Возвращение мистера Пингвина

Прошло два дня. Как вернуть прежнего Освальда? Да и возможно ли его вернуть? Эта мысль не давала Эду покоя. Разных идей у Нигмы появлялось много, но ни одна не казалась стоящей... Эд вспоминал дни, которые мистер Пингвин провел в его квартире, в депрессии после смерти любимой матушки. Эд помог ему тогда исцелиться. А завершил курс лечения подарок в лице мистера Леонарда, бывшего лакея Тео Галавана. Месть подняла жизненный тонус Освальда Кобблпота не хуже витаминного коктейля. Нигма думал о том, что Табита Галаван была все еще на свободе. Если бы только Эд мог надеяться, что это поможет – он преподнес бы своему другу мисс Галаван с бумажным пакетом на голове, перевязанную атласной лентой. Но увы, Освальд рассказал Эду о своей встрече с Табитой и Бутчем Гилзином. Он больше «не держал зла» – и, по его мнению, был сам виновен в смерти мамы, поскольку стал преступником. И надежды Эда на то, что жажда мести вернет мистера Пингвина, растаяли... …А иногда Эду, пусть на мгновение, казалось, что всё снова, как в старые добрые времена. Ведь у этого нового, незнакомого Освальда Кобблпота была внешность, голос, манеры мистера Пингвина, которого Эд изучал, наблюдал, так хорошо знал... И иногда было так легко поддаться иллюзии. Эд каждый раз заново испытывал разочарование, возвращаясь к реальности... К выходным наконец-то закончились дожди и выглянуло солнце. Устав от постоянного напряжения и ожидания худшего, Эд сам предложил Освальду выйти в город. Хотя Готэм обычно не располагал к прогулкам, но хорошая погода в это время года была такой редкостью, что это показалось удачной идеей. Некоторое время они с Освальдом гуляли по парку, кормили голубей и ели мороженое. Затем их маршрут сам собой переместился в центр – в такой погожий день даже грязные и мрачные улицы Готэма выглядели привлекательно. – Эд, смотри, – вдруг произнес Освальд. – Это же ресторан дона Марони, где я работал! Нигме это почему-то показалось дурным знаком, но он всё же предложил: – Хочешь, зайдём? – Да, будет интересно посмотреть, как здесь все изменилось. Раньше тут рыбу неплохо готовили. Когда Эд и Освальд взяли меню, выяснилось, что заведение предоставляло неплохой выбор блюд итальянской кухни. – Знаешь, Эд, я сейчас подумал, – сказал Освальд. – Время, когда я здесь работал – единственный раз в моей жизни, когда у меня была честная работа. Настоящая. Ну, в каком-то смысле. Я скучаю по тем временам. Эд, который уже немного привык к тому бреду, который то и дело выдавал новый Освальд, на этот раз не выдержал: – Неужели ты захотел бы опять мыть посуду и подавать на стол? После того, как ты был Королем Готэма? Освальд, мир таит столько возможностей… Быть трудягой-обывателем – это теперь предел твоих амбиций? – Ну, почему обязательно мыть посуду. Я пока ещё не знаю, чем именно хочу заниматься. Но я твёрдо решил стать полноценным членом общества. И приносить пользу родному городу. Нигма тактично промолчал, думая о том, что большинство умений Кобблпота относились к сфере криминала. Насколько Эду было известно, никакого образования у Пингвина не было, Эд даже не знал, закончил ли тот школу. Он не владел никаким профессиям, кроме убийства да руководства преступными группировками – а эти навыки ему вряд ли пригодятся в мирной жизни. Неквалифицированным физическим трудом Освальд тоже не мог заниматься по состоянию здоровья. Так что Эд с трудом представлял, куда можно было бы направить новоприобретенный трудовой энтузиазм Пингвина. После того, как принесли заказ, на некоторое время они оба сосредоточились на действительно неплохой скумбрии по-тоскански. Из Освальда лился поток воспоминаний о временах, когда он работал в ресторане Марони, причем, если верить ему, все завсегдатаи ресторана (видные мафиози, наемные убийцы и наркоторговцы) были милейшие и добрейшие люди. Наконец Эд почувствовал на себе чей-то взгляд. Обернувшись, он понял, что подозрительного вида троица, сидящая через два столика, за ними пристально наблюдает... – Эй, Пингвин! – Заметив, что на них смотрят, здоровяк (по виду типичный бандит) встал с места и направился к их столику. За ним, демонстративно неспешно, но с самым угрожающим видом, направились еще два итальянца в дорогих костюмах, похожие, как братья-близнецы. – Какими судьбами! – первый бандит растянул губы в улыбке, но его взгляд выдавал подлинные эмоции. – Тони, приятель! – Освальд повернулся к Нигме. – Эд, это мой бывший сотрудник Антонио. Тони, знакомься, это мой… – Так ты вышел из психушки, значит. – Прервал его Антонио. – Слышал, что тебя туда упекли. Тони продолжал пристально смотреть на Пингвина, полностью игнорируя присутствие Нигмы. Остальные двое также и взглядом не повели в его сторону. – Да вот, на днях выписали. Подумать только, как давно мы не виделись, дай-ка подумаю… – Я отлично помню, когда мы виделись в последний раз, Пингвин, – отрезал Антонио. – Это было в тот день, когда ты прикончил моего двоюродного брата Карло. Ты забил его подсвечником. За то, что бедняга высказал мнение, что твои налоги с торговцев алкоголем слишком высоки. Припоминаешь? Итальянцы подошли еще на шаг ближе к их столику. – Тони, мне искренне, искренне жаль, что я так повёл себя тогда. – Пингвин еще пытался улыбаться, но было видно, что он сильно напуган. – Если это поможет, то я хотел бы выразить свои глубочайшие… – Ты всегда был трусом, Пингвин, – Тони сплюнул. – Неужели думаешь, кто-то купится на твои жалкие извинения? Только сейчас Эд заметил, что посетители ресторана, сидевшие за ближайшими столиками, под шумок пробираются к выходу (кое-кто, воспользовавшись поводом не оплатить счет). Два испуганных официанта наблюдали за происходящим через стеклянную дверь. Надежды Эда на то, что руководство ресторана вмешается в происходящее, быстро таяли. Ну да, это же ресторан, принадлежащий мафии, центр криминальных сделок. Угораздило же нас зайти сюда, запоздало подумал Эд. – Честно говоря, Пингвин, хоть ты и трусливый червяк, но твое нахальство впечатляет, – проговорил один из не представленных Нигме амбалов. – Какая наглость с твоей стороны, заявиться в этот ресторан! Мы думали, ты и шагу побоишься ступить на эту территорию. – Но это мой любимый ресторан, – попытался возразить Освальд, – у меня с ним связано столько хороших воспоминаний... – Он еще и издевается! – Антонио достал револьвер. Краем уха Эд уловил, как на заднем плане кто-то взвизгнул. Эдвард Нигма проработал в полиции несколько лет и видел многое. Его одержимость темной стороной жизни Готэма, интерес ко всему жестокому, мрачному и кровавому были частью его натуры. Но он еще никогда в жизни не участвовал в настоящей мафиозной разборке. И сейчас, несмотря на то, что Эд оцепенел от страха, какая-то часть его отстраненно следила за всем происходящим с энтузиазмом и восторгом. …И с затаенной надеждой. У Освальда для самозащиты сейчас были лишь вилка да нож для рыбы. Но тот Освальд, которого он знал, мог бы убить человека и десертной ложкой. «Мистер Пингвин, вернитесь, – мысленно призвал Эд. – Если вы можете вернуться, то вернитесь сейчас!» – Ты, очкарик, вали, пока цел. К тебе вопросов нет, – велел Эду один из трудноразличимых итальянцев. Это был первый раз, когда кто-то из бандитов обратился к нему. Эд вскочил из-за стола и отошел на несколько шагов. Про него как будто все забыли. Эд знал, что не может оставить Освальда, и знал, что ничем не может помочь ему. Пальцы принялись нервно нащупывать телефон в кармане, но Нигма боялся предпринимать какие-то действия – А ты, Пингвин, сейчас заплатишь за всех наших, кто на том свете из-за тебя! – Антонио грубо схватил Освальда за шиворот и выволок из-за стола, попутно отвесив ему пощечину. – Настал последний миг твоей никчемной жизни, – пафосно провозгласил он и приставил к шее Пингвина револьвер. Эд буквально окаменел от страха. – Даю тебе последнее слово, прежде чем тебя прикончу. Давай, начинай умолять. – Послушай, Тони, я понимаю твои чувства, но это совершенно излишне, – еле выговорил Пингвин. – Поверь, я всё осознал, я теперь совсем другой человек, я хороший человек… – Мог бы постараться и получше, – издевательски усмехнулся мафиози. – Давай, нормально умоляй! – Но это правда, лечение мне очень помогло, я многое понял. Я вёл себя как последний эгоист. Но того человека больше нет, я смог измениться. – Дрожащий голос Освальда набирал всё большую уверенность. – Я смог осознать, что жестокость и насилие – не выход. В клинике Аркхема сейчас существует специальная программа терапии, чтобы помочь таким людям, как вы. Ведь этот образ жизни ведет лишь к боли и разочарованию… Лучше, если все вы поймете это сейчас, пока не поздно… – Что это за бред он проповедует? – изумлённо спросил один из бандитов у другого. – Я смог измениться, значит, сможете и вы… - Освальд вытащил из-за пазухи уже изрядно помятый сертификат Аркхема. – Вот, смотрите! Там всё написано! Похоже на то, что Освальд теперь всюду носил с собой сертификат, как самое дорогое, и всерьез собирался демонстрировать его каждому встречному. Возблагодарив за это высшие силы, Эд поспешил воспользоваться моментом. Пока мафиозная троица склонилась над документом, недоуменно его разглядывая, он успел быстро набрать короткий номер... – Пингвин, тебе что, правда так мозги поджарили? – наконец спросил Антонио, внимательно вглядываясь в Освальда. – Ты не притворяешься? – Он что, нам всерьез втирает всю эту хрень про перерождение и новую жизнь? – Да он правда спятил, ребята! – последовали один за другим удивленные возгласы бандитов. – Пингвин, знаешь что, – промолвил их главарь. – Не представляю, что с тобой случилось, но что-то мне расхотелось с тобой связываться… Вдали раздался визг полицейской сирены. – Ладно, сваливаем! – Быстро добавил Тони, бросив последний настороженный взгляд на Освальда. Мафиози поспешили скрыться с места происшествия. Судя по всему, обновлённый Освальд Кобблпот пугал их гораздо сильнее, чем прежний Пингвин, отправивший на тот свет немало народу. И Эд их отлично понимал.