Пройду мимо

— А кем ты хочешь стать, когда вырастешь? — То есть имена и города мы друг другу решили не называть, а настолько личные вещи спрашивать можно? — Ну… наверное, любопытно же. — Я еще не знаю, хочу стать самым сильным. — Суперменом, что ли? Тебе сколько лет-то! — Столько же, сколько и тебе! Десять! У тебя будто что-то поумнее. — Хе, хе, я хочу стать шеф-поваром! Чтобы готовить самые вкусные блюда на свете. — Да врешь, кто в десять лет знает, кем хочет стать. — Ну, а ты в десять лет знаешь, кого будешь любить всю жизнь больше своего отклика, а я просто профессию выбрал! — Это да… я что-то не подумал… — Зато я подумал… давай пока не будем болтать. Если мы не собираемся встречаться, то лучше нам время тратить на тех, кто рядом. А то твоя любовь еще ревновать начнет, что ты с откликом общаешься, не будет тебе верить… — Но мне нравится болтать… — Так будет правильнее. Для твоей любви в первую очередь, балда. А я хочу быть уверен, что когда вырасту и нечаянно встречу тебя в толпе, то не узнаю и легко пройду мимо, потому что меня ждет моя вторая половинка. Смотри, не облажайся, пока! — Но погоди… эй… эй… ЭЙ!!!       Близился Новый год, и компания Луффи собиралась бурно его отметить. Что конкретно они праздновали? Как одна календарная дата медленно перекатилась в другую? Какая разница! Им было по семнадцать, их окружали любимые друзья, на улице шел легкий снежок, и хотелось смеяться до упаду.       Санджи согласился готовить праздничное угощение, обрадовавшись, что место для праздника предоставляет Эйс, к которому на каникулы всегда перебирался Луффи из интерната. Луффи уломал прийти буквально всех, Коза обещал заявиться со своей девушкой Виви, которая училась в закрытой школе для девочек, Усоппу было не с кем отмечать, раз Кайя в Австралии, еще согласилась добрая половина класса. Зоро не хотел идти, тем более если там нужно будет дарить подарки, у него опять не было ни гроша на подарки. Он устраивался перед каникулами на подработку, чтобы оплатить покупку риса и отопление на зиму для сенсея, но тот обругал его, сказав, что Зоро нужно тренироваться, иначе уйдут самые продуктивные годы его жизни и потом форму никогда не нагнать. Потому пришлось уволиться, и Зоро даже не мог финансово вложиться в застолье, о чем честно сказал Луффи. Тот с умным видом похлопал его по плечу: — Не волнуйся, с тех пор, как я стал дружить с Нами, Эйс мне тоже ни гроша не дает. Но это не важно, еду обещал принести Санджи! Выпивку достанет Нами. А если даже не принесет, мы просто будем играть в снежки и веселиться! Что-нибудь придумаем!       Бездумный оптимизм и новогоднее настроение передались и Зоро, и он кивнул. Тем более в последние недели они перестали почему-то тренироваться с Санджи, и поток божественных бенто, регулярно поставляемых ему прямо в класс блондином (никогда Зоро не утрудился сам встать и пойти взять свое бенто), иссяк. И если снова голодать после уроков Зоро быстро привык, то ломка по вкусной и разнообразной пище вместо голого риса преследовала его до сих пор. И сочетание в одном предложении таких слов, как Санджи и еда, заставило его рот наполняться слюной. — Тогда я должен чем-нибудь помочь, чтобы не быть нахлебником, — заявил Зоро тоном, не терпящим пререкательств.       Луффи задумчиво наклонил голову — раздавать указания было не в его натуре. — О, точно! Санджи просил, чтобы кто-нибудь помог ему с продуктами после школы. Правда он попросил пригласить свободных девушек, у которых нет отклика, но я таких не знаю… — Этот мишенебровый, — закатил глаза Зоро, — у него что — отклика нету, раз он как маньяк за девушками бегает? — Понятия не имею, — голова Луффи теперь клонилась в другую сторону, — ну они же это… аристократы. Разве у них не все как не у простых людей? — Да уж, все не по-людски, — Зоро вспомнился жуткий брат белобрысого в ночь, когда луна была особенно большая и яркая, — говори, куда мне идти после уроков и ко скольки.       Санджи, конечно, ему рад не был. Нет, Зоро больше не кривил в презрительной улыбке губы всякий раз, когда Луффи заговаривал о мишенебровом, но нрав-то у того все равно оставался высокомерным и снобским. Никогда не удостаивал Зоро ответом, вот почему он так рвался тренироваться как проклятый, а потом в один день все бросил? Зоро пришел в спортзал, а мишенебровый — нет. И даже не удосужился с пояснениями, что за фигня, когда Зоро на следующий день впервые сам подошел к нему в школе. Отмахнулся, дескать, взрослые дела, Маримо.       Раз Зоро для него все еще пустое место, перед которым ничего и объяснять не нужно, то и Зоро не собирался менять свое мнение по поводу богатенького выскочки. Вот опять, решил купить всеобщую любовь и внимание, предоставив еду для всей оравы. А эти и рады — халявщики. Себя Зоро извинял тем, что сейчас помогает мишенебровому, а на вечеринке пробудет только час и уйдет, чтобы не налопаться там этих маленьких бутербродиков с рыбой, который Санджи иногда клал в бенто. Интересно, он будет делать их на праздник, надо обязательно спросить, пусть сделает… Зоро оборвал себя, ничего он просить не будет.       Мишенебровый стоял около выхода из школы и одиноко пинал забор, смотря, как от ударов с него понемногу падает снег. Зоро он не замечал, и тот решил, что он просто не считает Зоро важным для того, чтобы уделять на него внимание. Тут же вещи поважнее — снег пинать. Потому он довольно грубо окрикнул его, когда подошел: — Эй, пошли куда там тебе надо… в магазин?       Блондин вскинул голову в удивлении, вместо шапки на его голове красовались модные вязаные наушники синего цвета с белым узором — последний хит среди молодежи. Зоро знал это, потому что наушники стоили тысячу бэлли, а тонкая шапка, не защищающая от сильного ветра, — пятьдесят, и у Зоро была вторая. Наушники очень шли к светлым волосам и глазам блондина, стало ясно — готовился встретить девушек. — А… а где меллорин… — он выглядел потерянным. — Кто? — Ну… девушки, — мишенебровый смутился. — Я за них. Реально. Луффи никого не нашел и попросил меня помочь, пошли уже, а то я околею тут от холода.       Санджи понуро кивнул и направился в сторону центра, к самому большому продуктовому в городе. Он был готов взять все-все на себя ради праздника, но вот кто-то должен был помочь донести покупки, и это совершенно точно не должен был быть дворецкий Винсмоуков. Это должен был быть тот, с кем Санджи будет весело, будто он и правда обычный подросток, например — девушки. Но пришел Зоро, которого в последние недели Винсмоук старался избегать. — И чего ты такие условия для Луффи поставил, — бубнил топочущий сзади Зоро, — у тебя что — отклика нет? Или изменяешь по-тихому?       Неожиданно для Зоро, блондин резко развернулся, и в глазах его пылала ярость: — Думай, что болтаешь, тупое Маримо! Я бы никогда не стал изменять своему отклику! Просто… просто… ну знаешь, мы не общаемся. — Как так, — тупо переспросил Зоро. — Ну… не общаемся. А, не забивай голову, Маримо, вырастешь — поймешь! — вдруг раздраженно отмахнулся Санджи. — Да уж куда уж нам, простым смертным, — не преминул поддеть в ответ Зоро, опять не считает нужным нормально ему ответить.       Санджи ничего не ответил, он хотел поскорее закрыть тему, объясняться перед зеленоволосым, что у его отклика давно есть человек, которого он будет всю жизнь любить и ценить больше того, кого для него придумала сама судьба, не хотелось. Будет еще зубоскалить, что бровастый ущербный и от него собственный отклик отказался, и не поймет, что перед ним сейчас раскрылась настоящая любовь и красота, когда любишь кого-то и эта любовь сильнее судьбы. И Санджи не против даже оказаться на обочине этой великолепной истории, ведь она всю жизнь доказывала Санджи, что настоящая любовь вопреки всему и вся существует. Да что ему толковать о прекрасном, голове-траве, не поймет. — Бери тележку и толкай, я буду скидывать продукты, у нас не так много времени. — Раскомандовался, — буркнул Зоро, но тележку взял, он хотел свой хлеб отработать.       Они набирали всего и будто бессистемно, молочный отдел, сырный, булочный, зелень, фрукты, мясо, приправы, рыба (да, он взял рыбу для тех маленьких бутербродиков!). Зоро оставалось только катить тележку, уставившись в спину белобрысому, которого мотало от одной полки к другой, Зоро мог только прикидывать, на какую сумму им влетит все это разнообразие. Блондин постоянно что-то пояснял, для чего берет молоко, для чего яблоки, но Зоро не особо вникал, он пялился на полки, в магазинах он тоже редко бывал — зачем, если денег все равно нет?       Но у стойки с шоколадом упрямому мишенебровому потребовался почему-то сорт, который хранился на самом верху, на последней полке, он встал на цыпочки и весь изогнулся, едва касаясь коробки пальцами. Смотря за акробатикой, Зоро заметил, как сполз вниз рукав пальто и обнажился на правой руке мишенебрового широкий, уже почти зеленый, синяк. Хмыкнул, значит таки нанял себе профессионального тренера и теперь с ним приемчики захвата отрабатывает, а Зоро побоку. И чего тогда целый месяц с лишним мозги сношал — покажи да научи. Только обедами своими душу растравил.       Блондин наконец смог сцапать нужную коробку, но поймал взгляд Зоро на своей руке, быстро одергивая рукава пальто. Боится, что придется объясняться? Да уж не надо, Зоро не брошенная девушка, чтобы реветь по ночам в подушку «Как он мог! Вот так молча уйти!». Зоро лишь ухмыльнулся блондину прямо в лицо, тот резко отвернулся. Мнит о себе.       Расплатился на кассе Винсмоук картой золотого цвета, хорошо хоть не пришлось смотреть, как он такую сумму запросто из кошелька достает. И они оказались перед супермаркетом посреди заснеженной улицы с четырьмя огромными сумками с едой. Зоро вздохнул, надеясь, что квартира Эйса недалеко, он был без понятия, где они. Винсмоук тоже вздохнул, но Зоро не понял почему. — Двигай за мной, — и с натугой подняв сумки, Санджи поплелся вперед. Одна держащая сумку рука блондина постоянно мелко дрожала, и Зоро чуть не предложил ему поменяться, может у него сумки легче. Вовремя себя одернул.       На светофоре они остановились, чтобы Санджи заодно сверился с навигатором, в гостях у Эйса ему еще бывать не приходилось. Он поставил сумки на землю и радостно улыбнулся, взглянув на экран. — Каких-то три квартала, Маримо! Мигом дойдем.       Когда он снова нагнулся поднять свою ношу, у его ног стояла только одна сумка. Он даже резко разогнулся в ужасе — обокрали! Но увидел пропажу — она висела на плече у Зоро, уютно устроившись подмышкой. — Топай давай, — рявкнул на него по-дурацки чувствующий себя Зоро. Санджи пожал плечами, взял в здоровую руку сумку и пошел. Он многое мог бы сказать — и хорошего, и плохого, но не стал. Новый год порой приносит чудеса, Санджи решил воспринимать ситуацию именно так.       Дверь им открыла Нами. Арлонга взяли, но суды еще не прошли, и Нами требовалась защита, чем она и пользовалась, оккупировав квартиру своего защитника и оставив ему только место на диване и две полки в шкафу. Будущая невестка Эйса не радовала. — О, заходите, заходите, вкусняшечки мои! — пропела Нами, — ну и вы тоже заходите, — обратилась она к Санджи и Зоро. Зоро только фыркнул, он в чем-то разделял мнение Эйса, что Нами совсем не пара Луффи. — Вот ведь ведьма, — пробормотал он, когда она отправила их с Санджи разбирать продукты и готовить, а сама упорхала доделывать праздничную прическу. — Нами-сан неподражаемая девушка, Маримо! Просто ты ее не очень хорошо пока знаешь. Я бы не смог придумать для Луффи пары лучше, надеюсь, и Эйс это очень скоро поймет. — Ты что, слепой что ли? Да она сейф зубочисткой вскрывает, а Луффи до сих пор в Деда Мороза верит, они из разных миров! Два человека из таких разных миров никогда не поймут друг друга! — Ты, главное, на Луффи все свои предрассудки и всю кашу из своей головы не вываливай. Нами-сан это просто Нами, она любит яркие цвета, теплые напитки и смеяться. Луффи любит приключения, вкусную еду и смеяться, у них не так мало общего. Все остальное — мишура, и они достаточно умны, чтобы ее снять… — Снять… — Зоро моментально покраснел, почему ему на ум пришло это? — Да ты совсем испорченный, Маримо! — заметил реакцию Санджи. — Иди ты, сам испорченный, все тебе меллорин подавай! — Остынь! — Санджи охладил своего соперника, побрызгав удачно подвернувшимся пульверизатором для полива цветов. — Чего и тебе желаю! — Зоро не стал мелочиться и направил в Санджи струю воды из кухонной мойки. На удивление блондин не разозлился, а рассмеялся и продолжил раскладывать продукты и доставать кастрюли и сковородки. Зоро только принимал короткие указания, путаясь в названиях продуктов и посуды. Зато он отлично нарезал овощи кубиками, умение держать катану пригодилось, тем более сегодня Санджи чувствовал себя с ножом неуверенно. Зато Зоро зачарованно наблюдал, как аккуратно, почти с любовью, отделяет самозваный повар рыбу от костей для его любимых маленьких бутербродов.       Когда все было уже почти готово, оставалась только сервировка, блондин хлопнул себя по лбу. — Так и знал, что забуду! Я припас кое-какой подарок для Нами-сан и Виви-чан, но забыл его дома! Маримо, ты раскладывай все по тарелкам, можешь даже хвастаться, что сам все сделал. Я сбегаю до дома и обратно… Черт, волосы все еще влажные! Это ты меня облил! Маримо, одолжи мне свою шапку! — Вот еще! Я тебе кто — бойфренд что ли, вещичками обмениваться, — рявкнул Зоро. — Обмениваться… Точно! Зоро, побудь моим тайным Сантой, а я твоим. Короче, вот тебе мой подарок на Новый год, — и Санджи бросил ему в руки свои модные вязаные наушники, — а вот этот — от тебя мне, — и блондин нагло напялил простенькую черную шапочку Зоро на свою голову. — Эй ты!       Но Санджи уже нагло улыбнулся и выбежал за дверь, Зоро так и остался стоять растерянным с модными синими наушниками в руках.       В этот вечер праздновать со всеми Санджи так и не вернулся, его телефон был отключен, пришла лишь смс: «Со мной все хорошо, не волнуйтесь». Никак не проявил он себя и в зимние каникулы, а когда не явился в течение первой недели нового семестра, Луффи собрался и пошел к нему домой. Точнее к воротам, потому что дальше его не пустили, заявив, что господин Санджи Винсмоук тут больше не проживает. Зоро никому не говорил, но он тоже ходил искать его, уже весной, но заблудился и не нашел правильного особняка.       Винсмоук так и не явился на получение аттестатов, друзья смирились с резким переездом: «Дела богачей — загадка для простых людей», но Зоро почему-то беспокоился дольше всех, высматривая, не мелькнет ли где белобрысая макушка. Что-то было странное в этом исчезновении, в том, как скрывались они в кустах на стадионе от красноволосого братца. Но в итоге заботы, тренировки и полная отдача мечте стать лучшим мечником взяли свое, и высокомерный блондин занимал все меньше места в памяти Зоро. В следующий раз им предстояло встретиться только через семь лет.