Белый цветок Хиросимы

Казалось, никогда ещё Сибуя не знала такого столпотворения. Сгущались сумерки, и улицы вблизи Uchiha Plaza наводнили машины. Швейцары поминутно подбегали к автомобилям, открывали двери, и мужчины в брендовых смокингах чинно вели под руку женщин, зябко поводивших открытыми плечами. Внутри всё уже было готово к их прибытию. Люстры с тысячами кристаллов свисали с огромной высоты, на натёртом до блеска полу отражались людские фигуры, в фонтанах резвились пёстрые карпы кои, самый упитанный из них цапнул Наруто за мизинец, когда тот хотел его погладить. В конференц-залах демонтировали кресла и по освободившемуся пространству сновали официанты с напитками. Учиха-младший, красивый и обаятельный, вместе с Учихой-средним, смахивавшим на карликового бегемота, приветствовал дорогих гостей и, как Маргарита на балу у сатаны, говорил всем и каждому в каком он, мать его, восхищении. Пожимая протянутые ладони и избегая лобзаний, он размышлял, какой бы казни предал всех новоприбывших. Если у нормальных людей справа находился ангел, а слева – чёрт, наставлявшие на путь истинный или сбивавшие с него, то Саске неизменно консультировали два дьявола – один предлагал убивать без промедлений, другой уговаривал перед этим как следует помучить. Собралось много людей. Ложкой мёда в бочке дегтя была богема – немногие художники, артисты и писатели, с самого начала не побоявшиеся принять сторону Саске и не участвовавшие во всеобщей травле, и им Учиха где-то в глубине своей заскорузлой души был даже немного благодарен. Нейтральными участниками действа были журналисты, вынюхивавшие сенсацию, блогеры, проводившие трансляции, и волонтёры, радовавшиеся, что сумели попасть на элитную вечеринку. Но видит Сусаноо, в какую броню он заковал свою выдержку, чтобы не припечатать к стене остальных, тех, что пытались панибратски хлопнуть его по плечу и тянули к нему свои лоснящиеся от пота пальцы для рукопожатий. Взять, например, напомаженного владельца химического завода. Не успели ещё высохнуть слёзы матерей и жён простых рабочих, погибших от ядовитых испарений на предприятиях, где не были установлены фильтры, а он в ус не дул и преспокойно попивал шампанское бокал за бокалом. Или вот, второй товарищ: все знают, что этот медиамагнат ещё и по совместительству барыга, от чьих синтетических наркотиков окочурилось множество народа, но это никому не мешает вести с ним светские беседы как ни в чём не бывало. Или вон тот, третий – примерный, сука, семьянин: курирует трафик передвижения живых тел для удовлетворения естественных потребностей клиентов по всей Юго-Восточной Азии, а деньги отмывает на игорном бизнесе. И эти люди ещё вчера в твиттерах желали ему гореть в аду, а сегодня, достав у перекупщиков билеты и выклянчив приглашения, клянутся в вечной дружбе... Сусаноо, а Сусаноо, кто его за язык тянул, когда он обещал Шикамару быть паинькой и не превращать невинный вечер в кровавую расправу?... - Кажется, я переоценил свои способности к экстраверсии, – высказал Саске свои наблюдения, когда Шикамару, лениво бродивший среди гостей, остановился около икебаны, в зарослях которой копошилась шиншилла. Нара в строгом костюме, со своим извечно загорелым бородатым лицом, серёжками в ушах, хипстерским пучком на темени и выбритыми висками смахивал на пирата, приодевшегося на приём к английской королеве. Саске мельком оглядел его и усмехнулся – сам-то он от него не далеко ушёл. Сусаноо и тому был свидетелем: весь этот маскарад он терпел исключительно ради нужных связей и вложений; образ добропорядочного бизнесмена, благословенного феей-крёстной, исчезнет как только часы пробьют полночь и электромобиль превратится в тыкву. - Пока ты здесь праздно шатаешься и страдаешь, Темари обговорила два контракта, ещё три – в разработке, – отозвался Шикамару, и оба устремили взгляд на одну из девушек, стоявшую к ним спиной у столика с канапе. Светлые волосы украшала диадема, точёную фигуру облегало платье песочного цвета, стройные ноги переступали на лабутенах, как будто она их надела только что и не наматывала полвечера марафон по небоскрёбу, следя, чтобы всё было организовано на высшем уровне – Темари но Собаку дала бы фору любой дебютантке на сегодняшнем мероприятии. Почувствовав на себе чей-то взгляд, она обернулась. Встретившись глазами с Шикамару и Саске, Темари улыбнулась краешками губ и, захватив зубами оливку, медленно стянула её со шпажки. Саске с шумом втянул носом воздух. - Шикарная женщина, – чуть ли не в первые в жизни выразил он кому-то вежливый респект. – Считай, что аэромобиль Model A уже пылится у вас в гараже. Шикамару улыбнулся одной стороной рта, протягивая в ответ руку кому-то из гостей. - Саске, хватит смотреть на всех, как серийный маньяк на своих жертв, – сказал он, когда они остались одни на ближайшие три метра. – Ты принесёшь гораздо больше пользы, если рязрядишь обстановку и поговоришь с кем-нибудь. - Шикамару, хватит меня лечить, – Саске устало оглянулся, незаметно вытирая бумажной салфеткой бледную ладонь. – В гробу я этих упырей видел. Единственная причина, почему я всё ещё торчу здесь – это Дейдара. Дождусь этого белобрысого гадёныша и закажу у него оптом ящик петард, чтобы вставить их самым любвеобильным в их... - Ты знаешь... – Шикамару снова натянуто улыбнулся и замолк, пока с ними здоровалась очередная партия приглашённых. – Не надо ни с кем разговаривать, предоставь это нам. Стой как стоишь. Этого тот и добивался. Всю грязную работу за него выполняли Неджи, Наруто, Темари и немного Шикамару, но, в отличие от последнего, никто из них не догадывался об этом. Саске пригубил Шато де Берн и, повернувшись в сторону распахнутых дверей, замер на месте. Шикамару, вступивший с кем-то в разговор, оборвался на полуслове. В зал вошла девушка, одетая в сиреневый кроп-топ, оголявший худые плечи и подтянутый живот. Распущенные белые волосы рассыпались по её прямой спине, озёрно-голубые глаза спокойно смотрели вокруг; длинная юбка с вырезом на боку волнительно колыхалась при ходьбе и открывала правую ногу – вся она излучала сдержанную сексуальность – близкая и недостижимая, греховная и невинная, сотканная из яви и снов. Учиха-средний также был среди тех, кто её заметил и узнал. Сиганув с подставочки с декоративными растениями, он намылился прямиком к ней, лавируя между ножек завизжавших дам, принявших его за огромную крысу. Ино рассмеялась, убрав за ухо чёлку, опустилась вниз и подобрала его. Поднявшись, она посмотрела перед собой и, отыскав глазами Саске и Шикамару, беззвучно поздоровалась и подняла руку с блеснувшим на запястье браслетом. Каждому из них показалось, что приветствие было адресовано лишь ему одному. Следом за ней возникла девушка, одетая в просторное платье пастельных тонов, чьи нежно-розовые, как обои в детской, волосы кудряшками спадали на плечи; чуть выше лба красовалась алая лента; щёки горели румянцем, и глазки салатового цвета с любопытством стреляли по сторонам. Сразу же за ней появилась ещё одна девушка, но не целиком, а по частям – сначала из-за чьих-то спин выглянула её голова, потом рука, одна нога и следом за ней другая, сделавшие несколько неуверенных шажков. - Хината, ты обокрала блошиный рынок? – улыбнулась Сакура, беззастенчиво разглядывая приятельницу с ног до головы. - Хината... – Ино долго не могла подобрать нужных слов, чтобы выразить своё негодование. – ...Почему ты не надела платье, которое мы с тобой выбрали? На Хинате болтался бабушкин халат, выглядевший презентабельно в веке позапрошлом, а сейчас больше напоминавший изъеденную молью мочалку. Хината переступала с ноги на ногу, прижимая руки к груди, и отчаянно краснела. - Отец сказал, что оно слишком вульгарное... – Хината окончательно смутилась и прикусила губу. – Знаешь, Ино-чан, о чём я думала, пока ехала сюда... - Как подобрать антикварные тапочки в тон? – съязвила Сакура, взяв у подошедшего официанта бокал и сделав несколько маленьких глотков. - Я думала, что если бы ты его надела, Ино-чан, то никто бы не обратил внимания на то, какое оно неказистое и нескладное. Все были бы в восторге... а я, – Хината покачала головой, отказавшись от аперитива. – ... я не умею носить вещи. И по сути... что то платье, что это – итог будет один и тот же. - Зачем ты тогда пришла? – Сакура, смотревшая по сторонам, остановила на ней взгляд, мало скрывая презрение к этой старой деве, у которой на роду было написано закончить свой век на попечении у старшего брата и которую она терпела только потому, что Ино везде таскала её за собой. – Если итог один и тот же, оставалась бы дома. Хината вспыхнула и опустила голову. В этот момент к ним подошёл Наруто, удивился их постным минам на лицах и посоветовал налегать на белое сухое вино, которое Саске привёз из Прованса. Пожелав приятного времяпрепровождения и забрав пушистого грызуна, он примкнул к другой группе гостей. Вдруг Ино почувствовала, как чьи-то холодные руки накрыли её глаза. - Киба? – предположила она, дотронувшись до чужих ладоней своими пальчиками. - Не угадала, – ответил мужской голос. Ино ахнула, быстро повернулась и кинулась на шею к молодому человеку, стоявшему позади неё. - Bonjour, ma belle, – его губы изогнулись в улыбке, а глаза сузились. - Сай! – Ино выскользнула из его объятий, беря его руки в свои и ошарашенно разглядывая его лицо. – Какими судьбами? Как ты?... Чёрные и светло-карие глаза в толпе в нескольких метрах от них на миг остановили на ней оценивающий взгляд и тут же перевели его на парня рядом с ней. - Мы организуем совместную выставку с Мураками, позже повезём её в Европу, – объяснил Сай. – Собираешься возвращаться? В Париже надеются, что ты станешь лицом для новой линейки духов Dior. - Всё в прошлом, Сай, – чуть слышно проговорила всё ещё поражённая от неожиданной встречи Ино. – Я наконец-то нашла себя. Моё место здесь. - Как знаешь, красавица, – снова улыбнулся он и сузил глаза. – Моё мнение на этот счёт тебе известно. Но пообещай мне, что я ещё хоть раз увижу тебя на подиуме. Ино хотела ответить, но вспомнила, что всё ещё не представила знакомого подругам, стоявшим поодаль. - Хината Хьюга, Сакура Харуно, – поспешила исправиться она. – Сай Акаши, мой... - Друг, – улыбался тот, учтиво поклонившись. – Старый друг. Это был человек среднего роста, черноволосый и чересчур бледный, носивший свитшот, на котором кириллицей были выведены слова “Анархия в Токио”. Хината и Сакура кивнули, продолжая смотреть на него во все глаза. У обеих мелькнула одна и та же мысль: он был похож на Учиху Саске, даже очень – он был его копией, но такой, как если бы талантливый, но не гениальный художник попытался нарисовать Джоконду. Сай Акаши производил приятное впечатление, но всё же в каждой фразе, в каждом жесте, в каждой мимической морщинке от то и дело сужавшихся глаз и улыбавшихся губ сквозило какой-то необъяснимой фальшью. - Сай, где ты ходишь?! – к ним подскочил растрёпанный светловолосый паренёк. – Пошли, я представлю тебя Учихе. - Сейчас, Дан, – отозвался тот и повернулся к Ино. – Я здесь до конца недели. Спишемся тогда? Воздух полнился дорогим парфюмом и грошовыми словами. Саске пропустил два бокала и теперь ходил с третьим, выжидающе поглядывая в сторону дверей. К нему подошёл Шикамару. - Как думаешь, они приедут? - Нет. Несколько минут прошли в молчании. - Интересно, чем они сейчас занимаются?... – снова спросил Шикамару. – Почти десять лет прошло. - Они не приедут, – повторил Саске. – Зря прихорашивался. - Спорим на бутылку яблочного Джима, что приедут? – глянул на него исподлобья Шикамару. - Ты же не пьёшь. Давай на бороду – ты её сбреешь к чёртовой матери, – Саске повернулся к нему лицом и, посмотрев куда-то поверх его головы, присвистнул. – Here we go. Забудь о них, к нам явились самые важные персоны этого вечера. Шикамару обернулся и помрачнел, а Саске подозвал к себе Кибу, которого было не отличить от любого толстосума в его чёрном выхоленном костюме. - Не беспокойтесь, Саске-сама, если они что-то и замыслят, то даже дёрнуться не успеют. Здесь работают лучшие спецы со всей Японии. У нас всё под контролем. - Рассчитываю на вас. Киба поклонился и, прижав ладонь к виску, отошёл, что-то бормоча себе под нос. Со стороны могло показаться, что гость чем-то недоволен и жалуется на оказанный ему приём, но в тот же миг в разных концах зала ещё с десяток человек – нарядных мужчин и женщин – также незаметно поправили причёски, и продолжили прогуливаться среди остальных как ни в чём не бывало. Весть о том, что мафиозная группировка “Акацуки” прибыла на вечеринку в полном составе, разнеслась по залу со скоростью света. Все расступились, пропуская вперёд сайко-комона – Нагато. Известно о нём было мало: поговаривали, что он происходил из семьи Узумаки, а место старшего советника при оябуне занял после смерти прошлого вакагасиры Яхико. Рядом с ним шла, точно плыла, его жена, старшая сестра сятэйев – Конан Хаюми. Женщина неопределённых лет, она была одета в китайское платье-ципао синего цвета с вышитым по всей длине драконом и явно выбивалась из остального женского общества своим неформальным видом – крашенными фиолетовыми волосами, пирсингом под нижней губой и покачивавшейся за спиной катаной. Войдя в зал, она остановилась. К ней подбежал мальчик, вакасю, склонившийся в поклоне и выставивший вперёд две руки. Женщина завела руку за спину, стянула ножны и аккуратно передала оружие личному пажу. Юнец, не разгибаясь, отошёл к стене, выпрямился и застыл, как часовой, не спуская взгляда со своей госпожи. Все следили, как она лёгкой походкой, словно паря в опиумном облаке, не спеша подошла к Саске и туманно улыбнулась, протянув свою маленькую ладонь со сверкнувшим на указательном пальце именным кольцом их клана якудза. - Здравствуй, малыш Саске. Ты очень вырос с нашей последней встречи. Ещё чуть-чуть, и я начну тебя опасаться, – нараспев произнесла она, наклонив голову набок. – У меня кое-что есть для тебя. Конан согнула в локте левую руку и протянула куда-то вбок ладонь, на которую в ту же секунду легла бумажная фигурка, а тот, кто её преподнёс, исчез, как будто его и не было. Саске молчаливо наблюдал за ней. - Садако Сасаки из Хиросимы получила лучевую болезнь, – подняла на него глаза Конан, беря оригами в пригоршни. – Есть такое поверье: если смастеришь тысячу журавлей из бумаги, любое твое желание исполнится, а больной исцелится. Перед смертью она успела создать шестьсот сорок три. Этот один из них, – Конан взяла ладонь Саске и вложила в неё оригами, накрыв сверху своей. – Теперь он твой. С минуту они молча смотрели друг другу в глаза. Саске, поколебавшись, взял бумажного журавля и спрятал его во внутреннем кармане пиджака, а после медленно поднёс руку Конан к губам. Конан снова улыбнулась и отошла, оставив остальных недоумевать, что только что произошло. После неё к нему подошли сразу четыре человека: Зецу, страдавший витилинго, от чего одна половина лица у него была белой, а другая – чёрной, а сам он был будто контуженный – каждая половина его лица жила своей жизнью, когда одна улыбалась, то другая кривилась; Кисаме, на чьей руке не хватало несколько фаланг пальцев, Хидан и Какудзу. Первые два засвидетельствовали Саске своё почтение и сразу прошли вперёд среди разбегавшихся гостей, а последние задержались. Хидан, игравший цепочкой, заменявшей ему чётки, и намеренно громко жевавший жвачку, остановился около Шикамару и протянул ему руку, но тот её проигнорировал. - Что такое, Нара? – хохотнул он, в удивлении наморщив лоб. – Я не слишком хорош для тебя?... Саске, упражнявшийся в сквернословии с бывшим подчинённым вдвое старше него, расшаркался с ним. Поставив бокал с вином на поднос сновавшего между мафиози официанта, он подошёл к Хидану и обнял того одной левой рукой. - Хидан, дорогой, я очень рад тебя видеть, – прошептал он тому на ухо, оглядываясь вокруг. – И очень тебя попрошу оставить в покое Шикамару. - У меня перед ним ста-а-арый должок, – усмехнулся тот. – Как и перед тобой. - Знаю, но мы с твоим кумите договорились о перемирии на сегодняшний день. Я потратил уйму нервов, чтобы организовать эту грёбанную вечеринку, и если ты её испортишь... – Саске заговорил тише, а Хидан изменился в лице, равно хватая воздух губами. – Я же не такой добрый, как Шикамару, и яму рыть тебе не стану. На тринадцатом этаже идут ремонтные работы, и бетон кое-где ещё не затвердел. Если не хочешь узнать, как жилось Хану Соло в жидком карбамиде – веди себя прилично. Хидан ничего ему не ответил. Саске не сразу понял, почему у него побагровело лицо и вылезли из орбит глаза, а когда понял, мигом извинился и отпустил его шею. - До сих пор не разобрался с инструкцией к этой штуке, – хмуро выдал он, сжав и разжав ладонь на протезе. – Иногда заедает. - Ты ёбнутый на всю голову, – прохрипел Хидан, пятясь от него задом наперёд. – Дзяшин тебя покарает. - Помолись ему, чтобы уж наверняка, – предложил ему Саске и повернулся к дверям. Увидев, кто был на очереди, он усмехнулся и, подойдя к Шикамару, кивнул ему на гостей. – Посмотри на этого красавца. Специально ему семьдесят вторым размером шрифта написал, что дресс-код black tie, но не помогло. Дейдара воспринял приглашение на открытие недели высокой моды слишком буквально. Надев кеды в ромбик, чёрные скинни, длинную рубашку в розово-чёрный квадрат, уложив свою русую шевелюру и ярко подведя глаза, он остановился на пороге, рассеянно вынув из уха наушник, где, по всей видимости, звучали песни Tokio Hotel, и имел вид человека случайно оказавшего на этом празднике жизни. - Дейдара, тебе не кажется, что с подобным прикидом ты припозднился лет на десять? – спросил Саске, протягивая ему руку. - Саске, я бы к тебе прислушался, имей ты хоть мизерное отношение к искусству, мм... – пробормотал он, ответив на рукопожатие и отстранённо поглядев своим всевидящим оком вокруг. – Ты в своём пронафталиненном смокинге смахиваешь на аристократа из тысяча девятьсот бородатого года. - Классика вечна, – высказал своё убеждение Сасори. - Нет ничего вечного, данна, всему своё время, – оборвал его Дейдара и убрал телефон с гарнитурой в карман. – Ваше, например, уже прошло. - Понеслась, – пробормотал Итачи, когда Дейдара с Сасори в очередной раз схлестнулись в полемике, касавшейся истории искусствоведения. Но Саске больше не слушал споров, разгоревшихся около него, – он смотрел за спину Дейдары, где стояла совсем юная девушка с короткими чёрными волосами, в топе, мини-юбке и вязаных летних сапогах. - Это, как я понимаю, та самая сестра? – задал Учиха простой вопрос, на который Тцукури вдруг сильно побледнел и машинально спрятал татуированные ладони в карманы джинс. Девушка поняла, что говорят о ней, и направилась к Саске, не обратив внимания на слабое движение Дейдары, дёрнувшегося в её сторону. - Куроцучи, Саске-сан, давно хотела с вами познакомиться, – представилась она, быстро поклонившись и взмахнув шапкой густых волос. – Вы сделали невозможное. Я горжусь, что братик знаком с вами. Дейдара с мольбой посмотрел на Саске и чуть заметно мотнул головой. Сасори и Итачи, не зная, как расценивать произошедшую в нём перемену, молчаливо перевели взглядом с одного на другого. Саске выдержал небольшую паузу, взвешивая слова, которые хотел произнести. - У вас хороший брат, – наконец сказал он, пожав её ладошку. Куроцучи просияла и, увлекаемая Дейдарой, засеменила вперёд, где у французского окна остановились Какудзу и Кисаме. Саске проследил за ними глазами и повернулся к Итачи. Следы переутомления в виде теней под глазами только углубились, их линии стали строже, цвет лица принял нездоровый оттенок – он был похож на мертвеца, который уже начал разлагаться, но его внезапно призвали воскрешающей техникой обратно в мир живых. - Я хотел извиниться за отца, – слабо улыбнулся Итачи. – Он уже стар, и не всегда понимает, что делает. “О, нет”, – подумал Саске. – “Ты ошибаешься. Это с нас с тобой сыпется песок, а старикашка находится в лучшей свой форме. Если бы Шикамару вовремя не подсуетился, корпорация сейчас была бы в полном его расположении”. - Передай ему, что всё нормально, – сказал он вслух. – Не нормально другое. Я могу простить довольно многое... – он выждал пару секунд. – Но я никому и никогда не прощаю предательства. Итачи будто ждал этого и, на мгновение закрыв глаза, покачал головой. - Не я тебя предал, Саске. Не я, – забывшись, повторил он и, прежде чем уйти к своим, добавил: – Будь осторожнее с Нагато. Замыкал процессию именно он. Саске ослабил узел галстука и расстегнул верхние пуговицы рубашки, попросив официанта принести воды со льдом. Сейчас начнётся. - Саске-кун, убери своих ребят, – Нагато остановился около него. – Мои нервничают. - Вы обложили нас по всему периметру, – Саске показал кивком головы на людей в чёрном, державших мечи и неподвижно стоявших на посту, по единому мановению пальца главного готовых ринуться в бой. – Я должен был подстраховаться. - Но сами мы безоружны, – Нагато развёл руками. - Мы – тоже, – чуть улыбнулся Саске. Саске взял предложенную воду и сделал несколько жадных глотков, не сводя глаз с Нагато. Что же ты решишь, будешь затевать бойню, или обойдёмся без кровопролития? Саске отыскал глазами Ино. Она о чём-то увлечённо говорила с Дейдарой и Сасори, рядом в двух шагах стоял Шикамару. - Достойная встреча, – наконец нарушил Нагато молчание. – Но я слышал, у вас сейчас напряжёнка с деньгами. На какие же средства такой роскошный пир во время чумы? - Как сказали мне в одной стране, где я недавно побывал: денег нет, но мы держимся, – отозвался Саске, положив пустой бокал на подоконник. Нагато обнажил зубы в кривой улыбке. - Твой оптимизм всегда мне очень импонировал, – его губы словно свело судорогой. – Но я сюда не веселиться пришёл. Скажи, что за клоунаду ты устроил с Какудзу? Ты ведь не его унизил, ты оскорбил весь наш клан, а Обито такого не прощает. - Что же мне теперь делать? – Саске прищурил глаза. Слишком яркий свет стал ему невыносим. - Ты должен публично принести извинения и взять его обратно на работу. - Не могу, место уже занято. - Кем? - Есть один специалист. - Он здесь? Я хочу его увидеть. - Прямо сейчас? - Да. - Ни слова больше. Саске развернулся и остановил проходившего мимо Наруто. - Мне срочно нужен начальник отдела автострахования, с ним желают переговорить. - Боюсь, это невозможно, – извиняющимся тоном проговорил Наруто. – Бабулька... то есть... как же её, даттебайо... Цунаде Сенжу прижала его к своей... кхм... а он распустил свои лапы и... - Наруто, короче можно? - Короче, у неё тоже есть морская свинья, и она заревновала! Они подрались, – прошипел Наруто, с опаской поглядывая на Нагато. – Бабулькой сейчас занимается врач, а он наказан и сидит в углу. - Тащи его сюда. Наруто пожал плечами и полетел исполнять приказ, а Нагато, слышавший только первую часть разговора, усмехнулся, глядя на Саске. - Я смотрю, “Коноха” всё ещё остаётся рассадником харрасмента. Чего ожидать от работников, когда генерального директора судили именно по этой статье. Как говорит Кисаме, рыба гниёт с головы. Саске состроил скорбное выражение на лице и ничего не ответил. Вскоре появился Наруто с обещанным Учихой-средним, у которого на морде читалась лишь одна эмоция: не убивайте! Саске взял его на руки, показывая Нагато. - Уже больше месяца занимает свой пост, и я им вполне доволен. Ещё ни разу не запил, по двадцать минут на перекур каждый час не бегает – он идеален. Что? – Саске поднял его к уху и сразу же опустил. – Говорит, что у него с нами контракт: уволим, придётся платить неустойку в общество защиты животных, а у них расценки суровые. - Послушай, юморист, ты за кого меня принимаешь? – Нагато в один миг оказался стоящим вплотную к Саске, взбешённо прожигая его глазами. – Думаешь, что сможешь со мной поступить, как с каким-то ростовщиком? Рядом с ними в тот же миг нарисовались несколько человек и застыли по обе стороны, все представители “Акацуки”, что были в зале, резко обернулись. - Всё в порядке, – Саске смотрел в глаза Нагато, не отводя взгляд. – Нагато-сан, это моя корпорация и моя жизнь. Я не собираюсь делить её ни с отцом, ни с дядей. Вы думали, придёте, посветите здесь своими мечами, и я сразу кинусь вам в ноги?... Я знаю, что вы первый наёмный убийца в Японии, но и я видел то, что немногим выпадает в жизни. - Что ты видел, мальчишка? – просипел Нагато. Саске помедлил несколько секунд, потом потянулся к пуговицам на пиджаке. Сняв его и накинув на плечо, он засучил рукав на левой руке, показав сгиб на локте, где протез крепился к плечу. - Я сделал это. Я сделал это с Шикамару... – еле слышно сказал он и одёрнул рукав. – ... а теперь представьте, что я сделаю с каждым из вас, если вы встанете у меня на пути. - Значит... – Нагато несколько секунд провёл в раздумье. – Дейдара не соврал. Ты действительно отрезал себе руку. Нагато молчал. Саске надел пиджак. - Если Обито хочет встретиться – пусть приходит сам, – Саске на секунду задержал взгляд на Нагато. – Время, когда клан Учиха бегал у него на поводу, прошло. - Пусть будет по-твоему, – после некоторых раздумий сказал Нагато и, чуть склонив голову, отошёл. – Я передам ему твои слова. - Sasuke. Саске повернулся. Когда он увидел её, его прострелило, будто чья-то твёрдая и жилистая рука схватила его за загривок и сбросила в омут с прошлым. Она была воплощением Америки – тем, чем эта страна стала для него. Не красавица – он знал лучше – но её многие хотели, и он в том числе. Натуральные огненно-рыжие волосы. Ядовито-яркие глаза, две драконьи пещеры, наполненные зелёными сапфирами – дары святого Патрика. Татуировка в виде трёх запятых, расположенных по кругу, с правой стороны плеча. Она обещала горизонты и подарила ему то, ради чего стоило жить, а после – раздавила, переживала и выплюнула. Круговорот набирал силу и повергал в пучину воспоминаний, которые, Саске думал, вычеркнул из памяти окончательно.