Колыбель на Хребтах Безумия

      Когда Азула опять потерлась об него во сне, в голове сама собой начала рождаться «Легенда о Сокке». Отважно летел он на Южный Полюс, дабы разрушить оружие врагов… а закончил тем, что обнимает одного из них, едва избежав смерти.       Очень интересно. Очень занимательно.       Сокка одернул себя, рассуждая, что просто сохранял ей жизнь и не делал ничего аморального. Он неловко шевельнулся, пытаясь пристроиться к ней бедром, а не пахом. В конце концов, их никто не видит, а Азула и вовсе спит.       Как только он подумал об этом, принцесса огня проснулась. Пару секунд он ожидал, что его ударят, но она лишь вяло повела плечами. Под шубой было так тепло, что не хотелось никуда уходить. Однако нужно было искать воды и еды, и места, где можно отлить, ведь за стенами по-прежнему бушевала метель.       — Наслаждаешься ситуацией? — немного сдвинулась она, будто нарочно задевая его вновь.       Сокка стушевался, но виду не подал. Точнее, может, и подал бы, не лежи она к нему спиной.       — Конечно. Захотел, чтобы и тебе стало горячо.       — Дай-ка догадаюсь, — протянула Азула. — В вашей компании тебе досталась роль шута?       — И мозга, — ответил он, отстраняясь от нее. — Я собираюсь поискать провизию и какую-нибудь теплую одежду для тебя.       Потребовалось некоторое время, чтобы отыскать в темноте свои вещи и одеться. Едва Сокка выскользнул из-под шубы, жуткий холод тут же сковал его. Он привык к таким температурам, но там, где они застряли, мороз был невообразимо беспощадным. Сюда, на юг родного полюса, не ступала нога ни одного поселенца из Племени Воды.       Он встал, оставив шубу Азуле, и побрел вперед. Постепенно глаза привыкали к темноте прохода. Для надежности он держался возле стены, чтобы не споткнуться где-нибудь по пути, нащупывая порой вмятины и небольшие проломы. Первая каюта не плыла в дыму так сильно, как другая, но ничего существенного в ней не нашлось. Паленный запах резал носоглотку, и Сокка мечтал поскорее отсюда убраться. Он обыскал все так тщательно, как мог, обнаружив лишь выпечку, какие-то леденцы и хлебцы. Также прихватил с собой кружку, в которой можно растапливать снег, одеяло, которым можно заткнуть проем дирижабля, умалив гуляющий ветер, и одежду. Мужскую и великоватую для Азулы, однако всяко лучше того, что было.       Порывшись дальше, он наткнулся на то, чего не стремился найти, хоть и не исключал возможности встречи: на неподвижное тело. Первую секунду Сокке слышался стон; он склонился к человеку, но тот был мертв и ледяной на ощупь. От сердца отлегло… Сокке это не очень-то понравилось. «Брось. Неужели ты думал, что после всего они встанут и радостно понесутся домой на санях?»       И все же он по-прежнему не понимал, почему остался жив. Азула явно использовала силу своего пламени, чтобы смягчить падение, но как он.? Что было с ним самим? Сокка решил, что не позволит пропадать щедрости духов даром, и повернул обратно к Азуле.       — Нашел немного еды.       Из-под шубы высунулась голова, и принцесса просипела:       — Воды.       — Возьми пока это, — протянул он кусочек леденца, мысленно приготовившись к еще большему холоду, и побрел на выход. Метель немного унялась, уже не расшвыривая обломки дирижабля, но лютый ветер сохранился. Сокка проглотил горсть снега, пока набивал им кружку для Азулы. По возвращении он не стал затыкать проем одеялом, потому что пришлось ходить туда-обратно несколько раз. Азула растопила им снега, посетовав, что Сокка не нашел две кружки, но это несильно волновало его, ведь можно было наконец напиться.       Он не завидовал ужасному перелому ее ноги и слабому состоянию в целом, потому не отказался помочь опять. На сей раз натянуть верх униформы, что удалось отыскать, поверх имеющейся одежды, с которой Азула справилась кое-как сама.       — Потребуется больше еды, — сказала она, быстро пережевав небольшую порцию. Шанс найти еще запасы был невелик, потому приходилось есть в малых количествах то, что и так не было сытным. — Уверена, она где-то еще осталась.       — Я займусь этим, — закатил глаза Сокка. — И вообще отсюда нужно выбираться.       Он не видел лица Азулы в темноте, но чувствовал, что она испытывает то же самое. Осознание беды, в которой они оказались. Насущные потребности будут расти, а погода не станет теплее и спокойнее.       — Думаешь, летающий кусок мяса мертв?       — Нет, — дернулся Сокка, испытав на миг желание огрызнуться. — Аппы не было поблизости от дирижабля, когда ты его взорвала. Он просто потерялся во время метели.       — Я взорвала? Ты один в ответе за случившееся.       — Единственные, кто должен держать ответ перед всем миром, это вы сами. Развязали войну — так теперь не удивляйтесь, что другие не сидят сложа руки.       — Я не собираюсь тратить силы, пытаясь объяснить что-то дикарю, а лучше поразмыслю над нашей ситуацией, — ответила Азула холодно. — Уйдут дни, прежде чем кто-то додумается нас искать. И еще больше дней, прежде чем сюда отправят следующий дирижабль.       — Как скоро? Здесь должно быть запасов на пятьдесят человек — нас только двое, сможем подождать.       — Лишь в том случае, если сумеем добраться до этих запасов и если они не были разрушены при падении. Попытайся найти какую-нибудь лампу, я зажгу ее для тебя и поиски упростятся.       — Дай мне пару минут, я тоже устал, — вздохнул Сокка, потерев лоб. — Как твоя нога?       — Все еще поломана. Да и ко всему прочему начала кровоточить из-за тебя.       На пальцах принцессы вспыхнул небольшой огонь, который она поднесла к голени. Сокка наклонился ближе. Кровь застыла вокруг торчащей кости, пачкая кожу Азулы и ее штаны, а само место перелома несильно припухло. Он пытался понять, заражена ли рана, зная, что холод замедляет проникновение инфекции, но не предотвращает его совсем. Катара бы разобралась с этим однозначно…       — Могу сделать шину, чтобы тебе не было так больно при движении.       — Этого недостаточно, — зашипела она, неудачно сдвинувшись в сторону. — Нужно промыть и перевязать рану, да еще и вправить кость на место.       — Однажды бабушка с Катарой помогали в деревне мальчику, у которого был похожий перелом. Они провозились с ним долго, беспокоясь, что кость может задеть артерию или что-то в этом роде.       — Ну, твоей бабушки тут нет, и, если не обработать рану как следует, я умру от заражения. И даже если этого не произойдет, кость может срастись криво, а я останусь инвалидом. Почему бы тебе не выпить еще воды, съесть хлебца и не отправиться на поиски лекарской сумки?       Сокка поднялся, согласно хмыкнув, но не стал ничего есть.       — Учитывая, что я делаю и что придется делать в дальнейшем, я заслуживаю двойной порции еды.       — Ты уже пытался примерить на себя роль крутого парня. Не очень-то вышло.       — Голод творит с людьми и не такие вещи, — шагнул он в узкий проход, когда Азула вновь скрылась под шубой, проворчав ему вслед:       — Замолкни уже и делай, что нужно.       Сокка едва не вспылил, справедливо ощутив укол негодования, однако на Азулу даже не взглянул, продолжая идти вперед.       — Ладно, я выполню все, что нужно, чтобы вернуться к родным. Но если ради этого мне потребуется бросить тебя здесь одну, знай, что я сделаю это без всяких колебаний.