Ментальная связь

— Это не только для меня, это для всех большой стресс. И, в общем, я хочу сказать, что мне очень жаль. Я совсем не хотел срываться на тебе, но так уж случилось. Но клянусь тебе, такое больше не повторится. Пока Гарри бормотал свои высокопарные извинения, Джинни ни на сантиметр не двинулась. Она так и стояла подле кабинета Чар, сложив руки на груди и упрямо вздернув подбородок. Однако Гарри видел, что его бубнеж достигает цели: её губы кривились от сдерживаемой улыбки, а в глазах заплясали веселые чертики. Сделав все ставки на последний ход, он пошел на громадный, но рассчитанный риск, взяв ее за ладони и потянув ее руки к себе. Её поза сразу стала более расслабленной, она не стала отбирать у Гарри руки, а лишь опустила голову, пряча широкую улыбку, которая, несмотря на все усилия, расцветала на лице. — Честное слово, — твердил Гарри, сжав ее ладони. — Прости меня. — Ну, думаю, ты не виноват, — наконец подала голос девушка, подняв голову и мотнув ею, чтобы откинуть волосы за спину. — Если Малфой… — Не имею права свалить всю вину на Малфоя, — мягко перебил её Гарри, чуть улыбаясь. — Это противоречит условиям перемирия… — Перемирие? — осторожно произнесла Джинни, словно пробуя слово на вкус, словно пытаясь проникнуть вглубь его значения. У Гарри было вдоволь времени, чтобы обдумать ситуацию, поэтому сейчас он дал время Джинни обмозговать всё. Наконец, к его огромному облегчению, она выдохнула и кивнула. — Ясно. — Ты не против? — спросил Гарри, склоняясь к ней, чтобы заглянуть в глаза. — Думаю, у меня нет выбора, — пожала она плечами и встретилась с ним взглядом. — Остается только потерпеть до Рождества, так ведь? — с большей уверенностью проговорила она. — Конечно, — энергичным кивком подтвердил Гарри. — А потом всё станет как прежде, обещаю. На короткое мгновение ее лицо исказилось каким-то мучительным выражением, но тут же разгладилось, и Гарри засомневался, не показалось ли ему. Он всмотрелся в ее лицо, ища признаки неудовлетворенности или обиды, но не увидел ничего, кроме спокойной уверенности. Какие его слова или поступки могли вызвать у нее эту перемену в лице? Он был с ней предельно честен: всё непременно вернется на круги своя, как только Связь пропадет. Он был убежден в этом. — Джин, — на пробу окликнул он, молясь, чтобы госпожа удача не покинула его внезапно, оставив наедине с рассерженной подружкой. — Думаю, я тоже должна извиниться, — выдала Джинни, соединив их пальцы. — Я не хотела нервировать Малфоя. Просто он довел меня до ручки. — Знаю, — улыбнулся Гарри. — Он это умеет. — Пообедаем? — предложила Джинни, улыбаясь в ответ. У Гарри отлегло от сердца, он кивнул и, взявшись за руки, они направились к Большому Залу. Он не мог прогнать улыбку с лица: наконец-то после этой катастрофы всё потихоньку встало на места. Всё что ему нужно — несколько недель вести себя очень аккуратно, сначала думать, а потом делать, не раздражать Малфоя и своих друзей, и тогда ему удастся пройти через это испытание. Задача вроде бы вполне выполнимая. «Вот и мне посветил луч света в темном царстве», — счастливо подумал он. — Ты выглядишь повеселевшим, — отметила Джинни, пока они спускались по лестнице, предусмотрительно обойдя Кровавого Барона, который с несчастным видом медленно плыл им навстречу. — Ага, — подтвердил Гарри. Он собрался пояснить Джинни то, что перемирие помогло снять напряжение между ним с Малфоем, но его отвлекла знакомая копна платиновых волос, мелькнувшая в конце коридора, и слова замерли на устах. Малфой медленно двигался навстречу неровными шагами. Причина его блуждающей походки была очевидной: в руках он держал большую книгу в кожаном переплете, которую читал на ходу. Гарри едва удержался: он так напоминал Гермиону и при этом был так непохож на себя. Обычно Малфой важно дефилировал по коридору, задрав нос и презрительно озираясь вокруг. Хотя, подумал Гарри, давно он не ловил подобных взглядов. Гарри изумленно наблюдал, как Малфой едва не врезался в рыцарские доспехи, но так и не оторвавшись от чтения, отошел, чуть не свалился, переступая с ноги на ногу, и побрел дальше. «Смотри, куда идешь, а то столкнешься с кем-нибудь». Малфой вздрогнул и посмотрел на Гарри. Он пошатнулся, но удачно перегруппировался и продолжил идти, глядя куда угодно, только не на Гарри. — Будешь вечером делать домашнюю работу? — спросила Джинни. Она посмотрела на него, потом вдоль коридора, заметив Малфоя. Гарри задержал дыхание, но девушка перевела на него взгляд совершенно спокойно, будто никакого Малфоя там и не было. — В последнее время мы почти не виделись. — Действительно, пора с этим что-то делать, — отозвался Гарри, продолжая наблюдать за приближением Малфоя, который все так же старательно отводил глаза. Он прикладывал к этому столько усилий… Это было так странно и так уморительно. Они почти поравнялись, а Малфой всё глядел в сторону, когда Гарри вновь «заговорил» с ним. Настроение у него было прекрасное, и он решил, что ему полагается немножечко пошалить. «Выше голову, старина. Всё не так уж плохо». Малфой резко уставился на него, во взгляде — наполовину шок, наполовину досада. Они разошлись, и Гарри оглянулся. К своему удовлетворению, он тут же поймал взгляд Малфоя, который всё так же изумленно взирая на него, зашел в тупик. Гарри совсем осмелел и подмигнул Малфою. Тот подобрал челюсть, нахмурился и показал язык, чем просто осчастливил Гарри. «Засранец» Поттер на это лишь рассмеялся и отвернулся, чтобы встретить еще один озадаченный взгляд. На этот раз Джинни. Девушка посмотрела по сторонам и сделала верный вывод. — Разговаривали по Связи, да? — Да, — рассеянно ответил Гарри, он уже переключился на мысли о предстоящем обеде. — Просто поздоровались. Джинни кивнула и больше не поднимала эту тему. Гарри тоже не стал развивать её, сейчас ему было достаточно держать ее руку и вспоминать, как нелепо и забавно выглядел Малфой с высунутым языком. Вот смехота. Значит, он еще в состоянии задеть Малфоя за живое. Легче легкого. А уж мерзавец-то Малфой не раз доказывал, что он на этом собаку съел, всласть издеваясь над Гарри. *** По скромному мнению Гарри, обед удался на славу. Он приятно провел время в беседе с Джинни, и ему даже хватило здравого смысла не поминать Малфоя. Только они помирились, как тут же натолкнулись на виновника их разлада, этого паршивца, так что теперь главной задачей Гарри было не огорчать Джинни. И что-то внутри него рассудительным голосом Гермионы предупреждало, что не стоит снова заводить разговор о Малфое. Обед прошел в «тишине». К удивлению Гарри, Малфой не подавал голоса по Связи. Вероятно ли, чтобы он возымел какие-то понятия о тактичности и дал Гарри спокойно провести время со своей девушкой, понимая, что в такой момент лучше не встревать? Вот Гарри ни словечка бы не проронил, обедай Малфой, ну, скажем… с той же Панси Паркинсон, например. Или с той девчонкой-семикурсницей, которая не сводит с него глаз. Или даже с Лавандой Браун, которая заявляла, что сволочь или нет, а Малфой просто красавчик. И он «плохой», добавила она Парвати. Это было всё, что успело достичь ушей Гарри, пока они со смущенным почему-то Роном не унесли поскорее ноги. Ну, с кем бы Малфой ни решил встречаться, Гарри будет сложно сдержать себя, хотя, с другой стороны, ему вроде бы неплохо это удавалось в нынешнем году. — …что нам надо пойти всем вместе для разнообразия. Гарри моргнул, вспомнив, что он, как предполагается, должен беседовать с Джинни. А вместо этого непроизвольно соскользнул в размышления о Малфое и в результате прослушал всё, что говорила Джинни. — В Хогсмид, да? — наудачу ляпнул он, скрестив под столом пальцы. — Да. — Гарри с облегчением выдохнул. — Симус приглашал Парвати, но та бортанула его, наверное, потому что он по-идиотски вел себя в Башне. Так что Дин предложил мне на этот раз отправиться всей компанией. — Конечно, отличная идея, — поддержал Гарри. Его не особо-то волновало, с кем именно идти в Хогсмид, пока с ним был Рон. С ним всегда было весело, и к тому же они могли ускользнуть и застрять во «Всевозможных волшебных вредилках». Да, глупо восемнадцатилетнему увальню развлекаться в магазине игрушек, как ребенку, но ему было плевать. В его детстве, проведенном в борьбе с Волан-де-Мортом, не хватало игр с друзьями, и теперь наступило самое время восполнить пробел. — Ты не возражаешь? — переспросила Джинни и убрала прядку у него со лба, та не преминула тут же упасть обратно. Девушка досадливо улыбнулась, признавая поражение. — Ничуть, — уверил Гарри и сам поправил прическу. На этот раз волосы оставались на месте дольше. Секунды три. — С чего мне возражать? — Ну мало ли, — пожала плечами Джинни и взяла с блюда яблоко. — Ладно, мне пора. Мы договорились встретиться с Луной перед Трансфигурацией и пройтись по домашнему заданию. — Хорошо. — Гарри наклонился и поцеловал ее в уголок рта. — Увидимся позже. — Пока. — Ее губы медленно расцвели в улыбке, и Джинни быстро нагнулась, чтобы чмокнуть в ответ. Гарри улыбнулся и провел ладонью по ее руке, пока она выпрямлялась, потом она подхватила сумку и ушла. «Вот так ты себе представляешь жаркое свидание, а, Поттер?» Гарри дернул головой. Естественно, Малфой обнаружился в поле зрения: сидел за слизеринским столом, очевидно, прокравшись в Большой Зал, пока Гарри был занят разговором с Джинни. Он располагался к Гарри спиной, так что было удивительно, как это ему удалось так точно подгадать момент, чтобы встрять со своими комментариями. «Сгинь». «Как пожелаешь». Гарри озадачил такой ответ. Он-то ожидал какую-нибудь язвительную поддевку или сердитый выпад, на худой конец. Но более подозрительным был ворчливый тон, наполненный горечью. — Ты в порядке? Выглядишь отвратно. Пораженному Гарри потребовалось время, чтобы сообразить, что пустующее место Джинни успел кто-то занять. Гермиона. Обеспокоенная Гермиона. Она бросила на пол сумку и водрузила на стол стопку книг. — Да, всё нормально, — ответил он, сдвигая книги в сторону. — Не волнуйся ты за меня так. — Я бы с удовольствием, — сказала девушка, беря кубок. — Но ты связался с Малфоем, так что не только я, мы все за тебя переживаем, знаешь ли. Как, кстати, у вас дела? — Нормально. Немного странно. Но это же Малфой. — Странно? — озадачилась Гермиона. Гарри пожал плечами. — Периодически острит, умничать пытается. Но без грубостей и оскорблений. Нормально, короче. Гермиона понимающе кивнула, а потом заговорила в подозрительно будничной манере. Он тут же опознал этот тон: так Гермиона сообщала ему вещи, которые ему, скорей всего, не понравятся. — МакГонагалл спрашивала меня, как у вас двоих обстоят дела. Как ваше перемирие. У Гарри на виске вздулась вена. — Что? — в негодовании заговорил он. — Она просила шпионить за мной? — Нет, — терпеливо возразила Гермиона, слово разговаривала с кем-то тупым и вспыльчивым. — Вообще-то она попросила меня приглядывать за Малфоем. Гарри маленечко опешил. — Чё? — Она немного тревожится за него, — призналась Гермиона, понизив голос. — Ты же понимаешь, она не может расспросить слизеринцев, как он. Потому что, во-первых, он и сам с ними не очень-то делится, а, во-вторых, они тут же доложат ему об этих расспросах. Так что она попросила, ну, типа, присматривать за тем, что у вас происходит. Спрашивать у тебя, знаешь ли ты в чем дело, если Малфой… не в себе. — Зачем? — Внезапный всеобщий интерес к Малфою был загадкой для Гарри. Ну, он-то понятно, повязан с ним, но остальные-то что так всполошились? Гермиона вздохнула и посмотрела на Малфоя. — МакГонагалл полагает, что у него синдром выжившего. Его отец погиб, и он, вероятно, тяготится тем, что сделал недостаточно для его спасения. И на него давит осознание того, сколько потерь было на нашей стороне. Он чувствует, что во всем этом есть и его вина. Гарри воззрился на нее. — Ну так это вообще-то правда. Так что радоваться надо, что у него наконец проснулась совесть. — Как эти смерти могут быть на его совести, если он никого не убивал, — негромко сказала Гермиона, выдерживая взгляд Гарри. — Так ведь? Гарри понимал, что «технически» Малфой и правда никого не убивал, но от этого простить ему его поступки не становилось легче. Хотя Гарри вроде как уже простил его, почти за всё. Простил… Нахмурившись, Гарри покачал головой. — Не убивал, — глухо признал он, в голове все смешалось. — Но… блядь. Нам обязательно обсуждать это? — Да, — мягко сказала Гермиона. — Обязательно. Ты с ним «связан», и если хочешь пройти через это с наименьшими потерями, то должен понимать, что он чувствует. Хотя бы немного. — Знаю я, что он чувствует, — проворчал Гарри. Он был уже не просто раздражен, он чуть не писал кипятком. То, что чёртова МакГонагалл и Гермиона умнее его, еще не значит, что они имеют право лезть в его дела. Он вполне прекрасно справлялся со Связью и сам, спасибобольшое. Помощь, а тем более указания, ему были не нужны. — Гарри. — Просто успокойтесь уже. Всё нормально, — сказал он. Гермиона открыла рот, чтобы добавить что-то еще, но удача оказалась на стороне Гарри: толпа гриффиндорцев присоединилась к ним за столом, и их буйная болтовня заглушила все доводы Гермионы. Рон приземлился рядом с ней, а Дин, Симус и Невилл сели напротив. Гермиона кинула на него взгляд, в котором ясно читалось «мы еще поговорим об этом», но он не обратил внимания, а заглянул в записную книжку Симуса. — На что ставим сегодня? — На тебя, — осклабился Симус. — Неплохие шансы на то, что ты еще до Хэллоуина уложишь Малфоя нокаутом. Гарри закатил глаза. — Можешь уточнять, что к каждой монете на ставку прилагается проклятие лично от меня? — Хватит уже выводить его, — одернул Симуса Дин. — Мы не делаем ставки на Малфоя. У нас новое пари. — Да, новое? — озадаченно откликнулся Симус и стал перелистывать блокнот, не упустил ли он чего. — Ага, — небрежно сказал Дин. — Сколько недель отработки впаяет тебе МакГонагалл, когда узнает, что ты играешь на деньги в школе. Симус уловил намек, тут же укрыв блокнот под мантией, успев до того, как мимо прошла директор, бросив на них подозрительный взгляд. Рон, Дин и Невилл расхохотались, только подтверждая нехорошие подозрения МакГонагалл. — Никаких больше ставок насчет меня, Симус. Никаких больше ставок насчет Малфоя, — объявил Гарри. Однокурсники тут же прекратили смеяться, улыбка Дина испарилась начисто. — Почему нет? — удивился Симус с широкой ухмылкой на лице. — Народу же интересно, что там за штука с твоей Связью. — Ага, вот именно. Моей Связью, — отрезал Гарри. — Так что отвалите. Симус присвистнул и подтолкнул локтем улыбающегося Невилла. — О, похоже, я наступил на больную мозоль, а Гарри? — Нет, — раздраженно ответил тот. — Просто меня бесит, что вы никак не прекратите чесать языками. Хорош уже, оставьте нас в покое. Его слова были встречены молчанием. Шутки закончились. Рон глядел на него с любопытством, Симус и Невилл немного хмуро, Дин был шокирован. — Нас? — медленно произнес он. — Простите, не знал, что уже есть «вы». Гарри совершенно не понравился тон, которым Дин это произнес. В нем опять вспыхнул гнев, как с Гермионой и её глупыми разговорами про старания понять Малфоя. — Как это понимать? От разгорающейся ссоры Дина спас немного смущенный вопрос Невилла: — Вы что, теперь друзья с Малфоем? — Мы заключили перемирие, — нетерпеливо бросил Гарри. — А Джинни в курсе? — встрял Дин. — Да! — сказал Гарри, чувствуя, что начинает закипать от всех этик расспросов. — Она была рядом, когда я разговаривал с ним. — Говорил с ним или «говорил» с ним? — уточнил Рон, показав сначала на рот, а потом на висок. — По Связи, — в замешательстве пояснил Гарри. Дин и Симус обменялись взглядами, а то, как на него смотрел Невилл, заставило его насторожиться. — А что такого? — Ему не нравилось эти взгляды, будто он чумной и заразный. — Это тебе не мелочи, — пожал плечами Симус. — Ваша закадычная дружба с Малфоем — первый знак конца Света. — Не думаю, что все так катастрофично, — сказал Рон, потянувшись за соком. — Раньше — может быть, а сейчас ерунда. — Вот. Спасибо, — торжествующе сказал Гарри. — Видите, Малфой уже не главная тема дня. — Возможно. Но ты тут внезапно делаешь разворот на сто восемьдесят и говоришь, что Малфой лучше всех. Гарри аж дар речи потерял. Все повернулись к Дину, который сверлил взглядом ошеломленного Гарри. Тот от шока даже пропустил мимо ушей, что сказали Симус и Невилл. — Не говорил я никогда, что он лучше всех. — Он повернулся за поддержкой к Рону, но тот лишь сочувственно пожал плечами, мол, что с него взять. — Я просто сказал, что он уже не такой засранец. — Ммм, — скептически протянул Дин и подобрал свою сумку. — Ладно, мне надо идти. Пока. Гарри лишь растерянно почесал затылок: — Что за хрень сейчас была? — Представления не имею, — ответил Симус, вновь вытаскивая свой блокнот. — Не знаю, — сказал Невилл, глядя в тарелку. Гарри обернулся к Рону с Гермионой. — Вы что-нибудь поняли? Оба отрицательно покачали головами. Гарри всё это несколько насторожило, что-то он во всем этом упускал, но вот что? Неужели сойтись с Малфоем ближе — в самом деле такая уж вселенская беда? Видимо, да, судя по общей реакции. — Судя по всему Конец света все ближе, да? — Симус смотрел на него почти с жалостью, хотя вполне дружелюбно и с пониманием. Гарри тяжело вздохнул и мрачно кивнул. Что ж, надо признать, в итоге обед прошел не так уж гладко. *** Зевнув, Гарри сделал закладку в «Руководстве» и раздернул полог, чтобы убрать книгу на тумбочку. День тянулся бесконечно, и хотя было еще не так поздно, а он уже ужасно вымотался. Аккуратно положив очки на книгу, он повалился на подушки и потер уставшие глаза. Он вновь прокручивал в голове утренний инцидент, все еще сбитый им с толку. Он был невероятно рад, что Джинни простила его, но где-то внутри сидело неприятное свербящее чувство, что радоваться пока рано. Поведение Дина оставалось загадкой, а потом его осенило. Ведь Дин был с ними той ночью в поместье Малфоев. Сложно предположить, что тот визит оставил у него приятные воспоминания от гостеприимства Малфоев и от самих хозяев, а значит, и Драко тоже. Однако это объясняло далеко не всё. Луна вот, например, не ненавидела Драко, хотя неделями была заточена у них в подвале. Хотя доводы Луны были специфическими. Возможно, его покорность Отцу объяснялась его цветом глаз, что делало его восприимчивым к влиянию мозгошмыгов, и он не мог дать ему отпор. К черту мозгошмыгов, все знают, что Драко отказался сдать Гарри своему отцу и Темному Лорду той ночью. Кроме того, позже он был спасен Нарциссой, так что их имя уже нельзя было использовать в качестве ругательства. Тем более сейчас, когда Люциуса уже нет. Конечное дело, людям не особо-то нравился Малфой, а были и те, кто справедливо его ненавидел, полагая, что ему место в Азкабане… но так думали не все. Большинство, полагал Гарри, согласится с его мнением: что Драко — мелкий засранец, заигравшийся во взрослые игры, который в итоге не смог с этим справиться… «Поттер» Гарри распахнул глаза, чуть не подскочив от нерешительного голоса, раздавшегося в голове. Несмотря ни на что, бывали времена, когда он напрочь забывал о Связи, и ему понадобилось некоторое время, чтобы осознать, что Малфой не стоит у него за спиной. Или не лежит рядом с ним на постели. Он моргнул, ожидая от Малфоя продолжения. «Ты ведь не спишь?» «Нет», — наконец решился Гарри на ответ. Неужели Малфой слышал сейчас его мысли? Козел. Он помолчал, а потом настороженно поинтересовался: «А что?» «Просто хотел спросить кое-что». Гарри ждал, но Малфой не торопился обнародовать свои проблемы. Гарри почувствовал, легкую волну страха: что если Малфой собирается спросить его о Джинни? Или еще хуже! Если он и в самом деле слышал мысли Гарри, и теперь захочет поговорить о войне или типа того? Некстати вспомнились слова Гермионы, и он напрягся, ожидая какой-нибудь странной или неловкой темы. Нет, он не против поговорить с Малфоем о таких вещах. Ну, может, не прямо сейчас, но в принципе. Он просто не хотел плясать под Малфоеву дудку, когда тому вздумается в нее поиграть. Он был честен в своих мыслях. В нем и правда не было больше ненависти к Малфою. А что если Малфой хочет поговорить о том, что обязан ему жизнью? Что он теперь в долгу перед Гарри? Что Гарри на это отвечать? О Боже, а что если он заговорит о своем отце, и они поссорятся? Боже правый, он, конечно, простил Малфоя (Драко), но ждать, что он когда-либо начнет сочувствовать Люциусу? Поттер начал паниковать. Твою мать. Ему надо было сразу сказать, что он не готов отвечать на его вопросы. Он еще и сам со всем этим не разобрался… «Работу по Зельеварению нам завтра сдавать или в четверг?» Гарри был в шоке. И это всё? Расписание? У него одновременно и гора свалилась с плеч, и заерзал червячок сомнений и как будто бы разочарования. Он нахмурился, соображая, с чего бы? «В четверг». «Спасибо». Все еще хмурясь, Гарри задумался, почему нельзя было задать тот же вопрос кому-нибудь из слизеринцев. Они же все сейчас в общей гостиной или уже даже в спальне. Ему было известно, что Панси и Тео тоже посещают Зельеварение, почему Малфой не спросил у них? «Почему ты не спросил у Нотта?» Возникла пауза. «Не знаю. Наверное, обратиться к тебе было быстрее». «А. Ладно», — ответил Гарри, ощущая какую-то странную подавленность, услышав такой ответ. Правильно. Ко мне было быстрее. Теперь из-за дурацкой Связи он навсегда обречен отвечать на любые тривиальные вопросы о сроках сдачи, которые даже Рон в состоянии запомнить. «Спокойной ночи, Поттер». Тихие слова оборвали его внутреннюю тираду и смыли раздражение, оставив после себя чувство, суть которого он затруднялся определить. Ведь, надо признать, Малфой мог бы сделать и противоположный выбор и превратить жизнь Гарри в кошмар до самого Рождества. А он вместо этого говорит об учебе и желает спокойной ночи. Улыбка изогнула губы Гарри, пока он переворачивался на бок и подкладывал под щеку подушку. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. «Спокойной ночи, Малфой».