Танцуя любовь 2

Кто сказал, что время лечит? Какой козел придумал этот бред? Почему же тогда мне не стало легче с годами? Потому что, Майкл Джексон — это неизлечимо. Потому что он — мой пожизненный, тяжелый диагноз. И сейчас у меня глобальное обострение. Боже, Кристина, угораздило же тебя… Тогда, шесть лет назад, я оправдала себя тем, что ничего не решала сама. А сейчас? Чем я смогу оправдать себя сейчас? Возможно, эта встреча ничего для него не значит. А я, тем самым, с легкостью разрушу все то, что с таким трудом создавала. Но что лучше: сделать и пожалеть об этом или не сделать и пожалеть еще больше? Ох, как же нестерпимо хочется его увидеть. Всего один раз. Хотя бы одним глазком. Это же ничего не значит и ни к чему не обязывает, верно? Снова окунуться в эти удивительные карие глаза, услышать его неповторимый голос. Не тот, который все привыкли слышать на записях. Его настоящий голос — бархатный и низкий, от которого просто мороз по коже. Тот самый голос, которым он разговаривает только с избранными. Если бы он разговаривал таким голосом со всеми подряд, жертв его обаяния было бы в разы больше. И я уверена, что он об этом прекрасно знает. И использует это свое «секретное оружие» лишь в малых дозах и строго по назначению. Ну почему я так упорно отказываюсь воспринимать его всерьез? Потому что он — Мистер Детская непосредственность? Но я же знаю, что это всего лишь часть его имиджа. Да, он ребенок в душе и большой весельчак, но, в тоже время, настоящий мужчина — нежный, сильный и страстный. Великий музыкант и успешный бизнесмен. Я просто ума не приложу, как это все может благополучно уживаться в одном человеке? Я просто очень сильно боюсь, что за это время Майкл изменился. Стал совсем другим, не тем, кого я знаю. Что я встречу не того, не «моего» Майкла. Что я увижу абсолютно другого и чужого мне человека. Так все, все, все, забыли. Забыли! Джексон, ты мое прошлое. Прош-ло-е…но черт побери, ты и моя самая большая, настоящая любовь. Первая и единственная. О, Господи, как же это все тяжело… Кристина, твоя встреча с ним — всего лишь случайное совпадение… …Или все-таки судьба? ***  — Здравствуйте, мистер Джексон. Я старательно пытаюсь не смотреть ему в глаза, чтобы не потерять в них себя и не свихнуться окончательно. Но я же прекрасно помню, что помимо офигенных глаз, у Джексона есть еще и не менее офигенный голос.  — Кристина, ну к чему этот официоз? Ну вот оно, началось! Эти чувственные, проникновенные, бархатистые нотки. Он явно хочет произвести на меня впечатление. Заткнуть уши, чтобы не слышать его завораживающий голос, я не могу и меня мгновенно охватывает что-то, очень похожее на первобытный, священный трепет.  — Ах, действительно к чему? Особенно, если учесть, что я видела, как ты кидаешься презиками с водой в прохожих! — перехожу я в наступление, стараясь как можно скорее выбраться из плена его магических чар, и робко кошу глазами в его сторону. Майкл удивленно смотрит на меня, а затем заливисто смеется. Блииин. И смех у него тоже офигенный. «Как ни крути, офигенный ты мужик, Джексон, чтоб тебя…»  — Мда. Веселые были времена, — вдоволь насмеявшись, произносит он.  — Почему были? Я думала, ты до сих пор этим занимаешься.  — Уже нет. У меня в Неверлэнде теперь развлечения покруче.  — Мм... — многозначительно мычу я в ответ.  — Ты знаешь, Крис, я абсолютно уверен, что твоим детям там очень понравится, — Джексон выделяет голосом слово «твоим» и внимательно следит за моей реакцией. «А вот это уже запрещенный прием, твою мать!» — я потихоньку начинаю закипать.  — А как, кстати, их зовут? — спрашивает Майкл, как бы между прочим.  — Миша и Юля.  — Миша значит…  — Миша…  — Прекрасные у тебя дети, Кристина. Особенно, сын.  — Угу… Майкл словно ждет моего прокола. Я молчу, как партизан, изучая золотую лепнину под потолком.  — Кристина, ты что меня совсем за идиота держишь?! — вдруг разъяренно кричит он, когда его терпение, наконец, заканчивается.  — Скажем так, ты не далек от истины...— спокойно отвечаю я, хотя внутри все ликует! Я таки вывела его из себя!!! Хотя сама не знаю, зачем мне это? Просто прикольно. Всегда такой вежливый, церемонный и вдруг…  — Миша мой сын? — вот так вот в лоб, без подготовки.  — Нет, папы римского, блин! Джексон, чего ты от меня хочешь?! — теперь моя очередь орать.  — Я хочу ТЕБЯ!!! Нормальный поворот. Я, уже безо всякого стеснения, смотрю на него в упор, широко открыв от удивления рот. Весьма прямолинейно, чё. «Я бы твою прямолинейность, Джексон, сейчас бы в такой морской узел завязала… Нет, нет, нет, Джексон!!! Не смей подходить ко мне!!! О, Боже…» Майкл начинает приближаться ко мне все той же поступью большой, хищной кошки. Шесть лет… Целых шесть гребаных лет я пыталась его забыть. Но этот звездный засранец, по какой-то хер, заявляется в Москву, и весь мой тихий, уютный мирок разом летит в тартарары. Майкл останавливается совсем близко от меня. Все тот же терпкий, сводящий с ума запах его парфюма, от которого начинает приятно кружится голова. Он смотрит мне прямо в глаза, словно пытаясь прочитать мои мысли. Затем его взгляд плавно перемещается на мои губы… Я мгновенно вспоминаю наш первый поцелуй на съемочной площадке. Как я, вот так же, смотрела на его губы и мучительно представляла, какие они на вкус. Тогда было весело. Сейчас мне совершенно не до смеха. Я же прекрасно помню, чем все эти хиханьки закончились шесть лет назад. Я понимаю, что он хочет сделать, и от этого осознания мои ноги предательски подкашиваются.  — Майкл, я замужем, — еле слышно выдавливаю я из себя последний, «веский» аргумент.  — Тогда останови меня…