Не заходи в Оnline

Ночь была тяжёлой и, на самом деле, какой-то отдалённой от реальности. Роза постоянно прикладывала к моему лбу какую-то холодную мокрую ткань, которая становилась горячей через пять минут. Мне отрывками снились разные сны, что резко обрывались от очередного приступа рвоты или подскочившей температуры. Под утро я услышала голос Вани, который беседовал с Розой: — Хочешь сказать, что она заболела? — Если это можно так назвать, но тут, наверное, что-то другое… Она бредила всё время, говорила во сне, дыхание могло оборваться. Я боюсь за неё… — Я не меньше. Если ей станет хуже, вызови врача, ладно? Мне пора уезжать. Я постараюсь вернуться побыстрее, но всё-таки я оставляю её на тебя. — Но… — Без "но", Роза! Я слишком устал. До вечера. И удаляющиеся шаги с тонкими вздохами были последним, что я помню… *** Утром Роза принесла мне завтрак, но видя, что мое самочувствие не улучшилось, она просто поставила тарелку с чашкой на небольшой деревянный столик. — Ну всё… Я звоню врачу. — Хорошо, — я действительно согласилась, но, думаю, причина понятна. Меня саму начинало пугать это чувство слабости и постоянный жар. Мне было трудно говорить и дышать, глотать и фокусировать взгляд (поэтому я всё время лежала с закрытыми глазами). Я боялась за него больше всего на свете. За моего ребенка. Я не хотела, чтобы он хоть каплю пострадал, поэтому я сквозь силы глубоко дышала, принимала пищу и пила нужные для него соки фруктов, ягод, просто чай и какао. После того, как Роза вызвала врача, она рассказала об отъезде Вани, и что он обещал приехать как можно быстрее. Но слушала я о нем как-то отстраненно. Его имя теперь не вызывает во мне положительных эмоций, он разорвал напрочь мои доверие и любовь, ведь по его поступкам и словам, я сама для него - пустое место. Врач приехал быстро, долго ждать его не пришлось. Роза сразу же повела его ко мне, я услышала приятный мужской баритон. — Удивительно, что меня вызывают в этот дом. Я был здесь в последний раз при покойной жене Дмитрия. Кажется, сейчас у него новая леди? — Да, Виктор Степанович, и это её дочь. Никак не могу понять, что с ней, всю ночь было очень плохо. И да, она в положении. — Вот как, ну это многое объясняет. Мисс, как я могу вас называть? — обратился ко мне мужчина, присаживаясь на край кровати. — Таня, — тихо ответила я, не двигаясь, и даже не смотря на беседующего со мной врача. И он, конечно, всё понимал, продолжая задавать свои нужные вопросы. — Что именно у вас болит, милая? — Всё. У меня болит всё. — Я должен знать точно, чтобы выбрать для вас нужные препараты. — Я не буду ничего пить! Моему ребёнку не нужна эта химия. — Но без нее вы не выздоровеете. И есть специальные препараты для беременных, которые, наоборот, помогут вашему малышу. Ведь когда плохо вам, плохо и ему… Я задумалась. Это решение было одним из самых сложных. Мне ужасно хотелось отказаться, но я понимала, что он говорит верно. Я решила всё-таки согласится, но не смогла издать ни звука. Резкая боль в животе заставила меня согнуться. Она была похожа на то, словно в кожу втыкали десяток иголок. — Таня, что такое? — резко воскликнул врач. — Господи, как же больно… — прокричала я. — Роза, вызывайте скорую! Её нужно в больницу, срочно! Голова так сильно кружилась, что я почти сразу потеряла сознание. *** Белый режущий свет даже сквозь веки проникал так ярко, что я не осмеливалась открыть глаза. По телу пробежала волна страха за ребёнка, и я сквозь тяжелое нежелание открыла глаза и увидела перед собой потолок. Белый, как лист чистой бумаги. Это явно была больничная палата, но никаких эмоций этот факт во мне не вызвал, я спокойно огляделась, после чего мой взгляд остановился на спящей мужской фигуре. Присмотревшись, я поняла, что это Ваня, и просто рассматривала его, поджимая губы. Тот мирно спал на краю кровати, сидя на стуле около меня. Такой замученный и бледный, что внутри даже что-то дрогнуло. Когда в палату зашла медицинская сестра, парень вздрогнул и проснулся, подняв на меня взгляд, и мы улыбнулись друг другу. Почему, я не смогла бы дать объяснения, даже если бы постаралась… Девушка в белом халате попросила Ивана выйти, но я настояла, чтобы он остался со мной, и та одобрительно кивнула. — Это стресс. Ребёнок в полном порядке, но в вашем возрасте малышу крайне трудно, и крайне желательно для вас обоих испытывать больше положительных эмоций. Надеюсь, это возможно? — Конечно, спасибо, — ответил за меня Ваня, рассматривая блондинку. — Мы вас поняли. — Спасибо… — счастливо произнесла я, уронив голову на подушку. С ребёнком все хорошо, и это главное, ведь я бы себе ни за что не простила, если бы что-то... — У вас пять минут, — обратилась девушка к Ивану. Когда сестра ушла, парень перевёл на меня взгляд и долго рассматривал мое лицо, потом взял руку в свои и поднёс к губам. Я почувствовала тёплый поцелуй на коже, который словно обжигал. — Господи, Таня… Прости. Прости меня. — зашептал Иван, прикрывая глаза. — Ребёнок в порядке, и это прекрасно. Это главное. — Я не хотел довести тебя до такого. Я не знаю, что на меня нашло. Я правда очень дорожу тобой. — Со мной всё хорошо, с ребёнком тоже. Тебе, наверное, надо съездить домой и выспаться. — Да, я уже ухожу. Хотел убедиться, что ты не держишь на меня зла. — Нет, не держу, — с улыбкой произнесла я. — И есть ещё одна новость. Сейчас по ту сторону двери сидит отец этого ребёнка. — Вадим? — удивлённо произнесла я. — Да, он. И лёгкая дрожь, которая заставила всё тело похолодеть. Я хотела его увидеть, очень хотела. Хотела обнять его, почувствовать это прежнее тепло и сладость его губ, но ради чего он здесь? Может, снова попрощаться, и на этот раз уже навсегда? Или рассказать о свадьбе с Ларой? Как же я надеюсь, что это не так. Я слабо кивнула Ване, когда тот направился к выходу из палаты. Через несколько мгновений сюда зайдёт человек от котого мне хотелось спрятаться и в то же время бежать к нему на встречу. Эти минуты интриги почувствовал даже мой малыш, который начинал двигаться, и я почувствовала это. Дверь снова открылась, и в палату зашёл молодой человек в аккуратной белой рубашке, с засученными рукавами, в темно-синих джинсах и с уложенными волосами. Вадима было не сложно узнать. Его синие глаза сразу устремились на меня. Я встретилась с ним взглядом и как-то поверхностно задышала. Его лёгкая улыбка пронзила моё тело насквозь, и я спонтанно улыбнулась в ответ, без всяких объяснений. Он продолжал стоять у двери, всё так же пристально рассматривая меня, а я таяла под натиском его жгучего взгляда. Это было похоже на безумие. Без слов и мыслей, только чувства. — Ну как ты, любовь моя? — донёсся до меня такой знакомый мужской голос.