтобы не заболеть. Тоннель, в котором им приходилось работать, был по колено затоплен водой. Вход в него располагался глубоко в лесу, забытый всеми. И хорошо, что забытый. Вел он к одной из лабораторий Ингрид, располагавшейся на поверхности, на приличном расстоянии от Логоса. Там где заканчивался лес, и начинались многочисленные, заброшенные пустыри располагался комплекс зданий, замаскированный под санаторий. Огороженный чугунным забором, он располагался там под охраной и не пропускал непрошенных гостей. Поэтому попасть туда можно было только через этот тоннель. Его затопили водой, под которой скрывались мины, почти через каждый метр. Разминировать его, и было задачей Анатолия и Наташи. Чтобы в день икс они смогли попасть лабораторию. Проблема заключалась в том, что работать они могли не каждый день. За коридором наблюдали через камеры, и приходить сюда, было разрешено только, когда у мониторов сидел «их человек». - Не зевай, - окликнула его Наташа, намекая на то, что мужчина чуть не прошел мимо очередного взрывного устройства. Толик кивнул и посветил фонариком в то место, куда указывала девушка. Мужчина в тысячный раз напомнил себе, зачем он приехал в Логос. Он присел на корточки, промокая еще сильнее, нащупал нужный провод и выдернул его. Под водой замигала лампочка, раздался писк, который тут же сменился тишиной. Дело сделано. - Толик, - мужчина обернулся, девушка протянула ему фотографию. – Не теряй. Мужчина посмотрел на промокшее фото, выпавшее из его кармана. Улыбка девушки на нем согревала даже здесь, в темном подземелье. - Не забывай ради чего ты здесь. Галина убрала очередную папку с документами на полку, и устало потерла глаза, проклиная Елену до седьмого колена. Женщина была уверена, что рано или поздно, под руководством Крыловой, школа развалится, и в глубине души жаждала увидеть этот момент. Смирнова выключила свет и перед уходом посмотрела в окно. Среди деревьев она заметила Наташу, идущую из леса. Спортивные штаны до колена были промочены, лицо девушки раскрасневшимся так, будто бы она бежала от кого-то. Женщина хмыкнула. Она старалась приглядывать за сестрой Володи с момента ее приезда. Что-то казалось ей странным в этой девушке, и интуиция не подвела. Она часто бывала в лесу, откровенно подбиралась ближе к Виктору, пытаясь войти в доверие, регулярно посещала каморку Толика и старалась выглядеть слишком идеальной в глазах других. «Эта школа собирает в себе всю нечисть, - разочарованно подумала Галина, направляясь в свою комнату. – Ну и зачем же ты сюда приехала?» Утро встретило Елену шумом детей и ворчанием Галины Васильевны. Девушка гордо восседала в кресле директора, стараясь разобраться с накопившейся документацией. Голова у нее шла кругом, а желудок издавал громкие звуки, требуя завтрак, на который Крылова уже опаздывала. Она не понимала, как Виктор успевал справляться со всеми делами и при этом оставаться таким веселым и доброжелательным. Ей же уже давно хотелось заехать кому-нибудь самой толстой стопкой бумаг. Активные размышления над школьным бюджетом прервал стук в дверь. Девушка подняла в голову, в кабинет пошел ее отец. Мужчина улыбнулся дочери. - Не отвлекаю, госпожа директор? - Пап, - немного осуждающе произнесла девушка. Она встала из-за стола, подошла и обняла Крылова. – Ты давно не приезжал. - Работа, - оптимистично заявил Крылов, пожав плечами. – Однако сегодня я приехал с плохими новостями. - Что случилось? – девушка потянула отца за руку в сторону дивана, чтобы не стоять в дверях. - Помнишь Николая Петровича, твоего крестного? – мрачно начал он. Елена кивнула. - Он тоже был директором частной школы, - девушка задумалась, - «Энигма» кажется. - Да, - Крылов кивнул, взяв дочь за руку, - его школа недавно сгорела, и он погиб в пожаре. Девушка вздрогнула. Она помнила своего крестного. Он часто приходил к ним в дом, вызывался посидеть с крестницей, часто дарил маленькой Лене шоколадки и играл с ней в то время, когда отец был занят на работе. - Как это случилось? -В школе была проблема с проводкой, - мужчина осекся, - однако недавно выяснились обстоятельства, - он снова замолчал. - Пап, ну, не молчи, - девушка почувствовала, как ее трясет. - Есть вероятность, что его убили. Толик невольно улыбнулся, слыша в телефоне голос возлюбленной. - … так что сегодня вечером будет пирог, - закончила она свой рассказ. - Жаль, что не удастся попасть на него, - мужчина тихо засмеялся. – Ничего, скоро я закончу работу и буду рядом. - Поскорей бы, - девушка заметно погрустнела. – Я скучаю. - Я тоже, родная. Ладно, я побежал, не грусти. - Не буду, пока. - Пока, - мужчина сбросил вызов, снова улыбнулся экрану и пошел дальше по коридору, намереваясь закончить работу, но Крылов, вышедший из кабинета директора, заставил его остановиться и вернуться за угол. Мужчина ответил на телефонный звонок, оглянувшись по сторонам. - Да, - произнес он, - да, я в Логосе. Не думаю, что в пожаре в «Энигме» виноват кто-то из людей Князева. По крайней мере, не те, кто работает в пансионе. Да, Смирновой займусь сегодня вечером. Она уже давно лезет туда, куда ей не следовало соваться. В пансионе время всегда летело незаметно. За свою жизнь это здание видело много ужасов и трагедий. Его пол впитал в себя тонны человеческих слез и крови, очень много крови. Не пересчитать, сколько эта усадьба видела улыбок, примирений и первых поцелуев. Сколько раз в ней проходили свадьбы и торжества. Однако радостного все равно было меньше. Когда Маше хотелось поплакать, она приходила в библиотеку. Поздно вечером ее путь лежал туда для очередной уборки и, как правило, в этот момент туда никто не заходил, чтобы не мешать ей. И это радовало. Никто не помешает. Девушке уже осточертело, что все ее успокаивают, говоря: «Все будет хорошо». Не будет. Уже ничего не будет. Маша устало села на стул и закрыла глаза, давая волю слезам. Плакать – это все, что она могла сделать в своем положении. Девушке казалось, что слезы уже должны были закончиться, но, кажется, у нее этот ресурс оставался бездонным. Уборщица всхлипнула, чувствуя, как очередное «поплакать» превращается в самую настоящую истерику. Девушка не услышала, как в библиотеку кто-то вошел. Этот «кто-то» прошел к рыдающей Маше, немного постоял позади, видимо размышляя, как же ему поступить, и, наконец, обнял со спины. Маша вздрогнула, быстро встала, обернулась и несколько удивленно посмотрела на Максима. Парень невинно улыбнулся. - Мам, ну, не реви, - Морозов сделал шаг вперед и снова обнял девушку. Маша в очередной раз всхлипнула, крепко прижимая к себе сына. Все твердили ей: «все будет хорошо». Может и правда будет? Сегодня Наташе потребовалось ждать дольше обычного. Маша сильно задержалась с уборкой в библиотеке, а после их последнего разговора девушке не хотелось попадаться на глаза подруге брата. К тому же приходилось следить за тем, чтобы туда не прошмыгнул Виктор. С ним девушке видеться тоже не хотелось. Когда Маша и Максим все же вышли и направились в сторону кухни, непринужденно о чем-то разговаривая, Наташа устало вдохнула, вошла в библиотеку быстро скрылась за ближайшим стеллажом. Почти сразу вслед за ней вошел кто-то еще. «Ну, нет, нет, пожалуйста, нет», - устало подумала девушка, стоя спиной к двери. Ей не надо было оглядываться, чтобы узнать кто это. Все итак было ясно. - Вы следите за мной? – на выдохе произнесла девушка. - Я же не виноват, что мы приходим сюда в одно время, - Виктор повернулся к ней спиной, принимаясь выставлять книги на полку. Наташа не стала отвечать ему. Девушка взяла нужную ей книгу и направилась к выходу. - Подожди, - строго произнес Виктор, включая учителя. Она остановилась. «Ну, что еще?» - девушка положила книгу на один из столов и обернулась, предполагая, что разговор будет долгим. - Я хотел извиниться, - прокашлявшись, произнес Виктор. – Вчера я упомянул про твою прошлую школу. Должно быть, тебе неприятно об этом вспоминать, - говорить об этом мужчине было явно неловко, но все же голос звучал уверенно. Наташа немного помолчала, словно размышляя, принимать его извинения или нет. - Ничего, - наконец, ответила она, смотря в глаза собеседника. – Просто в последнее время все только и делают, что спрашивают об этом, а вспоминания и, правда, неприятные. Виктор кивнул, невольно посмотрев на ее руки. Девушка нервно разминала пальцы, складывала их в замок, по очереди сжимала запястья. Мужчина почувствовал, что у него начинает кружить голова от быстроты и хаотичности этих движений, он ни о чем не думал, когда накрыл их своими, сжимая. Полякову просто хотелось остановить это. «Господи, что я делаю, ей даже восемнадцати нет», - мужчина тут же испуганно поднял взгляд, ожидая ее реакции, но руки вопреки своим мыслям не убрал. Одновременно его охватил дикий ужас, счастье и недоумение, потому что Наташа лишь улыбнулась в ответ. «Я хотел, чтобы ты убрала руки. Я хотел…», - пытался убедить себя Виктор, но в глубине души понимал, что не хотел. Он в очередной раз заметил, что на него смотрят глаза взрослого человека. И в них читается полное осознание того, что сейчас происходит и к чему это может привести. «Даже не смей этого делать! – строго велел себе он. – Да сколько тебе лет, что ты не можешь контролировать себя!» Но нет, хоть внутренний голос и пытался его остановить, Виктор наклонился ближе и поцеловал девушку. Когда Наташа ответила ему, Поляков снова испытал удивление и отчего-то радость. Их первый поцелуй получился робким и слишком осторожным. Они не заметили, кто отстранился первым. Наташа потянула руки на себя, разрывая последний близкий контакт между ним. - Я… - Виктор попытался подобрать подходящие слова, но не смог. К его счастью, девушка не потребовала этого. - Мне, пожалуй, пора, - Наташа опустила глаза и быстро вышла из библиотеки, оставив на столе, выбранную книгу. «Идиот», - Виктор закрыл лицо ладонями и повернулся спиной к двери. Его ожидала очередная бессонная ночь, сопровождаемая угрызениями совести.