Ты мой сомбэ, но мне насрать

POV Юнги       – Не хочу! Это ж хрен где находится! Я же прошел в Сеульский университет, так почему вы хотите отправить меня в жопу мира учиться печь рисовые пирожки?! – уже час я, включив истеричку, топаю ногами, пускаю слезы, рву волосы, даже в два показательных обморока упал, но старики были непреклонны.       – Юнги, мы же хотим для тебя как лучше, – улыбался папа, всё ещё не веря своему счастью. А вот моя жопа почувствовала полный пиздец ещё в тот момент, когда этот злосчастный конверт попал в нашу квартиру.       – Лучше? Никогда не догадывался о том, что жить в горах, ловить связь на дереве и срать на улице - лучше для меня.       – Не преувеличивай. Это элитное учебное заведение, которое имеет кучу спонсоров. Думаю, справлять свою нужду ты будешь на золотом унитазе. Просто ты ещё не понял своего счастья. Только сто человек в год получают письмо о поступлении, – отец довольно похлопал меня по плечу.       Я же в свою очередь попытался выдавить из себя больше слёз. Не помогло. Родители продолжали ликовать. Пока я стоял в прострации, не веря своему "счастью", предки позвонили всей родне, приглашая на праздничный ужин.       – Вообще, кто в наше время отправляет письма?! Ведь есть интернет.       – Ты потрогай эту бумагу, сын. Она дороже, чем твой странный медведь из коллекционного издания.       – Не трогай Кумамона, – процедил я сквозь зубы.       Господи, за что ты так со мной?! Я же просто хотел преподавать детишкам музыку, а не учиться выживать в экстремальных условиях, тем более, на факультете бизнеса.

***

2 месяца спустя       В день отъезда я, полностью смирившийся со своей участью и максимально вооруженный разнообразной техникой, стоял в назначенном месте, где ещё сто таких же несчастных, как и я, студентов топтались в ожидании автобусов. Хотя, если приглядеться, то несчастных тут было меньшинство. А если конкретно, то я один. Мне кажется, или эти дети не догадываются куда их везут?       – Ну же, солнышко, улыбнись. Не будь бякой, – обратился ко мне папа.       – Напомни-ка мне ещё раз: столько стоит моя свобода? – папа закатил глаза и отошел к отцу, который был занят увлекательной беседой с каким-то альфой.       Из набежавшего уныния меня вывела реплика проходившего мимо паренька:       – Папа, ну может лучше Сеульский?       Я тут же обернулся в сторону говорившего, и, когда наши взгляды встретились, я понял: это он - мой единомышленник. На лице у него отражалась невероятная печаль и отчаянье. В точности как у меня! Невероятно! А я думал, что в это место забирают тупых имбицилов и я попал туда по ошибке. Ох, как приятно осознавать, что такие мысли посещают не только меня!       – Милый, автобусы, – радостно проговорил папа, чуть ли не первым подбегая к багажному отделению.       Поцеловав меня на прощанье, сентиментальный родитель даже пустил слезу. Я тоже заплакал, прощаясь с нормальной жизнью. Отец крепко обнял, сказав что-то про то, что будет по мне скучать. И вот, с самыми одухотворенными лицами они машут и стучат мне в окошко. У меня появилось неудержимое желание показать им средний палец, но я вовремя себя остановил, задернув шторку, чтобы не видеть этих предателей.       – Свободно? – послышалось над головой. Это была моя родственная душа.       – Конечно, – я освободил место занятое Кумамоном, посадив того себе на колени.       – Я Тэхён, и хочу застрелиться, – я понимающе кивнул.       – Юнги. У нас есть возможность сбежать, пока автобус не тронулся, – омега лишь помотал головой.       – Если ты одернешь шторку назад, то увидишь, что ни один родитель ещё не ушел. Так что, как только мы высунемся, нас ногами затолкают обратно, – Тэ обречённо вздохнул. – Что за информацию тебе удалось собрать об этом месте?       – Ммм… немного. Но достаточно для того, чтобы не хотеть там учиться. Например, о полном отсутствии обслуживающего персонала. Мы сами должны будем готовить себе еду, убирать, мыть полы, туалеты, учебные корпуса. Даже понять не могу: за что тогда платить такие деньжищи? – Тэхён активно закивал.       – Я ещё читал, что были случаи пропажи студентов. Говорят, что колледж находится где-то в чаще, а там полно диких животных.       – Да, я тоже об этом читал.       В этот момент автобус дернулся и поехал вперед. Молодые альфы и омеги махали на прощанье своим любящим родителям.       – К слову, интернет там есть только в библиотеке. Мобильной связи нет совсем, а общаться с родителями можно будет только по стационарному телефону… или ты можешь писать письма… - неуверенно проговорил темноволосый омега.       – В общем сказка, а не жизнь, – протянул я, откинувшись на спинку кресла.       Вдруг раздался неприятный звук: немолодой мужчина, похоже бета, взял микрофон и объявил о том, что пройдет проверить список поступивших и чтобы все достали свои паспорта.       – Сколько тебе?! – в шоке спросил Тэхён увидев дату моего рождения в паспорте. И я понимаю его удивление.       – Двадцать три, – кивнул я. Уже не возраст первокурсника.       – А что ты делал эти три года? – спросил меня новый знакомый.       Я задумался. Действительно? После школы я перегорел и хотел немного отдохнуть. Родители меня поддержали, и на семейном совете было решено переложить моё поступление на один год. Потом было ещё два таких совета, и в конце отец поставил ультиматум, что если я не подам в этом году документы, то он либо вышвырнет меня из дома, либо отдаст замуж за сына своего партнера. Ни то, ни другое меня, соответственно, не устроило. И я нацелился на Сеульский университет. И поступил. Но любимые родители тайком послали мои документы в эту Тмутаракань. В конце концов отец снова выдвинул свой ультиматум, и я смирился со своей судьбой. Хотя, лучше бы замуж вышел, честное слово.       – Даже не знаю… Просто так получилось, – после долгой заминки ответил я. Но не говорить же ему, что все эти три года я только дышал и успешно пинал хуи.       – У меня кузен там сейчас учится. Он тоже поступил не сразу после окончания школы.       – Тогда почему ты не спросил его о том, что тебя ждет в этом наиэлитнейшем месте?       – Я спрашивал, – Тэ, надул губы.       – Не сказал?       – Нет.       – Сука.       – И не говори. Нашел там себе жениха и в ус не дует, – вскинул руками омега.       – Завидуешь?       – Немного, – на этой неловкой ноте мы оба замолчали, задумавшись о своём. Спросом у альф я особо не пользовался, да и больно надо.       – Хочешь немного охуительных историй о моих любовных похождениях? – Тэ заинтересованно кивнул, наверно, думая, что раз я старше, то и опыта в отношениях у меня больше. Наивный. – Мммм, когда мне было десять я влюбился в своего одноклассника. Мы стали общаться, играть вместе. И однажды он мне признался, – у Тэ в предвкушении округлились глаза. – Он сказал, что ему нравится омежка из параллельного класса, и спросил, кто нравится мне. Видимо, он по-детски считал, что раз он открыл мне свою маленькую тайну, то я должен сделать точно так же.       – И что ты сделал?       – Заплакал, дал ему в нос и убежал. Соответственно, больше мы не дружили.       – Логично, – кивнул мой собеседник.       – Эм… на этом всё. Больше историй нет. Да и рассказчик из меня так себе…       – Я так и понял. У меня всё немного трагичней: со мной встречались только из-за денег моего отца. Возможно, стоило надавать по роже каждому. Эх, если бы тогда я знал, что так можно было.       – Да в жизни всё просто: кто-то бесит? Дай ему по щам. Обижает? Пропиши леща. Лезет? С ноги по бубенчикам. И тогда всё заебись, а жизнь прекрасна, – мы засмеялись так, что наши соседи по автобусу стали косо на нас поглядывать. Ну и посрать.       Может всё и не так хуево…

***

      – И всё-таки хуёво, – выдохнул я, смотря на длиннющую канатную дорогу, на которой очень ненадежно болтались фуникулеры. Мой новый друг ничего не ответил. Бледный как смерть Тэхён прижимал к себе сумку.       – Я высоты боюсь, – прошептал он, когда я поинтересовался, что же с ним не так.       – Ничего. У меня есть идея, – торжественно объявил я, доставая из своего рюкзака маску для сна.       Грузили нас в машину смерти по семь человек, каждого со своими вещами. Было сказано, что на том конце нас встретят студенты старшекурсники и отведут в зал на открытие. Мол, мы уже опоздали, поэтому вещи будем разбирать после. Ну, лично я не виноват, что какого-то альфу всю дорогу тошнило, и то и дело приходилось останавливать колонну автобусов.       Тэ крепко вцепился мне в руку, когда фуникулер дернулся и медленно, словно ламантин, поплыл вперед. Нас загружали последними, потому что омега как мог тянул время, отказываясь подходить к кабинкам. Внутри нас ехало четверо: я, Тэхён, бета, который нас вез, и молодой альфа. Как я понял через три минуты пути, бета – профессор Кан, альфа – студент выпускного курса.       – Почему ты едешь с первогодками? – спросил профессор, поправляя очки.       – Семейные проблемы… Дед болеет… Думаю, будет драка за наследство.       – Хм… Надеюсь, Мистер Ким проживет подольше.       – Я тоже. Я рад, что ещё год могу прятаться от всего мира.       – Хм… долго бегать не получится, Намджун. Ты единственный сын своего отца, шансы унаследовать компанию очень высоки.       – Я у отца один, зато деда постарался. Пятерых альф наплодил. Теперь удивляется, почему они друг друга ненавидят, – я улыбнулся, представляя сказанное у себя в голове.       – Но ведь твой отец старший.       – Ну, тут такое дело… Они с братом близнецы. И все давно забыли, кто из них старший. И кто знает, дед, он непредсказуемый. Вполне возможно, что он оставил всё младшему сыну…       Дальше я слушать не стал. Не очень интересно вникать в генеалогическое древо этого альфы. Куда больше меня беспокоил Тэхён и его состояние. Его трясло, а на висках проступал пот, поэтому мне пришлось перебить увлекательный диалог студента и преподавателя:       – Как долго нам ещё ехать?       – Минуты четыре. Ему совсем плохо? – поинтересовался профессор Кан, подойдя к нам. Тыльной стороной ладони он прикоснулся ко лбу Тэ. – Дыши глубже, студент, – сказал бета, доставая из кармана платок и протягивая его мне, мол, помогай другу.       Я и помогал: всю оставшуюся дорогу промакивал лоб, виски и щеки, так как к концу пути Тэхён начал плакать. Когда дверь фуникулера открылась, там стояли трое. Намджун вышел первый, активно махая рукой бегущему к нему омеге. Ан нет, не к нему.       – Тэхён, ты как?! – парень с разбегу поймал обмякшее тело омеги. Видимо, это его кузен.       – Джин… - мягко промяукал Тэ, – Джин…       – Что?       – Джин, ща блевану, так что отойди.       Дважды повторять красавчику не пришлось. Убедившись, что с родственником всё оки, он вернулся к обескураженному альфе.       – Кхм, кхм… - покашлял кто-то прямо мне в ухо, – покажи где вещи.       Нифига себе дерзкий. Я провел альфу к вещам Тэхёна. Омега сейчас не в состоянии даже чемодан катить, так что пусть этот умник напряжет свою грыжу. Второй же альфа, которого прислали помогать, не двигался с места, наблюдая, как я передаю тяжелые чемоданы его другу. Да ещё с такой блаженной лыбой, как будто тут котята, играя, запутались в клубочке ниток, а не двое парней с кислыми минами, кидают друг в друга дорожными сумками.       – Это его, – я показал на багаж Тэхёна. – Счастливого пути, – и повернулся к другому парню. – Эй, расслабленный!       – Я Чонгук, – перебил меня альфа.       – Да мне насрать. Бери вот это.       Я показал ему на трескавшуюся от вещей сумку. Альфа недовольно захлопал ресницами. Выглядит как старшеклассник, а уже мой сомбэ. Нужно было сразу после школы поступать… Ладно, сейчас это не важно.       – Я могу и чемодан взять, – сказал парень, выпрямляя спину.       Ой, кто-то рисуется. Ну, раз хочет, пусть берет. Кто я такой, чтобы запрещать ему это делать?       – Пожалуйста, – ответил я, закидывая легкий рюкзак на плечи. После развернулся, под правую руку прихватил Тэхёна, под левую - Кумамона и отправился вслед за Джином, Намджуном и профессором.