Torta felice

POV Клара

       Впервые за долгое время я проснулась от того, что по-настоящему выспалась. Признаться, мне это очень и очень понравилось. Я сладко потянулась, и в нос тут же ударил запах хвои и спелых яблок. В голове за одну секунду пронеслись события прошедшей ночи, заставляя моё лицо гореть и краснеть, а организм «услужливо» напомнил, что течка — явление не однодневное. Спасибо (нет). Теперь в мыслях настойчиво всплывали ощущения, пережитые вчера: дикое возбуждение, резкая, но какая-то правильная боль, обжигающие прикосновения сильных рук, сухих губ и влажного языка… Боги, я не доживу до конца этого дня. Но, стоп, а где мой альфа? Запах есть, а его самого нет. Непорядок. — Проснулась, Спящая красавица? — как говорится, вспомнишь солнце вот и лучик. Я приподняла голову и задохнулась от новой волны возбуждения: Дима, видимо, только вышел из душа и стоял, обернувшись в одно лишь полотенце и то начиная с бёдер. Мокрые волосы казались ещё более чёрными (это вообще возможно?), а с концов непослушных прядей срывались тяжёлые капли, скатываясь по шее, затем ниже и ниже, очерчивая кубики пресса и скрываясь за краем махровой ткани. Такое чувство, будто главным девизом моего ненасытного организма стала фраза «Смазки много не бывает!». Видимо, Дима тоже это почуял и вмиг оказался рядом со мной, ведомый распространившимся запахом течной омеги. — Я, наверное, тоже в душ схожу, — проблеяла я, собираясь хоть как-то избавить его обоняние от себя в такой период, — а то запах слишком сильный, тебя это, должно быть, раздражает, — я собралась встать и осуществить задуманное, но надо мной вдруг нависло тело (шикарное тело, могу заметить) грозно смотревшего на меня альфы. — У тебя совсем крыша съехала? — строго спросил парень, сверля меня пронзительным взглядом. — Я тебя теперь неделю из кровати не выпущу. Хотя, можно и поэкспериментировать с местами, — и вот родная ухмылка, от которой по всему телу побежали мурашки. — Во-первых, я и так нанюхался этих гелей для душа, духов и прочей ерунды, а сейчас хочу слышать твой запах, — дыши, Клара, дыши, — а во-вторых, ты и правда не замечаешь, как я реагирую на тебя или притворяешься? — альфа приподнял бровь, а я потихоньку теряла ощущение пространства: перед глазами плыло, нос отказывался чуять что-либо кроме моего альфы, губы бесконечно пересыхали, а влагалище безбожно мокрело всё больше, сладко пульсируя в предвкушении. — Дима, — прохрипела я не своим голосом, — я так хочу тебя. Прямо сейчас.        Глаза брюнета округлились, но уже через секунду он пылко целовал меня в губы, исследуя руками всё тело. Пара мгновений — и его ладонь накрыла мою промежность, отчего я простонала ему прямо в рот. Дима лишь усмехнулся и перешёл на шею, каждым поцелуем вызывая сладкое потягивание в низу живота. Я не могла не ответить на эти ласки и начала покрывать лёгкими поцелуями широкие плечи и основание шеи альфы, поглаживая его спину и зарываясь в мокрые волосы руками. Парень как-то по-звериному зарычал и ввёл в меня сразу два пальца. Протяжный стон вырвался из груди и эхом отозвался в ушах, а двигающиеся внутри меня с пошлым хлюпаньем пальцы заставляли распаляться всё больше и больше. Вскоре всё тело на миг замерло и будто рассыпалось на тысячи осколков. Сдерживая крик, я впилась в губы альфы и обмякла в крепких руках. — Это лишь начало, родная, не расслабляйся, — Дима вывел меня из некоего транса, прикусив мочку уха и проведя языком от неё до ключицы. Это была пытка, самая сладкая и жгучая пытка в моей жизни. Я чувствовала, как ко входу во влагалище прикоснулась головка, как плавно скользнул внутрь меня большой член, и это казалось лучшим, что я могла испытать (не смотрите так, во мне говорит течная омега, потерявшая голову от одного потрясающего альфы). Дима двигался быстро, резко, как того нам обоим и хотелось; мои стоны наслаждения и его хриплое полурычание эхом отражались от стен и заполнили всю комнату. Поддаваясь безумным порывам мы даже прикусывали кожу друг друга и единственное, чего я немного страшилась — это того, что позже обнаружу на своей шее метку, но и это волнение тонуло в огромном количестве удовольствия от того, что мы делали. Я потерялась в ощущениях и «очнулась» только тогда, когда тело снова затряслось в оргазме, и мы с Димой вместе кончили. — Дима, а как же…? — слабо произнесла я, не закончив фразу. — Как же что? — отозвался брюнет, уткнувшийся носом мне в шею. — Защита, — пискнула я, вдруг почувствовав стеснение. — Не волнуйся, твой альфа обо всём позаботился, — хохотнул Дима, с пошловатой ухмылкой демонстрируя использованный презерватив. — О боги, — я покраснела, как помидор, и спрятала лицо в ладонях. — Неужели ты всё ещё смущаешься? — Ну, знаешь ли, — проворчала я, — совратил меня, так ещё и подшучивает. — Я совратил? — приподнял брови брюнет, — А кто прибежал ко мне во время течки? Кто чуть с ума не свёл своим запахом? — Кто ещё кого с ума свёл, — хитро сказала я. — А ну иди сюда, — засмеявшись, я шутливо «повалила» огромного альфу на спину и вперилась в него взглядом, смотря сверху вниз. — Моя малышка хочет быть сверху? — издевательски прошептал Дима, приподнимая корпус. Ответить мне не дал звонок. Боги, я же совсем забыла про родителей! Схватив полотенце, ранее покоившееся на бёдрах парня, я быстренько выудила из заднего кармана валявшихся неподалёку штанов (точнее, их остатков) надрывавшийся мобильник. — Алло, пап, я как раз собиралась тебе звонить, — протараторила я в трубку. — Слава богу, — облегчённо выдохнул папа.—Мы с отцом уже испугались. Но где ты? У тебя же течка, между прочим. — Я, кхм, у друга, — выдала я, на что Дима еле сдержал смех. — Да, а этот «друг», случайно, не тот красавец-альфа, по которому ты вздыхаешь? — хитро протянул папа. — А то голос у тебя больно довольный. — Папа! — воскликнула я, отчаянно краснея. Кровь вдвойне сильнее прилила к лицу, когда за моей спиной материализовался один очень ненасытный «красавец-альфа» и обнял за талию, прижав к себе. — Ну ладно, ладно, не буду мешать, — усмехнулся папа. — «Другу» передавай привет и даже не думай, что я не устрою вам обоим допрос с пристрастием. — Да, папуль, обязательно. Пока, — сбивчиво проговорила я, опасаясь простонать прямо в трубку. Дело в том, что Дима с прямо-таки садистским наслаждением принялся покрывать мои плечи и заднюю часть шеи мимолётными поцелуями, опаляя кожу горячим дыханием. И как тут оставаться хладнокровной? — Пока, доча, — тепло попрощался со мной папа и повесил трубку. — Как тебе не стыдно, — немного возмущённо сказала я, тыкая пальцем в грудь ухмыляющегося альфы. — Стыд я давно перестал ощущать, — заявил этот искуситель. — Гораздо сильнее я чувствую, что у моей драгоценной омеги ещё минимум два дня будет продолжаться течка, и я обязательно сделаю эти дни как можно приятнее, — к концу предложения он снова заключил меня в кольцо своих тёплых рук, хищно скалясь. Мои руки сразу же обхватили его шею, притягивая такого любимого альфу ближе. — Неужели тебя хватит всего на два дня? — с вызовом спросила я. — Не буди во мне зверя, — шутливо ответил Дима и подарил долгожданный поцелуй. Чувствую, про то, что не выпустит меня из постели, да и насчёт экспериментов, он не шутил. А что ещё нужно омеге для полного счастья?