Колыбель на Хребтах Безумия

      Большую часть времени Азула отогревалась в палатке, собираясь с мыслями к предстоящему полету. Спор с Соккой подпитал ее внутренний огонь, хоть она и убедилась, что некоторые люди слишком тупы, чтобы их переубеждать. Когда-нибудь, после череды провалов и ошибок, Сокка поймет, что она была права… А еще она задумывалась о замершем у входа в хребты шогготе, который больше не мог причинить никому вреда.       Сокка вошел в палатку не в лучшем расположении духа. Задание явно было изнурительным, о чем намекали проклятья Сокки, доносившиеся до ее ушей с самого утра.       — Я загружу корзину нашими запасами, а потом займемся раздуванием шара. Нормального регулятора нет, так что нас поднимет с земли сразу же, как только ты прогреешь воздух под куполом.       — Хорошо, — уверенно кивнула Азула. Ей понравилось парить в воздухе и хотелось оказаться на высоте еще раз, несмотря на пережитый опыт крушения дирижабля.       Пока Сокка собирал оставшиеся вещи, она натянула поверх одежды две солдатские формы. Они, конечно, были неудобными, да и нога разболелась из-за лишнего трения и тяжести ткани, но так принцесса лучше сохранит себя в тепле. Когда со всем было покончено, Сокка поднял ее на руки и отнес к воздушному шару.       Корзина аэростата выглядела обычно, ее покрывали наспех прибитые шкуры китотюленя. Бортик доходил Сокке до живота, и, когда он усадил Азулу, она убедилась в том, что все его силы ушли на внутреннюю отделку. Стенки корзины вышли гладкими, а сама она достаточно вместительной для запасов и двух людей. Шар не был надут на полную силу — от его верхушки тянулись четыре веревки, прикрепленные к углам корзины.       Еще одна веревка начиналась прямо по центру и сейчас болталась без дела, не скрепленная ничем — очевидно, они сами будут дергать ее, открывая отверстие в шаре. Азула станет нагревать воздух под этим отверстием, шар начнет раскрываться и шириться, а после взмоет в небо. Сокка предупредил, что какое-то время ей придется смотреть только наверх, чтобы контролировать управление воздухом. От непривычки может заломить шею, но потом станет легче.       — Только смотри не спали здесь все!       — Самоконтроль — первая вещь, которой обучаются маги огня, — безмятежно ответила она.       Сначала Сокка отрезал дополнительные веревки, с помощью которых воздушный шар держался над уровнем земли, не улетая. Потом начал скидывать груз за бортик корзины. Потребовалось немного времени, чтобы аэростат качнулся и немного дернулся вверх. Азула приготовилась прогревать воздух.       Она испустила протяжную струю огня, и шар распрямлялся все быстрее. Веревки, держащие корзину и оболочку, натянулись с характерным звуком. Азула почувствовала, как аэростат неспешно оттолкнулся от земли, и вскоре потеряла из вида палатку, в которой они ночевали последние ночи.       — Полегче, — посоветовал Сокка. — Хотя… поддай больше жару. Нужно скорее подняться, чтобы поймать ветер.       Сферы огня в ее руках сделались бледно-голубыми, почти белыми. Азула вытянула руки сильнее, чтобы держать лицо подальше от пламени. Она вовсю погрузилась в контроль дыхания и концентрацию, что не сразу заметила, как распуталась одна веревка, скрепляющая корзину с краями оболочки.       Когда узел окончательно распался, корзину тряхнуло в сторону. Азула рассеяла огонь так быстро, как могла, чтобы оглядеться и понять в чем дело.       Сокка подскочил влево, выхватывая болтающуюся на ветру веревку и пытаясь привязать ее обратно.       — Помоги! — зашипел он от натуги.       Она бросилась к бортику корзины, зажмурившись на миг от острой ломоты в коленях. Осев на пол, Азула вцепилась изо всех сил в веревку, не позволяя ей вылететь из оставшихся прорезей по краю оболочки. Ногу жгло от боли; принцесса едва не сошла с ума от ожидания, когда Сокка прочно закрепит узел.       — Быстрее! — закричала она, и, кажется, Сокка все же справился с делом.       Их отшвырнуло на середину корзины. Они вскинули головы, оценивая крепость веревки, и та выдержала рывок. Азула дышала тяжело и сорвано, силясь не застонать от боли в потревоженной ноге.       — Ты тупица, мы могли не справиться! — прохрипела она, прикладывая ладони к шине.       — Ага, — огляделся Сокка, очевидно, не обратив никакого внимания на упрек. — Мы летим. Юхуу! — крикнул он, свесившись за бортик корзины. — Да, мы сделали это, прощайте, проклятые хребты! До встречи, ледяные пустоши!       Азула улыбнулась, испытав ничуть не меньше ликования — правда, демонстрировать его совсем не было сил.       — Сделали, — выдохнула она со словами струйку пара.       — Вот видишь, принцесса, — обернулся Сокка. — Ты не нравишься мне, я не нравлюсь тебе, но вместе мы отлично справляемся.       — Будем надеяться, это единственный случай нашего сотрудничества, — раздраженно дернула она бровью, хотя и сделала это только для вида.       Сокка было призадумался, но через какое-то мгновение вновь расплылся в улыбке.       — Согласен, — протянул ей он кулак.       Азуле потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить подобный жест среди простолюдинов Царства Земли. Пожав плечами, она сложила пальцы в кулак и ткнула кулак Сокки в ответ.       Вскоре они заметили, что воздух внутри воздушного шара остывает довольно быстро, потому Азула постоянно была вынужденна прогревать его.       — Нас уносит на восток, как я и думал. Не напрямик на север, как хотелось бы, но и там мы окажемся в свое время.       — Как высоко мы поднялись?       — Очень высоко.       — Какое точное описание! — закатила она глаза.       — Не думаю, что мы столкнемся с вершинами хребта, — добавил Сокка. — И здесь теплее, чем я думал.       — Не за что, — съязвила Азула, хоть он и не благодарил ее за теплоту воздуха в аэростате. Она слегка снизила жар синего огня, который и без того был наивысшим по температуре. Азула посылала серию коротких вспышек, отдыхала, пока оболочка не начинала прогибаться, и посылала заново. — Сколько, по-твоему, мы будем лететь, прежде чем местный климат хоть немного изменится?       Сокка перегнулся через корзину, вглядываясь в землю. Потом поднял руку и прикрыл один глаз, вероятно, чтобы как-то отследить скорость воздушного шара.       — Хмм, может быть, несколько дней.       — Несколько дней? — выдохнула она. — Что ж… надо посмотреть, сколько времени шар будет лететь без нагрева воздуха.       — Посмотри, — развернулся Сокка и уселся на дно корзины. Его голова была опущена, словно он глубоко задумался о чем-то.       Азула прекратила выпускать пламя, и через несколько минут аэростат стал снижаться. Он не срывался стремительно на землю, да и оболочка не сразу прогибалась, но принцесса поняла, что о сне не может быть и речи.       — Великолепно! — воскликнула она. — Об этом ты не подумал?       — Снова я? Может, прекратишь постоянно обвинять меня? Если бы не я, мы бы вообще сейчас не летели.       — Придется приземляться, когда я слишком устану, — проворчала она, швыряя мощную струю огня вверх.       — Если не найдется других вариантов… Ты ведь представляешь, что посадка будет жесткой?       — С чего бы это? Просто позволим холодному воздуху проникнуть в воздушный шар и тогда он снизится.       — Да, но еще неизвестно, насколько быстро. Если корзина разобьется, потребуется некоторое время на ее починку. А если при падении поранимся мы сами, будут проблемы. Что, если случится что-то настолько серьезное, что я не смогу возиться с воздушным шаром, а ты не сможешь разжигать его?       — Тогда буду держаться без отдыха столько, сколько смогу, — буркнула Азула. Не хватало еще только раздражения, ведь усталость-то уже одолевала ее, пусть и легкая. — И все же лучше приземлиться до того, как я потеряю сознание, не находишь?       — Нахожу, что болтовня тоже забирает энергию, — отмахнулся Сокка и надолго замолчал. Поглаживая подбородок, он поднял взгляд к верхушке шара. — Может, если мы поднимемся выше, нас подхватит сильный ветер?       — Станет слишком холодно, да и дышать тяжелее, само собой.       — Зато огню больше кислорода, что плюс. Так что поднимай шар выше, — пошевелил он руками, пародируя движения для покорения огня.       Азула улеглась на спину, посылая залпы при первой необходимости. Впрочем, она быстро заскучала и начала придавать огню разнообразные формы. Вскоре и Сокка заинтересовался этой игрой — заметив, что он наблюдает, Азула усложнила приемы. И в какой-то момент, когда она неутомимо пыталась создать дерево, загорелся край оболочки.       Сокка ошарашено вскрикнул и тут же вскочил на ноги. Азула позволила ему метаться в ужасе пару мгновений, прежде чем стиснула кулак, призывая пламя рассеяться. В шаре осталась черная метка, словно чей-то огромный рот откусил кусочек оболочки.       — Хватит все портить! Если б эта дыра была выше…       — Успокойся, — буркнула она, тем не менее чувствуя себя глупо и надеясь, что Сокка этого не заметил. — Мы пережили твою ошибку с веревкой, переживем и это небольшое недоразумение. Неужто ты в самом деле ожидал полета без малейшей оплошности?       Он промолчал, усаживаясь на свое место, а Азула сконцентрировалась на том, чтобы не позволить щекам и ушам покрыться румянцем.       — Ладно, не переживай об этом, — наконец обнадежил ее Сокка. — Нам не нужно никаких неполадок. Оба будем аккуратны.       — Я уже аккуратна, — заявила Азула, пытаясь не обращать внимания на его изучающий взгляд. Правда, довольную улыбку проигнорировать не удалось. — Что смешного?       — Ничего, — пожал он плечами. — Тяжело быть перфекционисткой? Раньше я думал, что за собственные промахи ты будешь оправдываться, но нет, злишься.       — О, ну твой способ реагировать на ошибки, конечно, намного лучше. Ничего не скажешь.       — Не знаю. Я бываю виноват и могу портить что угодно, как и любой другой человек, но не бешусь из-за этого.       — Значит, никогда не учишься на своих ошибках, — прикрыла она глаза с важным видом.       — Еще как учусь!       — Ну тогда скажи мне, — опустила Азула руки, устав держать их поднятыми. — Какой урок ты извлек из всей нашей ситуации? Помимо того, что отвратительные существа причастны к созданию жизни на планете.       — Помимо этого? Ну… вероятно, не действовать сгоряча.       — Ах, да, месть за Аватара, — протянула она. — Ты изначально знал, что я буду на дирижабле?       — Нет, я не ожидал увидеть тебя на Южном Полюсе. Просто хотел взорвать махину. Сколько их, кстати, планируют построить?       Азула медленно покачала головой, как бы взвешивая варианты ответов.       — Хм, солгать и сказать тебе, что мало, или солгать и сказать «сотни»? А может, это вообще был единственный прототип, разрушив который ты похерил всю разработку дирижаблей.       — Ну и ладно, не говори. Их и так легко вывести из строя.       — Чтобы подобраться к ним, тебе потребуется летающий бизон или маг воздуха, — злорадно усмехнулась она. — А, увы и ах, у тебя нет ни того, ни другого.       — К черту этот бессмысленный разговор, — нахмурился он. — Я отдыхаю, а ты… жги, воспламеняй или как еще ты там называешь свою деятельность.       — Хочу есть, — выразительно уставилась на него Азула. На удивление Сокка подчинился, залез в сумку, а через минуту уже держал палочку с нанизанными грибами над языками пламени. Потом отдал ей. Принцесса ухватилась за палочку одной рукой, пока второй неустанно направляла сферы огня и клялась, что никогда больше в жизни не съест ни одного гриба, как только выберется отсюда.