Единорожий лес

*** Происходящее было в чём-то даже символично. Хотя для смеха момент подходил не слишком. Сначала Ааз пошатнулся. Потом поморщился. Потом схватился за живот. Вскочив на ноги, я бросился к нему, но яростный взгляд остановил меня на полпути. - Всё нормально, - процедил мой партнёр, продолжая покачиваться. – Кажется, это был изюмный настой? Что, прости, он делает в нашей комнате? В нашей комнате. Я немного нервно улыбнулся всё возрастающему символизму. - Долгая история. - Такая же долгая, как продажа корпорации? – прорычал изверг, но мне хватило ума счесть вопрос риторическим. Я рассеянно пересчитал голубые пятна на его лице и руках. Тут же забыл число, нахмурился, проследил взглядом контур самого большого пятна – в районе скулы. Если бы действие настоя обошлось только сменой цвета чешуи, это было бы даже забавно. Но… А потом до меня дошло. Озарение было внезапным и прекрасным, как скорый рассвет. - Скажи, что у тебя болит живот, - быстро произнёс я, и, не давая ему времени на ответ, повторил: - Пожалуйста, скажи, что у тебя болит живот! - Малыш, - закатил глаза он. – Это изюмный настой. У меня болит всё. Даже чешуя. Сжав губы в тонкую линию, я обернулся к окну. Небо уже светлело, возвещая, что скоро встанет солнце. Что ж, идеальный момент для чудес. Весьма вовремя. - Ну… кхм… кажется, я могу всё исправить! Долгий взгляд партнёра не обещал ничего хорошего. - В самом деле? - В самом деле. Ты… - Замявшись, я опустил взгляд, но, впрочем, успел заметить, как поползла вверх его чешуйчатая бровь. – Мне… я хотел бы… чтобы ты пошёл со мной. В смысле… - Скив. – Подняв голову, я напрягся под его пытливым взглядом. – Ты идиот. Не знаю, как вам, а мне это показалось достойным началом нашего примирения. *** Несмотря на некоторые скользкие моменты и полное незнание, куда именно мы идём, Ааз уверенно шагал рядом. Отпускать меня неведомо куда одного он посчитал, цитирую, «неуместным», «непродуманным» и «несвоевременным». У кого-то слишком хорошо подвешен язык для простого «я за тебя беспокоюсь». Но при всём вышесказанном отсутствие информации о конечном пункте назначения он пытался возместить на протяжении всего пути до «Кровавого кролика». - Отличный момент, чтобы взращивать в себе изворотливого бизнесмена, который не делится своими планами, но на твоём месте я бы перестал увиливать, словно уж-бабн, и объяснил ситуацию, - в очередной раз сказал он, впрочем, стараясь сдерживаться и не использовать более грубые выражения. - Что такое уж-бабн? – без особой надежды спросил я, после чего почувствовал, как пальцы партнёра сомкнулись на моей руке чуть выше локтя. - Девол побери, Скив! – резко сказал он, разворачивая меня так, что мы оказались лицом к лицу. Посмотрев ему в глаза, я подумал, что окончательно выжил из ума, если действительно хочу прямо сейчас сделать шаг вперёд и попробовать что-нибудь из своих недавних фантазий. «Почему бы не сейчас?» вдруг спокойно подумал я. Эта мысль оказалась неожиданно отрезвляющей. Видимо, что-то такое появилось в выражении моего лица (интересно, как личина исказила мимику пентюха): судя по дрогнувшему уголку губ партнёра, и так неоднозначный букет чувств довольно странно отразился на чертах епиртотца. Впрочем, уже неважно. Освободить руку оказалось даже слишком просто. - Мы почти пришли, - произнёс я, после чего направился к заднему двору таверны, всё ещё чувствуя чужой взгляд в районе лопаток. А потом моим глазам предстал настоящий… сад. Тщательно прибранный участок, способный похвастаться таким количеством цветущих кустов, вполне мог называться садом. Во всяком случае, это место не казалось обычным задним двором таверны, который служит приютом для блюющих с похмелья постояльцев. Возможно, иногда здесь прохаживался хозяин заведения собственной персоной. Создавалось впечатление, что каждая дешёвая таверна в этом городе имела собственный маленький секрет, вроде уютного камина, сада... Никакие помойные лужи Цивейна не могли заглушить щекотавшего ноздри запаха зелени, цветов и удобрений. Запаха уюта. Оказывается, у города была обратная сторона, куда более покоряющая, чем внешняя, доступная любому прохожему. Свет восходящего солнца мягко коснулся травы, скользнул на опоясывавший территорию ровным полукругом забор, позолотил мягко изгибающуюся тропинку. Мне стало ясно желание хозяина «Кровавого кролика» взять на себя заботу о таком «заднем дворе». Жаль только, что мы с Аазом здесь были не единственными гостями. Остановившись, я расправил плечи и посмотрел на две замершие неподалёку фигуры. Мужчина в старом пальто приветственно кивнул мне, кошка, впрочем, словно не обратила никакого внимания на наше появление. Она наслаждалась солнцем, гревшим по-утреннему сильно. Ну да всё равно. Её участие до сих пор сводилось к минимуму. - Прекрасно, - улыбнулся Рюрик, касаясь кончика носа указательным пальцем (видимо, старая привычка, одна из тех, которые почти невозможно, да уже и не хочется искоренять). Ааз поравнялся со мной, сделав несколько бесшумных шагов. - Что за… - протянул он с явным намерением продолжить, но мужчина покачал головой и вынул из кармана аккуратно свёрнутый свиток. - Вы тоже здесь. Хорошо. Мистер Скив, хотите быстрее с этим закончить? Я неопределённо дёрнул плечом, приближаясь к собеседнику. Скрестив на груди руки, мой партнёр снова встал рядом. - Ну, - начал Доль, впервые пустив в свой лексикон слово-паразит. – Послушайте и скажите, устраивает ли вас финальный вариант договора. В повисшей тишине он развернул свиток. «Солнечное же нынче утро», подумал я отстранённо и с улыбкой начал дожидаться удачного момента, чтобы использовать так удачно подвернувшуюся лазейку. - Вы, Мистер Скив, передаёте права на владение корпорацией М.И.Ф. и её капиталами в мои, Рюрика Доля, руки, снимая с себя и своего партнёра полномочия глав данного предприятия, - начал мужчина нараспев. – В свою очередь я, Рюрик Доль, обещаю не причинять вашему партнёру Аазмандиусу прямого или косвенного вреда, включая моральное или физическое насилие, надругательство над личными ценностями или смерть. – Не поленился разузнать полное имя второго владельца корпорации. Действительно подготовился. А вот в развёрнутое определение «непричинения вреда» включил много лишнего, такие формулировки при сильном желании можно обернуть против него же. Впрочем… «не причинять вреда вашему партнёру»… разве всё перечисленное не было действительно только пока мы являлись партнёрами?.. А значит, после передачи корпорации… Впрочем, неважно. Детали, подоплёки и подводные камни, в которых нет теперь никакого смысла разбираться. Пусть хоть сто подводных камней. Самый крупный оставлен за мной. Я медленно выдохнул, готовясь говорить. Несмотря на, казалось бы, продуманность всех ходов, меня охватило сильное волнение, словно перед нырком. Бросив рассеянный взгляд в сторону, я увидел, как изменилось выражение лица Ааза. Кажется, речь Рюрика произвела на него некоторое впечатление. Девол побери. Ну конечно. - Это… - Я прокашлялся, снова разворачиваясь к собеседнику, чтобы, наконец, сделать ход конём (интересно, правильно я употребил данное выражение?..). Но меня прервали. - Как… трогательно. – В голосе Ааза слышалась насмешка. Он, несомненно, выбрал идеальный момент, чтобы меня подколоть. – Потрясающая забота с твоей стороны. Остановившись, я сжал губы. Серьёзно? Насмешка? После всех замечаний, придирок, разочарования – он решил добавить? Он, изверг, который не прочь продолжать быть моим партнёром, который наверняка почти догадался обо всех моих желаниях, который никогда не хотел бы взять меня на прилавке Робета, но умело создавал подобное впечатление. Словно нарочно высмеивая мою увлечённость им. И сейчас. Вот! Тот самый момент, когда вся сосредоточенность, всё волнение прошедших дней должны были ударить по врагу. И так катастрофически испорчен. Насмешкой. Что-то ощутимо надорвалось внутри меня. Пружина раздражения и нервного напряжения наконец развернулась. - Конечно, - сдержанно произнёс я, разворачиваясь к извергу. – Сам о себе ты позаботиться, кажется, не можешь. Только попав в чужое измерение, ринулся в кабак, чтобы отравиться. Очень разумно для того, кто управляет крупнейшей корпорацией на Деве! Верх разумности! Его глаза сверкнули каким-то незнакомым огнём. - Я, - медленно ухмыльнулся он. – Это я о себе позаботиться не могу. Ты мне об этом говоришь? Это ведь ты втянул нас в ситуацию с продажей самой крупнейшей корпорации на Деве. Разве нет? А он довольно быстро освоился. - Не надо цепляться, я вызволил нас из этой ситуации. Если бы не я, ты был бы уже мёртв! – В моём голосе звучало раздражение, которое имело обыкновение улетучиваться довольно быстро. Запал нервозности, обиды и гнева подходил к концу, однако ответная реплика возродила его буквально из пепла: - Строишь из себя взрослого? Мы в принципе в это измерение попали только по твоей вине! Я задохнулся. Обвинять во всех грехах – это было весьма характерно для моего партнёра… но сегодня очего-то било особенно больно. Наверное, погода. - Это просто случайность, а не моя вина. К тому же, я прекрасно справлялся с ситуацией! - Да я нашёл тебя болтающимся на виселице! – рявкнул Ааз. - У меня всё было под контролем! Я уже давно не ребёнок. И не твой ученик. - Да, проблемы себе ты ищешь недетские! - Наши голоса почти звенели в воздухе. – Видимо, ты достаточно взрослый, чтобы сдохнуть в петле, но чтобы покупать нормальные товары у нормальных деволов, встречаться с девушками или сохранять корпорации – ты ещё мальчишка! Его слова хлестнули меня, словно крапива. Как незаслуженное наказание из детства, обвинение в том, чего не совершал. Кажется, моё лицо пошло красными пятнами… но всё равно личина скрывала данную неприглядную деталь. «Дались ему эти девушки!» скользнула в моей голове отчаянная мысль. - Ты всегда теперь… будешь… тыкать мне отсутствием пассии? – спросил я разъярённо, впрочем, слегка сбавив тон. Напряжение голосовых связок не слишком хорошо сказалось на голосе, а появившаяся болезненная хрипотца царапала горло. – Спасибо, но мне не нужны никакие девушки. Обойдусь. Мне вполне достаточно партнёра, который, кажется, ищет смерти на каждом шагу и полностью доволен этим! На одну долгую секунду всё замерло. В повисшей тишине я в ужасе смотрел, как меняется лицо Ааза. Впрочем, я ведь не сказал ничего такого?.. Сердце бухнуло где-то у горла. Моя голова сама собой начала мотаться из стороны в сторону в выражении отрицания. - Господа. – Доль говорил негромко, но даже если бы он шептал, мы бы услышали. – Так что насчёт договора? Это всё познавательно и прекрасно, но, полагаю… Едва оторвав взгляд от Ааза, я непонимающе посмотрел в сторону Рюрика и попытался собраться с мыслями. Если честно, я всё ещё был где-то далеко. Там, где нужно было оправдываться, отступать, шептать исступлённо: «Я совсем не это хотел…» - Молчать, - рявкнул мой партнёр, стремительно разворачиваясь к нему. – Полагаю, условия контракта нарушены. Контракт быть реализован не может. Что ж, если у меня только-только начало успокаиваться сбившееся дыхание, он уже перехватил контроль над ситуацией. Доль непонимающе моргнул. - Мистер… - Мистер Ааз. Уроженец Извра, - мягко сказал мой партнёр, после чего, не удержавшись, протянул: - Собственной персоной. Намёк был прозрачным. Ну, это легко и даже привычно, отработано не одной совместно пройденной передрягой. Когда я, повинуясь завуалированной просьбе, скинул с Ааза личину, он, наконец, смог использовать своё самое страшное оружие. Он улыбнулся. *** Что-то пошло не так. В смысле, речь не только о сорванном плане отнять корпорацию М.И.Ф., не так пошло… всё. Совсем всё. Доль дёрнулся, переведя на меня совершенно неживой взгляд. Знаете, такие взгляды возвращают к реальности получше крепкой оплеухи, и я задеревенел, глядя, как руки мужчины тягуче опали вдоль тела. А потом, ну, понимаете. С сочным хлюпом отвалились. Кто ожидает, что бандит, который вас грабит, начнёт разваливаться по кускам?.. Так вот, его руки отвалились. Сначала пальцы, те, на которых были кольца-артефакты; видимо, под весом украшений. Кожа лопнула в нескольких местах, набухла тёмными каплями и с тошнотворным звуком начала рваться. То, как рвалась плоть у предплечий, скрыли рукава. Мертвенно бледный человек пошатнулся и рухнул лицом в землю, словно доска, совершенно не беспокоясь о сохранности собственного носа. Впрочем, на его месте мне было бы уже всё равно. В саду повисла страшная тишина, такая плотная, что было почти больно в ней пребывать. Но, простите, придумать реплику, подходящую ситуации, не слишком легко. «Ой»? «Как вы себя чувствуете?»? Уставившись на лежащие отдельно конечности расфокусированным взглядом, я понял, насколько близок к коленопреклонённому положению упоённо блюющего мага. Всё это время неподвижно сидевшая рядом с Долем кошка махнула хвостом, и мои глаза метнулись к ней, словно ища спасения от отвратительного зрелища. Кошка зашипела; звук был тихим, мягким, деликатно заполнявшим тишину (наконец-то). Чужие пальцы ухватили меня за локоть – я безвольно мотнул головой, потом повернулся к приблизившемуся Аазу. Он осторожно тянул мою руку назад, словно старался отодвинуть меня и одновременно не делать резких движений. Взгляд же его остановился на кошке. Мир стал картонным, плоским, события прорывались ко мне словно через толстую плёнку произошедшего. Но какие-то мысли всё ещё крутились в голове, вроде: почему Ааз так пятится? Да что с этой кошкой?.. А потом я догадался проверить магический фон. И сочно-багровое марево чужой ауры почти ослепило меня. - Нам придётся обсудить сложившуюся ситуацию, - мягко пророкотало существо, чья магическая сила могла… привести в ужас. Любого. - Кто это? – прошипел мой партнёр, дёргая меня себе за спину, но то ли он был слишком под впечатлением, то ли я, наконец, очнулся, однако задумка провалилась. - Его кошка, - ответил я севшим голосом, освобождая руку. Надобность наблюдать за магическим фоном, чтобы чувствовать чужую мощь, как-то сразу отпала. Это не спасло от новых впечатлений – моему самому что ни на есть обычному зрению предстала картина вспущивающегося мохнатого горла, деформировавшегося, чтобы рождать звуки человеческой речи. - На самом деле, не совсем. – Сложно вспомнить, когда паузы настолько нервировали, однако без них кошке было не обойтись – пузырь горла опадал, расслабляясь на две секунды, а потом снова вздувался. – Скорее, он мой человек. Понимаете? Догадки, все, как одна, неприятные, оглушали. Любые пункты контракта о продаже корпорации могли быть сколь угодно незначительными, ведь я смог обыграть их. Но новая переменная в истории с Рюриком Долем оказалась смертельно опасной. Мне знакома разница между «опасно» и «смертельно опасно», я понял её где-то между побегом от стражи и пыточной камерой. То, что происходило сейчас… Это парализовывало. В ту же секунду чужая магия прикоснулась к моей собственной – по-другому и не опишешь, сразу начнёшь изъясняться одними аллегориями, но в любом случае соприкосновение чувствовалось невероятно чётко. И да, это глупо, но я запаниковал. Аура кошки (кошки? кошки?!) стала клубиться, густеть, словно в неё добавили огнеопасный химический компонент. «Начало атаки, вполне возможно», скользнула отстранённая мысль в моей голове. Лишившийся способностей Ааз не мог видеть происходивших изменений, он даже понятия не имел о положении дел, а уж если нас атакуют… Цепочка размышлений привела к вполне ожидаемому выводу, который в свою очередь толкнул меня вперёд, на линию между партнёром и зверем. Отлично, теперь надо только… Чем обороняться? Применить левитацию, вырвать куст сирени и отхлестать врага по морде? Нельзя просто прикрывать мощного изверга своим щуплым телом, это смешно и не имеет смысла. Если встал на путь глупого геройства, нужно действовать. Что ж, видимо, куст… Именно тогда, когда оценивающий взгляд кошки отыскал что-то в выражении моего лица, и аура её сгустилась уже по-настоящему сильно (а собиралась ли кошка вообще атаковать?.. в любом случае теперь да, собиралась), я ощутил на себе всю мощь партнёрского подзатыльника. Даже если бы кофн… нф… ронт… даже если мы не собирались драться, наше с соперницей внимание теперь было приковано к Аазу. Он же, приложив к, хм, ситуации свою увесистую ладонь, резко дёрнул меня за плечо назад и теперь старательно показывал зубы. - Тебе же сказали, мы будем обсуждать, - прорычал он, сильнее сжимая пальцы. – Непутёвый ты… балбес! Грр-стой на месте! Никто не будет никого провоцировать. Контракт разорван и не подлежит реализации… но ведь мы не можем просто разойтись. Правильно? Кажется, они с кошкой обменялись понимающими взглядами, как обычно делают два умных человека... в данном случае два умных существа. Я почувствовал себя третьим лишним, которого на собрание умных пустили случайно. - Мы должны знать больше о будущих деловых партнёрах. Что ты и что он такое? Можешь рассказать. А ты, - он резко повернулся ко мне, после чего его когти совсем уж невыносимо впились в мою кожу, - даже не думай! О чём именно «не думай», пояснений не последовало, только кошка вдруг рассмеялась – её горловой пузырь напрягся и завибрировал, отчего вздыбилась серая шерсть под аккуратным треугольником подбородка. - Следовало выбрать для шантажа тебя, притворщик. Мой человек договорился с мальчиком о корпорации, а у тебя можно было сторговать ещё пару вещей. У тебя можно было бы сторговать весь мир впридачу. - Думаешь, тебе удалось бы? Весь мир? – усмехнулся Ааз. - Да, - просто ответила кошка. – Через человека я предложила мальчику не отнимать у него то, что он уже имел, и преуспела. Пунктом в твоём же договоре следовало указать получение желаемого. Уверяю, я в силах дать тебе то, что ты хочешь. Мы бы сторговались. Усмешка застыла на лице изверга, а пальцы на моём плече сжались ещё сильнее. Боюсь, синяками не обойдётся. - Хочешь, мы сторгуемся прямо сейчас? – Голос кошки резко понизился, стал словно более текучим, обволакивающим. - Справлюсь сам, - резко бросил мой партнёр, отнимая, наконец, руку. – А теперь скажи, кто ты. Я повёл плечом, глядя на лежавшего без движения Доля. Странно, но кровь почти не вытекала из чудовищных ран, она только пропитала рукава, но… не думаю, что от этого умирают. Пентюх бы не умер, потеряв так мало крови, однако если бы у пентюха отвалились руки, крови было бы значительно больше. Поэтому не решусь судить. - Я порождение этого мира, - сказала кошка, осторожно переступая лапами. В этом движении была заключена, казалось, грация всего кошачьего рода, даже если перед нами стояло трижды существо совершенно иное. Мой взгляд метнулся к ней – крупный зверь с пружинистыми лапами, большими глазами, светлыми усами. Ничего, кроме деформированной посадки головы, не выдавало истинной сущности представшего перед нами создания. В ту же секунду мохнатое горло снова дрогнуло и раздулось, подёргиваясь в такт словам. – Меня считают мифом. Местная сказка, дитя старых времён, уже даже не легенда, просто память. Согласно бытующему мнению я появилась, когда ветер встретился с бездной, и одно не смогло поглотить другое. - А… так и было? – спросил я тихо, даже не пытаясь сдержать любопытство. Ааз прожёг меня взглядом. - Не знаю, - спокойно ответила кошка. – Это случилось очень давно, а моя память не бесконечна. К тому же, я успела устать от мира, который меня породил. - А по мне здесь неплохо, - оскалился изверг, снова поворачиваясь к ней. – Казни, пытки, коррупция. У меня на родине бытует мнение, что такое не приедается со временем. - Данного тебе времени хватит не на одну жизнь, отмеренную этому мальчику, но ты даже не представляешь, что значит «давно», - вдруг оскалилась кошка, и у неё, поверьте, получилось не хуже, чем у любого изверга. – Однажды реальность объяснит тебе, конечно. Однажды он, например, будет похоронен по пентийскому обычаю, в гробу. В моём мире, где трупы сжигают, чтобы понять смысл «давно», надо жить с сотворения мира, но у тебя будет требуемый аналог, ты увидишь наглядную энтропию смерти, а не её краткий миг. Энтропию разложения. – Внезапно паузы снова стали звенящими, подстёгиваемые тишиной сада. Даже пьяная брань, доносившаяся из таверны, не вмешивалась в ощущение тотального безмолвия, когда горловой пузырь опадал, чтобы дать передышку своей хозяйке. – От времени крышка гроба просядет, могильные насекомые сожрут даже болты, вкрученные в доски, но это всё ещё не будет «давно». Пройдёт вдвое больше времени, и от мальчика останется сгнившая каша. Втроё больше – и не останется ничего вообще. Возможно, тогда ты почувствуешь, притворщик, что значит устать от мира. Новая неприятная пауза, сопровождавшаяся звуками славной попойки в таверне, растянулась, застыла густой субстанцией поверх наших голов. - Это… не… - Ааз открыл было рот, но тут же замолчал Спина его казалась неестественно прямой. - Как же нет? – промурлыкала наша собеседница. – Он умрёт, притворщик, а ты будешь жить. Ты умрёшь – а я буду жить. Просто у нас разные сроки. Ветер встречается с бездной. – Улыбка на кошачьей морде смотрелась дико, даже жутко, потому что звери не улыбаются. На самом деле, никто не улыбается так. Никогда не забуду… - Нам надо вернуться к делу, - сказал я хрипло, но они не обратили внимания. - Если бы ты согласился на наш договор… - Если?.. – Мой партнёр склонил голову к правому плечу, всем своим видом выражая внимание. - Я сказала, что в силах дать тебе то, что ты хочешь. Мы можем заключить договор на твоё желание, помнишь? Я не врала, а ведь я заключаю только долгосрочные контракты. Объект контракта ведь не может просто умереть, пока ты будешь в самом расцвете сил, это было бы… прямым нарушением соглашения. В этом мире я имею некоторую власть над смертью, не знаю об остальных, для проверки нужно туда попасть… - Вот почему Рюрик Доль не умирает! – От моего возгласа Ааз вздрогнул, словно очнулся. – Кровотечение при оторванных руках остановилось, он не умирает. Потому как… - Потому как удержать его в моих силах. – Кошка стремительно махнула хвостом, вновь приковывая моё внимание. – Вам следует дослушать историю до конца, знаете ли. Иначе мы не сможем прийти к согласию. - Говори, - неожиданно тихо произнёс мой партнёр. - Три дня назад я, наконец, устала от этого мира. Мне нужен был другой воздух, другая земля, другие слои времени. Поэтому я двинулась в сторону города, где жили путешественники по мирам. - Часто сюда попадают гости из других измерений? - Достаточно часто, чтобы заметить данное явление. Город буквально звал меня. Я пришла сюда, в центр, и стала ждать. Мне нужен был путешественник. Любой. Неважно какой, абсолютно неважно. Здесь же начинается история моего человека. Мы встретились, и он рассказал мне о мире Девы, откуда пришёл. Там он притворялся краснокожим торговцем, вроде дьявола, сбывал неисправные артефакты. Что-то щёлкнуло в моей голове. Не может быть. - По его словам, он сбыл уже десять, а на одиннадцатом понял, что отдал сломанный портал главе несметной корпорации. Вы так это называете? Корпорация? - Значит, это он, - медленно сказал Ааз. И его тон мне очень не понравился. - Ааз, - позвал я, нахмурившись. - Славно, - оскалился он вместо ответа. – Мне не пришлось искать! – И сделал шаг вперёд. Честно, не знаю, какие такие рефлексы пробудились во мне, но в следующую секунду я уже висел на руке своего партнёра, упираясь пятками в землю. Возможно, столь безнадёжная затея сработала только в меру её неожиданности. - Что бы ты там ни задумал, не уверен, что стоит, - заверил я сквозь зубы, отчаянно мешая отцепить себя от чужого локтя. - Знаешь, Скив, - раздражённо вздёрнул верхнюю губу изверг, - из-за него ты провёл немало времени в пыточной. Впрочем, на этом беды не закончились, правда? Сказанного оказалось довольно, чтобы я остановился. Хотя Ааз тоже больше не предпринимал попыток идти и совершать ужасное возмездие над виновным. Обхватив себя руками, я сделал несколько шагов назад и независимо дёрнул плечом. - С него достаточно. – Рюрик Доль лежал, уткнувшись лицом в землю, а рядом лежали его руки. Достаточно. Никто не заслуживает такого. Или чего-то большего. Не знаю. Не Рюрик Доль. Даже Рюрик Доль. - Больше он не потревожит вас, - послышался мягкий голос кошки. Теперь она говорила, словно перекатывая слова языком; такая манера отличалась особой медлительной характерностью, призванной, видимо, зачаровывать слушателя. - Говори, - бросил Ааз, окончательно сдавая позиции. Кажется, трудно представить историю более насыщенную, чем у авантюриста Доля. Стоило выслушать её до конца. - Он продал сломанный артефакт не тому – или тому? – человеку. По его словам, ближайшие друзья покупателя артефакта вышли на его след и уже готовились напасть. Твоя команда, мальчик, не так ли? – Я кивнул. – Что ж, осознав данный факт, мой человек решил последовать за тобой в неизведанный мир, конечную точку телепортации. Чтобы проследить, что ты умер и не оставил после себя никаких следов, которые могли бы привести к нему твою команду. Впрочем, он был слишком взволнован, поэтому шаг из одного мира в другой прошёл не слишком удачно. Вы видите? Кошка мягко скользнула к лежащему ничком телу, низко склонила голову и сжала зубами складку кожи на ладони одной из рук, сразу под большим пальцем, у линии жизни. - Видите? – снова вздулся её горловой пузырь. Казалось, внутренности были готовы перевернуться у меня в животе, когда кошка упёрлась в человеческое запястье лапой и без спешки оторвала зубами плёночку кожи. – Он перенёсся сюда полностью. Но по частям. Его руки должны были быть отдельно от тела, когда он начал формироваться в моём мире. Вот такой неудачный переход. Только я успела, поймала его прежде. Я окутала его ветром, звёздами, заморозила его на грани существования, а потом заключила с ним сделку. Он возьмёт меня с собой в ту, другую реальность, заберёт отсюда, когда решит вернуться. В ответ я готова была предложить услугу, а услуга всегда стоит дорогого. Наша встреча резко поменяла его планы. Теперь необязательной была твоя смерть – если он станет главой столь большой… корпорации, набитой деньгами, как старый зверь блохами, у него будут все возможности себя защитить. И даже больше. Я не стала спорить. Он был волен выбирать услугу, я же знала, как помочь. В моих силах было удерживать его от распада на части, в моих силах было позднее чувствовать, как ты шёл к этому городу. Мы с моим человеком остались здесь. Мы ждали. - Раз уж свиделись, можешь посетовать, что мы не слишком торопились, - поморщился Ааз, но кошка, возможно, просто не осознавала смысл понятия «сарказм», принимая всё за чистую монету. - Время, - усмехнулась она. – Я перестала спешить восемь тысяч лет назад, обманщик. А тебе куда торопиться? Он промолчал, только скрестил руки на груди. - А почему… ну… - В моём бормотании сложно было расслышать отдельные слова, не то что сам вопрос. Но, видимо, недостаточно сложно. - Он не выполнил контракт. Его план не сработал, теперь он не станет возвращаться в свой мир, поэтому наш договор расторгнут. Значит, то, что я делала и то, что собиралась делать для него, отменяется. Его власть над корпорацией… его руки… его защита. Как только его план провалился, я забрала всё. Очередная наступившая пауза была не просто длинной – её можно было назвать всепоглощающей, если вы любите высокий слог. Впрочем, нервировала она, кажется, только меня. Надеюсь, это не говорит о степени моей зрелости или что-то вроде того… просто долгие паузы в конце столь тяжёлых суток трудно выдерживать с закрытым ртом. - Значит, всё ясно. – Две пары глаз обратились ко мне. – Вы… ты… дело за малым, нужен всего лишь ещё один гость из другого измерения, а их здесь довольно много. Поэтому мы можем разойтись… - Нет, - мягко прервала меня кошка. - Нет, - вздохнул я. - Мне нужны те, кто бывал на Деве. Или те, кто жил, а лучше живёт на Деве. То, что мой человек рассказал мне об этом мире, способно пробудить настоящую страсть. Мне нужно именно туда. - Дева является одним из самых известных измерений, - попытался возразить я, но не удалось. - Вы прямо передо мной. Зачем искать кого-то другого? В самом деле. Когда аргумент сводится к одному вопросительному слову, сложно с ним спорить. - Думаю, мы можем решить эту непростую задачу, - вдруг сказал Ааз, расслабленно подбочениваясь. – Прямо сейчас. *** - Да. Брат Робета знает способ доставить тебя на Деву. И да, вы можете составить контракт. Его кожные заболевания… ты живёшь, возможно, с сотворения этого мира, тебе было бы интересно заняться выходцем из другого. К тому же, его болезнь достаточно необычна. Её исцеление – достойная плата за свободу, не находишь? Кошка прикрыла свои золотые глаза, выражая молчаливое согласие. Я только усмехнулся, мысленно восхваляя великолепное сочетание краткости и красноречия в моём партнёре. Возможно… возможно, дела шли чуть лучше, чем казалось последние несколько часов. По крайней мере, гораздо лучше, чем должны были идти. Корпорация осталась у нас, мы живы, имеем немалый шанс вернуться домой. И чьи-то кожные болячки в перспективе бесследно исчезнут. Когда твой лекарь копил мощь так долго, что не помнит собственное рождение, имеет смысл начинать надеяться на лучшее. - А что с… что с ним? – спросил я неуверенно, бросив взгляд на Доля. - Через час его найдут на заднем дворе таверны «Кровавый кролик». Впрочем, слишком ветвистая судьба, чтобы заглядывать в неё дальше. Этого человека найдут, выходят. А вы – торопитесь вернуться домой. Скоро я буду рвать пуповину, связывающую меня с этим миром, - прошелестела кошка, и да не упрекнёте вы меня в излишней образности, её словам вторил ветер, взметнувший листья кустарников. - Устроишь мелкие катаклизмы? – оскалился Ааз. Впрочем, непроницаемый взгляд нашей собеседницы не имел ни малейшего намёка на присутствие у неё чувства юмора. – Скажи, как тебя, собственно, зовут? Хочется знать деловых партнёров. - Я здесь всего лишь миф. – При очередной улыбке зверя горловой пузырь дёрнулся особенно сильно. – Ветер, встречающийся с бездной, является не более, чем мифом. Вечная жизнь – миф. Я и есть миф. Она мягко скользнула в сторону, уже пригибаясь для прыжка, чтобы, видимо, наконец покинуть сад, но встретилась взглядом с Аазом и послушно замерла. Словно что-то осадило её. - Если… когда это случится, - сказал мой партнёр неестественно спокойно, и я задался вопросом, о чём именно он говорит, - я найду тебя. Проверим, распространяется ли твоя власть над смертью… за пределы этого мира. - А если нет? – спросила кошка необычайно мягко. – Наверняка мне недоступно чувствовать смерть и жизнь в других мирах, а уж управлять... Обречёшь себя на жизнь здесь? Не одинокую, но ограниченную? Ты сделаешь это? Изверг молчал, но, видимо, что-то отразилось у него на лице, потому что выражение глаз нашей собеседницы изменилось. - Ты обречёшь не только себя, - сказала она. - Что? – Ааз нахмурился. - В первую очередь ты обречёшь не себя. Ты привык жить без магии, ты достаточно сильный, чтобы стать затворником одного мира. Но узником будешь не ты. Не ты окажешься насильственно лишён друзей, путешествий, безграничных возможностей Того Света. - Серьёзно? - За чертой не так плохо, притворщик. Ты просто не знаешь об этом. Я видел, как напряглась спина моего партнёра. Было в этом напряжении что-то упрямое – такое, отчего кошка перестала задавать вопросы. А я наконец понял, о чём они говорили. Озноб скатился вниз по моей коже. А потом мною завладело новое понимание. Оно нашло меня вместе с золотыми глазами существа, рождённого ветром и бездной. «Просто, может статься, он умрёт первым», говорил мне её взгляд. Кошка знала, кто тогда придёт к ней заключать договор. И я тоже.