Обрывки драгоценных воспоминаний

Горацио был ужаснейшим взломщиком и вором. Насмотревшись всяких шпионских штучек у коллеги Саниона, он думал, что всё просто, раз даже альтмер справлялся, но он ошибался. Точнее, взломать дверь зала Мёртвых оказалось просто — простак Рунил её попросту не закрыл, — а дальше… Признаться, Горацио немного потерял голову и увлёкся, как имперский палач на гоне Братьев Бури. Он пришёл за конкретным покойником — каджитом, некогда торговцем скуумой, который мог похвастаться прекраснейшей золотистой гривой. Возможно, престарелый жрец просто завидовал, вот и забрал чужой труп для своих бесполезных ритуалов. Когда Горацио уже направлялся домой, к дровяному сараю, Рунил нагло разбил связывающее заклинание и отогнал некроманта огненными стрелами. Конечно, Горацио капитулировал в ближайшие кусты и уже оттуда грозил кулаками, предвещая расплату. В общем, их ежедневное общение не дотягивало до светских раутов. Найти каджита в Фолкрите, особенно мёртвого, было проблематично, а Горацио очень хотелось заполучить именно экземпляр с великолепной гривой, пока ту моль не поела. Выбора не оставалось, да и месть не терпела раздумий — он дерзнул вторгнуться в главную достопримечательность Фолкрита, по его мнению, после кладбища. Кроме каджита нашлось ещё несколько тел: вполне сохранившийся норд, явно не переживший драку, парочка имперцев, — возможно, торговцев, — орк-воитель и босмер — оба походили на обычных бандитов с дырками от стрел в груди. Только собрат-орк приехал в зал Мёртвых без головы. «Впрочем, — подумалось Горацио, — зачем она ему сдалась?» Жадность взяла своё. Поочерёдно за прекрасным каджитом поднялись и все остальные гости Рунила, включая безголового орка. Последний особенно повеселил некроманта — с таким телохранителем неплохо бы наведаться к парочке должников под покровом ночи. Затем он обшарил рабочее место Рунила, надеясь найти что-нибудь мерзкое и компрометирующее, но быстро заскучал и вроде как заторопился отвести всю делегацию домой, пока не зацепился взглядом за книжную полку. Горацио раскрыл маленький журнал, убедился, что нашёл дневник жреца, и спрятал его в карман. Чтобы не уходить почти с пустыми руками, он докинул ещё несколько свитков. Из зала Мёртвых они выбрались без приключений, — правда, безголового пришлось вести за руку, — но дальше всё как-то резко пошло наперекосяк. Дозорный или кто-то из жителей, страдающих бессонницей, поднял крик, и к делегации поспешили все стражники города. Они быстро окружили вора с награбленным и порекомендовали сдаться по-хорошему, но Горацио не растерялся. Прочитать каракули жреца оказалось непросто, но заклинание «Испугать нежить» сработало как надо и с первого раза. Ослепительное сияние разошлось от Горацио, и в тот же момент мир сошёл с ума. Трупы вскинулись и побежали в разные стороны, сталкиваясь со стражниками, домами, спотыкались о невысокие ограды, поднимались и снова бежали, не ведая усталости. Зеваки, вышедшие на шум, кричали и бегали то за испуганной домашней скотиной, то от неуправляемых зомби. Жрец Рунил выскочил на балкон в одной ночной рубахе, достающей до худющих коленок, и заорал во всё горло: — Горацио-о! Но того уже и след простыл — вместе с дневником и свитками.