Tokyo Nights

Токио, 2039 год, календарная весна.

Музыка грохотала и неоновые лучи пронзали пространство под потолком, создавая причудливые образы. Электра танцевала в самой толпе, чувствуя себя частью чего-то большого и особенного. На эти сверкающие мгновения она забывала о том, кто она есть и чем является. Простые движения тела, простые мысли, простое следование зову природы. Электра смутно ощущала присутствие Серас где-то рядом, но сегодня дракулина была не с ней. Бывшая полицейская или кормилась, или прочесывала местность на предмет служителей древних культов. Несколько недель назад леди Хеллсинг получила письмо от доверенного лица в Лондоне, в котором было предупреждение. Кто-то снова стал интересоваться тем, куда же пропала Электра Хеллсинг, и женщина не сомневалась, что какие-то психи задумали кровавые ритуалы, с целью завладеть тайным оружием семейства Хеллсинг. Ритуалы включали в себя кровь Электры, а, возможно, и ее жизнь. Несколько дней женщина провела в особняке, довольствуясь едой, что доставляли беспилотные дроиды, обществом Серас и звонками Майкла, который отчаянно стремился к ее обществу. Но сегодня она проснулась ближе к ночи в отвратительном настроении, и дело было даже не в легком похмелье, которого легко поправлялось с помощью чудес современной медицины. В очередной раз она задумалась о том, что из себя представляет ее безбедная жизнь. И мысли не были радужными. Почти двадцать девять лет существования были подчинены правилам, о которых с ней никто не договаривался. Электре просто не повезло родиться именно в этой семье, но как бы она не отрицала связь с ней – она была Хеллсинг. Даже Виктория не знала, что на самом деле Электра страшно завидовала матери, и мечтала хотя бы в чем-то быть на нее похожей. Ставить людей на место одним движением брови, произносить громкие речи, и быть вхожей в королевскую семью. Владеть сильнейшим воином, что только существовал за всю историю земли. Мыслей было много, от них хотелось избавиться, а видеть понимающие и голубые глаза Майкла – нет. Серас, на секунду зажмурившись, сообщила хозяйке, что вокруг нет ни вампиров, ни упырей, ни хоть какой-то потусторонней опасности, и Электра отпустила свою подругу-слугу. Молодой Хеллсинг хотелось побыть одной, и хоть на один вечер ощутить себя нормальной. Электра танцевала, не желая думать о завтрашнем дне, где она снова будет укрываться за чужой личиной от тех, кто покушается на ее кровь – путать следы за годы они научились отлично. В новом дне ее ждал Майкл, который не раз намекал, что его любви и денег, хватит дабы леди Хэлссинг перестала носить свой титул, повинуясь зову плоти. Она решительно упустила момент, когда мужчина-эскорт искренне влюбился в нее. Аристократическое происхождение Электры влияло на манеры, и от этого она никогда не высказывала неуважения к способу его заработка, а спустя пару месяцев леди Хеллсинг прониклась к своему постоянному спутнику почти что-то искренними чувствами. В голубых глазах Майкла она видела то, что не видела никогда и ни от кого раньше, хотя... Разве у нее был опыт? Электра вполне искренне думала обсудить эту проблему с Викторией, но дракулина знала о любви еще меньше. Ее собственный короткий роман с красавцем-наемником по имени Пип Бернадотте закончился, едва успев начаться. Он умер у нее на руках, и они целовались первый и последний раз перед самой его смертью. А потом Серас выпила еще теплую кровь, завершив свое становление в царстве ночи. Серас иногда, краснея и отводя глаза, говорила хозяйке, что Пип теперь всегда с ней и в ней – она ощущает его как личность внутри своей собственной, и даже может с ним разговаривать. Электра не особо интересовалась философией и физиологией вампиров раньше, потому и сейчас предпочла остаться без подробностей. Мало ли чем Серас и Бернадотте могли заниматься, кроме разговоров? У Электры не было личной жизни. Был Майкл – эскортник-шотландец, которого она каким-то чудом встретила на одной из закрытых вечеринок в Синдзюку среди толпы андроидов и людей. Они почти сразу спелись, и после второго или третьего ужина мужчина честно признался, кем он был по профессии, ожидая отказа. Но на счастье, род его деятельности весьма устраивал леди Хеллсинг и ее юристов. Заключенный ими договор был не хуже брачного, и гарантировал то, что после личных встреч леди Электра Хеллсинг останется девственной, как в день своего рождения. Кроме Майкла, у молодой Хеллсинг были вечеринки и алкоголь, и долгие поездки на горячие источники острова Одайба, была даже пара свиданий и несколько поклонников, которые решили добиваться руки леди Электры. Справедливости ради, Электра считала себя слишком особенной уже по факту рождения, чтобы обращать внимания на мир вокруг, но иногда желания становились слишком сильными и тягучими. И как ее мать жила с этим? Быть может, на войне не место любви? Сейчас был мир, пусть прошитый грубыми стежками и наполненный подозрениями, но мир. И леди Хеллсинг танцевала посреди этого мира, чувствуя, как выпитое виски распаляет кровь. Она знала, что красива. Холодная красота ее матери была разбавлена чем-то очень южным, почти балканским. Кожа Электры была не такой бледной, как у англичанок, а волосы были на пару тонов темнее, чем платиновая шелевелюра Интегры. Однако разрез глаз, роскошная грива волос и умение вздергивать подбородок не оставляли сомнений – она была дочерью Хеллсинг. Мать могла останавливать армии врагов этим поднятым подбородком, и одним прищуром приказывать сильнейшему вампиру идти на очередную смерть. Все, что могла Электра, это скользить взглядом по толпе в клубе, пока не натыкалась на того, кто уже как полчаса не сводил с нее глаз. Она любила эту игру в соблазнение с последующим исчезновением, и часто играла в нее, зная, что Серас прикроет от слишком рьяного кавалера. Однако сегодня она была одна, а выпитый алкоголь делал Электру слишком храброй. Она танцевала, поднимая руки к потолку, оглаживая свои бедра, взмахивая головой так, чтобы волосы скрывали ее лицо. Леди Хеллсинг точно знала, как играть в эту игру, в которой жертва и охотник часто меняются местами. Она всегда точно знала, в какой стороне видела заинтересованный взгляд. Электра распахнула веки, вворачиваясь размазанным от алкоголя взглядом в парня со светлыми волосами напротив. Ее бровь дернулась, и молодой человек скопировал этот жест и широко улыбнулся. Он был весьма симпатичным для японца, в чертах его лица угадывались предки-европейцы, и леди Хеллсинг в очередной раз задумалась о навязанном ей целибате. Как часто она думала об этом? Как часто оценивала возможные последствия? Что мешало ей позволить Майклу стать ближе? Ведь дело давно уже было не в деньгах - леди Хеллсинг имела небольшой личный капитал, скрытый так надежно, что ни один адвокат не нашёл бы концов. Что мешало найти себе любовника? Возлюбленного? Мужа? Она знала ответ: вечное ожидание чего-то большего. Чего-то уникального, чему нет аналогов на всем белом свете. Потому что она – дочь Интегры – достойна самого лучшего. И что-то в глубине сердца подсказывало Электре, что такого мужичины просто нет. Но сейчас годы изоляции и сокрытия брали свое, как и алкоголь. Как и отсутствие Серас. - Сейчас, - шепнула она сама себе, не отводя взгляда от блондина. – Почему бы и нет? *** Они жарко целовались где-то у стены, когда блондин, назвавшийся Йоджи, потащил Электру к черному выходу. - Ты такая горячая девочка, - нашептывал он ей на ухо, - не мог оторвать от тебя глаз на танцполе! Но ты явно высший класс, и поэтому все будет иначе! Леди Хеллсинг чувствовала лишь приятное головокружение от алкоголя и… ничего больше. Они тискались с Йоджи вот уже минут двадцать, прежде чем он предложил ей удалиться, а она так и не ощутила ничего похожего на возбуждение. Может, она была слишком пьяна? Некстати вспомнился Майкл и его волшебное тело, удерживаемое в узде подписью на контракте. «Что я делаю?» - пронеслась в ее голове мысль. Она хотела вывернуться и вернуться в клуб, но вдруг обнаружила себя в подворотне, где к расписанной голограммными афишами стене привалились трое мужчин. Их похабные взгляды заставили Электру почти мгновенно протрезветь. Йоджи ловко заломил ее руки за спиной. - Привет, крошка! – ухмыльнулся один из них. – На тебе такие дорогие украшения и шмотки! Богатая наследница? Электра ни на шутку испугалась, и некстати подумала, что ее мать точно сумела бы выйти из этой ситуации. «Нет, неправда! Моя мать в такую ситуацию попросту бы не попала!» - Что вам нужно? - язык все еще немного заплетался. – Деньги? Я вам дам их! - Деньги мы найдем и сами, нам надо лишь немного твоего внимания, крошка! - Такие, как ты никогда не смотрят на нашего брата, но мы ведь не гордые, можем и первыми подойти! - Эй, мы просто повеселимся немного, правда, парни? – Йоджи лизнул ее щеку. – Только, чур, я первый! - Дайте мне уйти! – в эту секунду Электра думала только о том, где черти носят Серас. Между ними не было какой-то особой ментальной связи, и впервые молодая Хеллсинг пожалела о том, что не изучила этого вопроса подробней, ведь она даже не могла призвать дракулину. - Ну же, малышка! - Йоджи скользнул одной рукой Электре между ног, ощутимо сжимая ладонь. – Ты же явно была не против траха со мной! А тут мои друзья, с которыми я привык делиться! - Теперь я против, - Электра вздернула подбородок. – Я уйду, а вы не посмеете мне ничего сделать! Отчего-то ей казалось, что подобные трюки удавались ее матери, но вот она сама… Гогот банды был ей ответом. Йоджи рванул ворот ее платья, обнажая шею и грудь – бюстгальтер она никогда не носила – и под одобрительный свист друзей сжал её сосок. Как по сигналу, троица шагнула от стены - прямо к ней. Один ухватил ее за ноги, раздирая платье по шву снизу, другой впился мокрым поцелуем в шею, а третий криво ухмыльнулся, выразительно поигрывая блестящим ножом. Электра закричала и забилась, чем вызвала лишь новый взрыв смеха. После сильного удара в лицо, рот тут же наполнился кровью, а голова откинулась в сторону, вынуждая женщину отвести взгляд от своих мучителей. Перед глазами мелькали яркие точки, что, скорее всего, было следствием удара. В ушах шумело... Меньше всего Электра хотела сейчас отключиться, в ее душе росла какая-то холодная решимость, она знала: даже если сейчас с ней случится что-то страшное, она сможет это исправить. Запомнить лица, место, время – и Серас уничтожит их. Но эти мысли не приносили должного облегчения, пока она чувствовала на себе скользкие пальцы и влажные прикосновения. Она впервые за свои почти двадцать девять лет столкнулась с реальной опасностью, и сейчас ей хотелось только вырваться живой. Электра выплюнула слюну, смешанную с кровью, чувствуя, как… … что-то вдруг изменилось. Она услышала шепот – тысячи языков, тысячи слов, звучащие сразу. Казалось, что это услышала не она одна, так как вдруг стало очень тихо: банда таращилась в ту же сторону, куда смотрела и леди Хеллсинг. Она, не мигая, смотрела перед собой, чувствуя, как волосы встают дыбом. Тьма клубилась в подворотне, завывая и лая. Тени оживали, начиная отбрасывать свои собственные отражения на всех возможных поверхностях. Черные языки скользили очень быстро, заставляя тухнуть голографические экраны, заслоняя собой свет от ночных огней. Йоджи резко дернулся назад, выпуская руки Электры, и она упала на колени, пытаясь прикрыться остатками платья. Тьма разбивалась смехом о бордюры, принося с собой ужас и смятение – мужчины, секунду назад чувствовавшие себя хозяевами положения, вопили от ужаса и теряли собственные конечности, пока неведомая сила разрывала их на части, оставляя кровавые следы на треснувших голо-экранах и асфальте. И лишь Электра замерла посреди этого безумия, впитывая его каждой клеткой своего тела. Тьма струилась вокруг ее ног, лаская ступни, и Электра ощутила зов. Такой древний и дикий, что ему не было объяснения. Казалось, что она точно знает, что должна сделать, но память никак не подкидывала нужного воспоминания. Ее взгляд упал на короткий нож, который выронил один из насильников. Женщина потянулась к лезвию и сжала его в своей ладони. Мир вокруг исчезал во тьме и страхе, Электра смотрела, как череп Йоджи проламывается, словно орех, а мозги вываливаются на асфальт. Ни один человек, ни один наемник не смог бы такого сделать, а мысль, что билась в ее разуме, казалось слишком дикой… Короткий нож в ее руке свернул в свете уличных огней Токио, и женщина бездумно полоснула себя по руке чуть выше локтя. Порез тут же наполнился кровью, которая медленно полилась на подрагивающий тьмой асфальт, тут же растворяясь. Электра таращилась перед собой, забывая как дышать. Из тьмы восстала фигура, и Электра ощутила слабость, одновременно с четким осознанием происходящего, что взорвалось в ее голове. - Я дома, - прохрипела тень. - С возвращением, - не своим голосом ответила Электра. И в следующее мгновение тьма подхватила ее обессиленное тело, позволяя провалиться в спасительное небытие.