Туманы

Как остальным так удачно удаётся скрывать неудобство, Эдит не догадывалась, но мысленно поразилась этой способности. Может, они и вправду были всем довольны. Она же почувствовала, насколько болит тело и чешутся ноги. Эдит никогда не путешествовала верхом куда-то далеко и с непривычки уже начала грезить о привале, до которого, судя по всему, было ещё очень долго. Наискосок от неё на несколько шагов впереди ехал король, позади Персиваль, а за ним ещё несколько рыцарей и гвардейцев, которые если и называли свои имена, то Эдит всё равно не запомнила их и не особо стремилась. Впереди простиралось травяное море, в котором от порывов ветра и вправду будто поднимались и опускались волны. И хотя было дико неудобно, Эдит всё же нашла время поразиться тому, как солнечный свет играет на переливах травы, будто на настоящей воде. Всё это выглядело просто и вместе с тем как-то сказочно. — Здесь так красиво. Артур оглянулся назад на своих верных рыцарей, те только легко пожали плечами. Он перевёл взгляд на девушку, будто пытаясь понять всерьёз ли она это сказала. Эдит огляделась и поняла, что остальные были наверняка привычны к такому, а потому не разделили её восторга. — Что? — недоуменно моргнула она и продолжила в оправдание: — Я не часто покидала стены цитадели с момента как попала туда. — Я слышал магов осталось очень мало, — отозвался Артур, видя, что остальные не слишком расположены поддерживать беседу. — Как ты вообще попала к ним? Эдит прикусила губу, не глядя на него. Она знала эту историю достаточно хорошо, чтобы говорить о ней, но в то же время она знала её лишь со слов других. Её собственные воспоминания о детстве начинались там, где её уже окружали стены цитадели. — Мои родители привели меня к магистру, когда я была маленькой. — И оставили тебя там? — Да, — кивнула девушка. — Я их никогда не знала, как и не знаю почему они решили от меня избавиться. Она пожала плечами. Этот жест был каким-то слишком небрежным, будто ей было всё равно, но это было совсем не так. — Не очень-то весело, — протянул Артур в ответ. — Жизнь вообще не очень весёлая, — отозвалась Эдит, впервые за момент разговора снова поглядев на мужчину. На секунду ей показалось она видела в глубине его синих глаз что-то так похожее на то, что она видела в собственном отражении. Какая-то грустная тоска о том, чего ты никогда не знал. Тягость из-за того, что у тебя и не было шанса узнать, о том, что жизнь просто не дала тебе такого шанса. Эдит видела, что он собирался сказать что-то, но голос Персиваля прервал его раньше: — Вот и лес! Артур отвернулся, останавливая лошадь и приказывая остановиться другим. — Дальше пойдём пешком! Бедивер, Перси, Уитстик — пойдёте с нами. Остальные будут ждать здесь. Эдит мысленно поблагодарила небеса за возможность слезть с лошади. Однако наблюдая, с какой в буквальном смысле королевской грацией и легкостью Артур оказался на земле, она поймала себя на мысли, что теперь и ей нужно вылезти из седла максимально очаровательно и умело. Не успела она об этом подумать, как один из рыцарей короля (насколько она смогла вспомнить, именно его Артур назвал Бедивером) подошёл к лошади, придерживая её за поводья: — Вам нужна помощь, миледи? — Ой, да что вы! — наигранно махнула рукой Эдит, поднимаясь в стременах и перекидывая ногу через седло. — Я сама отлично справлюсь. Я не люблю путешествовать верхом, но уж с лошади-то я слезу само… Речь свою она так и не закончила. Край плаща зацепился за ремень седла, Эдит попыталась дёрнуть его на себя, но вместо этого только услышала звук рвущейся ткани и от резкого рывка потеряла равновесие и завалилась назад, буквально шлёпнувшись на несчастного рыцаря. Он едва предпринял попытку подхватить её на лету, но вместо этого сам оказался на земле, а Эдит шлёпнулась ему в ноги, пока одна её ступня, в процессе падения застрявшая в стремени, всё ещё болталась на весу. Раздавшиеся смешки тут же были прикрыты приступами кашля. Эдит дёрнула ногой и кое-как выпуталась из стремени, окончательно оказавшись на земле. Рука Артура отцепила злосчастный плащ, на котором теперь красовалась приличная дыра, и потянулась к девушке, помогая ей вернутся в вертикальное положение. — Простите, я не хотела, — извинилась она перед Бедивером, стараясь не смотреть на его лицо. — Спасибо, Ваше Величество. Я в порядке, если кому-то интересно. Еле заставив себя поднять глаза, Эдит только успела уловить, как король усмехнулся и покачал головой. А после услышала, как кто-то шепнул насмешливо: — Я уже начинаю думать, что её значимость для нас сильно переоценена. Эдит скривилась внутри, но сделала вид, будто не услышала. Она поймала себя на мысли, что ей нужно срочно сделать что-то этакое, чтобы все перестали воспринимать её несерьёзно. Что до Артура, было очевидно, что он ждал какого-то знака от Мерлина из-за этого загадочного места, но явно ожидал увидеть на месте Эдит кого-то более… профессионального. Что ещё раз убедило её, что ей необходимо нечто из ряда вон выходящее. С этой мыслью она упустила момент, когда мужчины двинулись к лесу, и пришлось догонять их. — Плохая идея — идти без плаща, — уведомил Артур, как только она поравнялась с ним. Он поглядел на верхушки деревьев, упирающихся в сизое небо, будто ждал дождя. Эдит и сама почувствовала легкую прохладу, хоть и убедила себя, что это не критично. В конце концов, дырявый тоже не слишком-то спасёт её в случае чего. — Вашему Величеству не стоит беспокоиться. — Скажешь, что умеешь управлять погодой? — Нет, — отрицательно покачала головой Эдит и с улыбкой пожала плечами. — Зато мастерски готовлю луковый суп. — Отлично. В случае опасности, ты нам суп сготовишь, — бросил ехидно один из рыцарей, которого, кажется, звали Уитстик, и которого она видела в комнате, когда пришла в себя. — А если на нас кто-нибудь нападёт, мы предложим им супа, — подхватил Персиваль. — Или закидаем тарелками с супом, — кивнул в ответ Уитстик. — Или суповыми луковицами. — У тебя же припрятана парочка? Эдит закатила глаза. Солнце золотило листья на деревьях, просвечивая сквозь кроны. Когда солнечный свет касался земли, она становилась будто мягче и ярче. Где-то в глубине леса изредка перекрикивались птицы, но в целом было тихо. И эта тишина казалась неправильной. Эдит не слишком много путешествовала, но даже она знала, что в лесу не должно быть так тихо. Пытаясь не слышать трескотню рыцарей позади, она украдкой глянула на Артура. Он выглядел сосредоточенно и как-то… взволнованно. Она подумала, что это наверняка невероятное чувство, когда ты надеваешь корону и вдруг понимаешь, что от твоего решения теперь зависят судьбы тысяч других людей. А он не был похож на того, кто готовился к такой жизни с детства. Конечно, Эдит слышала почти что мифические рассказы об Утере Пендрагоне и осознавала, что перед ней его сын, но всё равно Артур казался скорее не пафосным парнем, с которым ты просидишь целый вечер в таверне, чем королём в полном смысле слова. Даже не смотря на магический меч, который сжимала его рука. Он заметил её взгляд и та же ухмылка украсила лицо. Эдит на удивление не отвернулась, только моргнув пару раз. — Если будешь продолжать так смотреть, я уже решу, что ты в меня влюбилась. Впрочем, это и неудивительно. Тут трудно устоять. Эдит скривила губы от количества самодовольства на несколько предложений. — Скромность Вашего Величества поистине королевская, — бросила девушка, а потом добавила тише: — Уверена, корона вашего отца слишком мала для размеров вашего эго. Ему это не показалось оскорбительным, скорее забавным. И отчасти из-за этого Эдит чувствовала себя раскованнее. Она вообще привыкла говорить, что думает, но раньше ей не приходилось сталкиваться с монаршими особами, так что внутри она немного нервничала. Лес тем временем расступился, открывая взору путников голую равнину, на фоне которой кусок выжженной земли слишком сильно выделялся. Эдит ощутила что-то неприятное внутри, будто невидимая рука позади сжимала её горло, с трудом давая дышать. Голова потяжелела, и девушка сама не заметила, как оступилась почти что на ровном месте, едва не падая. Но от очередного такого унижения её спасла рука Артура, слишком сильно вцепившаяся в рукав. — Всё нормально? — с каким-то даже беспокойством поинтересовался он. Эдит помотала головой. — Я странно себя чувствую. Я могу открывать двери, но здесь будто кто-то уже делал это. Освобождаясь от руки короля, она быстрее остальных шагнула вперёд, стремительным шагом преодолевая расстояние до пустого места. Здесь не росла трава, не было ничего, только голая земля и бесконечная вибрация чего-то, что могли уловить не все. Отчасти это было похоже на то, что Эдит чувствовала возле той деревни, но здесь это словно было сильнее и в каком-то смысле настойчивее. И это ей совсем не нравилось. — Чувствуешь это? — голос Артура доносился из-за спины и был очень уместно-осторожным сейчас. — Будто какая-то… — Дыра, — прервала девушка. — Да, — сам не зная почему, согласился он мгновение спустя. — Так и есть. — В каком это смысле… дыра? — поинтересовался Уитстик, недоверчиво косясь то на девушку, касающуюся земли, то на короля. — Когда ты открываешь дверь куда-либо, это по сути дыра в пространстве. Как в ткани, когда она рвётся. Но здесь… — она замялась, подбирая нужные слова и раздумывая, как по-проще объяснить это. — Здесь будто кто-то проделал дыру с другой стороны. Не с той, где сейчас стоим мы. — Что это значит — «с другой стороны»? — поинтересовался Артур. — Это значит не из нашего мира. Мужчины встревоженно переглянулись. Эдит чувствовала, как тяжело и гулко бьётся сердце в костяной клетке. Здесь разлом был куда больше, чем у той деревни, и то, что проникало сквозь него, принимало масштаб куда больше. Словно какой-то поток неизвестной ей силы вливался сквозь невидимую дырку в пространстве. — Это опасно? — приглушённо спросил Артур, обращаясь только персонально к девушке, будто не хотел, чтобы другие слышали её ответ. — Нет ничего дурного в том, чтобы открывать двери в пределах нашего мира, если делаешь это умело. Но я никогда не встречала кого-либо, кто открывал бы двери в другие миры. Я лишь слышала, что так бывает. Но за всё нужно платить, а за такую магию тем более. И цена наверняка очень высока. Эдит повернулась к Персивалю, протягивая маленькую ладонь и произнося лишь одно слово: «Монету». Рыцарь порылся в карманах и вскоре протянул ей ту саму монету с символом. Эдит вдруг поняла, почему у неё ничего не вышло, когда она в Камелоте пыталась открыть дверь. Та сила, что вливалась сквозь разлом, будто мешала, как сугробы, которые наметает у дверей дома и которые не позволяют тебе выбраться наружу потом. — Что ты собираешься делать? — Через дверь можно шагнуть в обе стороны. И эта монета, кому бы она не принадлежала, попала с той стороны. Она опустилась на одно колено. Земля словно вибрировала. В глубине души Эдит отлично понимала, что она недостаточна подготовлена для такого, но отказаться от затеи значило сдаться, отказаться помогать. А если она будет бесполезна для молодого короля, её ждёт лишь одна дорога — обратно в цитадель. Где ни учитель, ни магистр точно не погладят её по голове за такое самоволие. Был лишь один шанс оправдать себя — выяснить, что это за дверь и куда она ведёт. А самое главное, кто её открыл. А потому Эдит призвала все свои умения, талант, способности и силы, закрыла глаза и позволила этой силе течь сквозь себя. Словно ищейка, которая следует за запахом добычи и выслеживает её в огромном лесу, так Эдит шла за следом монеты, который обрывался у разлома в пространстве, исчезал внутри. Ей нужно было лишь заглянуть за край, узнать, куда ведёт след. Но когда глядишь через край, всегда есть шанс, что ты сорвёшься. Небо еле заметно заволокли свинцовые облака, но вокруг вдруг стало как-то душно и темно, словно солнечный свет высосали вовсе. Деревья в лесу стали гнуться от ветра, но внутри такого небольшого пространства, где начиналась выжженная земля, ничего не чувствовалось, будто всё это место находилось под колпаком. Двое рыцарей, что стояли в отдалении, натянули плащи, пытаясь защититься от ветра. Артур не почувствовал даже лёгкого бриза. Вместо этого что-то невидимое и дико сильное сдавило ему грудь. То же он чувствовал, когда впервые коснулся меча. Но та сила была будто расположена к нему, желала, чтобы он подчинил её. Здесь же такого не было. Что-то мощнее его самого, мощнее во много раз, сжало всё его существо. Он пытался шагнуть вперёд, коснуться руки девушки, вскинувшей голову к небу, а пальцами упирающейся в землю, но не смог даже оторвать ногу от земли. Словно верёвки опутывали его с ног до головы. Артур оступился, упал на колени, слыша гул тысячи голосов, доносившийся снаружи. Будто дети, женщины, мужчины — все они разом выли, кричали, плакали, звали кого-то, а может и его самого. Он не мог разобрать. Эдит задыхалась. Она слышала шум ветра, но ничего не чувствовала. Распахнула глаза, расслышав только испуганный крик кого-то из рыцарей: «Артур!». Девушка обернулась, видя в шаге от себя молодого короля, согнувшегося, стоящего на коленях. Остальные, преодолевая порывы ветра, которые едва ли не сбивали их, с трудом передвигая ноги, пытались добраться до выжженного места, но словно сама природа была против них. Всё ещё не разрывая какой-то связи, утягивающей её всё дальше от реальности, Эдит коснулась сначала собственного лица, чувствуя кровь на губах. Пальцы стали склизкими. — Ваше Величество! Ваше… — с трудом пересиливая себя, чувствуя, будто у неё полный рот воды, позвала Эдит, глядя на короля. Он не отзывался, хотя плечи шевелились от быстрого дыхания. — Артур! Она протянула руку, схватила его за рукав. Мужчина мгновенно поднял голову. Его глаза светились синим блеском, будто внутри него горело голубое пламя. И в этот миг шум, вой голосов, сила — всё стало невыносимым. Эдит только почувствовала, что открылась дверь, но это сделала не она. Она не шагнула, её просто затянуло внутрь раньше, чем она успела разжать пальцы.