Грех

На пошатывающихся ногах, кое-как торопливо одетая и завёрнутая в плащ, Йона шла по пыльному тракту, что вёл из Кууто — его массивные, крепостные стены ещё были слишком близки. Казалось, совершеннейшим чудом, что она смогла незаметно выбраться из Замка, вне стен которого она была всего лишь единожды, а потом ещё и из самой столицы, охваченной шумихой коронации. Но это и правда было чудом — сама длань судьбы вывела принцессу… — Ты ведь знаешь, какая судьба тебя ждёт, Йона? Ты ведь осознаёшь её? — Да, я обречена. Но я… пойду по этому страшному пути до конца! Она всё шла и шла. Солнце, чуть перевалившее через зенит, нещадно палило, но Йона не решалась снимать капюшон, чтобы не светить своими слишком приметными волосами. А Кууто ещё так близко, так близко — надо поскорей, как можно дальше от него уйти. Йона ещё никогда не ходила так много и долго. Мучительно хотелось пить. Пот ручьями лился с неё и она пару раз уже падала, но кряхтя и задыхаясь поднималась вновь и шла дальше. Дорога, по которой она сейчас вела свой путь, не была главной и посему людей здесь, — конных ли, пеших ли, — попадалось немного. Пару раз её окликали, справляясь не нужна ли помощь, на что Йона лишь, глубже натягивая капюшон, молча ускоряла шаг. Вечерело, когда Йона наконец покинула пределы золотистых, пшеничных полей, и тракт привёл её в лес, в чьи заросли, она не долго думая, углубилась. Она натыкалась на деревья, ветви цеплялись за одежду и царапали лицо; тут Йона спотыкается о корень и падает, но уже не в силах была подняться. Девушка лежит на подстилке гниющих листьев и смотрит, как стремительно сгущаются сумерки. Сейчас она впервые и совершенно одна в лесу, и скоро ночь. Но страх находился где-то на периферии сознания… И пусть там и остаётся — ей уже нечего бояться.

***

Йона, сама того, как не поняла, как заснула, так как, казалось, на мгновение закрыв было глаза, она очутилась в полной темноте. Страх, что был где-то на краю, подкрался ближе… Ночь, лес, где много диких зверей… У неё не было ничего, чем можно было защититься. Девушка поднимается и отряхивается от листьев и комьев земли. Проплутав немного, она находит огромное дерево с мощными, выступающими корнями — с трудом отломив от него толстую ветку, и выбившись из сил, опускается меж корней, словно в гнездо, и откидываясь спиной к морщинистому столетнему стволу, придвигает колени к груди и обхватывает их руками. Было довольно холодно. Как ни посмотри, всё это выглядело чистым безумием, но Йона знала, что делает, и куда идёт. Судьба приведёт её туда, куда нужно. Но главное до этого выжить. Взяв ту, с таким трудом доставшуюся ей палку, девушка очистила её от ветвей. Хоть, какая-никакая защита. Интересно… сможет ли она выжить… Она подумала об этом почти с равнодушием. Отчаянно затрясла головой. «Нет, нет! Ты должна! Ведь тогда, получается, что всё было зря!» Отогнала эти мысли и стала вслушиваться в тишину ночи, полную шорохов и шелеста. Похоже, она опять засыпала, так как что-то неуловимо изменилось… В трёх-четырёх шагах от неё стояла какая-то тёмная фигура. Йона резко подскакивает, хватая свою палку. — Не бойся, юная госпожа! — Тёмная фигура подошла ближе, поднимая руки, в которых, вроде ничего не было. — Я не причиню тебе вреда. Я хочу помочь. В темноте было мало что разобрать, девушка продолжала стоять, крепко, двумя руками, стискивая палку. Сердце билось так, что готово было выскочить из груди, но после того как незнакомец прервал эту тишину, какое-то странное чувство охватило девушку. И оно не являлось страхом. Неужели… доверие? — Ты ведь ни разу не была одна в ночном лесу, юная госпожа? — тем временем продолжил этот человек, видя, что свою импровизированную дубину, она не отпускает. — Неподготовленному человеку очень трудно выжить в лесу. А ты должна жить, госпожа. Несмотря ни на что… — Госпожа… — вдруг молвила Йона. — Ты меня, что, знаешь? — Да, — тихо сказали в ответ. — Вы принцесса Йона, моя госпожа. — Откуда ты меня знаешь?! Ты из замка и хочешь меня вернуть?! Нет, я не вернусь!!! — Нет, я не из замка. И разве ты не чувствуешь ничего, слыша мой голос? Доверься же мне, юная госпожа. И идём со мной. — Незнакомец протягивает к ней руку. И… Йона берёт её. Сердце девушки и правда почему-то верило этому ночному гостю, хотя разум и пребывал в нешуточных сомнениях. Этот человек, не скрывая, вздыхает с огромным облечением, и твёрдо, и в тоже время нежно, стискивает девичью ладонь. И ведёт куда-то в глубь леса. Но девушка свою палку не оставила…

***

Разглядеть его во мраке безлунной ночи она не могла, но судя по его голосу — это был достаточно молодой человек, юноша. И этот юноша, спустя какое-то время, привёл Йону к старой заброшенной хижине, что притаилась в глуби леса возле тихого ручья. И в ней горел огонь. — Ты здесь живешь? — Нет, это лишь временное пристанище для меня, и для тебя. Я уже давно за тобой наблюдаю, юная госпожа, но прежде чем показаться перед тобой, я подготовил это место. Хижина была почти пустой, здесь кроме пылающего очага и старого футона, ничего больше не было. Зато пол выстлан свежей соломой. У Йоны в голове роилось множество вопросов, но тут из котелка, что дымился в очаге, повеяло очень соблазнительным запахом, от которого у неё мгновенно скрутило живот и из него раздалось призывное, смущающее урчание. — Как раз вовремя — варево уже готово. Усадив девушку на футон, юноша откуда-то взял две плошки и разлив в них варево, подал одну принцессе и вручил ложку. Похлёбка была с травами и грибами, и, возможно, раньше Йона с негодованием и отвращением отвергла бы подобное кушанье, но сейчас съела её всю подчистую — так она была голодна. И вот, наконец, насытившись, девушка смогла толком разглядеть своего неожиданного помощника и спасителя. Это и правда был юноша — возможно, на год или два старше неё самой. Он был невысок, одет в светлые с оранжевым просторные одежды, коих ей никогда не доводилось видеть. Зелёный шарф обматывал его шею и такая же зелёная повязка была на всклокоченной голове с точащими во все стороны пшеничными волосами. Глаза у него были чистого голубого цвета и по-детски, наивно-распахнутые. И в тоже время, они были какими-то странными, что-то было в них… не так. Но понять, что именно не так, она не могла… — Так кто же ты? И почему ты мне помогаешь? — наконец прервала тишину Йона, когда этот странный юноша тоже прикончил свою похлёбку. — Ты ведь знаешь кто ты, юная госпожа? — вместо ответа спросил её желтоволосый. Принцесса хотела было издать удивленное восклицание, но, прикусив губу, передумала. Возможно, после случившегося, вряд ли стоит чему либо удивляться. — Да, — еле слышно молвит она, опуская взгляд. Да, она знает кто она, и поэтому… пойдёт до конца. — Так, знай же, юная госпожа, что я Орью Зено, твой жёлтый дракон, призванный служить тебе. — Юноша склонил перед сидящей принцессой голову. На этот раз, она не смогла удержаться — подскакивает, роняя плошку, что до сих пор держала в руках. — И, юная госпожа, знает, что я говорю правду, — предвосхищая её вопрос, добавляет он. Йона, переведя дыхание, опускается назад. Она продолжает молчать, переваривая услышанное. — Юная госпожа, знаю, отправилась искать своих драконов и вот один из них стоит перед тобой. Но осталось ещё трое. — Мне надо… попасть в земли клана ветра. Я слышала, что там где-то живёт святой отшельник, что способен указать мне правильный путь… — Значит пойдём сначала туда, — спокойно соглашается Зено. Всё равно… это было так неожиданно. Или… наоборот, предопределено? Куча вопросов вертелось у неё на языке, которые она уже не могла сформулировать, потому что на неё, после насыщения, навалилась усталость, пудовой тяжестью давящая ей на плечи, и смежающая веки. — Ты очень устала, госпожа. И телом, и духом. Ложись и спи, а я посторожу твой сон. Йона мешком повалилась на футон и сквозь полудрёму почувствовала, как её заботливо накрывают. Пробормотав благодарность орью Зено, принцесса провалилась… Но в не так желанное ей гулкое и пустое забытьё. Ей приснился сон, в котором Су-Вон предлагает ей быть его женой, и целует в губы. Но от этого она не испытывает и капли радости…