Von Hass zu lieben einen Schritt

Pov Себастьян

       Я нервно шагал по коридору рядом с дверью своей комнаты, где была Клэри. Пару часов назад она упала в обморок, и я немедленно нарисовал ей иратце, но ничего не получалось. По ее бедру текла кровь и я, испугавшись, немедленно написал огненное послание Катарине Лосс с просьбой о помощи. Она появилась незамедлительно с огромной сумкой разных таблеток, баночек с мазями, бинтами и выставила меня за дверь. Я не знал, что делать, лишь изредка слышал стоны боли Клэри и даже один раз она кричала. И от этого мне крышу сорвало окончательно. Я рванул в подвал к парню, который издевался над Клариссой и выпустил весь пар, хорошенько избив его, наслаждаясь его криками, а затем опять вернулся в коридор. Я съехал по стене вниз и сидел на полу, закрыв на пару минут глаза, восстанавливая сбившееся дыхание. Костяшки были разбиты и маленькие капельки крови появились на бледной коже.        Дверь комнаты открылась и из неё вышла Катарина. Ее белоснежные волосы были убраны в пучок, из которого вылезло несколько прядей. Через щель я заметил, что Клэри лежит на животе, а на ее лопатки наложены бинты. Лосс держала какие-то баночки в своих руках, а затем подошла ко мне. Меня всего трясло и я не знаю от чего.       — Сейчас она спит, я помогла ей избавиться от кошмара. Обморок — это обычная реакция организма на обильное кровотечение, а ещё повлиял стресс на ее организм. Внутреннее кровотечение остановилось, и серьёзных повреждений внутри нет. Ей нужен хороший сон и будешь давать ей вот эти таблетки, потому что руны здесь бессильны. — Катарина протянула эти баночки мне, а я облегченно выдохнул. Она в порядке, а это сейчас самое главное. Я рассматривал их, крутил в своих руках и потом посмотрел на Лосс. Она была уставшей, потому что исцеление заняло у неё много сил.       — Что в них?       — Вот здесь — обезболивающее. Оно облегчит ей передвижение и снимет боль во всем теле. Давай ей два раза в день или когда боль будет невыносимой. В этой, с синей этикеткой – успокоительное. Их давать три раза в день, если перестанут помогать, то принесу посильней. С зелёной — давай перед сном, чтобы облегчить сон и ей не снились кошмары. С желтой — противозачаточные. Их один раз в день в течение четырёх дней давай.       — Ты думаешь, что она может забеременеть? — я повертел белую баночку с желтой этикеткой и посмотрел на Катарину. Если Кларисса забеременеет, то я не знаю, что сделаю с тем парнем, но в конце я точно убью его, медленно и мучительно. Этот кусок дерьма посмоел своими похотливыми рученками облапать Клэри и испортить ей жизнь, ни за что.       — Точно могу сказать, что нет, но для профилактики пусть принимает. На момент изнасилования она уже вела половую жизнь, поэтому ей стоит предохраняться. — Я облегченно выдохнул и провёл ладонью по волосам. Зная Клэри, то она бы не выдержала этого. Да, она действительно сильная, но выдержать такое и не сломаться, это невозможно. Возможно, Кларисса действительно была права, когда говорила, что нам нужно разойтись. Я приношу ей только боль, которую она терпит, подняв голову вверх, показывая, что ее не сломить.       — Хорошо.       — И ещё, Себастьян. Мой тебе совет. Как только она придёт в себя, то будет лучше увезти ее отсюда. Все произошло здесь, в месте, которое она считает своим домом. Ей нужно время, чтобы хоть немного забыть произошедшее. Увези ее отсюда на ближайший месяц, а то может и два. Ей нужен тот, кто подержит ее. Оставь трон и помоги ей, если она дорога тебе.       — Завтра же я увезу ее, как можно дальше. - Я тяжело выдохнул и посмотрел на дверь, за которой находится Клэри. Она - моя болезнь и никому этого не понять. Не понять насколько сильно я в ней нуждаюсь.       — Магнус сейчас находится в Дубаях. Им будет, полезно встретится и поговорить. Я знаю, что ты против Бейна ничего не имеешь, поэтому и говорю тебе это.       — А, что если стереть ей этот день из памяти? – Эта идея показалось мне очень заманчивой. Если Клэри все забудет, то ей станет легче жить. Она не будет терзать себя этим, не разочаруется в мире, где живут мертвые души. Клэри сможет спокойно жить, радоваться жизни. Между нами повисла тишина, потому что Катарина обдумывала мое предложение.       — Ты сделаешь ещё хуже. Кошмары от этого не уйдут. Ты поможешь ей, если не оставишь одну. Не дай Клэри замкнуться в себе, покажи ей, что жизнь на этом не остановилась.       — Спасибо, Катарина. - На моём лице расцвела вымученная улыбка, показывающая, что я ей благодарен. Я давно понял, что не все представители нижнего мира мусор, от которого нужно избавить весь мир. Так считал отец, но не я. Многих уважаю не смотря на их кровь. Анастэйша, Магнус, Катарина - этим троим я верю безоговорочно, а первой даже восхищаюсь, но не так, как Клариссой. Мелкая для меня всегда будет на первом месте.       — Пожалуйста. Мне пора, скоро начнётся моё дежурство. Если таблетки начнут заканчиваться, то напиши мне, и я принесу ещё. — Я, кивнул головой, в знак согласия и прокручивал у себя в голове множество мыслей того, как поступить. Катарина медленно направилась на низ, а я зашёл в комнату к Клэри.        Она мирно посапывала на кровати, и часть ее одеяла была испачкана. Я достал из шкафа новый комплект постельного белья и аккуратно стащил с Клариссы это одеяло, накрыв ее своим. Откинув испачканную простынь в сторону, я застелил одеяло и положил его на кровать, рядом с Клэри. Она такая бледная и кровь кажется на ее коже ещё более алой. Я прошёл в ванну и взял небольшую мисочку и тряпку. Нужно стереть это, потому что ванну она так и не успела принять. Сажусь на кровать и отодвигаю край одеяла в сторону, прохожу влажной тряпкой по ее бедру, а затем протираю спину, не касаясь ее ран.        Я сразу вспоминаю, как отец избивал меня и тогда, у меня тоже шла кровь, была высокая температура. Мы стали с Клэри ещё больше похожи. Только вот, когда это происходило со мной, то меня некому было поддержать, я был один, а у Клэри есть я. Никогда, наверное, не смогу простить себе это. Позволил кому-то навредить моей девочке.        Она повернула голову, и я мог рассмотреть ее лицо. Длинные чёрные реснички подрагивают, и она жадно втягивает воздух. Ей больно даже во сне. Под глазами залегли тени, нижняя губа вся искусана. Я так сожалею, что оставил ее одну, понадеялся, что ей ничего не будет угрожать.        Мы придумали план, в котором мне нужно было прикинуться мертвым. Благодаря заклинанию Лилит эта стрела не убила бы меня. Перед этим я выпил снадобье, принесенное Бренвелл, которое должно было замедлить пульс и остановить его на время, а затем спустя час дать противоядие. Если бы я сразу ринулся в бой, то они бы убили Клэри. Для них это ничего не стоит.        Я провёл ладонью по рыжим спутанным волосам Клэри и улыбнулся. Она сейчас рядом со мной, жива. Теперь останется только собрать вещи и уехать, как можно дальше от этого места. Меня самого немного напрягает пребывание здесь, после случившегося. Отправится в Арабские Эмираты заманчивая идея. Два года назад Валентин там построил огромный дворец, который превосходит даже особняк Моргенштернов. Он не пожалел денег на его постройку. Наверное, это самая большая резиденция нашей семьи во всем мире. Я там был однажды, когда отправился проверить, как идёт постройка. Кругом мрамор, украшения из золота, хрустальные люстры, окна от пола до потолка.        Думаю, что Клариссе там должно понравиться, особенно как художнику. Прогуляемся с ней по городу, свожу в лучшие рестораны. Дубаи особенно прекрасны ночью, когда миллиарды огней зажигаются в высоких небоскребах, которые стремятся к небу.        Я поднялся с кровати и пошёл в комнату Клэри, которая была почти разрушена. Я хотел поговорить с ней насчёт письма Джейса, но потом понял, что это бессмысленно, потому что она любит меня и не предаст. Каждый раз, когда она говорит это, то мое сердце начинает биться как сумасшедшее. Так долго я ждал от неё этих слов и вот получил.        Мимо прошла служанка, и я приказал ей собрать вещи Клариссы, которые могут пригодиться. Все вечерние платья, туфли, украшения. Они понадобиться ей, потому что я собираюсь показать ей ночной город, сводить на главные мероприятия и вечера. Она должна жить и забыть, что произошло. Все остальное куплю ей там.        Завтра мы отправимся в мир примитивных, и целых два месяца будем жить как обычные люди. Ненастоящие паспорта с настоящими именами, с огромной кучей денег. Для общества мы будем обычной светской парой не более. Уже не раз я представлялся одним из крупных бизнесменов, которые имеют власть, а Кларисса будет представлена, как моя невеста. Никто не будет знать про наши кровные узы и это будет просто превосходно.        Сестренка сможет почувствовать себя свободно и не бояться осуждающих взглядов прохожих, которые будут шептаться за нашими спинами. Везде я буду рядом с ней и не дам замкнуться в себе.        Я прошёл в свой кабинет, в котором уже все сияло от чистоты, и налил себе виски. Теперь больше всего ненавижу это место, потому что оно пропитано болью, которую пришлось испытать сестренке. Я как будто слышу ее крик, который отдается от стен. Янтарная жидкость приятно обожгла горло, и я расслабился на пару минут. Не знаю, как теперь вести себя с Клэри. Можно ли к ней прикасаться или она не захочет этого, как с ней общаться, чтобы случайно не спугнуть.        Схватив ручку, аккуратным подчерком я написал Магнусу о том, что завтра мы с Клариссой появимся на его вечере, где соберется вся элита общества от представителей нижнего мира до примитивных, имеющих власть. И самое прекрасное, там не будет нефилимов. Большая часть знает меня, но не знают Клариссу, поэтому она не будет бояться. Ей будет полезно поговорить с Магнусом, ведь он почти с самого детства был рядом с Клэри. Возможно, потом ей разрешу встретиться с Джослин, потому что она ее мать. Клариссе нужна поддержка близких сейчас больше, чем когда-либо.

Pov Кларисса

       Я открыла глаза и недовольно протерла ладонью глаза. Солнечный свет падал прямо на меня, потому что никто не соизволил закрыть шторы. Я посмотрела в окно и разочарованно выдохнула. Пару дней назад я бы радовалось такой солнечной погоде, но сейчас мне больше всего хотелось, чтобы пошёл дождь, были гром и молния.        В голове как-то пусто, совершенно не помню, что происходило ночью. Вроде бы я пару раз просыпалась и кричала от боли, чьи-то тёплые руки гладили меня по волосам. Все как в тумане. Поворачиваю голову в другую сторону и вижу мирно спящего Себастьяна. В памяти всплывает наш вчерашний разговор, после того, как он спас меня от новых терзаний. Я благодарна ему за то, что не оставил меня, потому что одна я бы это не пережила. Я не сильная, как думала вначале.        Моргенштерн обнимал подушку и выглядел так мило, только вид у него был усталый. Я чувствовала запах алкоголя, который смешался с его ароматом. Его кожа была такой бледной, но это шло ему. Не сдержавшись, провела тыльной стороной ладони по его щеке, и Моргенштерн перехватил мою руку. Я, испугавшись, дернула рукой и почувствовала ноющую боль в спине. Себастьян открыл глаза и посмотрел на меня, сканировал взглядом, а затем поднес мою ладонь к своим губам и поцеловал. Нежно прикоснулся губами к кисти, от чего дрожь прошла по телу. Себастьян заметил это и отпустил мою руку.       — Доброе утро, любимая. — Я видела в его глазах сомнение, потому что он боялся и не знал, какой реакции от меня ожидать. Я понимаю его. Себастьян не хочет приносить мне дискомфорт и напоминать о случившемся, поэтому так осторожен.       — Доброе. — Я улыбаюсь, показывая, что все в порядке, что не стоит волноваться, хотя на самом деле ничего не в порядке. Я как ненормальная вздрагиваю от его прикосновений и не из-за того, что мне противны его касания, а от того, что воспоминания мучают. Поворачиваюсь на бок и морщусь от боли во всем теле, но она уже не такая, какой была вчера. Ее можно вытерпеть.       — Как ты? Ничего не болит? — Себастьян приподнимается и садится, осматривая меня с головы до ног. Такая забота с его стороны непривычна. Он внимательно смотрел на мою спину, скорее всего проклиная весь мир.       — Спина немножко и все. Что вчера произошло? — Кое-как мне удалось сесть, придерживая простынь, чтобы скрыть наготу. Моргенштерн поднялся с кровати и пошёл к шкафу одеться, а потом пошёл в ванну. Я видела, что он там что-то творил, но вода заглушала его шаги. Спустя пару секунд он вышел и облокотился об дверной косяк, внимательно изучая меня.       — Ты упала в обморок, и я написал Катарине Лосс. Она появилась и наложила на твои лопатки какую-то целебную мазь. У тебя была высокая температура и опять кровотечение. Катарина остановила это и дала мне таблетки, которые придётся тебе давать, так как руны здесь бессильны.       — Хорошо. — Я кивнула и опять посмотрела в окно. Белые шторы колыхались из-за ветра, и свежий воздух наполнял комнату. Я сделала вдох и шумно выдохнула. Как же больно. Мне казалось, что я могла чувствовать каждое движение мышц при вдохе и выдохе. Но боль неё было в душе. Я, наверное, выгляжу как живой труп окутанный злом. Кругом одно сплошное зло. Я понимаю, что я не святая и во мне есть частичка чего-то плохого, но что я сделала такого, чтобы заслужить все это.       — У меня есть для тебя новость. Мы уезжаем сегодня из особняка на ближайшие два месяца. Катарина сказала, что тебе нужно забыться. — Моргенштерн вырвал меня из моих мыслей, где я мучаю сама себя. Мне отчасти было плевать, что говорит Себастьян. Мне не интересно это. Чтобы забыться, мне нужно несколько бутылок дорого бухла, а не смена обстановки. Хотя, прокататься и освежиться, тоже не помешает.       — И куда мы отправимся? — Выгибаю бровь и наблюдаю, как Себастьян устало выдыхает. Плохо спал, сразу видно, да и ещё алкоголем от него несёт. Пытался снять напряжение, ведь целую ночь возле меня провёл, пока Катарина лечила меня.       — В Дубаи. Там, кстати сейчас Магнус отдыхает. — Моргенштерн провёл ладонью по волосам, а затем посмотрел назад в ванну, после чего прошёл и выключил воду. Что он там делать собрался? Я опять легла на кровать и прикрыла глаза. Отправиться в Дубаи ничего такая идея, особенно если учесть, что там будет Магнус. Смогу поговорить с ним и попросить стереть все это из моей головы.       — И ты мне разрешишь увидеться с ним? — Себастьян прошёл и сел на край кровати, положив ладонь на моё бедро. Я открыла глаза и посмотрела на него, ожидая ответ на свой вопрос. Взгляд брата устремился на стену, и я смогла рассмотреть его. Он выглядел так красиво, даже если учитывать, что в нем кровь демона. Для него не страшен Божий гнев, потому что с адом трафик налажен. В голове всплыли слова Нейтана, который говорил, что Моргенштерны падшие, но ведь на самом деле так и есть. У каждого из нас есть свой смертный грех, и мы не стремимся оправдывать себя за это. Нам легче падать в глазах общества, чем прикидывать нормальными и скрывать истинное лицо.       — Мы идём к нему на вечер, только, если ты будешь чувствовать себя хорошо. — Моргенштерн посмотрел на меня, ожидая моей реакции, но я лишь вымученно улыбнулась. Такая натянутая и фальшивая улыбка, от которой не веет радостью, лишь болью.       — Спасибо. Можно мне в ванну? — Я приподнялась, и тут все перед глазами поплыло, и в голове отдавалась пульсирующая боль. Ещё чуть-чуть и я бы упала, но Себастьян ловко подхватил меня на руки и понес в ванну. Вырваться не стала, потому что сил не было. Его прикосновения приносили удовольствие и спокойствие. Себастьян аккуратно опустил меня в воду, а потом отошёл к полке с разными баночками.       — Пока будешь лежать в ванне, я попрошу, чтобы тебе приготовили завтрак, а потом помогу тебе помыться. Будут какие-то особые пожелания? — Себастьян подмигнул мне, чем вызвал улыбку. Схватив баночку с розовой жидкостью, он подошёл к ванне и вылил содержимое в воду. Пена быстро начала расти и в итоге она падала на пол.       — Только кофе. — Я откинула голову назад, расслабившись. Как же хорошо. Себастьян опять прошёл в комнату и стал перебирать какие-то баночки на тумбочке, которые я вначале не заметила. Открыв одну из баночек, высыпал таблетку на свою ладонь.       — Размечталась. Значит, я решу, что ты будешь кушать, потому что некоторые лекарства нужно принимать после еды. И мне не нужно, чтобы ты в обморок упала вновь. Второй раз я не переживу. — Он улыбнулся и потом исчез с поля моего зрения. Я слышала, как открылась дверь комнаты, а потом разговор между братом и служанкой. Моргенштерн отдал приказ приготовить мне завтрак и принести сюда, потому что видетели я сама не спущусь. А ещё попросил принести стакан с водой, чтобы очевидно запить таблетку.       — Ты всех нас переживешь. — Я крикнула ему и скорее всего он улыбнулся. Спустя пару минут дверь комнаты открылась и снова закрылась. Себастьян зашёл в ванну со стаканом воды, а в другой держал таблетку.       — Выпей. — Моргенштерн протянул ее мне вместе со стаканом. Я посмотрела сначала на таблетку, а потом на Себастьяна, после чего решила задать волнующий меня вопрос:       — Что это?       — Противозачаточные. — Себастьян сказал это таким обыденным тоном, а у меня внутри все перевернулось. Нет, нет, нет. Этого не может быть. Я не верю в это. Еще маленький срок и это скорее всего ошибка. Я положила ладонь на живот, и все тело пробила дрожь.       — Ты думаешь…       — Нет, Клэри ты не беременна. Катарина сказала, что точно нет. Это профилактика. — Я облегченно выдохнула, что не прошло мимо внимания Моргенштерна. Быть беременной в семнадцать это не нормально, потому что я ещё сама не пожила, не насладилась жизнью.Я взяла таблетку и выпила ее, запив водой из стакана, после чего вручила его назад в руки Моргенштерна. Он улыбнулся и пошёл на выход из комнаты, но я остановила его.       — Себастьян. — Моргенштерн повернулся и посмотрел на меня, ожидая, что я скажу. Я прикусила нижнюю губу, немного сомневаясь в правильности своего решения. Этот вопроос меня долго мучает и я мысленно тысячу раз представляла этот разговор. — А ты бы хотел детей?       — Что за глупый вопрос? Конечно. Особенно от тебя, как можно больше. Сейчас рано об этом думать, ты сама ещё ребёнок. - Моргенштерн прошёл назад в комнату и сел рядом с ванной на мраморный пол. Он погладил меня по голове, а я скривилась от этого жеста. Не люблю, когда трогают мои волосы.       — А кого именно ты бы хотел? Мальчика или девочку? - Себастьян задумался и посмотрел внимательно на меня, а я ожидала ответа на свой вопрос. Я лично всегда хотела девочку, которая будет копией своего отца. Не знаю, почему именно так, но было бы классно, если девочка будет похожа на Себастьяна. Эти пепельно-белые волосы, аристократическая бледность кожи, только вот глаза, чтобы были изумрудными, как у меня, а не такими пронзительными как у брата.       — Обоих. К чему эти вопросы? - Моргенштерн с подозрением посмотрел на меня, а я залилась румянцем и отвернулась, чтобы не смотреть ему в глаза. Не сказать же ему о том, что я хочу маленькую копию его через пару лет, которая будет носиться по особняку и портить семейную реликвию. Только, вот не хочу, чтобы ребёнку угрожала опасность.       — Мне просто интересно. - Я пожала плечами и сделала самое невинное выражение лица, на которое только способна. Только, вот на Моргенштерна это не подействовало. Он может понять, когда ему открыто врут, только взглянув в глаза.       — Тебя что-то тревожит. Рассказывай. - Себастьян наклонил голову в бок и подозрительным взглядом прожигал во мне дыру. Он не отстанет, пока не узнает всех подробнестей. Ему обязательно нужно влезать в душу и как самой последней сплетнице разузнать каждую деталь. Я тяжело выдохнула и все-таки рассказала ему:       — Я просто боюсь забеременеть и оказаться не нужной тебе с ребёнком. - Я выпалила это на одном дыхании и нырнула в пену чуть ли не с головой. Все лицо горело от злости и смущения одновременно. Брови Моргенштерна поднялись и на лице появилась улыбка. Я сейчас чувствую себя идиткой за то, что начала этот разговор.       — Кларисса Адель Моргенштерн, ты дура. Я никогда тебя не оставлю, особенно беременную. Я с тебя взгляда не сведу, будешь у меня под наблюдением круглосуточно.       — Больше всего я боюсь, что ему смогут навредить, как мне. - Я опустила голову вниз и посмотрела на воду. Нас окутала тишина, которую решил нарушить брат.       — Никогда, слышишь? Никогда не сомневайся в том, что я позволю этому случиться. - Себастьян взял моё лицо в свои ладони и проводил подушечками пальцев по линии скул. Я была вынуждена поднять глаза, наполненые слезами и посмотреть на него.       — Но ты уже позволил. - Я тихо прошептала это, вкладывая всю боль, что мне пришлось испытать. Для брата это стало словно звонкой пощечиной, которая заставила его убрать руки. Он опустил взгляд на мраморный пол, а я смотрела на него так, как будто это он во всем виноват.       — Если бы я мог, то вернул время назад и не позволил случиться этому. - Я отвернулась от него, давая понять, что разговор закончен и я больше ничего не хочу слышать.        Моргенштерн поднялся с пола и пошёл на выход, а я провожала его взглядом. Я задела его, хотя совсем не хотела этого. Слова сами как-то вырвались, я даже не подумала об этом. Это просто было похоже на крик души, где все были виновны в случившемся, особенно я. Не смогла защитить себя, потому что была наивна и до последнего верила, что Себастьян придет и он пришел, только поздно. Я чувствовала, как в душе все ломалось и слезы безвучно стекали по щекам. Как же больно, противно, обидно в конце концов. Мне просто нужно побыть одной и во всем разобраться.        Смотрю на себя в зеркало и вытираю слезы, не переставая закусывать нижнюю губу. Я жадно втянула воздух и нырнула под воду. Стук сердца отдавал в ушах звоном, и я в уме считала каждый удар. Ритм увеличивался, а в легкие попала вода, которая обжигала. Я уже расслабилась, но кто-то схватил меня за руки и вытянул наружу. Я начала кашлять, выплевывая воду и пыталась сфокусировать взгляд. Передо мной стоял Себастьян, а в его чёрных глазах ярким огнём горел гнев вперемешку со страхом. Каждая жилка на его лице была напряжена и он жадно втягивал воздух.       — Ты совсем ебанулась? Мне тебя на минуту можно оставить? На тот свет решила съебать? Размечталась. Теперь от меня так легко не избавишься. Руку дай.        Моргенштерн взял мачалку и нанес на неё какое-то средство, даже ни на минуту не взглянув на меня. Я протянула ему правую руку, а он нежно взял ее и начал намыливать мочалкой кожу, стирая произошедшее с тела. Его движения были плавными, расслабляющими от чего сердце защемило. Себастьян так меня любит, а я чуть не совершила главную ошибку в своей жизни. Он всячески игнорировал меня, лишь аккуратно протирал нежную молочную кожу, а потом спускается к груди и с безразличным выражением лица моет меня, а я лежу спокойно. Моргенштерн злиться на меня за мою халатность, ведь он действительно боится за меня.       — Прости.       — Клэри, я боюсь за тебя. Больше никогда так не делай. Я понимаю, что тебе тяжело, но это уже слишком. У меня чуть сердце не остановилось. Совсем уже мозгов нет? Отшибло все? - Себастьян откидывает мочалку в сторону и смотрит на меня своим пронзительным взглядом от которого дрожь проходит по телу. Чувствую себя нашкодившим ребёнком перед ним. Он опять перевёл взгляд на стену и опустил голову на бортик ванны.       — Прости, Себастьян. — Я провела мокрой ладонью по его пепельно-белым волосам и тогда он поднял на меня взгляд. Решившись, я дернулась вперёд и обняла Себастьяна, крепко прижимая к себе. Вода немедленно намочила его, но ему было откровенно плевать. Моргенштерн обнял меня, притянув к себе и успокаивал, пока я плакала, громко всхлипывая.       — Успокойся, все хорошо. - Он нежно коснулся губами моего плеча и я начала успокаиваться, но по прежнему не отпускала его. Я почувствовала, как его дыхание обожгло кожу, когда он резко выдохнул. Только спустя несколько секунд до меня дошло, что я прижимаюсь обнаженной грудью к нему. Я всяпокраснела и отпустила его, нырнув в пену. Себастьян улыбался и сдерживал смех. - Пойдём, нам пора собираться и отправляться в путь. У нас есть целых два месяца, чтобы осмотреть Дубаи вдоль и поперёк.       — Спасибо, что делаешь это. - Себастьян поднялся и приблизился ко мне, а я воспользовавшись этим, дернула его на себя и он упал на меня, расплескав воду. Я залилась смехом и обняла его, прижимая к себе. Моргенштерн удобно устроился между моих ног, откинув голову назад, на мою грудь.       — Все только для тебя, любимая. - Он недовольно проборматал, потирая ушибленное место на локтях. Я ещё сильнее засмеялась, но Моргенштерн был весь напряжен и это заставило меня прекратить. Себастьян начал успокаиваиться, когда я запустила пальчики в его волосы. Его мягкие волосы струились между пальцев как жидкое серебро, а брат чуть ли мурлыкал, как кот. Он открыл глаза и посмотрел на меня, а я не смогла сдержать улыбку. - Я просто боюсь случайно напомнить тебе о случившемся, пока мы находимся здесь, поэтому мы узжаем.       — Я все равно буду это помнить. Теперь я усвоила урок, что этот мир прогнил, но это не значит, что я сдамся. Я буду сильной, ради тех, кто мне дорог и кого я люблю. - Я коснулась губами макушки Себастьяна и уловила радостную улыбку брата, который во всю начал меня лапать. Пройдется ладонью, то вверх от бедра к колене, то вниз, вызывая во всем теле дрожь от удовольствия.       — Это приятно слышать.        После этого наши взгляды встретились и я могла с точностью сказать, что с ним я уверенна, что мне ничего не грозит. Он нежно поцеловал меня в губы, а потом опять улегся на мне и наслаждался моментом, не забывая гладить мою ногу. Мы лежали в ванне и смотрели на окно, где лучники солнца освещали все вокруг. Себастьяна совсем не волновало, что он наполовину одет и его одежда промокла до ниточки. Он не хотел портить этот момент, как и я.

***

Дубаи, Арабские Эмираты.

       Мы ехали в красной Ferrari по улицам Дубая. В салоне играла музыка, которая немного успокаивала. Себастьян ловко обгонял другие машины, что это даже не чувствовалось, настолько плавно ехала Ferrari, хотя скорость брат заметно превысил. Моргенштерн внимательно следил за дорогой и лишь изредка кидал взгляды на меня. Я тихо сидела и смотрела в окно, рассматривая, что твориться за окном. Высокие небоскребы стремились достать до облаков, вдоль улицы расположены многочисленные отели, рестораны, торговые центры. И вдалеке я заметила самое высокое здание. Я про него однажды читала в википедии и смотрела программу, где упоминался этот небоскреб. Бурдж-Халифа занесен в книгу рекордов Гиннеса, так как в нем расположено самое рекордное количество этажей. Сама форма асимметричная и здание отделано стеклянными панелями. Я хочу увидеть его вблизи и нарисовать.       — Где наш дом? — поворачиваю голову и смотрю на Себастьяна, который переключил передачу и опять обогнал машину, ловко перестраиваясь с одной полосы на другую. Он посмотрел на меня, а потом опять на дорогу.       — В районе Джумейра. — Я выгибаю бровь, давая понять, что это для меня ничего не значит и Моргенштерн тут начинает пояснять. — Это элитный пригород, где живет коренное население и те, у кого есть деньги, то есть у нас. Он выглядит как пальма из шестнадцати листьев и ствола, окруженный полумесяцам. Этот остров ненастоящий, а искусственный. А еще у нас есть собственная пристань.       — Ух, ты. А где живет Магнус? — Себастьян недовольно смотрит на меня, потому что я отвлекаю его от дороги или потому что слишком любопытная. Моргенштерн надавил на газ, и мы выехали на другую дорогу, которая находилась над Пирсидским заливом. Какая красота. По бокам виднелись пентхаусы, виллы, в которых живёт элита общества, судя по словам брата. Здесь парочка высоких зданий, которые, скорее всего, являются отелями.       — В самом высоком здании мира. — Я открыла рот от удивления. Неужели мне выпал шанс увидеть этот небоскреб изнутри? Моргенштерн наблюдал за моей реакцией, не скрывая улыбки. В его чёрных глазах загорелись огоньки веселья.       — Серьезно? Я побываю в Бурдж-Халифа? — не веря в своё счастье, переспросила. Откинувшись на спинку сидения, блаженно закрыла глаза в предвкушении. Интересно, какого это смотреть с самого высокого этажа на город, особенно ночью? Наверное, все это кажется лишь маленькими огоньками снизу.       — Не сомневайся. Нам назначено на шесть вечера, только перед этим у меня для тебя сюрприз. — Себастьян хитро улыбнулся, а я открыла один глаз и подозрением посмотрела на брата. Светится весь от предвкушения, как ёлка новогодняя. Ой, что-то мне не нравится его настрой. Слишком подозрительно. С утра место себе не находил от злости и переживаний, а сейчас какой-то спокойный, даже радостный.       — Звучит заманчиво. — Мурлычу как кошка и удобней устраиваюсь на кресле, чтобы спина так сильно не болела. Катарина наложила целебную мазь, благодаря, которой раны начали затягиваться, и я смогла самостоятельно двигаться. Правда, с Себастьяном мы престижно из-за этого поругались, где я получила люлей, и мы договорились, чтобы не геройствовала и если мне плохо, то немедленно скажу. Он меня до портала нес, а потом до машины.       — Тебе понравиться, обещаю. — Себастьян положил свою ладонь на моё бедро и поглаживал его. Не знаю, кого больше это действие успокаивает. Как же приятно. Я вижу, что Себастьян мучается из-за меня, но делает вид, что спокоен, надевая маски, только вот я знаю его. И сейчас он рад, потому что нам предстоит два месяца совместного время провождения.       — Смотри мне. — Я угрожающе махнула пальцем, перед ним и посмотрела на него таким серьёзным взглядом. Моргенштерн словил мою ладонь и поцеловал, а я вся румянцем залилась. Я вырвала свою руку и отвернулась к окну. Машина повернула налево и поехала вдоль дорогих особняков и между домами я видела залив. На темно-синей глади иногда появлялись волны. Между нами повисла неловкая тишина, и я решила хоть немного разрядить. — Себастьян, а почему здесь нет нефилимов?       — Потому что эта территория принадлежит высшим слоям нежити. — Что-то в Моргенштерне погасло, когда я выдернула руку. Не знаю, что на меня нашло. Именно от этого действия меня всю передернуло, хотя мы видели друг друга обнаженными и здесь нечего смущаться. Мы как будто вернулись ко всему сначала.       — Но мы здесь. Правильно ли нас примут? — Я отвернулась назад к окну и просто тупо пялилась в окно, лишь бы не встречаться с ним взглядами. Себастьян стал сбрасывать скорость, а это значит, что мы уже почти приехали. Впереди был высокий трёхэтажный дворец. В прямом смысле этого слова. Окна от потолка до пола, которые сияют от чистоты, несколько балконов, на которых стоят кресла и маленькие столики. Себастьян притормозил возле этого дома и ждал, пока откроются кованые ворота, чтобы машина заехала во двор и в гараж. Спустя пару секунд мы въехали, и тут я не сдержала слов восхищения смешанных с цензурой. Огромный бассейн, сад с фонтаном в четыре яруса на верхушке, которого сидит золотой павлин. Это никогда не сравниться с особняком Моргенштернов, потому что это творение искусства.       — Можешь не волноваться. Многие знают меня и уважают, а некоторые даже очень рады будут меня увидеть. — Моргенштерн заставил меня отвлечься от детального рассматривания своего нового дома на ближайшие месяцы. На его лице вновь расцвела улыбка, за которую я душу готова продать. Минуточку, что он только что сказал? Кто его там очень рад будет его видеть?       — Шлюхи, с которыми ты спал? Мне стоит ожидать, что на тебя накинется твоя фанатка? — я зло прошипела эти слова, потому что на меня накатил приступ гнева. Не знаю, откуда он появился. Мне просто обидно, что он упоминает тех, кого трахал на своей постели до меня. По его опыту я давно поняла, что он не девственник, но это уже границы допустимого переходит.       — Ревнуешь? — Я выбралась из машины, а потом громко хлопнула дверцей Ferrari. Перед тем, как уйти я показала ему средний палец и мило улыбнулась. Моргенштерн лишь засмеялся и тоже вышел из машины, отдав ключи какому-то парнишке, и сказал, загнать машину в гараж. Он ещё что-то говорил относительно вечера, что нужно подготовить какую-то другую машину. Мажор. Я вошла в особняк и остановилась на месте, разглядывая это величие.        Мраморный пол бежевого цвета с разными узорами блестит от чистоты. На маленьких столиках молочного цвета, в дорогих вазах стоят лилии и нарциссы. По бокам небольшие позолоченные кушетки с подушками цвета индиго. Два зеркала с узорами в виде лилий висят друг напротив друга, которые подсвечиваются кондилябрами из золота высшей пробы. Кажется, я попала в сказку. Пройдя вперёд, я вышла в холл, и тут меня охватил шок.        Окно было в высоту на метров шесть или семь точно, а напротив него стоял белый рояль. Высокие мраморные колонны поддерживали потолок. Возле одной из них стоял небольшой кожаный диванчик, а с другой стороны золотая ваза с лилиями. Из настоящего золота, мать вашу. Лестница шла спиралью вверх, как у принцессы в замке. Возле неё стоял горшок с папоротником. Я крутилась вокруг своей оси и даже не заметила Себастьян.       — Я серьёзно спрашивал. Ты ревнуешь? — я перевела взгляд на Моргенштерна и сделала задумчивое лицо. Себастьян с меня взгляда не сводил, ждал, что я скажу. Конечно, я ревную его, но чтобы сказать ему об этом. Простите, но гордость не даёт. Нужно поиздеваться над его самолюбием.       — Просто хочу знать, чего ожидать. — После этого как маленький ребёнок показывал ему язык и убегаю, а он за мной. Я решила осмотреть первый этаж, поэтому рванула налево, где попала в огромную гостиную. В центре комнаты стоял двухъярусный фонтан, а вокруг него в шести горшках росла какая-то зелень и их разделяли хрустальные ангелочки. С двух сторон от фонтана стояли диваны и кресла небесно-голубого цвета с бежевыми подушками. Над фонтаном висела хрустальная люстра, которая была просто огромной. Напротив диванчиков стояли маленькие столики с чайным сервизом. Повернув голову, я встретилась со своим отражение. Справа весело овальное зеркало и рядом стояли вазы с нарциссами.       — Можешь не бояться. Я всецело принадлежу тебе, а ты мне. — Я совсем забыла, что Себастьян рядом пока рассматривала эту красоту. Он обнял меня сзади, положив руки на мой живот. Я уткнулась затылком в его грудь и улыбалась, как ненормальная. Воспользовавшись тем, что я отвлеклась, Себастьян схватил меня за бедра и поднял вверх. Я испугавшись вцепилась в его волосы и вскрикнула, когда он покружился.       — Не дай бог увижу тебя с какой-то стервой, то больше в жизни меня не увидишь. — Себастьян отпустил меня на пол, и теперь я стояла напротив него и смотрела в его глаза. Только сейчас поняла, что хочу его поцеловать. Притянуть к себе за рубашку и впиться в его губы, иногда покусывая, как он. Я прикусила нижнюю губу, и Себастьян заметил это. Боже, когда я стала такой извращенкой.       — Хорошая мотивация. — Себастьян приблизился ко мне, так что у меня сердце в пятки ушло. Взгляд умолял его сделать это, но вот здравый ум отталкивал эту близость, да и вообще любую. Как-то некстати, всплыла сцена с изнасилованием и я, зажмурившись, отошла от Себастьяна. Нельзя.       — То есть ты думал об этом? — я подошла к зеркалу и заплела высокий хвостик, через стекло, наблюдая за Себастьяном. Он не понял такой смены моего настроения, но спрашивать не стал. Понял в чем дело, он не идиот. Себастьян сел в одно из этих кресел и не сводил с меня взгляда.       — Конечно, нет! И это еще меня ты собственником называешь? — Моргенштерн засмеялся, а я вся залилась румянцем. Спалилась. Брат наигранно приложил руку на сердце и высказался. — Торжественно клянусь, что не буду тебе изменять.       — В случае чего кастрирую. — Я повернулась к нему, а он в это время чаек пил из фарфоровой чашки, как истинный аристократ. После моих слов он поперхнулся напитком и начал кашлять, а я засмеялась, только что, поняв, что ляпнула.       — Жестокая ты женщина, Клэри. — Охрипшим голосом сказал братец. Вы бы видели его физиономию. Он серьёзно принял мою угрозу и от этого, я не смогла сдержать новую порцию смеха. Ой, мамочки. Я наигранно стала стирать слезы, за что получила суровый взгляд брата.       — Мистер Моргенштерн, комната для мисс Фэирчайлд готова. — В комнату вошла девушка, которая, скорее всего являлась служанкой. На вид ей было не больше двадцати, каштановые волосы убраны в колосок, а серые глаза опущены вниз, ожидающие нового пожелания хозяина.       — Кристи, покажи Клариссе ее новую комнату и подготовь ей ванну. Она устала с дороги. Кстати, Клэри у тебя есть три часа, чтобы собраться на вечер. Таблетки стоят в твоей комнате на столе. Криста, помоги моей невесте собраться. — Моргенштерн довольно улыбнулся и все это время не сводил с меня взгляда, но вот на девушку даже не смотрел. Подождите-ка. Кем он меня назвал? Своей невестой? Сдурел немного, парень. Я сложила руки на груди и стала ждать объяснений такому поведению, но проигнорировал мой внешний вид, а затем поднялся с кресла и подошёл ко мне. Нежно коснулся губами макушки и прошептал мне на ушко, чтобы я была хорошей девочкой и через три часа вышла, как королева Великобритании, а я ответила, что подумаю и посмотрю, как он себя вести будет. После этого я пошла с Кристой, а Себастьян куда-то по своим делам.        Мы поднялись на второй этаж, где было всего комнат шесть и меня это удивило. Как оказывается, в комнате два этажа. Один, где хозяева спят и ванна, а второй — это гардеробная. Только вот такая роскошь только в моей комнате и в комнате, напротив, в остальных ещё одна дверь, где гардеробная поменьше. Девушка открыла передо мной дверь, и я случайно ругнулась. Нереальных размеров кровать, с покрывалом кремового цвета и подушками. С двух сторон стоят тумбочки и на них светильники. Справа находится дверь в ванную, куда тут же направилась Кристи, так как Себастьян просил подготовить мне ванну. С другой стороны была лестница и рядом с ней зеркало и туалетный столик, где находилась гора косметики и стояла ваза с нежно-розовыми тюльпанами. Хоть какое-то разнообразие.        Я поднялась по лестнице вверх и открыла дверь гардеробной. Целая комната была в виде огромного шкафа. По бокам шкафы с прозрачными дверьками. В одном обычная одежда и даже костюмы, а во втором платья разной длинны, фасона, цвета. В центре комнаты лежит белоснежный ковёр и возле окна в полный рост стояло зеркало. Я подошла к стеклу и посмотрела внимательно, что находиться за домом. Длинный бассейн, возле которого росли пальмы и ближе к заливу, беседка, где можно было отдохнуть и насладиться вечером. Мне не верится, что это отчасти принадлежит мне.        Спустившись на низ, я заметила девушку, которая оповестила меня, что ванна готова. Я кивнула и прошла внутрь. Керамическая ванна с джакузи, по кроям которой стоят чаши с сиренью. На стене зеркало, в котором я могла рассматривать себя, пока отдыхаю в теплой воде. На плитке из белого мрамора выполнен рисунок в виде роз, которые соединены золотой лентой. Умывальник с ещё одним зеркалом прямоугольной формы.        Я залезла в горячую воду, и устало выдохнула. Я действительно устала от того, что происходит. Никогда и подумать не могла, что все так обернётся. Нужно просто расслабиться и жить дальше, как будто все идёт так же. Рядом с Себастьяном я забываю все и вся, но есть моменты, которые всплывают в памяти и делают моё существование невыносимым.

***

       Я вышла из ванной и сразу поплелась в гардероб, но перед этим заметила на кровати чёрное платье, а рядом с ним туфли. На туалетном столике появился ноутбук и телефон. Похоже, что Себастьян заходил. Я подошла к кровати и провела по чёрной ткани платья. Обычное платье с пышной юбкой, но единственное, что делало его особенным чёрный шелк, пришит на талии, а на нем вышивка. Светлый бисер образует цветочки, которые падают вниз к подолу платья.        Даже не задумываюсь о другом платье, я надела его и посмотрела на себя в зеркало. Сейчас останется распустить волосы и сделать вечерний макияж, тогда точно буду похожа на королеву. Криста уже подготовила все для макияжа, и я уселась на маленький пуфик. Девушка ловко меняла одну кисточку на другую, вечно проводя по разным палеткам. Она заставляла меня прикрыть глаза, поднять голову вверх, потом опять опустить. Все это уже начинало раздражать. Потом она принялась брови подкрашивать специальными тенями и карандашом. Нежно-розовая матовая помада на губы. Когда это закончилось, она принялась за волосы. Ловко забирала пряди, которые от природы крутятся, и закалывала их шпильками. Потом на голову надела мне корону из золота с чёрным аматисом, потом сережки, ожерелье и кольцо вместо кольца Моргенштернов.        Когда я была готова, то нервно спускалась по лестнице. Внизу стоял Себастьян в чёрном костюме и, заметив меня, улыбнулся. Он протянул мне руку, а я приняла ее, не скрывая ответной улыбки. Даже румянец появился на щеках, а в комнате в одно мгновения стало душно. Как же он на меня дурно влияет.       — Ты прекрасно выглядишь. — Себастьян положил руки на мою талию и притянул к себе, а я ладошкой провела по воротнику его дорогого костюма. Он шикарен и это неоспоримо, а самое главное он мой. Я чувствовала, как его руки гуляют по моей спине и скорее всего ему хочется разорвать это платье и отнести меня в спальню, но нас ждут.       — Как королева Великобритании? — я подняла взгляд и посмотрела на него с хитринкой во взгляде. Он засмеялся, как и я, а потом перевела взгляд в окно, где можно было рассмотреть Персидский залив. Небо стемнело, и это было прекрасно. Себастьян провёл ладонью по моей щеке, а потом прошептал мне на ухо:       — Намного прекраснее. — У меня дрожь по телу пришлась от этого. Я обняла его, прижавшись как можно сильнее, а Моргенштерн не был против такого, даже наоборот только за. Мы стояли так пару минут, после чего пришлось оторваться друг от друга. — Нам пора ехать, а то сюрприз сорвется.       — Я уже хочу узнать, что это. — Я подмигнула Себастьяну и пошла на выход из дома, стуча каблуками по мрамору. Моргенштерн наблюдал за мной, прикусив губу, а потом положил свою руку на мою талию и мы шли вместе к машине. Чёрная BMW стояла перед особняком и ждала своего хозяина.        Себастьян открыл мне дверь и помог сесть, чтобы случайно не испортить платье, а потом сел на водительское сидение. Он завёл машину и стал выезжать из территории особняка. Я жду не дождусь, когда увижу, наконец, Магнуса, потому что у меня к нему множество вопросов.