Огонь и Лёд "Пламя во тьме" часть вторая

Растворившись в воспоминаниях, я не заметил, как забылся сном. Мне показалось, что я только закрыл глаза, как меня разбудил негромкий стук в дверь. Испуганно вздрогнув, я проснулся, не сразу сообразив где нахожусь и что произошло. Единственное, что я ощущал, это тяжелый приторный запах смешанный с запахом земли и сырости. Казалось, он будто сгустился в моей комнате, глубоко проникнув даже в самые мелкие трещины. Когда настойчивый стук повторился, я с неохотой встал с кровати и раздраженно бросил. — Кто? — Прошу вас, господин, впустите меня! — послышался тихий голос. «Это что еще такое?» — про себя возмутился я. — «Какого черта приперлась?» Обреченно вздохнув, я накинул халат и направился к двери. Приоткрыв створку, недовольно посмотрел на ночную гостью, ожидая объяснений. — Можно войти? — робко спросила девушка, на вид не старше лет двадцати. Я отодвинулся, пропустив горничную в комнату и, поторопился притворить обратно дверь. — Чего тебе надо? — раздраженно бросил я. Мне абсолютно не нравилась вся эта ситуация и я не пытался скрыть своего недовольства. — Я хочу вам кое-что рассказать. — зашептала девушка, испуганно пятясь от меня. Видимо сейчас мой облик мало походил на человечески, и чтобы не потерять контроль над собой, я задержал дыхание, опасаясь не навредить глупой девочке: ведь сейчас мы вдвоем, а соблазн крови всегда так велик… Сконцентрировавшись на том, что она говорит, я сделал один шаг назад, увеличивая между нами расстояние. — Речь пойдет о ее милости… Нам запретили об этом говорить и если его светлость узнает о том, что я все рассказала, меня ждет жестокое наказание. Но я думаю, вы должны знать кое-что… Я кинулся к ней и, зажав ладонью рот, тихо зашептал. — Тихо. Не здесь. Иди в библиотеку, а я сейчас приду туда. И ни звука. Поняла? — приказал я. Убрав руку, я увидев смертельный испуг в глазах бедняжки. Девушка судорожно вздохнула и, кивнув, поторопилась выскользнуть за двери. Размышляя о том, что сейчас произошло, я подошел к окну, чтобы открыть его и удивился: створка оказалась приоткрыта, хотя я хорошо помню, что не подходил к ней. И если окно все время было распахнуто, то почему в комнате стоит этот ужасный запах? Ума не приложу. Развернувшись, я направился в гардеробную, где наспех оделся и, покинув свою комнату, тихо заскользил по темным галереям и коридорам. Когда я достиг дверей библиотеки, то удивился, не услышав ровно никаких звуков, что было очень странно, ведь стук человеческого сердца всегда было слышно за десятки метров. Осторожно открыв двери, я заглянул в окутанную мраком библиотеку, но не увидел там никого. Решив, что девушка еще просто не успела дойти, я переступил порог огромного помещения, намереваясь дождаться ее внутри. Но не сделав и нескольких шагов, как потрясенный, замер глядя в самый центр зала: на мягком турецком ковре, в свете льющейся сквозь огромное окно луны, я увидел распростертое тело изогнувшееся в какой-то ужасной неестественной позе! Рванув, я подлетел к девушке и склонился над ней. Перевернув ее, я отпрянул, увидев перекошенное от ужаса бледное лицо с огромными расширенными зрачками. Неужели она умерла от испуга? Но не желая смотреть на изуродованное страхом лицо, я перевел взгляд и заметил на шее расплывающуюся синеву. «Задушили!» Засунув руку в карман, я выхватил телефон и набрал герцога. — Немедленно иди в библиотеку… — процедил я, когда на другом конце провода послышался сонный голос. — Что случилось? — недоумевая спросил Вильгельм. — Живо! — бросил я и отключил телефон. Я встал и отошел от тела, внимательно оглядываясь по сторонам в поисках каких-нибудь улик, но ничего. Абсолютно никаких следов не было. — Что за срочность? — встревожено спросил герцог, влетая в двери библиотеки. Скрипя от злости зубами и сжимая кулаки, я сделал шаг в сторону, являя Вильгельму кошмарную картину. — Она должна была рассказать мне что-то важное о моей жене, акцентировав внимание на том, что об этом было запрещено говорить лично герцогом! А теперь она мертва! Что происходит, Вильгельм? Какого дьявола творится в твоем доме? — Что она успела тебе рассказать? — подходя к мертвой девушке и присаживаясь перед ней на корточки, поинтересовался он. Смахнув растрепавшиеся волосы, он посмотрел на искаженное ужасом лицо, остановившись на изогнутой шее. — Ее задушили! — Я сам прекрасно вижу, — прорычал я. — И хочу знать, кто это сделал. — Бедная девочка. — расстроено сказал Вильгельм. — Расскажи мне, что произошло? Я недоверчиво сверлил его взглядом, но после нескольких секунд напряженного молчания, заговорил: — Пять минут назад она пришла ко мне в комнату и сказала, что должна кое-что рассказать о Селене. Кое-что, о чем лично ты запретил говорить! Опасаясь, что нас могут услышать, я велел ей спуститься в библиотеку и ждать меня там. Меня не было всего несколько минут, а когда я пришел, то обнаружил ее тело на полу! — Видимо вас все-таки услышали. — задумчиво пробормотал герцог. — Ты уверен, что поблизости никого не было? — Разумеется, — возмутился я. — Ведь она пришла в мою спальню. Что у тебя здесь происходит? Я заметил, как напугана прислуга и будто что-то темное нависло над этим домом. Что ты скрываешь? И чего такого я не должен знать о Селене? — Ничего особенного, — пожал плечами герцог. — некоторые слухи о ее жизни. Просто я не хотел, чтобы они дошли до тебя, вот и все. Я знаю с каким трудом ты справляешься с ее потерей, поэтому решил, что некоторых нюансов лучше тебе не знать. От услышанных слов я рассвирепел. — Ты что, совсем меня за идиота держишь? Ты думаешь я не понимаю, что именно из-за этих нюансов устранили девчонку. Я не позволю водить себя за нос. Найди мне того, кто это сделал, а иначе я сам возьмусь за поиски, и поверь, ты будешь не рад, что я вмешался в это дело. Развернувшись, я пулей вылетел из библиотеки, оставив герцога один на один с мертвой девушкой. «Пусть только попробует замять этот инцидент и не найти виновного! Я разнесу этот дом по камням, но докопаюсь до правды! Клянусь! Я это так просто не оставлю!» Влетев в свою комнату, я хлопнул дверью с такой силой, что послышался возмущенный ропот разбуженных мною соседей, но сейчас мне было не до этого. Я был в такой ярости, что сам убил бы кого угодно. «Кто пошел на такое? Кто осмелился убить девочку? Что такого хотели скрыть от меня и как узнали о том, что она хочет рассказать мне то, что было запрещено? И самое главное, как успели это сделать не оставив никаких следов, ведь времени на убийство было катастрофически мало? Неужели вампир? Но вампиры так не убивают… Если конечно не преследуют цели что-либо скрыть… Но почему тогда не было постороннего запаха кроме самой убитой и этого ужасного запаха, которым пропитал весь дом? Неужели это запах живого существа? Это невозможно! Никто так не пахнет… Что за дьявол поселился в этом проклятом доме? Кто это?» Опять сотни вопросов и ни единого разумного ответа. — Черт! Что же вокруг меня творится? — выдохнул я, меряя шагами комнату. — Может стоит обыскать дом? Но здесь десятки комнат и сотни ходов, о которых я не знаю. Что если преступник прячется в одном из них? Бесполезная трата времени. Ладно, будем ждать… Кто-то обязательно проколется… Я уверен. Ночью мне больше не удалось отдохнуть. Я был взвинчен и не находил себе места. Не желая отравлять чью либо жизнь, первую половину следующего дня я провел в поисках дневников Селены, которые в последствии, наконец-то нашел в кабинете герцога. Остаток дня я просидел закрывшись в кабинете своей бывшей жены, напрочь игнорируя прибывающих гостей, буквально заполонивших дом. Я полностью погрузился в изучение дневников, которых судя по хронологии явно не хватало. Причем отсутствовали именно те, которые интересовали меня больше всего. Разочарованно отодвинув стопку в сторону, я подпер голову, задумчиво уставившись в пространство. «Куда она дела дневники, в которых писала о молоте Тора и путешествии в другие миры? Думаю, это не случайность то, что их нет в общей стопке. Селена знала как они опасны, значит, успела спрятать, но куда? Куда она дела записи и где древний могущественный артефакт? Это будет не просто узнать. Может попросить Деметрия, но вряд ли он сможет помочь. Здесь бы пригодилась Гвен, но я не попрошу ее ни о чем, даже если она будет последним живым существом на земле!» Ладно, над этим я подумаю чуть позже. Мы еще неделю будем в Англии, время есть, а это значит, что у меня еще есть шанс найти то, что ищу. А сейчас стоило бы напомнить о себе Вильгельму, которому я не мешал целый день, но теперь пришло его время уделить мне внимание. Я покинул кабинет и, стараясь избегать снующих по всему дому родственников Селены, направился в западное крыло. Не без труда проскользнув мимо двух сплетничающих тетушек, я завернул за угол, и наконец вошел на территорию герцога, куда запрещено было заходить всем, кроме нашего клана. Подобные меры были приняты, чтобы никто из особо любопытных смертных случайно не забрел к нам, тем самым подвергнув свою жизнь опасности, а нас — ненужному испытанию. Для этого выделили двух крепких парней из охраны, которых поставили у входа в западное крыло. К счастью, грозный вид возымел должный эффект, поэтому в нашей части замка было тихо и спокойно. Герцог был занят какими-то документами. Увидев его спокойно сидящим над кучей бумаг, я пришел в ярость. — Ты, по-моему, не тем занят. — процедил я, усаживаясь перед герцогом, не получив на то его приглашения. Но сейчас мне было не до учтивости, я терпеливо ждал результата целый день и теперь имел право здесь быть. — Ты нашел того, кто убил девушку? Вильгельм поднял на меня уставший взгляд. — Алек, ты же понимаешь, что это не так-то просто сделать. — терпеливо ответил он. — Я не знаю, что здесь происходит, но одно я понимаю точно: ты явно что-то скрываешь! Я не хочу прибегать к радикальным мерам, тем более по отношению к тебе, но либо ты найдешь мне убийцу, либо расскажешь то, о чем должна была умолчать убитая девушка! Если же этого не произойдет, придется вмешать в это Аро, а ты знаешь, от него невозможно что-либо скрыть! — я встал с кресла и, больше не сказав ни слова, быстро вышел прочь, прекрасно понимая, что сейчас не стоит ждать объяснений. Надеюсь Вильгельм примет правильное решение. Ведь если быть честным, прибегать к подобным мерам, тем более, по отношению к герцогу я не хотел. Что уж кривить душой, он был дорог мне и оскорблять его, я ни в коем случае не хотел. Вернувшись в свою комнату, я решил лечь спать. Завтра трудный день и стоит быть в форме, чтобы выстоять перед всем, что придется пережить. Надеюсь, я справлюсь, ведь самое страшное я уже однажды пережил…