One night

— Чёрт! Почему они так долго? — нервно спросил Алек. — Может, там что-то случилось? Сердце остановилось? Анестезии нет, или они поняли, что всё же уже слишком поздно?..       Операция Изабель длилась уже полчаса, и всё это время голубоглазый беспрерывно ходил по больничному коридору перед операционной взад-вперёд, потирая ладони, выдвигая нелепые догадки и нервно кусая губы, хотя после ночи они всё ещё очень сильно болели, так как ранки ещё не успели затянуться.       После звонка доктору Лосс, которая назначила операцию на раннее утро, Лайтвуд успел заскочить домой, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Никто, ни Изабель, ни Джейс, ни Клэри, никто не должен узнать, что с ним случилось. Никогда.       Как только Алек переступил порог своей квартиры, то сразу же скинул с себя всю одежду, желая поскорее её сжечь, но был не уверен, сможет ли найти деньги для того, чтобы купить что-то новое, поэтому просто выкинул её в корзину для грязного белья. После парень отправился в душ, где яростно оттирал прикосновения начальника почти час, при этом стараясь сдерживать себя, чтобы опять не разреветься, потому что все те укусы на шее, плечах и ключицах, синяки по боках, бёдрах и ягодицах, раны на губах и ладонях безжалостно болели и напоминали об ужасной прошлой ночи.       Но он должен быть сильным. Алек обязательно всё это переживёт и вытерпит. Он сможет. Юноша и виду не подаст, что что-то случилось, Лайтвуд просто будет жить дальше, идти по течению и надеяться, что со временем боль и воспоминания утихнут или вовсе пропадут.       Наивный…       Умывшись, причесавшись и переодевшись, голубоглазый отправился в больницу, по пути позвонив Джейсу и Клэри, чтобы сообщить радостные новости. — Алек, ещё даже часа не прошло. Успокойся! — спокойно ответил блондин, сидящий на твёрдом стуле в том же коридоре. — Катарина Лосс ведь сказала, что это мозг, операция сложная, поэтому длиться будет часов семь-восемь минимум. — начал перечислять. — Да, ты и сам всё прекрасно слышал, чувак. — Да, я… Я просто волнуюсь… Очень… — голубоглазый развернулся к другу. — Всё ведь будет хорошо, правда? Операция пройдёт успешно? — протараторил, глядя прямо в глаза Эрондейла так, будто тот знал ответы на все вопросы мира.       Последний вздохнул, легонько улыбнулся, после чего встал со стула и подошёл к дрожащему Лайтвуду. — Алек, не нервничай так. — положил руку на плечо друга. — Ты слышал всё точно так же, как и я. Доктор Лосс — лучший нейрохирург. Если кто и сможет спасти Изабель, так это она. — Лайтвуд посмотрел в глаза Джейса так доверчиво и с такой надеждой, что последний не смог сдержать искренней улыбки. — К тому же, это — же Иззи. Она ещё всем нам задницы надерёт.       Голубоглазый благодарно улыбнулся, кивнул и накрыл руку блондина на своём плече собственной, чуть сжимая. — Что это? — непонимающе спросил Эрондейл, хватая друга за запястье, рассматривая перемотанную ладонь. — Что случилось? — Алек побледнел и быстро вырвал руку из хватки Джейса, после чего отошёл в сторону, отворачиваясь. — Эй, что это? — серьёзно, немного повышая голос, спросил блондин. — Постой… У тебя, что, обе руки перемотаны? Алек, что, мать твою, стряслось? Не молчи! — Иззи, наверное, после операции сильно расстроится из-за того, что ей пришлось сбрить волосы. — повернулся парень к недоумённому другу и, обойдя вокруг него, сел на стул. — Она считает, что ей не идёт даже короткая стрижка, а это — так вообще.       Джейс закатил глаза и, повернувшись на пятках в сторону голубоглазого, недовольно проговорил: — Я уверен, Изабель подойдёт любая стрижка. Она красотка. — сложил руки на груди. — А ты, — ткнул пальцем на отчего-то смутившегося Лайтвуда. — Сейчас меняешь тему, и мне это не нравится. Ты что-то от меня скрываешь. Алек, что с твоими руками? — буквально по слогам проговорил блондин тоном, не терпящим возражений. — Ты во что-то вляпался? Тебя кто-то обидел? Отвечай!       Голубоглазый опустил взгляд в пол и немного ссутулился. — Это не важно, Джейс. Всё нормально, правда. — Нормально? Ты издеваешься? — парень уже почти кричал. Его голос был раздражённым и строгим, но вместе с этим в нём чётко слышалось беспокойство. — Кто это сделал? — Лайтвуд неловко поднял на него свои глаза. — Кто этот гад? Скажи, я разберусь, Алек. — серьёзно проговорил друг, усаживаясь на соседний стул.       Джейс всегда был готов порвать на куски любого, кто посмеет обидеть кого-то из его друзей или близких. — Джейс, всё нормально! — немного громче, чем следовало ответил парень. — Просто… Я… Когда доктор Лосс назначила операцию, я на радостях не удержал в руках кувшин с водой… Он упал, и я порезался осколками…       Стоит ли говорить о том, что отмазки были отнюдь не самой сильной стороной голубоглазого. Он не умел врать, особенно близким.       Именно поэтому, собрав все свои силы в кулак, юноша попытался достойно выдержать пристальный взгляд Эрондейла, изо всех сил изображая уверенность. Через некоторое время блондин кивнул, легко ухмыляясь. — Будь это кто-то другой, я б не поверил. Такое могло случиться только с тобой, чувак! — улыбнулся блондин и несильно ударил друга в плечо. — Да уж. — голубоглазый и сам улыбнулся. — Со мной постоянно такое случается… — Что с тобой случается? — послышался тонкий голосок Клэри.       Парни подняли головы, чтобы посмотреть на девушку. Рыжеволосая стояла, мило улыбаясь, держала три стаканчика кофе из Старбакса и ждала ответа. — Да, так, ничего важного. — отмахнулся. — Чего ты так долго? Быстрее нельзя?! Ты же мелкая, пользуйся этим! — прорычал голубоглазый, переводя тему. — Эй, брат, я понимаю, что ты весь на нервах, — вмешался Джейс, поднимаясь. — Но это не даёт тебе право разговаривать с моей девушкой в таком тоне.       Алек зарылся пальцами в волосы и шумно выдохнул, после чего виновато поднял глаза на подругу. — Прости, Клэри. — искренне проговорил он, принимая с рук рыжеволосой кофе. — Спасибо огромное. — кивнул и даже попытался улыбнуться. — Я не хотел тебя обидеть, прости, просто… — Эй, я всё понимаю. — уверенно перебила его девушка, мягко улыбаясь и опускаясь на стул рядом с Лайтвудом. — Ты просто переживаешь. С Иззи всё будет хорошо. Она — сильная и быстро восстановится.       Голубоглазый благодарно кивнул и, откинувшись на спинку стула, закрыл глаза. Он не спал уже две ночи, и бесконечное количество кофе — единственное, что сейчас держало его в сознании. — Кстати, Алек, ты так и не объяснил, где взял деньги на операцию. — вновь подала голос рыжеволосая. Мысль, что Клэри не такая уж и плохая, ушла также быстро, как и появилась.       Ну, вот зачем это спрашивать?!       Лайтвуд открыл свои глаза и увидел две пары других, пристально смотрящих на него с обеих сторон в ожиданиии ответа. Честно говоря, было даже немного жутковато. — Ну… Я… — юноша сел ровнее, отпил немного своего Американо, настраиваясь, и продолжил. — Я просто… Попросил деньги на работе… У начальника…       У Алека перед глаза неожиданно возник образ Бейна, нависающего над ним. Затем азиат начал хищно улыбаться и двигаться, принося неимоверную боль. Парень быстро тряхнул головой, пытаясь не пробуждать такие тяжёлые для него воспоминания. — Серьёзно? И он ничего не просил взамен? Просто так дал тебе деньги? — недоверчиво спросил блондин, щуря глаза.       Нет, он грубо оттрахал меня, обращаясь, как с последней шлюхой… — Да. Просто так. — тихо ответил Алек, пожимая плечами и опуская взгляд. — Так он у тебя просто душка! Тебе так с ним повезло! — радостно воскликнула Клэри, хлопая в ладоши. — Да уж… Повезло… — вновь отпил кофе, пытаясь спрятать за стаканом свой румянец и отогнать ненужные мысли. — Сколько уже прошло? — обратился к Джейсу.       Друг посмотрел на дисплей телефона. — Сорок минут. Ещё долго, Алек. — блондин повернул голову к Лайтвуду. — Слушай, не сиди тут. Поезжай домой, поспи немного… — Нет. — грубо перебил его голубоглазый. — Я не смогу уснуть, пока не узнаю, что с Иззи всё хорошо. — Хорошо, можешь не спать. — кивнул Эрондейл и отпил из своего стакана. — Но я бы посоветовал тебе наведаться к нашему ректору. — Алек удивлённо поднял брови. — Он и так согласился пойти на уступки, согласовав все твои пары с работой, но ты и на них не появляешься уже несколько дней. — Джейс, я просто… — попытался оправдаться голубоглазый, но был перебит. — Алек, ты же понимаешь, что единственная причина, почему тебя ещё не исключили — это… — Это то, что наш ректор — твой отец. Я понимаю. — закончил вместо друга предложение Лайтвуд. — Спасибо тебе и твоему отцу, правда, я вам очень благодарен, просто… — Бро, тем, что ты будешь тут сидеть и накручивать себя, ты Иззи не поможешь. — положил руку на плечо брюнета. — Лучше займись пока чем-то полезным. Съезди в институт. Выясните всё. Отец ждёт.       Алек поразмыслил немного. Из института он вылететь точно не хотел, иначе — прощай его счастливое будущее, а тут от парня помощи действительно мало, поэтому, наверное, Джейс всё-таки был прав. Голубоглазый поедет в институт. Может, сможет заодно и мысли свои привести в порядок. — Хорошо. — уверенно кивнул он. — Вы будете здесь? — ребята кивнули, и Лайтвуд поднялся. — Я скоро. Если будет хоть какая-то информация — звоните. — строго проговорил юноша.       Эрондейл на это лишь ухмыльнулся: — Только в этот раз, пожалуйста, поднимай трубку. ***       Магнус пришёл на работу очень рано. Очень. Настолько рано, что в офисе ещё не было ни души. Всё вокруг было тихим, холодным и каким-то сонным. Даже старый охранник Фрэнк от удивления подавился своим бургером.       Но Магнусу было не до этого. Все его мысли занимал Алек и их прошлая ночь.       Как только голубоглазый ушёл вчера, Бейн так как был пъян в хлам, сразу же отрубился на добрых несколько часов. Когда азиат проснулся, его поприветствовали ужасная головная боль, сухость во рту и очень странные воспоминания.       Что он, мать его, натворил?!       Честно говоря, Магнус никогда не жаловался на муки совести или что-то в этом роде, но сейчас она его не просто грызла, она поедала парня по кусочкам, смакуя каждой клеточкой, каждым нервом, каждой частичкой души, растягивая удовольствие и медленно убивая этим самым азиата.       Почему Бейну никогда не говорили, что душа может болеть настолько, что ему может быть так стыдно, что он может чувствовать себя настолько виноватым?! Как вообще люди такое выносят?!       Магнус не привык к такому. Обычно ему было плевать на других. Парень просто забывал и жил дальше. Зачем усложнять себе жизнь?! Так, что же поменялось сейчас? Почему судьба Александра настолько его волнует?       Конечно, парень ему нравился. Он был умным, доброжелательным и очень привлекательным. Даже казался ему некоторое время особенным. Может быть, именно поэтому, когда он узнал, что Лайтвуд — совершенно не такой ангел, как рисовал себе азиат, ему было настолько больно. Магнус даже чувствовал себя преданным.       Вроде бы голубоглазый и заслужил всё, да и не сделал Магнус ничего криминального, но почему-то внутри с каждой минутой возростала тревога, сердце сжималось, а на душе противно скребли кошки.       Бейн снял свою дизайнерскую светло-голубую куртку и повесил на спинку кресла, усаживаясь в него. Чтобы отвлечься, азиат решил погрузиться в работу.       Хватило его от силы на минут десять. Ну, не мог. Не мог он работать, когда перед глазами Алек с окровавленными губами и руками и слезами в прекрасных голубых глазах.       Закрыл папку. Взял другую. Новый проект. Пролистал. Перед глазами возникло лицо юноши, искревлённое гримасой ужаса и боли.       Перевернул ещё один листок. Попытался прочитать хоть строчку, хоть слово, хоть что-то. Перед глазами — большие голубые глаза, умоляющие помиловать, пожалеть, не заставлять.       Чёрт!       Папка полетела в стену и, кажется, рассыпалась.       Плевать.       Что-то тут не сходится…       Немного поразмыслив и нервно потарабанив по столу пальцами, мужчина взял свой телефон, набрал номер и стал нетерпеливо ждать ответа. — Да, Магнус. — послышался немного сонный женский голос. — Что такого стряслось, что заставило тебя проснуться в семь утра? Не помню, чтобы такое было хотя бы раз. — Вообще-то я проснулся ещё два часа назад. — возмутился азиат, не решаясь перейти к делу. — Эм… — кажется, подруга на секунду потеряла дар речи. — Какой-то ты странный сегодня. Я была уверена, что даже апокалипсис не разбудил бы Магнуса Бейна раньше времени. — обеспокоенно спросила девушка. — С тобой всё в порядке? — Да. То есть, нет. — протараторил мужчина, после чего шумно выдохнул, собирая мысли в кучку, и продолжил. — Я не уверен. Тесса, мне кажется, что я — идиот. — Кажется? — в голосе девушки слышалась улыбка. — Магнус, я поняла это ещё в первую нашу встречу, а до тебя только сейчас дошло. Ну, лучше уж поздно, чем никогда. — послышался шутливый голос, затем последовал заливистый смех. — Грэй, ты хочешь, чтобы я тебя послал? — обиженно, но серьёзно спросил азиат. — Я не знаю, что мне делать, а тебе смешно?! Ещё подруга называется… — Не драматизируй. — сдалась девушка. — Что там случилось? Рассказывай.       Магнус откинулся на спинку кресла и устало закрыл глаза. С чего бы начать? И, что вообще сказать? Мужчина не был уверен, зачем позвонил, что хочет сказать и услышать. — Ну… Мы с Алеком переспали вчера ночью. — коротко сказал он, зажмурившись ожидая реакции.       Тесса несколько секунд молчала. Бейн уже немного начал паниковать. Да, что это с ним?! — Тебе удалось затащить его в постель? А, как же свидание? Ты же хотел показать ему ночной Нью-Йорк твоими глазами и прочую чушь, о которой ты мне рассказывал. — голос у девушки был потрясённый. — Или это тоже было? Всё прошло хорошо? Вы помирились? — Нет. — прикусил губу. — У нас просто был секс. Типа того… — В смысле — типа того? — осторожно поинтересовалась подруга. — Стой. Он ведь был согласен?       Азиат несколько секунд молчал, пытаясь понять, что ответить. Он ведь и сам не до конца понимал, согласен был голубоглазый или нет. — Ну… Да? — совсем неуверенно ответил Бейн, закрывая глаза. — Магнус, ты, что, его изнасиловал?! — потрясённо закричала. — Знаешь, сколько за это дают? Ты совсем с ума сошёл?       Азиат резко открыл глаза. — Что?! Нет! Нет, конечно. — закричал в ответ мужчина, прерывая вопли подруги. — Вроде… — неуверенно продолжил Бейн, вспоминая несчастное лицо голубоглазого. — Что, чёрт возьми, значит «вроде»? — грозно по слогам произнесла Грэй. Похоже, у неё заканчивалось терпение. — Я… Он захотел за это денег. — тихо ответил друг, вновь о чём-то размышляя. — За секс? — Не совсем… — устало провел по лицу руками и застонал. — Чёрт, Бейн, ты можешь мне нормально всё объяснить?! Я уже устала силой вытягивать из тебя каждое предложение. — девушка говорило недовольно, но напористо, заставляя слушать и делать. Наверное, профессиональный навык. — Хорошо-хорошо… Сейчас расскажу. Дай мне минутку. — мужчина тяжело выдохнул и отвёл взгляд куда-то в сторону. — Алек пришёл ко мне вчера днём и попросил, чтобы я одолжил ему деньги. — И? — нетерпеливо спросила подруга. — Угадай, сколько он захотел? Сто тысяч долларов. Сто! — последнее предложение азиат произнёс по слогам. — Я сразу же удивился и хотел было отказать, но… Он так умолял, у него был очень растерянный вид и… Я тогда всё ещё был зол на него за то, что он не пришёл на свидание, поэтому ляпнул первое, что пришло мне в голову… — Я уже боюсь представить, что это было. — наверняка, девушка сейчас закатила глаза. — Подожди… Магнус, ты предложил ему переспать с тобой за деньги? — Эм… Да. — аккуратно сказал Магнус, после чего из телефона послышались не очень красивые слова подруги в его адрес. — Я был расстерян и зол… — попытался оправдаться. — А ещё я был уверен, что Алек откажется — и он отказался, убегая от меня со скандалом. — Теперь я вообще ничего не понимаю. — постановила подруга. — Так вы переспали или нет? — После работы я остался в офисе, решив напиться. — продолжил парень, из телефона послышалась неодобрительное фырканье подруги. — Алек пришёл ко мне ночью. Он ужасно выглядел. Такой несчастный, разбитый, подавленный, грязный. — азиат замолчал на секунду. — После он сказал, что согласен. Я был пьян, очень пьян, потому что тоже согласился. — Ты был прав, Бейн, ты идиот! — злобно процедила Грей. — Ты настолько идиот, что я вообще не понимаю, почему дружу с тобой столько лет! Как ты мог? Как ты мог, тупой болван? Может, у парня, какая-то беда случилась… — Я только утром понял, что натворил. Эти воспоминания не дают мне покоя. — азиат перебил подругу. В голосе мужчины слышались истеричные нотки. — Перед глазами постоянно его лицо. Тесса, я сделал ему больно. Очень. Я… — Магнус замолчал, крутя шестерёнки у себя в голове, после чего его как будто озарило. — Чёрт, Тесса, он, кажется, был девственником… — Бейн вновь зарылся рукой в волосы.       Вновь повисла тишина. Очень не хорошая тишина. Такая тишина предвещала самый настоящий взрыв. — Бейн, у меня просто нет слов. Только ты мог такое натворить! — орала в трубку девушка. — Тебе уже двадцать шесть лет, мать его. Когда ты повзрослеешь?! Хватит калечить людям жизни. Ты хоть понимаешь… — Чёрт, Тесса, я всё понимаю, хватит кричать. И без того тошно. — перебил её мужчина. — Лучше скажи, что мне делать. — Как натворить что-то — так сам, а как расхлёбывать — так «Тесса, что мне делать». — продолжала возмущаться Грей. — Ты должен поговорить с ним. — уже спокойнее ответила подруга. — Разузнать все обстоятельства. Извиниться.       Магнус откинулся на спинку кресла. — Ты права, милая. Так я и сделаю. — ответил азиат, после чего сбросил вызов, положил телефон на стол и устало застонал.       Он сделает это. Поговорит с Алеком. Обязательно поговорит. Только сначала нужно выпить. Ну, для храбрости… ***       Через час Алек уже был в институте. Да, похоже, он действительно давненько не посещал это место, потому что умудрился заблудиться в коридорах, что совсем не удивительно, ведь парень зашёл не в тот корпус. Голубоглазый просто шёл туда, куда его несли ноги, вновь и вновь прокручивая в голове всю сложившуюся ситуацию.       Ничего. Скоро всё изменится.       Сейчас Лайтвуд стоял перед дверью в ректорат, смотрел на аккуратную табличку и отчего-то нервничал. «Стивен Эрондейл. Ректор» — гласила надпись.       Собравшись с духом, парень всё-таки несмело постучал в дверь и, услышав приглашение, открыл её и вошёл внутрь.       За столом сидел ректор и по-совместительству — отец лучшего друга парня, Джейса, и печатал что-то на своём ноутбуке. Мужчина выглядел почти в точности, как его сын, только старше на лет тридцать. Смотря на него, можно было легко представить, как будет выглядеть блондин лет в пятьдесят. — Здравствуйте, мистер Эрондейл. Джейс сказал, что Вы хотели поговорить со мной. — уверенно начал Алек. Всё-таки он был в хороших отношениях с отцом друга, поэтому чувствовал себя вполне спокойно и комфортно, разговаривая с ним. — Привет, Алек. Садись. — мужчина закрыл ноутбук и кивнул на стул напротив себя. Голубоглазый послушно сел, немного скривившись от ощущений. Всё-таки боль от вчерашних манипуляций ещё не ушла. — Как там Изабель? В норме? Джейс сказал, что ей делают операцию.       Лайтвудам часто приходилось гостить или же ночевать дома у блондина, поэтому не было ничего удивительного, что родители друга их прекрасно знали и даже любили, как родных. Мистер и миссис Эрондейл очень тепло относились к брату с сестрой, помогали и заботились о них, как только могли. — Да, операция началась два часа назад. — немного взволнованно ответил голубоглазый, посмотрев на наручные часы. — Кстати, спасибо Вам за деньги. Я обязательно всё отдам. — Алек, мальчик мой, не нужно. Мы помогли, чем смогли. Я бы с радостью оплатил операцию полностью, если бы смог. — заверил ректор, успокаивающе глядя в глаза юноши. — Надеюсь, с Иззи всё будет хорошо. Она — девочка сильная, справится. — мужчина говорил искренне, и юноша был ему очень благодарен. — Но я хотел поговорить не об этом.       Лайтвуд кивнул, показывая, что готов его выслушать. Отчего-то руки парня начали нервно трястись. — Алек, ты лучший на своём факультете, и это знают всё. Умный не по годам, мастер своего дела. — глубоко вдохнул. — Мы пошли тебе на встречу, когда Магнус Бейн пригласил тебя на работу, согласовав твои рабочие часы с твоими парами. — ректор излагал медленно, спокойно, стараясь не давить. Лайтвуду и так проблем хватало. — Просто в последнее время ты не появляешься на своих парах. Я понимаю ситуацию с Изабель, и если тебе нужны будут выходные для ухода за сестрой, я обязательно выделю тебе их… Но ведь сейчас ты пропускаешь пары из-за работы. Я не собираюсь тебя исключать, но «хороших» людей хватает, я не хочу проблем проблем ни тебе, ни себе. — Стивен открыл бутылку минеральной воды и налил немного в стакан, предварительно предложив её Алеку. Когда голубоглазый отказался, мужчина осушил стакан и продолжил. — Поговори с мистером Бейном насчёт этого. Придумайте что-то. — Мистер Эрондейл, насчёт этого Вам больше не стоит волноваться. — попытался улыбнуться юноша, размышляя о чём-то. — Теперь я точно буду посещать все пары. Без исключений. Обещаю.       Ректор заметил, что не смотря на всю серьёзность и уверенность, с которой Алек это проговорил, в глазах юноши была боль. Решив, что это из-за сестры, Стивен тепло кивнул. — Когда Изабель поправится, и ей разрешат покидать палату, приглашаю вас к нам на ужин. — нежно улыбнулся. — Давненько мы не собирались. — Давненько… — повторил Лайтвуд.       А почему не собирались-то?! Потому что у Алека работа, работа и ещё раз работа. Полку прибить — работа, сантехника вызвать — работа, даже элементарно погулять с сестрой — работа. Как голубоглазый мог не заметить, что Бейн занял всю его жизнь, не оставляя времени наслаждаться ею с близкими людьми?! — Обещаю, как только Из поправится, мы заглянём к Вам. — ответил парень, пытаясь прогнать из головы нехорошие мысли.       Взгляд Алека невольно остановился на старых антикварных часах мистера Эрондейла. Подметив, что они разговаривают уже больше получаса, брюнет проговорил, извиняясь: — Простите, но мне уже нужно идти. — прикусил нижнюю губу. — Хотел ещё заскочить кое-куда и назад в больницу. Хочу быть рядом, когда операция закончится. — поднялся. — Конечно, сынок. — мужчина тоже поднялся со своего коричневого кожаного кресла. — Не смею больше тебя задерживать. Удачи тебе и Изабель!       После этого мистер Эрондейл притянул Алека к себе и заключил в крепкие мужские объятия, что было так по-отцовски. ***       Ещё через полчаса Алек стоял у входа в большое многоэтажное здание, в котором работал, и не решался войти внутрь.       Перёд его глазами стояла картина вчерашнего вечера. Дождь, пьяный Бейн у себя в кабинете и сам голубоглазый, беспомощный и отчаявшийся. Лайтвуд быстро тряхнул головой, пытаясь прогнать тяжёлые для него воспоминания.       «Ну, же, Алек, ты должен забыть всё это! Просто выбросить из головы и жить дальше…» — буквально кричал внутренний голос, но, к сожалению, это было далеко не так просто.       Парень дрожал всем телом, больно кусая и без того искалеченные губы и яростно сжимая руки в кулаки, опять же принося себе ещё больше боли. Но голубоглазому было всё равно. Эта боль — признак того, что он — жив, всё ещё чувствует и всё ещё ненавидит Магнуса всей душой.       Ненавидит.       Собравшись с силами, юноша последовал знакомым маршрутом. Двери, охранник, куча работников, лифт, и вот Лайтвуд уже в приёмной.       Камилла, как всегда, сидела на своём месте за столом, одетая в тоненькую чёрную блузочку, через которую явно просвечивался ярко-фиолетовый лифчик. На её столе, ехидно улыбаясь девушке, сидел Себастьян Моргенштерн — главный архитектор. Ребята, как всегда, откровенно флиртовали друг с другом и обсуждали последние сплетни. — Привет, Камилла, он у себя? — уверенно спросил голубоглазый, показывая на дверь, что вела в кабинет Магнуса. — Хай, Лайтвуд, у себя. — презрительно проговорила девушка, осматривая простые джинсы и серую футболку парня. — Пришёл ни свет ни заря, и ещё даже нос не высовывал. — Я к нему. — коротко ответил тот, и вошёл в кабинет к боссу под хитрые ухмылки Себастьяна и Камиллы.       Когда Алек оказался внутри, первое, что парень увидел — это пустая бутылка виски на столе. Голубоглазый никогда не был фанатом алкоголя, но с недавних пор виски он ненавидел больше всего на свете.       Магнус развалился в своём огромном кресле, закинув ноги на стол, и лениво осушал наполовину пустой стакан. Похоже, начальник даже не заметил, что к нему нагло ворвались, настолько был пьян.       Впрочем, Алеку было плевать. Он быстро взял со стола мужчины чистый лист бумаги и ручку и, согнувшись, начал что-то писать.       Бейн медленно перевёл на него удивлённый взгляд. В его карих глазах плясали пьяные искорки. — Александр, — промурлыкал Магнус, опуская ноги на пол. — Ты пришёл поговорить со мной? — Нет. — зло процедил парень. — Я пришёл, чтобы написать заявление об увольнении. Не хочу больше работать в этом чёртовом месте! — прокричал, после чего вновь вернулся к бумаге.       Бейн внимательно его выслушал, после чего, обиженно сглотнул, молча встал из-за стола и обошёл его, подходя ближе к голубоглазому. Последний совсем не обращал на него внимания, продолжая старательно писать заявление, пока его грубо не схватили за бока и резко не притянули к себе так, чтобы Алек упирался задницей в пах азиата. У последнего уже стояло, и от этого было ещё более мерзко. — Что ты делаешь?! — начал кричать Лайтвуд. — Отпусти меня!       Но Магнус только ехидно ухмыльнулся, после чего грубо положил руку на спину голубоглазого, с силой вжимая того в твёрдий стол, не давая возможности двигаться. — Отпусти, больной ублюдок! — продолжал злобно кричать юноша, хотя на самом деле хотелось розреветься. Алеку было очень больно и обидно, а ещё страшно так, что он буквально давился этими чувствами. — Чего ты кричишь, красавчик? — сладко прошептал азиат и запустил свои немного влажные холодные руки под футболку Лайтвуда, до боли сжимая бока, на которых всё ещё не сошли синяки. — Разве тебе вчера не понравилось? — Нет! — прорычал голубоглазый. Щека уже начинала болеть оттого, с какой силой её вжимали в стол. — Ты мне противен! Ты — грязный и мерзкий!       Эти слова, как и ожидалось, разозлили Бейна ещё сильнее, поэтому он схватил одной рукой Алека за волосы на затылке, с силой сжал, вызывая у голубоглазого болевой стон, резко оттянул назад и вновь с силой опустил на стол, ещё больнее ударяя юношу щекой. — Мерзкий, значит? — хищно улыбнулся, после чего начал одной рукой расстёгивать ремень на своих брюках. — Не нравлюсь, значит? Да? Не хочешь меня, да? — Я никогда в жизни тебя не захочу! Я тебя ненавижу! НЕНАВИЖУ! — продолжал кричать парень, изо всех сил пытаясь напугать начальника и заставить отступить. Ещё одного раза он просто не выдержит.       Но Магнуса это только ещё больше раззадорило. Никогда в жизни никто не называл его плохим любовником, хотя ни с кем раньше азиат так не обращался, но пьяный мозг решил не обращать на это внимания и продолжить своё дело. — Ненавидишь? А деньги любишь, да? — опять ухмыльнулся, расстегнув ремень и пуговку на брюках и пытаясь сделать это же с молнией. — Такой горячий, но такой продажный…       Магнус наконец расстегнул молнию и, скинув брюки до колен, быстро начал пробираться своими ловкими пальцами к ремню на штанах Лайтвуда. — Убери от меня свои лапы! — вновь закричал юноша, пытаясь вырываться. Он пытался выглядеть грозно, но на деле голос голубоглазого дрогнул, и Алек начал тихонько всхлипывать, дрожа всем телом. — Пожалуйста, не надо! Прошу, не делай этого! — скулил Лайтвуд, уже не пытаясь сдерживать слёзы. — Я не хочу…       Он понимал, что сейчас, позволяя себе плакать, лишь ещё больше унижается перед Магнусом, но сил терпеть больше не было, Алек не хотел этого всего снова. Ну, за что ж его так наказывают?!       Бейн на секунду замер и посмотрел на голубоглазого, вскинув брови вверх. На секунду азиат подумал о том, чтобы остановиться и не мучать больше парнишку, но лишь на секунду. — Не ломай драму, Александр. — спокойно, но уверенно проговорил Бейн, смотря перед собой, немного ослабив хватку. — Даже не пытайся доказать мне, что ты боишься. Ты — шлюха. Тебе плевать, с кем спать. Если бы это было не так, ты бы не согласился на моё предложение. Но ты… — пьяные рассуждения начальника прервал Лайтвуд, воспользовавшись моментом и ударив его ногой по яйцам. — Аааа, сука… — прошипел Магнус, сгибаясь пополам.       Алек улизнул и поспешил отбежать поближе к двери. — Хочешь знать, почему я пошёл на это? — парень совершенно не понимал, зачем делает это, но развернулся к азиату и начал говорить. В голосе брюнета слышались боль, обида и осуждение. — Почему переспал с тобой за деньги? Так вот слушай. — азиат злобно фыркнул, наблюдая за голубоглазым из-под опущенных ресниц, всё ещё не розгибаясь. — Моя родная сестра в больнице при смерти. У неё глиобластома. Времени почти не было. Ты — был моим последним шансом спасти её. — Ты врешь, шалава… — прокричал начальник, наконец выравниваясь. — Я тебе не верю. Ты врал мне столько лет, притворяйся ангелом, а на деле оказался шлюшкой! — начал подходить к Алеку. — Не подходи! Я на тебя в суд подам за домогательство! — вновь нервно закричал Лайтвуд, надеясь напугать Магнуса, но тот лишь громко расхохотался. — Детка, с моими связями, если я захочу, ты сядешь уже завтра. — подошёл вплотную, прижимая юношу к стене и проводя указательным пальцем по щеке, потом — по шее.       Всё это время Алек боялся даже пошевелиться. — Раздевайся… — прошептал Бейн, спокойно, но властно. Голубоглазый вздрогнул. — Пошёл ты… — так же тихо прошептал Лайтвуд, после чего сильно оттолкнул пьяное тело начальника так, что тот чуть не упал. — Ещё хоть раз прикоснёшься ко мне, я тебя убью! Клянусь, я убью тебя своими руками! — брюнет больше не сдерживался и орал во всю, после чего поспешно покинул кабинет начальника.       Когда Алек вышел в приёмную, то увидел, что на их крики собрались чуть ли не всё сотрудники компании. Голубоглазый быстро побежал в сторону лифта, стараясь не обращать внимания на ухмылки и перешёптывания коллег. ***       Ближе к вечеру Алек вернулся в больницу к Джейсу и Клэри. Спустя полчаса после этого к ним вышла довольная и уставшая Катарина, сообщая, что операция прошла успешно, и с Изабель всё будет хорошо. Она будет жить!       Девушку перевели в реанимацию, где за ней будут наблюдать врачи в течении 10-15 дней. Потом, естественно, пойдёт реабилитация. Катарина сказала, что если у брюнетки не будет никаких осложнений, то они смогут обойтись лишь физиотерапией и массажем.       Ребята договорились, что будут дежурить в больнице по очереди. На ночь решил остаться Джейс, послав Алека и Клэри домой, чтобы они смогли хоть немного поспать. ***       Будильник позвонил ровно в восемь утра. Алек выключил его, потянулся и довольно улыбнулся. Похоже, всё наконец начало налаживаться.       Брюнет впервые за несколько недель выспался, чувствовал себя хорошо, у него не было сегодня пар, с работы он уволился, а Изабель будет жить. Его маленькая девочка будет жить!       После вчерашнего скандала в офисе Лайтвуду нужно было выговориться, потому, как только юноша узнал результат операции, он отправился в парк к дубу, к родителям. Алек рассказал всё как было, не сдерживая эмоций. Голубоглазый смеялся, плакал, кричал, возмущался…       После этого парню действительно стало легче. Хотя боль, стыд и обида на Магнуса никуда не делись, Алек был уверен, что теперь всё будет хорошо. Ведь всё кончено. Он забудет, отпустит и просто будет жить дальше.       Попытается…       Алек умылся, оделся, позавтракал и отправился в больницу принимать свою смену. Голубоглазый нашёл Джейса в коридоре рядом с реанимацией, когда тот пил кофе. — Доброе утро! — радостно поприветствовал друга парень. — Привет, бро! — блондин поднялся и крепко обнял Лайтвуда. — Совет на будущее: не покупай кофе в этом чёртовом автомате. Он здесь просто отвратительный! — Эрондейл скорчил смешную мордашку, пытаясь передать ужасный вкус кофе.       Алек искренне засмеялся. Засмеялся так свободно и легко, как уже очень давно не смеялся. — Хорошо, не буду. — похлопал друга по плечу. — Только не делай так больше. Что там? Есть какие-то новости?       Парни сели на стульчики. Джейс отложил кофе подальше и начал рассказывать. — Иззи пока ещё не пришла в себя, но Катарина сказала, что это нормально. Нужно время. — успокоил голубоглазого блондин, увидев обеспокоенное лицо последнего. — Все её жизненные процессы восстанавливаются быстро. — Это же Из. Она у меня молодчинка! — Алек расплылся в широкой улыбке, мечтая уже поскорее увидеть сестру. — Да. — не менее довольно согласился Эрондейл. — Врачи сказали, что она уже может самостоятельно дышать, хотя они пока не рискуют убирать аппарат. — Хорошо. — Лайтвуд удовлетворённо закрыл глаза. Слышать такие новости после всего, что он пережил было более, чем приятно. — Ты, наверное, уже уходи. Тебе тоже нужно поспать. — Хорошо, бро, сейчас. — потянулся за кофе. — Только допью эту дрянь. А тебе не нужно на работу? — поинтересоваться Джейс, вспомнив, какой сегодня день. — Нет. — Алек попытался унять боль внутри, которая так назойливо выворачивала внутренние органы наизнанку. — Я уволился. — произнёс гордо.       Да, голубоглазый действительно был горд, что смог сделать это, а ещё он смог дать Бейну хоть какой-то отпор, хотя боль и тошнота оттого, что Лайтвуда чуть не изнасиловали всё ещё не давала о себе забыть.       Джейс ничего не ответил, лишь мягко понимающе кивнул и сжал плечо друга. — Кто из вас двоих Александр Гидеон Лайтвуд? — послышался грубый мужской голос.       Парни подняли головы и увидели трёх полицейских, что смотрели прямиком на них. — Эм… Это я. — неловко произнёс голубоглазый, под встревоженный взгляд блондина. — Что-то случилось? — голос парня немного дрогнул. — Встаньте и протяните руки вперёд. — брюнет, всё ещё ничего не понимая, сделал всё, что ему говорили.       Полицейский ловко одел на его руки наручники. — Эй, что это такое? По какому праву?! — вмешался злой Джейс. — Александр Гидеон Лайтвуд, мы вынуждены задержать Вас, так как Вы обвиняетесь в нанесении тяжких телесных повреждений и покушении на жизнь гражданина Магнуса Бейна. — проговорил строгий голос копа.       Детка, с моими связями, если я захочу, ты сядешь уже завтра.       Казалось, Алек уже не слышал его. В голове крутилось лишь одно слово: «НЕНАВИЖУ».