Гася пламя и зажигая звезды

      Элис с трудом делала маленькие резкие вдохи, через адское усилие насыщая кровь в жилах кислородом. Ей на грудную клетку словно положили гигантскую бетонную плиту, весом минимум в тонну, и та безжалостно давила и мешала дышать, но постепенно тяжесть исчезала, потихоньку позволяя глотнуть воздуха чуть больше, и на ее место тут же приходила раздирающая сознание боль. Блэк сипло застонала, чувствуя, как все ее тело устрашающе сильно ломит от удара о чертов асфальт. Собравшись с духом, она осторожно пошевелила сначала правой рукой, пальцами в воздухе словно играя на фортепиано, затем также левой, а потом медленно согнула ноги в коленях, убеждаясь, что ничего не сломано. Хоть один позитивный факт.       Элис решительно открыла глаза, но, увидев сплошной мрак, перепугалась не на шутку. Неужели она умерла? Вот так нелепо и рано? Да твою же мать! «Вернусь в виде призрака и убью мудака, который это сделал!» — мысленно со злостью заорала Блэк, не в силах сделать это вслух. Но боль во всем теле не проходила, а как Элис помнила из многочисленных фильмов и книг, это означало, что она все еще может бродить по бренной земле. Чуть поразмыслив, Элис с трудом убрала защитное стекло со шлема, и свет ближайшего к ней фонаря заставил ее зажмуриться и тихо простонать.       Едва она успела подумать о том, что нужно попробовать пошевелиться и встать, как кто-то, схватив ее за плечи, резко и грубо дернул вверх, рывком поднимая с асфальта. Элис взвыла, и незнакомец, видимо, испугавшись, убрал руки, из-за чего она вновь упала на дорогу, тут же заорав от невыносимой боли.       — Бля-я-я-ядь! Я убью тебя!!! Твою ма-а-ать!!!       — Фух, вы живы, — в голосе незнакомца отчетливо слышалось облегчение, что разозлило Блэк еще больше. — Слава тебе, Господи.       — Зато, блядь, ты сейчас будешь мертв! Сука, только дай мне встать, и я тебя в бетон закатаю! — яростно зашипела Элис. Она не узнавала собственного голоса: он звучал хрипло и низко, словно она болела ангиной. Тело мелко трясло то ли от боли, то ли от злости, распаляя внутренний гнев все сильнее. — Уебок! Каким дебилом нужно быть, чтобы газануть на красный свет! Ты, блядь, слепой, что ли?! Как?! Как можно было меня не заметить?!       — Да я…       — Заткнись! — рыкнув, перебила девушка и попробовала подняться самостоятельно, но безуспешно. Чувствовать себя беспомощной амебой, распластавшейся на дороге, для нее было унизительно, но ничего поделать с этим она своими силами не могла. — Блядь, помоги встать. Только, мать твою, медленно и бережно!       На этот раз незнакомец послушался и осторожно, поддерживая за спину, посадил девушку, продолжая поддерживать ее за плечи. Он действовал очень чутко и даже нежно, что Блэк невольно перестала чувствовать раздражение. Спустя несколько секунд Элис все же решилась открыть глаза и, увидев перед собой виноватое лицо мальчишки, возвела глаза к небу. Только этого ей не хватало.       Он был высоким, широкоплечим, нескладным и тощим, словно его постоянно не докармливали в детстве. В потертых голубых джинсах с дырками на коленях и красной футболке с Дартом Вейдером по центру, он казался Элис совсем еще ребенком, едва закончившим среднюю школу. А как злиться на ребенка, она не знала.       — Помоги снять чертов шлем, — прохрипела девушка, расстегнув застежку под горлом.       Парнишка аккуратно потянул вверх и освободил голову Блэк из плена шлема, с волнением и страхом поглядывая на пострадавшую. Элис окинула улицу взглядом, в душе надеясь, что не этот малец ее сбил, но тщетно: ни единой машины на дорогах не было видно, как будто весь город неожиданно вымер, оставив ее наедине с непонятным мальчишкой. Даже та легковушка, что тоже стояла на светофоре, и то уехала, даже не удосужившись помочь или вызвать полицию. Блеск.       — Тебя не учили в школе, что нельзя трогать пострадавшего человека? — Элис попыталась немного успокоиться и перевести тему. — И уж тем более рывком поднимать его, не убедившись, что все хорошо?       — Извините, — едва слышно промямлил парень, и в голубых глазах вспыхнула безмерная вина. Он закусил нижнюю губу, стараясь не разнервничаться еще больше. — Я просто перепугался.       — Перепугался он, — фыркнула Элис. Глядя на это испуганное детское лицо, обсыпанное веснушками, она уже не могла испытывать к нему былой ненависти. Он был ребенком, а что взрослый может взять с несмышленого мальчонки? — Сколько хоть тебе, умник?       — Шестнадцать, — шмыгнув носом, взволнованно ответил парень.       — Зашибись, — Элис сердито выдохнула. Сейчас она злилась только на себя за то, что была не настолько внимательной, насколько должна была быть. — Меня сбил молокосос, который только научился ездить. Просто офигенно. Ты часом не дальтоник?       — Нет, — мальчишка удивленно покачал головой.       — Тогда какого хуя ты на красный поехал?       — Я… я не хотел, педали перепутал, — под нос пробубнил парень, стараясь не встречаться взглядом с девушкой.       — Ну охренеть просто! — Элис от досады стукнула кулаком по асфальту и тут же зажмурилась от прострелившей тело боли. — Педали он, нахрен, перепутал. Может, тебе в блондинку покраситься, а? Обычно это они такое исполняют, — заметив, как парень весь ссутулился и опустил виноватый взгляд в пол, Элис сжалилась. — Ладно, фиг с тобой. Просто отвези меня домой и будешь свободен.       — Я сейчас вызову полицию и скорую, только до машины добегу.       — Никого вызывать не нужно.       — Но как же копы?       — Тебе захотелось посидеть лишние пару лет в тюрьме? — выгнув бровь, иронично поинтересовалась Блэк.       — Нет.       — Тогда не болтай, а помоги добрести до твоей колымаги. Я хочу домой, — Элис вновь на проверку пошевелила ногами. Целые. — Кстати, пацан, как зовут-то тебя?       — Билл. Билл Хэнском.       — Элис Блэк, — она протянула руку с целью рукопожатия, но парень ошарашенно застыл и глупо захлопал ресницами. — Что такое? — Элис нахмурилась, пытаясь понять, что же так изумило мальчишку.       — Вы, случайно, не дочь Ричарда Блэка? — наконец, дрожащим и полным благоговения голосом поинтересовался Хэнском.       — Нет, — соврала девушка, поморщившись, когда парень слишком энергично потряс ее руку. — Не знаю таких.       — Отлично, а то бы меня, наверняка, уже по кускам собирали по всему свету.       Элис усмехнулась. Действительно, узнай Ричард, что она пострадала из-за неопытного глупого мальчишки, то бедняжке Биллу вряд ли удалось бы снести головы. Хоть отец и был, по ее мнению, редкостным засранцем, но он очень любил свою дочь. Элис всегда это знала. И, возможно, будь она стервозной сукой, то непременно бы воспользовалась этим фактом и нажаловалась бы папе на своего обидчика. Но на счастье Билла она не являлась таковой.       Была и оборотная сторона медали: узнай Блэк-старший, что его любимая дочурка выпила и села за руль в не совсем трезвом состоянии, то по частям пришлось бы уже собирать ее, а не Хэнскома. Ей этого однозначно не хотелось. Даже мимолетная мысль о том, чтобы прочувствовать весь праведный гнев отца на собственной шкуре, почему-то совершенно ее не привлекала.       Тихое бормотание Билла вывело ее из задумчивости. Он перекинул руку девушки себе через шею, бережно обнял ее за талию, беря большую часть веса Блэк на себя, и помог ей встать. Дойти до его пикапа оказалось задачей не из легких: Элис едва могла ступить на левую ногу, из-за чего Биллу пришлось тащить девушку практически на себе. От стараний нести Блэк как можно осторожней он шумно выдыхал воздух сквозь зубы, но при этом выглядел абсолютно расслабленным и спокойным, словно девушка весила не больше рисового зернышка.       Подойдя к Chevrolet, Хэнском, не выпуская Блэк из крепких объятий, открыл пассажирскую дверь.       — Как хочешь, Билл, но ты должен затащить мой мотоцикл в кузов своего драндулета, — твердо произнесла Элис, когда парень осторожно усадил ее на переднее сиденье. — Я не могу оставить его здесь. Просто не могу.       — Эм… Да, конечно. Хорошо, — он почесал затылок, оценивающе смотря на лежащий на боку черный Yamaha. — У меня есть несколько досок в багажнике, попробую его закатить.       Хоть Билл и выглядел щупленьким подростком, но к изумлению Элис он с легкостью поднял мотоцикл и повез его в сторону пикапа. Сердце девушки болезненно сжалось, когда она увидела расцарапанный бок верного японца, разбитое зеркало заднего вида и ветровое стекло, поврежденную выхлопную трубу. Хоть удар был несильным (раз она практически осталась целой и невредимой) пикап скорее всего наехал мощными шинами на мотоцикл, покорежив его еще больше. Конечно, машина Хэнскома тоже пострадала: на бампере старенького Chevrolet S10 красовались две небольшие вмятины, но повреждения не были настолько критичны, как у ее Yamaha.       Нет, ей не было жаль денег. Плевать было на свои разбитые в кровь руки и ноги. Начхать было на возможное сотрясение. Но что ей действительно было безумно жаль, так это потерять своего верного железного коня. У нее имелась такая дурная черта характера, привычка — она быстро привязывалась к вещам и очень тяжело с ними расставалась. И если мотоцикл не удастся вернуть в идеальное состояние, то это будет для нее настоящим ударом. Такое она не переживет и опять скатится в бездну под названием "депрессия".       Элис помотала головой, прогоняя грустные мысли прочь: в конце концов, нечего паниковать раньше времени. Никто еще ничего не сказал про неремонтируемое состояние мотоцикла, так что еще рано она сбрасывает его со счетов. Должно быть, все не настолько критично, чтобы сейчас разводить слюни. У нее же есть Алекс, лучший механик из всех ей известных, он с легкостью вернет мотоциклу первоначальный вид. А то и вовсе сделает его еще лучше. Да, Алекс точно поможет.       Услышав сзади натяжное пыхтение парня, она улыбнулась. «Искупит свою вину не кровью, так потом, » — про себя усмехнулась девушка и прикрыла глаза, как можно было в таком состоянии расслабленно разваливаясь на потрепанном временем сиденьи.       Но неожиданно что-то липкое и теплое потекло по пальцам, заставив Элис вновь открыть глаза и нахмуриться. До этого она и не замечала, что во что-то умудрилась влезть рукой и испачкаться так сильно. Подняв руку на свет, она цокнула и обреченно вздохнула: ладонь окрасилась в алый, глубокая рана на запястье, из которой текла кровь, болезненно пульсировала. И как она не обратила на это внимания раньше, успев безбожно перепачкать светлые джинсы и футболку?       Немного повозившись, Элис оторвала узкий и длинный кусок ткани, окончательно приведя футболку в невосстанавливаемый вид, и чистой стороной подбородком прижала ее к ране, яростно зашипев от боли. Другой рукой она немного неуклюже замотала пострадавшее запястье, соорудив временную повязку и остановив тем самым кровь.       Закончив с рукой, Элис осмотрела себя на наличие серьезных ран, которым до этого она не придала значения. Результат показался ей не особо критичным: наливающийся синяк на руке, левая ступня распухла, и кроссовок болезненно сдавливал ноющую ногу, но при этом она не была сломана (что очень обрадовало девушку), джинсовая ткань под коленями была разорвана в клочья и пропитана кровью, над импровизированной повязкой красовались еще несколько порезов, но уже не такие глубокие и опасные, левый бок при вдохе простреливало тупой болью, множество ссадин и безобидных царапин. Больше всего пострадала левая сторона тела, но в целом ее состояние было не таким уж и плохим и срочная госпитализация не требовалась. Элис расслабленно улыбнулась: ее положение могло оказаться гораздо худшим.       Водительская дверь хлопнула, и Элис испуганно дернулась, тут же вскрикнув от боли. Она так глубоко погрузилась в свои размышления, что не услышала, как Билл закрыл кузов и, обойдя автомобиль, устроился за рулем. Она пришла в себя лишь когда он громыхнул чертовой дверцей, и из-за этого сердце в ее груди забилось с бешеной силой, заставляя кровь быстрее бежать по венам. Повязка на руке стала заметно краснеть и, нахмурившись, Элис зажала рукой рану сквозь ткань, надеясь, что это хоть сколько-нибудь поможет остановить кровотечение.       — Может, все-таки в больницу? — обеспокоенно спросил парень, нервно постукивая пальцами по рулю. — Видок у тебя неважный.       — Тебе нужны проблемы? — огрызнувшись, Элис выпрямилась и без церемоний закинула ногу на торпеду, надеясь снять отек и унять противную пульсацию. — Первый раз вижу такого ярого фаната нашей доблестной полиции. Ты так жаждешь встретиться с копами? Если уж очень сильно хочется, то я легко могу это устроить, только скажи.       — Нет, но…       — Тогда просто заткнись и отвези меня домой, пацан. Там мне помогут определенно лучше, чем в больнице. Поверь мне.       Билл сомневающимся взглядом смерил девушку, мысленно взвешивая «за» и «против», и, после нескольких секунд молчания, медленно кивнул и завел пикап. Элис благодарно улыбнулась, испытывая искреннюю признательность к мальчишке: откажись он, ей пришлось бы действовать методом угроз и шантажа, а ей этого делать совершенно не хотелось. Обычно этим способом пользовался Ричард, а Элис меньше всего хотелось становиться похожей на него. Хватит одного тирана на их маленькую семью.       — Так куда везти? — спросил Билл, когда он съехал с встречки и развернул автомобиль, толстыми шинами стирая в пыль осколки разбитого лобового стекла на асфальте. — В каком квартале ты живешь? На окраине, что ли? Просто раньше я тебя здесь не видел, а то точно запомнил бы.       — Настолько страшная? — Элис хрипло засмеялась, держась за пострадавший бок. Мальчишка ей нравился с каждой секундой все больше: простой, как пять копеек, не испорченный огромными деньгами, он был так далек от тех лживых снобов, что обычно окружали ее, отчего становился еще более привлекательным и интересным.       — Нет, наоборот. Ты очень красивая, — парень очаровательно покраснел, и Элис спрятала довольную улыбку за покашливанием в кулак. — Ты… яркая, привлекательная и необычная что ли…       — Ну да, — фыркнула Элис, указывая на себя пальцем. Порванные футболка и джинсы, запекшаяся кровь на коже рук, засохшая грязь и следы пыли. Ну куда уж привлекательней? — Не каждый день встретишь здесь потрепанную асфальтом красотку. Наслаждайся, малец, пока я здесь.       Она широко улыбнулась, услышав тихий смех парнишки. Он забавлял ее: такой милый, добродушный и безобидный, словно маленький щенок. Так и хотелось потрепать его по темной курчавой голове, чтобы он в благодарность повилял хвостиком.       — Так все же куда? — отсмеявшись, с улыбкой спросил парень. — Я боюсь заехать не туда.       — Пока поезжай прямо. Я скажу, когда нужно будет поворачивать, — Блэк удобно растянулась на сиденьи, расположив кровоточащую руку так, чтобы она случайно не испачкала обивку салона. Пускай он и был старым и грязным, но принести еще больше хлопот мальчишке она не хотела. — Сейчас ты едешь верно, так что не нервничай.       Дальше они ехали молча. Элис нарушала тишину лишь когда указывала куда нужно было ехать и где стоило сократить дорогу, упиваясь спокойствием и комфортом, царившими внутри салона Chevrolet. К ее искреннему изумлению она ощущала себя уютно рядом с Биллом Хэнскомом, хотя они были едва знакомы и навряд ли вообще увидятся еще когда-нибудь. Он казался ей потерянным давным-давно младшим братом, из-за которого она попала в передрягу. Так, кажется, происходит в мыльных операх, что крутят по телевизору по субботним вечерам. Она совсем не ощущала злости или ненависти к нему, лишь желание позаботиться и по-сестрински надавать ему подзатыльников, чтобы впредь он был внимательнее и осторожнее. Маленький глупый мальчишка.       Билл еще несколько раз спросил, куда они конкретно едут, но Элис, с присущей ей манерой, искусно увиливала от прямого ответа, не желая раньше времени подвергнуть мальчика в шок. Кто мог предугадать, как поведет себя перепуганный неожиданной новостью мальчуган, когда узнает, что она действительно и есть та самая Блэк, дочь знаменитого Ричарда Блэка? О, лучше она будет на подъезде к дому и выслушает крики там, чем парень в панике выкинет ее где-нибудь на обочине, и ей придется на своих двоих добираться до поселка. Вот тогда ей и правда наступит настоящая жирная задница.       Когда они миновали последний поворот и впереди замаячили кованые черные ворота в поселок со шлагбаумом на подъезде и крутым охранником в солидной новой форме, парень заметно напрягся и вцепился в руль сильнее, чем следовало:       — Так ты все-таки…       — Элис Блэк, — Элис отмахнулась, постаравшись сделать это как можно непринужденней. Сейчас самое главное было убедить Билла, что они ничем с ним не отличаются. — Да, та самая Блэк.       — Мне хана, — голос Билла звучал таким убитым, что Элис хрипло засмеялась, одновременно кривясь от боли. — Мне, бля, точно хана.       — Расслабься, — повторила девушка и по-дружески стукнула парня в плечо. Слабо, но все же это помогло парню немного взять себя в руки и успокоиться. — Если тебе от этого станет легче, то ни у одного тебя будут проблемы, узнай кто-нибудь из моих знакомых про сегодняшний… инцидент. Признаюсь, я выпила, но совсем немного, — она перехватила ошарашенный взгляд голубых глаз. — Каюсь, это не оправдание, но, черт, я ехала не быстро и по всем правилам, так что… Я не чувствую себя виноватой. Но вот если узнают копы или того хуже — отец, хана будет уже мне. И, поверь, мне достанется в разы больше, чем тебе, даже будь ты абсолютно единственным виновником аварии.       — Ого… Так, оказывается, вся элита любит пошалить? — с нервным смешком поинтересовался парень, остановившись перед шлагбаумом и дожидаясь от Элис дальнейших указаний.       — Типа того. Открой окно, пожалуйста.       Парень послушно сделал то, что она просила. В проеме появилось круглое, опухшее и враждебно настроенное лицо охранника, и Элис расслабленно выдохнула, узнав в нем Альфреда. Ей крупно повезло, что сегодня была его смена. Значит, она избежит ненужных, порой, очень глупых вопросов и излишней болтовни.       — Немедленно покиньте территорию, молодой человек, — прогрохотал мужчина, со всей строгостью смотря на вжавшегося в сиденье Билла. — Здесь частная охраняемая территория, а не место для разъезда кого ни попадя. Убирайся отсюда.       — Элис…       Мольба в голосе Хэнскома заставила девушку победно улыбнуться и сжалиться над парнишкой. Она положила ладонь ему на ногу, медленно перенося вес тела на здоровую руку и поддалась вперед, чтобы охранник мог лучше ее рассмотреть, но между тем не заметить крови на ее теле и вещах. Благо, шлем оставил ее лицо в целости и сохранности.       — Альфред, — первой подала голос Элис, привлекая внимание грозного мужчины. — Не пугай ты так моего гостя.       — Мисс Блэк? — изумленно произнес Альфред и подошел ближе, чтобы убедиться, что ему не показалось. Лицо его просияло, а губы растянулись в неуверенной улыбке. — Что Вы делаете в этой развалюхе?       — Временное убежище, мой дорогой друг, — с легкой усмешкой ответила Элис и, выудив из кармана чудом не пострадавший пропуск, протянула его мужчине. — Пропусти нас, пожалуйста. Я очень устала и хочу быстрей попасть домой.       — У Вас точно все хорошо, мисс Элис? — с сомнением посмотрев на Билла, встревоженно спросил Альфред. — Помощь не требуется?       — Не требуется.       — Точно?       — Точно, Альфред, — мягко повторила девушка. Элис была уверена, что темнота салона автомобиля надежно скрывает ее нынешнее состояние, но чтобы окончательно отвести от себя подозрения, лучезарно улыбнулась мужчине. — Билл ко мне ненадолго. Только меня и мотоцикл довезет, а потом обратно. Ты только представь: мой мотоцикл заглох и сломался, я бы его в жизни домой не дотащила одна, — заметив, что ее болтовня никак не повлияла на решимость охранника не пускать Хенскома в поселок, она вздохнула. — Под мою ответственность, Альфред.       Мужчина нехотя кивнул, неспешно открыл ворота и поднял шлагбаум. Элис махнула ему в знак благодарности, одновременно незаметно шепнув Биллу, чтобы он пошевеливался и скорее нажал на газ, и только, исчезнув из поля зрения Альфреда, она позволила себе вернуться на прежнее место.       — Как у вас тут все строго, — Билл сбавил скорость до пятнадцати километров в час, когда пропускной пункт и его суровый командир остались позади. — И какой здесь твой дом? Этот? — он кивнул на высокий трехэтажный дом в стиле рококо с живой изгородью по периметру.       — Нет, — недовольно буркнула девушка. — Совершенно не в моем вкусе. Я ненавижу эту вычурность — сплошная безвкусица.       — Оу. Тогда, может, этот? — невинно спросил Билл, указав на белоснежный двухэтажный коттедж с золотой ковкой на окнах и балконах, красной черепичной крышей и двумя фонтанами на лужайке у входа. Дом в духе диснеевских сказок.       — Смеешься? — Элис бросила на него колкий взгляд. — Я так похожа на Золушку или Белоснежку?       — Нет, конечно. Им далеко до тебя, Малефисента, — Билл улыбался во все тридцать два, и Элис усмехнулась, нисколько не удивленная таким сравнением. — Ваше Величество гораздо умнее этих пустоголовых принцесс.       — Хоть я прекрасно понимаю, что из твоих уст льется неприкрытая лесть, но, польщенная, я, так и быть, сохраню голову на твоих плечах. До поры.       То, с каким искренним изумлением Билл слушал все, что она говорила, заставляло Элис мысленно ухмыляться, оставляя выражение лица величественным и холодным. Да, когда нужно было, она легко превращалась в Злую Королеву, заставляю собеседника трепетать.       — Вы великодушны, Ваше Величество! — Билл отвесил шутливый поклон, попутно не сводя глаз с дороги. — Теперь я на веки Ваш покорный слуга.       Элис улыбнулась, понимая, что теперь за ней прочно укрепился статус королевы, пускай и из уст молодого парня. По озорным искоркам, проскользнувших в голубых глазах, она не сомневалась, что с этого момента мальчишка иначе, чем Ваше Величество или Королева, к ней обращаться не будет. И, как бы она иллюзорно не противилась этому, в душе зарождалось необъяснимое тепло и дружелюбие по отношению к Биллу Хэнскому.       Когда они проехали еще три дома, Элис, наконец, прервала повиснувшее между ними молчание, привлекая внимание парня:       — Тормози, парень, мы приехали.       Билл совсем некультурно присвистнул, с восхищением рассматривая «дворец» Блэк.       — Ни хрена себе. И Вы здесь живете, моя Королева?! Да тут можно спокойно три футбольные команды разместить, и то им тесно не будет!       — Не соглашусь, — спокойно ответила Элис, внутри радуясь, что Билл по достоинству оценил ее дом. Но виду она, конечно, не подавала, скрывая истинные эмоции за маской скуки. — Сейчас со мной временно живут четыре человека, и, поверь, мне безумно тесно.       — Вот жить с пятью братьями, собакой и родителями в двухкомнатной квартире тесно, — задумчиво рассматривая коттедж, рассеяно произнес парень. Элис с любопытством наблюдала за ним, внимательно слушая открывшуюся внезапно часть биографии мальчишки. — Маленькая, практически без окон квартирка. В одной комнате спят четверо, в другой… — к разочарованию Блэк Билл резко замолчал, поняв, что явно сболтнул лишнего. Он насупился, уткнувшись угрюмым взглядом в руль, поэтому не заметил теплого взгляда и мягкой улыбки той, кого он называл Королевой.       Обычно, особой жалостью и сочувствием к непонятным и неизвестным ей людям Элис не отличалась, но Билл… Он был исключением из правил. Ранимый, честный, еще зеленый во всех отношениях, но уже познавший все горести бедной безликой жизни, он имел явный интеллектуальный потенциал и способность все схватывать на лету. Элис, как опытный и прирожденный предприниматель, с легкостью заметила все эти качества, и позволить парню с такими возможностями сгинуть в нищете, она не могла.       — Так, Билл, а теперь рассказывай, что тебе будет за вмятину на капоте? — Элис сильнее сжала руку на повязке, отстраненно подметив, что она насквозь промокла, и под пальцами противно хлюпает.       — Ничего, — чересчур быстро ответил мальчишка, но то, как его плечи передернуло, не укрылось от цепкого взгляда девушки.       Элис нахмурилась, не понимая, зачем ему сейчас нужно было врать ей, когда она могла ему помочь.       — Повторю вопрос, — терпеливо произнесла Элис, невольно сильнее сжимая пострадавшую руку. — Что тебе будет за помятую машину? Не ври мне, Билл.       — Ничего, — упрямо протянул парень, до побелевших костяшек пальцев вцепившись в руль.       Элис едва не зарычала от злости, в последнее мгновение умудрившись совладать с собой. Сегодня она, как никогда до этого, благодарила свою выдержку, выдрессированную отцом и пребыванием на посте начальника отдела.       — Понятно. Не хочешь говорить — не нужно, — голос Элис звучал бесстрастно, не выказывая кипящее в душе глухое раздражение. Ни одной эмоции не отразилось на ее лице. — Тогда выгрузи мотоцикл и оставь его около входа в гараж. Затем поможешь мне добраться домой. Потом свободен, — отдавать приказы оказалось гораздо легче, чем пытаться достучаться до глупого мальчишки.       Элис незаметно вздохнула, когда Билл послушно кивнул и выбрался из автомобиля выполнять ее указания. Не этого она хотела от него, но давить на мальчика раньше времени она не собиралась. После вопроса девушки о последствиях, которые его ждут из-за аварии, он выглядел зашуганным, но в то же время продолжал стойко молчать, ни на что не жалуясь и не пытаясь показаться слабым. Элис такое поведение вызывало одновременно досаду и уважение, и она сдержала себя от громких криков и попыток добиться правды, решив действовать более мудро и хитро. Но как бы Блэк не храбрилась, на самом деле на скандал у нее едва бы хватило сил, но она старалась не думать об этом, сосредоточившись на желании помочь мальчишке.       Вся сложившаяся ситуация не вписывалась в обычное поведение Элис. С любым другим человеком она не делала бы попыток наладить контакт и оказать помощь, думая лишь о том, как можно скорее избавиться от виновника аварии. И точно бы не поехала с ним в одной машине, дорожа своей жизней гораздо сильнее, чем сейчас. «Видимо, я сильно долбанулась головой, раз лезу не в свое дело и намереваюсь помочь незнакомцу, » — мысленно сокрушалась девушка. — «Может, у меня серьезное сотрясение? Или еще что? Наверняка, я все мозги растеряла там, пока по асфальту кувыркалась.»       Билл, между тем, быстро справился с мотоциклом: скатывать его вниз оказалось намного легче, хоть и приходилось прикладывать немало усилий, чтобы не позволить транспорту выскользнуть из рук. Он аккуратно поставил его на подножку около ворот гаража, искренне надеясь, что в дальнейшем мотоцикл можно будет починить. Умей он сам это делать, то непременно приложил бы все усилия, чтобы вернуть мотоциклу первоначальный вид, но все что он мог сделать, так это помочь Элис оказаться дома. На большее он был не способен.       — Может, мне отнести Вас на руках, моя Королева? — распахнув пассажирскую дверь, с улыбкой спросил Хэнском и протянул руку девушке, чтобы помочь ей выбраться наружу. Элис в ответ ухмыльнулась, достойно оценив то, как парень умело спрятал вспыхнувшие десять минут назад эмоции. — Я справлюсь, Ваше Величество, поверьте своему верному слуге.       — Я верю, но не стоит утруждать себя. Я вполне полна сил для того, чтобы дойти самостоятельно, — Элис уверенно улыбнулась, но улыбка стала слабой и искусственной, стоило ей полностью встать на ноги. Но упрямства ей было не занимать, поэтому, когда парень дернулся, намереваясь помочь, она отрицательно покачала головой. — Просто иди рядом и все. Самое главное: произвести как можно меньше шума, иначе нам двоим придется огребать по полной.       Но стоило Элис сделать всего два шага вперед, как она вскрикнула, наступив на больную ногу, и от падения на гравий ее успел спасти Билл. Хэнском, не слушая возражений, с легкостью подхватил Элис на руки и понес в сторону дома, невзначай напомнив о том, что они должны вести себя тихо.       Пока он бесшумно открывал входную дверь и тихо, словно хищник, который несет свою драгоценную добычу, собираясь надежно спрятать, шел по коридору, Элис молилась всем богам, чтобы ни Марсель, ни Филипп не увидели ее в таком состоянии. Ей не хотелось, чтобы мужчины лишний раз волновались (особенно Марсель), но больше всего она боялась, что ей придется рассказывать им о случившемся. И тогда несдобровать ни ей, ни Биллу.       Она вся обратилась в слух, пытаясь различить хоть малейших шорох, и смогла немного расслабиться только тогда, когда они без происшествий миновали три этажа и теперь стояли перед дверью в спальню Блэк. Билл нервно хмыкнул: он чувствовал себя неуютно, все время боялся случайно задеть что-то и сломать, а сейчас, стоя перед комнатой девушки и вовсе растерял всю свою смелость. Но Элис не замечала волнения парня. Она легко толкнула дверь и открыла ее, втайне надеясь, что Мелани уже давно спит.       Мрак комнаты рассеивался лишь слабым голубым свечением, исходившим от смартфона, вмиг руша надежды Элис на то, что Мелани видела уже десятый сон. Она сидела на кровати спиной к ним и не замечала их присутствия, быстро печатая что-то в телефоне. Почему-то Элис не сомневалась, что все эти сообщения предназначались ей, но телефон был безбожно разбит, и она никак не могла проверить свою догадку. Тихий всхлип заставил Блэк нахмуриться. Шепнув Биллу, чтобы он отпустил ее на пол, она встала на ноги, но, пошатнувшись, ухватилась за парня, задевая стоящий рядом стул.       Мелани резко обернулась, услышав шум, и быстро включила свет на тумбочке. Элис хотела крикнуть девушке, чтобы она не делала этого, но не успела. Карие глаза расширились от страха, когда она перевела удивленный взгляд со сконфуженного Билла на Блэк, ее лицо засветилось беспокойством и единственное, что она смогла выдавить из себя, прежде чем прикрыть рот рукой, это сдавленный писк. По дрожащим плечам и наворачивающимся слезам, Элис поняла, что Мелани была недалека от истерики, и если она сейчас не вмешается, то плач Лоуренс с легкостью мог поставить весь дом на уши. «Только этого мне не хватало, » — устало простонала Блэк, выпрямляясь и из последних сил удерживая маску холодности и строгости. Мелани должна была видеть, что все с ней в порядке, даже если это было далеко от правды.       — Прекрати, Мелани! Не вздумай реветь, — жесткость Элис немного отрезвила Мелани, заставив ее испуганно хлопать ресницами, но при этом молчать. — Все хорошо, ясно? Все в порядке, ничего страшного со мной не произошло, — она отлипла от Билла и, сделав пару шагов, плюхнулась на кровать, едва удержавшись от того, чтобы поморщиться от боли. — Мелани, дай мой кошелек с комода. Пожалуйста.       Но Мелани не сдвинулась с места, продолжая с ужасом рассматривать Блэк. От ее взгляда, полного сострадания, вины, боли, нежности вперемешку с заботой Элис чувствовала себя неуютно: она давно отвыкла видеть такие искренние эмоции от посторонних людей. Поэтому, чтобы отвлечься, сбежать от взгляда Мелани, она, поняв, что надеяться на девушку сейчас не было смысла, стиснув зубы, встала сама и дохромала до комода, цепляясь за стены и мебель. Боль заставляла ее двигаться вперед чуть быстрее и рванее, но при этом Элис полностью вернула себе самообладание, которое пошатнулось, когда она увидела одинокую сгорбившуюся фигуру Мелани в темноте. Вытащив из рюкзака кошелек, она незаметно отсчитала триста долларов и бросила его обратно.       — Билл, подойди сюда, пожалуйста, — дождавшись, когда парнишка поравнялся с ней, Элис протянула ему деньги. Меньше всего ей хотелось, чтобы это выглядело, как подачка, поэтому она говорила ровным тоном, лишенным каких либо эмоций. — Держи, они тебе пригодятся. Ты должен починить капот, чтобы у тебя не было проблем.       — Я не возьму, — упрямо ответил Хэнском, засовывая руки в карманы джинсов. — Это полностью моя вина, это я тебе должен за мотоцикл. Я виноват, я тебя сбил.       — Не будь идиотом, Билл. Мне плевать, кто где виноват, — Элис раздраженно выдохнула, бледнее с каждой секундой все больше. Она чувствовала, как силы медленно покидают ее, но в этот раз уступать она была не намерена. — Если я говорю "бери", значит бери. Я ненавижу пререкании.       — Нет, — все так же упрямо парень покачал головой.       — Билл Хэнском...       — Нет.       — Что за упрямый дурак, — едва слышно пробурчала Элис себе под нос. Затем, выпрямившись, она скрестила руки на груди, приобретая вид начальницы даже в порванной и грязной одежде. — Тогда поступим так: ты берешь эти деньги в качестве аванса за свою будущую работу.       — Какую еще работу? — Билл подозрительно сощурился, но интерес, который появился в голубых глазах, заставил Элис довольно улыбнуться.       «Я точно очень сильно стукнулась головой, раз нанимаю на работу первого встречного, » — подумала Элис, но в слух произнесла другое:       — Я предлагаю тебе место помощника в отдел кадров. Я давно искала на эту должность хорошего и достойного человека, который не захочет огорчить меня. Ты парень смышленый, хваткий, легко справишься, а мне одной проблемой станет меньше, — она протянула мальчишке свою визитку, надеясь на то, что несильно заметно, как подрагивает ее рука. — Непыльная и достойно оплачиваемая работа.       — Но я…       — Считаю до трех, Билл. Не соверши глупой выходки, — Элис облокотилась на локоть, с вызовом глядя на парня. — Итак. Один. Два…       — Я согласен, — быстро выпалил парень, и губы Блэк искривила довольная ухмылка. — Но я, эм, не уверен, что у меня получится…       — Получится, я в этом не сомневаюсь. А теперь бери деньги и топай домой, пока Альфред не стал нервничать и не пришел забрать тебя лично. Завтра в десять утра жду тебя в офисе. Мелани, — Элис повернулась к безмолвно стоящей все это время Лоуренс. — Проводи гостя, пожалуйста, к выходу. Мелани! — только после того, как Блэк повысила голос, девушка дернулась и словно пришла в себя.        — Доброй ночи, Ваше Величество, — прежде чем скрыться следом за Лоуренс, Билл поклонился и широко улыбнулся. — До скорой встречи, моя Королева.       — До скорого, Билл.       Лишь когда дверь за парнем и Мелани тихо захлопнулась, Элис решилась глянуть на себя в висевшее на стене зеркало. И увиденное потрясло ее настолько, что она едва смогла удержаться на ногах, в последний момент ухватившись ледяными пальцами за подножье кровати. Неудивительно, что Мелани выглядела такой напуганной и взволнованной. Она смело могла сниматься в новой части Пилы или, например, в фильмах Квентина Тарантино, где ее не нужно было даже как-то гримировать: настоящей крови на одежде и теле и так было предостаточно. Некогда целая белоснежная футболка теперь с левой стороны была отвратительного красно-коричневого цвета и свисала грязными лоскутами, что нельзя было даже отдаленно предположить, что эта вещь когда-то являлась неприлично дорогой и эксклюзивной. Теперь же ее место было лишь на свалке. Джинсы пострадали ничуть не меньше: состоявшие из сплошных дыр и темных пятен, они, казалось, были сняты с какого-то бомжа, а не куплены за пятьсот долларов в Милане.       Но испорченная одежда особо не огорчила девушку, сколько напугала, превращая ее внешний вид в жертву страшной катастрофы. Она боялась раздеться и увидеть, что на ней не осталось живого места. Только одно ее радовало, даря повод не огорчаться так сильно: благодаря шлему, который принял удар на себя, лицо ее оставалось чистым и нетронутым, что давало ей возможность появляться на публике и не быть затворником дома.       Элис медленно обогнула кровать и, не раздеваясь, аккуратно легла на нее, отстраненно подметив, что постельное белье скорее всего придется выкинуть. Жутко хотелось спать, но она не могла позволить себе окунуться в мир Морфея, прекрасно понимая, что Мелани сейчас вернется и будет истерить, а после и вовсе может сдать ее Марселю. Этого Элис допустить не могла, поэтому собрав по крупицам все свои силы, затуманенным взглядом сверлила потолок, отсчитывая про себя секунды.       Прошло пять минут и сорок семь секунд, когда Мелани вернулась в комнату. В любой другой момент Элис съязвила бы по этому поводу, но сейчас она так устала, что не хотела вступать с Лоуренс в очередную перепалку, ценя оставшиеся силы больше, чем обычно.       — Не говори ничего Марселю, пожалуйста, — тихо, но твердо произнесла Элис, продолжая лежать на спине. — Я не хочу, чтобы он волновался из-за меня.       — Конечно, — покорность в голосе заставила Элис удивиться: она думала, что ей придется уговаривать упорно Мелани, и была благодарна Лоуренс, что они избежали этого. — Ты… Боже, как?! Как это произошло?       Голос Мелани звучал непривычно дрожащим и слабым, что Блэк невольно нахмурилась. Она ожидала любой другой реакции, но не такой. Словно Мелани действительно за нее… испугалась? Да быть такого не может.       С трудом приподнявшись, Элис села и с осторожностью посмотрела на сидящую рядом Лоуренс, ища подвох в ее поведении. Она не верила людям, но сейчас слезы на глазах девушки выглядели такими настоящими, что сердце Блэк невольно екнуло в груди:       — Лоуренс, ты чего это?       Не успела Элис договорить, как Мелани бросилась ей на шею, стискивая девушку в крепких объятиях, и безудержно разрыдалась. Застигнутая врасплох Блэк не знала, как ей нужно было реагировать. Все, до чего она додумалась — это неловкие поглаживания Мелани по спине и смущенное бормотание на ушко о том, что все в порядке.       — Мелани, ну ты чего? — мягко прошептала Элис, все еще ошарашенная поведением Лоуренс, которое в корне не вязалось с представлением Блэк о девушке. — Хэй, ну все же хорошо, я живая, практически целая и невредимая. Руки и ноги на месте. Ну перестань плакать, пожалуйста, все же хорошо. И, прошу, ослабь чуть хватку, мне больно.       Мелани, услышав хриплый стон, тут же отпрянула:       — Прости, — потупив взгляд, тихо ответила девушка и шмыгнула носом, выглядя при этом, как провинившаяся школьница.       — Прекращай, — мягко, но требовательно произнесла Элис, подцепив лицо Мелани за подбородок. — Все хорошо, — повторила она, большими пальцами стирая слезы с щек девушки. — Я же здесь. Рядом. Живая. К чему все эти слезы?       — Прости, я просто так испугалась, так испугалась…       — Понимаю. Все нормально.       Мелани глубоко вдохнула и выдохнула, постепенно успокаиваясь. Все еще немного дрожащими руками, она взяла захваченную с кухни аптечку и ножницы и положила их на пол. Расположившись у ног Элис, Мелани встала на колени и, чуть помедлив, взяла в руки ножницы. Решимость и твердость, неожиданно появившиеся во взгляде Мелани, приятно удивили Элис: они были гораздо лучше того страха и переживания, что светились в глазах Лоуренс пару секунд назад.       — Ты не против? — кивнув на футболку, поинтересовалась Мелани. — Я бы хотела обработать твои раны.       — Конечно, не против, если тебе этого действительно хочется, — Элис поерзала, усаживаясь так, чтобы Мелани было удобно резать ткань. — Я вполне могла бы справиться сама.       — Пожалуй, лучше лечением займусь я.       Усмехнувшись командным ноткам в голосе Лоуренс, Элис не стала спорить, без сожаления наблюдая, как острые ножницы кромсают тонкую ткань футболки, высвобождая хозяйку из ее пут. Из-за засохшей крови, ткань неприятно отлипала от пострадавшей кожи, кое-где заново открывая начинавшие уже заживать ранки, но Элис не обращала на легкую боль внимания, с любопытством наблюдая за сосредоточенным лицом Мелани.       И почему девушка помогала ей? Она вполне могла перепоручить Блэк Марселю или позволить девушке сделать все самой, не став лишний раз марать руки, но почему-то Мелани этого не сделала. Неужели Марсель был прав, сказав, что Элис плохо знала младшую Лоуренс? Неужели Мелани умеет делать что-то не для своей выгоды, а для того, чтобы помочь нуждающемуся? Помочь ей?       — Что произошло? — покончив с футболкой и джинсами, Мелани уже обильно поливала ватку перекисью водорода и принялась осторожно смывать кровь и грязь с бока Блэк. — И что это был за парнишка?       — Это Билл, — чуть слышный стон сорвался с губ Элис, когда Мелани провела ваткой по открытой ране. — Он сбил меня. Не нарочно, конечно. Но он не смотался с места преступления, хотя мог бы, а остался и отвез меня домой. Даже полицию порывался вызвать.       — Ты помогла ему, заплатила, взяла на работу после такого. Зачем?       — Я не хочу, чтобы он пострадал из-за меня, — Элис еле ворчала языком, млея от ласковых прикосновений Лоуренс. Боль ушла на второй план, заглушенная заботой со стороны Мелани, позволяя Блэк блаженно прикрыть глаза. — Ни к чему портить пацану жизнь.       — Но ты-то пострадала из-за него. Он остался цел и невредим, в отличие от тебя. К чему такое благородство? — Мелани подняла голову, перехватывая затуманенный взгляд Элис. — Он разве какой-то особенный?       — Нет.       — Тогда почему? Он сбил тебя, а ты предоставила ему работу. Дала денег, позволила зайти домой, — Мелани не скрывала своего раздражения. Закончив протирать ранки от грязи, она смочила несколько ватных дисков обеззараживающей жидкостью с резким запахом хвои, заставив Элис поморщиться. — Это не похоже на тебя.       Мелани принялась обрабатывать многочисленные раны антисептиком, и Элис пришлось закусить здоровую руку, чтобы не завыть от боли. Изощренная пытка, казалось, длилась целую вечностью, но Блэк стойко терпела, зажмурив глаза и не проронив ни слова, изредка лишь рыча в руку.       — Как будто ты знаешь, что похоже на меня, а что нет, — скорее от боли, чем от злости огрызнулась Элис, когда Мелани приступила к самой большой ране, безжалостно елозя ваткой по одному и тому же месту уже в пятый раз. — Ты не знаешь меня.       — Возможно, — уклончиво ответила Мелани и отодвинулась, чтобы убедиться, что она не пропустила ни дюйма поврежденной кожи. — Но ты не создаешь впечатления всеобщего добродетеля.       — Как и ты не создаешь впечатления сердобольного человека. Я всегда считала, что ты и забота — два совершенно несовместимых слова и… Ай! — Элис дернулась и бросила на девушку злой взгляд: она не сомневалась, что Лоуренс специально с силой надавила на наливающуюся гематому. — Но ты же мне помогаешь, несмотря на то, что делать это совсем необязана.       — Я хочу помочь.       — Как и я Биллу. В этом мы похожи.       Они замолчали. Элис внимательно следила за мягкими умелыми пальцами, что ласково касались ее тела, и чувствовала разливающиеся по венам щемящие чувства нежности и благодарности. Она знала, что Мелани боится крови, они это выяснили во время игры в вопросы, но девушка стойко продолжала ухаживать за Блэк, не сказав и слова упрека или отказа. И ни один мускул не дрогнул на лице Мелани, когда она осторожно развязала ткань на запястье Элис, пачкая пальца в чужой крови, и профессионально наложила новую повязку. Она лишь немного побледнела.       Когда Элис стала больше походить на мумию, которая только вылезла из древних египетских пирамид, Мелани посчитала свою работу оконченной. Блэк сидела перед ней в коротких шортах и черном спортивном топе, прикрыв глаза и расслабленно опустив плечи. Белоснежный бинт на смуглой коже словно светился и казался чужеродным и ненужным объектом, он прикрывал большую часть подтянутого тела и мешал девушке вздохнуть свободно. Мелани хотелось сдернуть его, выкинуть, освободить Элис от медицинских пут, но она продолжала сидеть на месте и не двигаться. Только сегодня ей удалось разглядеть за прочной броней из сарказма, цинизма, холода, жесткости человека чуткого, безмерно доброго и ранимого. Мелани мечтала притянуть девушку к себе, обнять, прошептать на ухо что-то ласковое и доброе. Но все, на что она смогла решиться — это бесшумно подвинуться ближе к Элис и положить подбородок на ее колено поверх многочисленных бинтов, чувствуя, как гулко бьется собственное сердце.       Элис медленно открыла глаза, и ее взгляд был таким непривычно мягким и немного уставшим, что даже радужка обрела более теплый оттенок серо-голубого, напоминая уже не холодную острую сталь, а осеннее хмурое небо над головой. «И правда, ночью люди срывают свои маски и становятся теми, кем являются на самом деле, » — промелькнуло в голове Мелани, когда Элис едва заметно улыбнулась. — «Она настоящая. Сейчас. Может, игра не была уж такой плохой идеей?»       Осторожное прикосновение холодных пальцев к ее лицу заставило Мелани чуть дернуться, но она не прервала зрительного контакта, боясь навсегда потерять ту хрупкую связь, что появилась у них сегодня. Пока Элис смотрела на нее так, без привычной усмешки и тени высокомерия в стальных глазах, ничто не заставит ее отвести взгляд и отодвинуться от девушки.       — Ты должна мне кое-что, — наконец, Мелани первой прервала затянувшееся молчание, все так же смотря в глаза Элис. Промелькнувшее в ее взгляде любопытство заставило Мелани улыбнуться. — Одно маленькое дело.       — Дело? — Блэк нахмурилась, силясь вспомнить о чем могла говорить девушка, и Мелани до безумия хотелось разгладить появившуюся складку между бровей, но она заставила себя не двигаться. — Какое дело? Прости, я не понимаю, о чем ты.       — Ты проиграла мне желание. Помнишь правила игры? Ты не ответила на четыре вопроса. За тобой должок.       — Боже, — черты лица Элис заметно расслабились. — Я думала случилось что-то серьезное. И чего же ты от меня хочешь?       — Поцелуй меня.       — Просто "поцелуй"? — с горькой усмешкой произнесла девушка, и в ее глаза вернулись те холодность и ирония, которые так не любила Мелани. — Тебе хватит одного поцелуя? Я что-то в этом сомневаюсь, дорогая.       — Элис, — мягко позвала Мелани, борясь с раздражением. Она боялась окончательно потерять расположение Блэк и те крупицы добра к ее персоне, которые Элис проявляла к ней сейчас, поэтому она решила действовать тонко и осторожно, отчаянно надеясь, что ненароком все не разрушит. — Я тебя ни к чему не принуждаю. Правда. Это всего лишь детское желание, невинная просьба, она ни к чему тебя не обязывает и ничего не меняет. Если ты не хочешь, то…       Мелани поперхнулась воздухом, когда Элис молниеносно схватила ее за пижамную футболку и грубо рванула на себя. Послышался слабый треск ткани, но никто не обратил на это внимания. Мелани широко раскрытыми глазами смотрела в потемневшие серые, видя в них собственное отражение и чувствуя, как низ живота начитает сводить от желания обладать строптивой Элис Блэк.       — Ты даже представить себе не можешь, — хрипло выдохнула Блэк, и Мелани почувствовала теплое мятное дыхание на своих губах. — Как же я хочу это сделать.       Мелани не успела удивиться, не успела как-то отреагировать. Не думая больше ни о чем, Элис резко притянула Мелани к себе и поцеловала. Это было настолько внезапно, что Лоуренс мысленно ахнула от неожиданности, но ее замешательство было недолгим. Не разрывая поцелуя, она обняла Элис за плечи и, приподнявшись, устроилась на коленях Блэк, подсознательно соблюдая осторожность, не желая ни за что на свете навредить ей.       Этот поцелуй совершенно отличался от ее представлений. Она ожидала страсти, грубости, жесткости, но вместо этого получила бережность и мягкость. Отдаваясь порыву, Мелани зарылась пальцами в короткие темные пряди, несильно сжав их, и нежно поцеловала в ответ, заключив в этом поцелуе всю свою благодарность за то, что Элис доверилась ей, позволила помочь и не оттолкнула ее в очередной раз.       С губ Элис сорвался жалобный стон, когда Мелани переместила руки девушки на свою талию, сильнее прижимаясь к ней. Почувствовав, что Блэк теряет всякое самообладание, она не смогла сдержать улыбки. Пускай потом Элис, возможно, будет злиться, но сейчас она полностью принадлежала ей. И только ей.       Когда они, наконец, разорвали поцелуй, чтоб вдохнуть немного воздуха, Мелани неожиданно осознала, что полностью лежит на Элис, ощущая, как быстро и тяжело вздымается грудь девушки на каждом вдохе и выдохе. Ладони Блэк успели за это время пробраться под футболку Лоуренс и теперь тягуче ласкали ее спину, задевая пальцами застежку бюстгальтера, а сама Мелани невесомо поглаживала щеку Элис, наслаждаясь видом потемневших от возбуждения серых глаз.       Но стоило Мелани чуть двинуться вперед, желая большего, как Элис заскулила и поморщилась:       — Черт... Боже, слезь… пожалуйста… Больно… как же больно…       Голос Блэк был таким сдавленным и хриплым, что Мелани захлестнула паника. Она молниеносно перекатилась с девушки на кровать и неосознанно схватила Элис за руку, крепко сжимая ее ладонь в своей. Она чувствовала, как от каждого свистящего выдоха Блэк начинают леденеть пальцы и сдавливать виски в непередаваемой словами боли и тревоги, и мысленно корила себя всеми возможными словами, прося лишь о том, чтобы с Элис все было хорошо.       — Ты чего? — недоуменно просипела Элис, но руки не отняла. Ее насторожила реакция Мелани, но больше удивил искренний испуг в ее глазах. — Мелани, все же нормально, почему ты так реагируешь? Просто надавила на ребра, вот и все.       — Слушай, может, все же вызовем доктора? — игнорируя вопрос, жалобно попросила Лоуренс, сильнее сжав руку девушки. Но Элис была непреклонна: она, сжав губы, упрямо покачала головой, и Мелани не стала спорить, заранее зная, что проиграет. — Тогда, может, выпей хотя бы обезболивающее. Я не хочу, чтобы ты мучилась всю ночь. Незачем это.       Элис хотела было снова покачать головой, но Мелани, положив ей ладонь на щеку, не дала этого сделать.       — Я знаю, что ты сильная. Знаю, что не уважаешь врачей и не любишь таблетки, предпочитая стойко терпеть, но, пожалуйста, Элис, выпей всего одну, — Мелани наклонилась и оставила короткий поцелуй на влажных губах. — Пожалуйста.       Девушка нахмурилась, цепким взглядом рассматривая заботливое выражение лица Мелани, но Лоуренс не напугал ее серьезный вид. Она встала, продолжая негласно настаивать на своем, достала из аптечки упаковку маленьких белых таблеток, выдавила себе на ладонь две и протянула их Блэк:       — Держи.       Элис не шелохнулась, продолжая внимательно вглядываться в глаза Мелани, словно ища в них подвох. Но Лоуренс была не из робкого десятка и стойко выдержала разглядывания Блэк и затянувшееся молчание, упорно продолжая держать руку протянутой. Вздохнув, Элис сдалась и забрав таблетки, закинула их в рот и проглотила.       — Довольна? — проворчала она, удобней укладываясь на кровати, не удосужившись вытащить из-под себя одеяло. — Вообще-то мы договаривались об одной таблетке.       — Не любишь проигрывать? — ехидно поинтересовалась Мелани, радуясь своей маленькой победе.       — Не люблю когда меня водят за нос и не люблю уступать.       — Иногда это бывает полезно. И даже приятно, — с соблазнительной улыбкой ответила Мелани, намекая на их поцелуй пару минут назад. Тогда Элис понравилось уступать: она видела это по сбившемуся дыханию и потемневшему взгляду. — Элис, позволишь мне загадать еще одно желание? Кажется, я заслужила.       — И чем это ты, мне интересно, заслужила? — скептически приподняв бровь, Элис ухмыльнулась.       — А кто спас тебя от верной гибели? Что бы ты делала без меня? — шутливо возмутилась Лоуренс. — Кто спас твою жизнь, а?       — Моя жизнь не стоит и цента.       Серьезность, с которой Элис произнесла это, стерла улыбку с лица девушки.       — Не говори так, — тихо произнесла Мелани, ласково поглаживая щеку Элис. Ей хотелось забрать из души Блэк всю тоску и боль, что терзали девушку изнутри, но все, что она могла, это проявить немного заботы, надеясь, что Элис не оттолкнет ее.       — Чего ты хочешь? — вдруг совершенно уставшим голосом спросила Блэк. Она сломалась. Дала слабину, и теперь была вынуждена расхлебывать их последствия. — Какое желание? Знай, я вправе отказаться.       Мелани кивнула. Она понимала, что поспорив сейчас с Блэк, она рисковала тем, что получит отказ. Шаткий, едва устойчивый статус друга был интересным новым ее положением в их общении. И сейчас она не хотела его терять.       Наконец, она собралась духом и робко улыбнулась:       — Можно мне… Можно мне, например, обнять тебя?       Сказать, что Элис выглядела удивленной — это ничего не сказать. На секунду Блэк даже потерялась, не зная, что ответить. В любой другой момент Мелани бы засмеялась, любуясь растерянностью Элис-всегда-все-державшую-под-контролем-Блэк, но сейчас напряжение в ней било через край, заставляя мозг работать в усиленном режиме.       — Обнять? — неверяще переспросила Элис, все еще уверенная, что она ослышалась.       — Да.       — Просто обнять?       — Ну не совсем, — серьезно ответила Мелани и заправила выбившуюся прядку себе за ухо. — Я бы хотела уснуть с тобой в обнимку.       — Просто заснуть? В обнимку?       — Боже, да, — Мелани засмеялась. — Это тебя так удивляет?       — Нет, нисколько.       Но Мелани видела, что удивляет, и, что самое главное, приятно. Элис была растерянна. Она ожидала услышать от Лоуренс предложение закончить начатое и заняться уже, наконец, сексом, чтобы после с самой довольной из улыбок ответить отказом. Но такая невинная просьба никак не вписывалась в ее предположения, ставя в тупик. И она действительно не знала, как поступить.       — Это же так просто, Элис, — Мелани не двигалась с места, давая Блэк возможность подумать еще немного. — Я ни на что не претендую, не настаиваю. Решай сама.       — Ладно, — не глядя на широко улыбающуюся Мелани, пробормотала Элис. — Только... аккуратно, пожалуйста. Не сделай мне больно, прошу.       Уязвимость в голосе девушки заставила Мелани двигаться осмотрительно и очень осторожно. Она залезла под одеяло и мягко прижалась к Элис, кладя голову ей на плечо. Мелани улыбнулась: она стала на шаг ближе к своей цели по соблазнению недоверчивой Блэк. Как бы то ни было, но она хотела выиграть, а если после они останутся с Элис друзьями, то она выиграет вдвойне. Положив руку на живот Элис, она невесомо погладила кончиками пальцев не скрытые участки кожи, чувствуя, как напряженные мышцы постепенно расслабляются под натиском ее легких ласк.       — Спокойной ночи, — Мелани оставила мягкий поцелуй на подбородке Блэк.       — Спи уже, — закрыв глаза, проворчала Элис и сильнее прижала девушку к себе.