Возвращение мистера Пингвина

На следующее утро Эд пришел в участок с гудящей от недосыпа головой. Он мрачно корпел в своем рабочем закутке над отчетом о токсикологической экспертизе, заканчивая уже вторую чашку крепкого кофе, а ведь не было еще и десяти… – Эй, Эд, привет, – Джим Гордон неожиданно и бесцеремонно вторгся в личное пространство Нигмы и опустился на стул напротив. – Как продвигается отчет?.. Что-то неважно выглядишь, – заметил он с сочувствием. – Ты как, здоров? – Я в полном порядке, детектив Гордон… Джим. Просто метеозависимость иногда способна усложнять жизнь. – Ааа… тогда понятно... – протянул Гордон, своим видом показывая обратное. – А как Освальд? Он не причиняет тебе слишком много неудобств? – Я могу быть близко или далеко, от меня можно уйти ногами, но нельзя покинуть сердцем. Кто я? – Э... – Гордон секунд на двадцать завис, морща лоб от напряжения. – Сдаюсь, Эд, – наконец произнес он. - Дом. Отгадка – дом. Двери моего дома открыты для Освальда. И я рад ему помочь. – Ну, тогда отлично. Эд, я вот по какому делу. Помнишь, мы договорились, что я расспрошу тебя о кое-каких деталях насчет Кристен. – Готов оказать любое содействие, если это поможет пролить свет на местонахождение мисс Крингл. – Насчет той записки, что тебе оставила Кристен. Где она писала, что уезжает к Догерти. Жаль, конечно, что ты ее не сохранил... Она не упоминала в ней никаких географических названий? – Насколько я помню, нет. – Нигма сделал вид, что задумался. – Записка была весьма лаконичной – Ты не мог бы воспроизвести ее содержание с максимальной точностью? – Боюсь, я не постарался запомнить её близко к тексту. Мне хотелось поскорее забыть эту записку, – Эд извиняюще усмехнулся. – Наверное, это выглядит довольно подозрительно? – О, нет, – Джим сделал протестующий жест рукой – это вполне понятно... А ты не знаешь, когда именно Кристен снова помирилась с Догерти? Может, ты заметил что-то в ее поведении? Возможно, случайно слышал, как она разговаривала с Догерти по телефону? – Очевидно, мисс Крингл была более скрытной, чем я думал. Во время наших встреч она не давала никакого повода заподозрить, что восстановила свои отношения с Догерти. Её записка была, фигурально выражаясь, как гром с ясного неба. – Ладно. Спасибо, Эд, – сказал Джим, поднимаясь со стула. – Сообщи, если вдруг что-то еще вспомнишь. Ты не переживай, мы выясним, что случилось с мисс Крингл. – Джим кивнул на прощанье Эду и наконец удалился. – Давай-давай, копай, Джимбо, – пробормотал Эд, когда Гордон покинул пределы слышимости. – Зря ты связался со мной, Джим Гордон. Держался бы лучше от меня и моей мертвой девушки подальше. Но недолго тебе осталось красоваться, скоро я от тебя избавлюсь… …А поможешь мне в этом ты, – мысленно закончил Нигма, взглянув на молодого полицейского, как раз подошедшего к Гордону и что-то докладывающего. Пинкни в последнее время вечно крутился вокруг Джима, буквально заглядывая тому в рот. Карл Пинкни – всегда такой энергичный, такой правильный… Через пару лет из него получилась бы отличная смена для Гордона. Но вот только у Эда были на офицера Пинкни совсем другие планы. Извини, бедняга Пинкни… Нигма налил себе третью чашку кофе и попытался сосредоточиться на отчете, но без особого успеха. Хотя Эд уже дважды за утро звонил Освальду и проверял, чем тот занимается, – параноидальные картины того, как Освальд рассказывает случайному прохожему или соседу про истинное лицо Эдварда Нигмы, не отпускали его.