Игры Судьбы

      Капли скользили по мокрым длинным волосам медленно, отчаянно хватаясь за кончики. Полотенце было сжато в кулак: нужно, необходимо сделать этот шаг. Решиться.       Она резко, чтобы не оттягивать и, тем самым, продлевать кошмар, дернула иссиня-кобальтовую ткань на себя. Материя упала бесшумно, превратившись в мятую кучу. Зеркало отразило хорошо сложенное спортивное тело с крепкими плечами и мощными ногами, молодое и здоровое тело. Если бы не многочисленные жадные укусы, эти шрамы от губ. Девушка сморщилась, осторожно прикоснувшись к тому, что был больше остальных в области груди: сморщилась больше от отвращения чем от боли. Ей стало трудно чувствовать ее за последние месяцы.       Лицо напротив выразило презрение, когда в дверь толкнули.        — Эй, а побыстрее нельзя? Тут как бы твоей мамаше плохо… — грубый мужской голос звучал неприятно, вызывая тревогу и беспокойство.        — Диана… — слабо пробормотал женский.        — О Боже, снова? — девушка впустила и подвела женщину за руки к раковине, но та метнулась в другую сторону.        — Мама, ты же обещала не пить больше! Сколько можно уже, губишь себя, а ради чего? Чтобы удержать того, кто живет с тобой ради жилья? — брюнетка устало вздохнула, проговаривая все это явно не в первый раз.       Женщина с трудом поднялась на ноги и закрыла крышку унитаза, стыдливо прикрывая рот. В ванне сильно запахло алкоголем. Покачав головой, она только смогла прошептать:        — Нет-нет-нет… ты же знаешь, я люблю его… Гена не может… — следующий рвотный позыв заставил ее замолчать.        — Господи, за что это нам? — девушка возвела глаза к потолку, приседая на корточки и гладя мать по голове: пучок полу-седых волос рассыпался, а ведь возраст еще не был пожилым.

***

      «Так не может больше продолжаться. Всему есть предел, в конце концов.» — с упреком в первую очередь к самой себе думала девушка. Проблемы с отчимом, обосновавшимся в их некогда уютном доме довольно давно, преследовали ее и мать, изводили, терзали, можно даже сказать, калечили души. Достаточно было взглянуть на фото прежних лет, чтобы увидеть разницу, чудовищные перемены, произошедшие за это время: цветущая женщина средних лет превратилась в зависимую и потрепанную, запуганную и безвольную, а девочка с красивой скромной улыбкой в мрачного подростка, шрамы которого были не только на теле. Этот человек буквально высасывал из них жизни, с каждым годом давя все сильнее, запрещая все больше, и две одинокие слабые просто не могли противостоять этому натиску. Отца Диана никогда не видела, мать не любила говорить на эту тему, но, по крайней мере, вдвоем им жилось вполне неплохо. До того рокового момента знакомства.       Что-то в нем оттолкнуло сразу. Что — непонятно, но интуиция подсказывала, что от этого человека нужно держаться как можно дальше, не иметь никаких контактов, если не спасаться бегством. Тихой девочке cразу не понравилась та развязность, с какой «ухажер» оказывал знаки внимания, но мама списывала все на пылкий темперамент и только. Мол, мужчины разными бывают, ничего такого в этом нет. Если бы она знала.       Первые побои начались где-то через год после совместной жизни. Сначала это было только в состоянии опьянения, позже и в трезвом. Диана защищала мать как могла, но что может ребенок? Истошно вопить и звать на помощь соседей? Органы забирали его на пару недель, а затем возвращали и все продолжалось заново. Так текла эта безрадостная жизнь, словно семья застряла в каком-то проклятом круге, из которого нет выхода.       Совсем недавно ситуация дошла до абсурдного: девочка выросла и похорошела, что не могло укрыться от внимательных глаз отчима. Пару раз он пригрозил ей разбитой бутылкой вполне реально порезать лицо или тело, если будет брыкаться. Диане стоило нечеловеческих усилий пережить это все, однако, дальше поцелуев они не зашли. Конечно, от этого человека неизвестно было чего ожидать, но именно сегодня вечером девушка собиралась серьезно поговорить с матерью наедине, осторожно намекнув на произошедшее.