Пройду мимо

      Ночью Зоро практически не спал, мысли его были в полном беспорядке. После всех этих лет оказывается, что Завитушка — его отклик?! После первого шока Зоро решил не паниковать, вдруг в мире два таких психа, что используют это слово, потому он начал припоминать, что же он знает о своем отклике. В детстве тот мечтал стать поваром и сейчас утверждает, что у него работа мечты, у него есть сестра и он из аристократов, всегда готов подраться, обожает и боготворит девушек. Все-таки Завитушка, хе-хе. Вторая волна осознания пришла уже не с шоком, а с удовольствием, все же Зоро был влюблен и дополнительное доказательство, что Санджи никуда от него не денется, грело душу. Завитушке определенно понравится, что Зоро запал на него до того, как узнал, что это его отклик, история же прямо как из кино. Вот можно будет его огорошить! Попросить по связи принести с кухни пива по дороге, когда у них дойдет до того, что Санджи останется с ночевкой, чтобы услышать, как он роняет эту бутылку от неожиданности. Или узнать, о чем он мечтает на день рождения в этом году, и случайно «догадаться». Или расспросить, что он думает сейчас о том, с кем встречается. А потом все равно признаться, Завитушка же всегда мечтал увидеть свой отклик! Тогда и отношения будут развиваться увереннее, потому что сейчас Зоро приходится пробиваться к нему через недоверие. Хотя ожидаемо, учитывая, что говорила Рэйджу про его брата…       Боже, нет! Тут Зоро осознал, что быть откликом Завитушки — это не такая уж удача. Завитушка рассказал своему отклику тайну о том, что сделали с ним его братья, которую, судя по всему, скрывал даже от Рэйджу. А отклику рассказал. Не Зоро. По разговорам по связи было ясно, что он изо всех сил старается скрыть этот факт и не желает, чтобы его друзья о нем знали, особенно Зоро. И как теперь открыться? Признаться, что выведал его тайны? Первое, что поймет Санджи, когда Зоро признается — он знает о тех фотографиях. И хотя Зоро плевать, Завитушка будет в гневе от стыда и в ярости от раскрытого «позорного» по его мнению секрета. Было пять часов утра, а сна у Зоро не было ни в одном глазу, а ведь завтра нужно было идти на очень важное событие к Усоппу.       Он так ни к чему и не пришел, стабильными оставались только две вещи. Он не хочет терять Завитушку, и тот его отклик. Для любого другого человека эти два факта лишь бы укрепляли друг друга, в случае Зоро, сколько он ни думал, они противоречили друг другу.       Вторя разбитому состоянию на душе Зоро на улице шел моросящий холодный дождь, говорящий о вступлении осени в свои права. Чтобы не опоздать, Зоро вызвал такси и приехал к Усоппу даже раньше Завитушки, грустно вздохнув, без него было не весело.       Санджи заявился последним, когда собрались уже и Нами с Луффи, и Коза с Виви, и все ребята. Вошел в квартиру в промокшем пиджаке и с влажными волосами, держа в руках коробку с угощением. Зоро вдруг вспомнил, что это дорогой район и автобусы из района Барати сюда не ходят, видимо, у Завитушки нет денег на такси, и он вынужден был идти пешком. Вот черт, ведь Зоро мог захватить его по пути, ему бы это ничего не стоило. Сначала Зоро начал раздумывать о том, что можно было бы купить автомобиль, чтобы перехватывать где угодно Завитушку, но потом решил, что все равно заблудится, и гораздо удобнее было бы жить вместе и ездить вдвоем из дома на такси, когда на улице такая плохая погода… Из мечтаний Зоро вырвал смущенный кашель Усоппа, пытающегося привлечь к себе внимание. — Ребята… Я хочу вам кое-кого представить. Она очень волнуется и стесняется, потому будьте к ней внимательны. Кайя, выйди пожалуйста! — Иду, Усопп-сан, — послышался мелодичный голос из кухни и в дверях показалась хрупкая пепельная блондинка с большими ласковыми глазами. — Добрый… день, — проговорила она смущенно. — Ребята, это Кайя! Я вам все уши прожужжал о ней, она — мой отклик! Она приехала в Гранд Лайн жить! Кайя, это Нами и Луффи, Виви и Коза, Зоро, Санджи, Фрэнки, Коби!       И хотя ребята собирались послушаться Усоппа и не пугать его гостя, но вслед за Луффи и Фрэнки никто не смог сдержаться, и все как один подхватили дружный возглас: — УРАААА!       Девушка смутилась и потупила взгляд. — Это невероятно, я столько о вас слышал, Кайя-чан! Как ваши родители, как Беллами, ваш домашний кенгуру? — Санджи первый переключился из состояния «восторг» в состояние «типичный Завитушка рядом с красивой девушкой». Всегда благодарный тому, что Санджи слушал его рассказы, теперь Усопп был несколько напряжен такому вниманию. — Вы что — женитесь? — в лоб спросил Луффи, еще более смущая девушку. — Ээ… нет, я даже не закончила обучение, просто обстоятельства… Усопп взял Кайю за руку и усадил в отдельное кресло, сам присаживаясь на подлокотник. — Кайя приехала сюда проходить лечение, это я посоветовал ее родителям, у нас одна из лучших клиник по ее направлению. Она хочет свадьбу, только когда будет здорова, — вздохнул Усопп. — Ты никогда не говорил, что Кайя-чан больна… — удивился Санджи. — Не хотел вешать на других мои проблемы, что бы вы могли сделать? Она и так получала лучшее лечение у себя на родине.       Все как-то присмирели, ошарашенные печальной новостью, это же тот самый отклик, о котором Усопп трещит без умолку с самой школы. Юная блондинка наконец собралась с решимостью. — Я хочу сразу объяснить, я давно борюсь с раком и не знаю, удачей ли завершится мое здешнее лечение. И до этого момента я хочу проводить каждый день как можно более легко и радостно, чтобы запомниться моему отклику… чтобы запомниться его друзьям по веселым дням, а не по грустным посещениям больницы и запаху лекарств. Потому прошу вас не думать о моей болезни, когда вы на меня смотрите. Сколько бы ни осталось у нас дней вместе, давайте проведем их радостно! Это будет самым большим подарком мне - жизнь, полная ярких дней.       Все заулыбались, вот она какая была — Кайя, отклик Усоппа, настоящей наградой за годы преданного ожидания. Благоговейное молчание прервал громкий чих Санджи, так и оставшегося в мокрой одежде. — Да, ребята, зато можете думать о том, как простудился я. Прости, Усопп, где ванная? В коробке приготовленные мной моти, я решил, что Кайе-чан будет интересна традиционная кухня.       И Санджи удалился в ванную, под удивленный возглас Усоппа: «Как ты догадался про Кайю?!». Зоро только усмехнулся, такой уж он — шестым чувством чует, когда дело касается истории про отклика. Но тут же поскучнел, Завитушка только пришел, а уже скрылся в ванной. Спасибо Луффи, тут же облившему его соком. Зоро для проформы чертыхнулся и якобы отправился вытираться за Завитушкой в ванную, закрывая дверь изнутри на защелку.       Санджи, сняв пиджак, вытирал волосы полотенцем перед зеркалом. Завидев Зоро, он тут же вернул челку на место, скрывая одну из своих бровей. Тот закатил глаза, что он там не видел? Зоро по-хозяйски сразу же двинулся ближе, обнимая стоящего к нему боком блондина, он сцепил руки на его талии, заключив в замок, и прикоснулся слегка губами к волосам на виске. Санджи зачарованно уставился на представшую перед ним в зеркале картину, загорелая кожа Зоро контрастировала с его бледностью, глаза мечника были закрыты, а губы отрывались на миллиметр от его виска только чтобы что-то прошептать. Санджи был рад, что Зоро стоит к зеркалу боком и не может видеть, как тот слегка покраснел. — Где ты шлялся, Завитушка? — прошептал мечник. — Зоро, мы у Усоппа в гостях, — Санджи зашевелился, чтобы вырваться из замка рук. — А что, если кто-то войдет? — Ну и что, — Зоро пожал плечами, не думая расцеплять рук.       И правда, подумал Зоро, ну и что? Может, так даже лучше, друзья знают, что у Зоро нет отклика, у Санджи нет отклика, они скорее всего будут очень даже за. И тогда, когда всем будет известно, даже Зеффу, Зоро можно будет признаться, что он завитушкин отклик. И если Санджи взбрыкнет и разозлится на Зоро, то общественное давление, слова друзей, весомые аргументы Нами и взгляд папаши заставят его смириться с неожиданной новостью и простить Зоро. А еще лучше дети — кто же разбивает семью с детьми из-за такой малости… Вот черт, они же оба мужчины. Так, где взять детей?        Зоро вздохнул Санджи в висок, если Завитушка не хочет пока обнародовать отношения, значит, придется смириться, он и так с трудом вернул его доверие обратно после того прокола в душе. — Кайя — просто чудо, — сказал вдруг Санджи.  — Я не знал, что у Усоппа такая драма, думал, он самый счастливый парень из всех, кого я знал. Везунчик, — признался Зоро, ощущая, как Завитушка сдается и опускает ладонь на его руки. — Ну он и есть везунчик, ведь он может быть со своим откликом, когда тот больше всего в нем нуждается, — мягко проговорил Санджи, не зная, как больно только что ударили Зоро его слова. — Очень многие упускают этот момент. Ты знаешь, что отклик Коби покончила с собой еще до того, как они встретились? Он рассказывал ей по связи, что восхищается Эйсом, как полицейским, а у нее были проблемы дома, жестокие родители, травля в школе, ей было всего четырнадцать, и она напилась таблеток. Думала, что всем только мешает, что она обуза, а если ее не будет, то хотя бы мечта Коби стать полицейским осуществится. Коби не было рядом, чтобы поддержать ее, они жили очень далеко друг от друга, и он просто не успел ее навестить. Быть может, увидев ее, он понял бы, что она важнее любого звания, — Санджи почувствовал, как крепче сжал его Зоро. — А у Усоппа не будет таких сожалений, он был с Кайей каждый день, даже когда она была в Австралии, ездил туда три раза. Он купил ГоуПро, чтобы они «вместе гуляли», находясь на разных континентах. И теперь, если Кайе будет больно от лечения или страшно, что оно не сработает, он всегда будет рядом. Разве это не сделает ее счастливой? Ее родители очень мудро поступили, отпустив ее лечиться сюда, к своему отклику. Они замечательные люди.       В душе Зоро болезненно холодело, решимость признаться Завитушке таяла на глазах. Зоро мог быть рядом со своим откликом в самые тяжелые его времена, легко, они ведь учились в соседних классах. Он даже просто мог пойти тем злополучным вечером вместе с Санджи домой за подарками для девушек, но снова этого не сделал. А сейчас Санджи стоит здесь и рассказывает, что даже под угрозой жизни Кайя будет счастлива лишь потому, что отклик рядом с ней, и она не одна в своей боли. Черт, почему Зоро должен был узнать, что Санджи его отклик. Почему они не могли жить до старости вместе в неведении?!       А может и не говорить ему никогда? Сказать своему отклику, что личная жизнь закрутила и жена ревнует и перестать общаться по связи, уделив все внимание Санджи. Они точно совместимы, раз отклики, и смогут прожить счастливо. Признаться можно на смертном одре или лет в шестьдесят, когда например, Санджи сломает колено, сядет в инвалидное кресло и не сможет уйти от Зоро, потому что тот будет для страховки еще и держаться сзади за ручки кресла. Блокировка колес опять же. Какая ерунда с недосыпа в голову лезет! Не говорить Завитушке и знать самому подло, как ни крути. Что же делать? Что?!       В ванную постучались, Зоро с ленцой отлип от Санджи и открыл дверь, на пороге стояла Кайя. — О, простите, я помешала, мне нужно… — Нет, нет, нет, прекрасная Кайя-чан, я просто сушил одежду и боялся смутить девушек, а этого Маримо ничем не смутишь! Прошу вас, я уже закончил, — и Санджи вытолкал Зоро из ванной, нечего зажиматься по углам, на вечеринке надо веселиться!       Веселиться, как же. В ванной Санджи снял пиджак и расстегнул рубашку, чтобы вытереться, что не ускользнуло от цепкого взгляда Нами. — О, Санджи, какое модное украшение! — Простите, Нами-сан? — Это твое синее ожерелье, подружка подарила? — Нами ткнула на шею, где из открытого ворота выглядывала цепочка засосов, оставленных во время их «вечеринки на диване» Зоро. Санджи тут же покраснел как пожарный гидрант и быстро принялся застегивать мелкие, как на зло не поддающиеся, пуговки рубашки. — Ни… ничего такого, Нами-сан. У меня… было свидание. — Оооо! Санджи-кун настроен так серьезно, — со смешком проговорила рыжая. — С чего бы это? — не удержался Зоро от вопроса. — Ну он же нам все уши не прожужжал, что появилась очередная меллорин, в которой он узрел любовь всей своей жизни, как в каждой второй. А если тут такое стеснение, явно что-то серьезное, — хихикала Нами в ладошки. Зоро тоже хмыкнул. Санджи стрельнул в него взглядом, но он всегда зыркал на Зоро за смешки над его личной жизнью, потому никто и не придал этому значения.       Кайе оказалось всего двадцать один, но она была само очарование, в ней смешивалась детская наивность и невероятный практицизм. — А где вы живете, Кайя-чан? — Здесь. Мои родители сказали, что я не буду жить без присмотра в отеле в чужой стране. Если они меня и отпустят, то только к моему отклику, — улыбнулась Кайя. — Храни господь ваших родителей, — сказал Санджи, готовый удавиться от зависти. У Виви с Козой от дикого хохота синхронно пошли сопли из носа.       Возвращались вечером, на улице все не переставал моросить дождь. Зоро, оценивший тот факт, что такси не могут заблудиться, снова вызвал себе машину, предложив по пути подкинуть Санджи. Мокнуть еще раз не хотелось и тот кивнул, не подозревая о невероятном коварстве мечника. Тот планировал «нечаянно» забыться и оказаться в первую очередь около своего дома и далее уговорить Завитушку зайти. Он не знал, как стоит поступить с историей про отклик, но чем сильнее будет связь между ними, когда Санджи узнает, тем больше у Зоро шансов сохранить отношения. Он был намерен ковать железо, пока горячо. Удивительно, но как Ророноа Зоро он считал себя отличным вариантом для Санджи — он легко может оплатить операцию на его драгоценные руки, решить проблемы с рестораном, готов быть терпеливым в развитии отношений, ему комфортно с самыми невыносимыми чертами характера Завитушки, а если что и подраться можно, ну и, как оказалось, он мучительно переживает невозможность прикоснуться к нему. И при этом Зоро был абсолютно отвратительным откликом, отказавшимся от Санджи, оставившим его одного в беде, потом в отчаянии, обрекшим терпеть унижение и стыд и хранить это в секрете от всех. Р-р-р, почему Зоро не может не быть откликом Санджи? Почему это не может быть кто-то другой? Зоро вздрогнул, а что если бы тогда этот кто-то другой появился бы на пороге Барати и заявил права на Санджи? И сразу бы его зацепил чем-то? Зоро бы тогда пришлось его прикончить… Нет, все же хорошо, что он и есть отклик Санджи, и тот не заявится прибрать Завитушку себе. Зоро захихикал. — Ты чего? Сегодня весь день ты задумчивый, Маримо, — Санджи удивленно смотрел на него, сидя рядом в уютном такси, по окнам которого стекали капли дождя. Зоро опомнился, они уже подъезжали к району Барати, и он чуть не прошляпил свой план. Не долго думая, он притянул к себе Завитушку в поцелуе, чтобы тот не заметил, в каком они районе. — Эй, ты чего творишь, леди-таксист все видит и слышит, — зашипел тот, уклоняясь. — Ничего она не видит, она за рулем, — зашипел в ответ Зоро.       Вот уже десять лет работающая по ночам таксистом Макино все слышала и видела в зеркало заднего вида, но клиенту должно быть комфортно, потому она не стала мешать зеленоволосому откидывать блондина назад и сжимать его в объятиях, чтобы тот больше не уворачивался от поцелуев. Подумаешь, целующаяся парочка на заднем сиденье, это самый спокойный подвид ночных клиентов. — На месте, — огласила она через десять минут, когда с заднего сидения не было уже слышно никакой возни, только вздохи и звуки поцелуев. — Что? — поднял голову немного взъерошенный зеленоволосый. — Ох, Завитушка, забыли и проехали мимо Барати. Ну заходи ко мне, раз так, хоть выпьем.       «Забыли», как же, Макино подмигнула зеленоволосому, когда тот расплачивался за поездку. Тот и не предупредил в начале поездки, что им нужно кое-кого по пути завезти. Такой же взлохмаченный блондин поднялся с заднего сидения и вышел, не смея беспокоить своими возмущениями очаровательную леди. Какая удача для Зоро, что этот вызов взяла именно Макино.       Они поднялись на последний этаж новенькой многоэтажки, где была квартира Зоро. Решивший в лифте продолжить начатое в такси Зоро ощутил, как с каждым этажом выше решимость Завитушки ослабевает. Да что такое, будто он маньяк какой и школьницу в квартиру ведет. Он что, не может пригласить его правда просто выпить?       К моменту, когда Зоро открывал дверь на лестничной площадке, Санджи уже было совершенно не комфортно, он закусил губу. Не то чтобы он боялся Маримо, просто сама возможность вновь оказаться в постели с мужчиной пугала его на уровне инстинкта, заставляла дрожать и хотеть забиться в угол. — Зоро, знаешь, я…       Зоро не заставил его продолжать. — Да все я знаю, Завитушка, — он уже отпер дверь и взялся за ручку, — смотри — накладываю печать ограничения на квартиру. В ней всем разрешено раздеваться максимум по пояс. Пум!       Санджи рассмеялся: — Что это за «Пум!» такое. И вообще — по пояс сверху. — Хитрое уточнение, тебя не проведешь, — сказал Зоро, пропуская решившегося Завитушку в квартиру.       По пояс — тоже очень хорошо. Потому стоило Санджи в гостиной скинуть с плеч пиджак, как Зоро обнял его сзади, чтобы приникнуть губами к шее прямо под линией роста волос. Подумывая, удачное ли это место для засоса, Зоро обнял Завитушку сзади, пропустил вперед руки и принялся расстегивать одну за другой пуговицы на рубашке. Каждая пуговица позволяла ему еще немного приспустить рубашку, опускаясь губами вдоль позвоночника все ниже и ниже. Когда Зоро целовал между лопатками с губ Санджи с очередным выдохом случайно сорвался легкий стон, чувствительная спина, значит. Зоро закрепил успех, пройдясь языком по этому участку позвоночника и ощутив, как по телу Санджи прошла дрожь. С последней пуговицей рубашка соскользнула на пол. Санджи развернулся в кольце рук Зоро и набросился на него с решительным поцелуем. По сбившемуся дыханию, горящему лицу, ну и явно упругому прижимавшемуся к нему холмику паха Зоро понял, что не только он тут сильно возбужден. Поцелуй не был таким, какие нравились Санджи до этого — нежные и тягучие — он просто впивался в губы Зоро. Отличная тенденция, Завитушка все больше раскрепощается наедине с ним. Не упуская своего шанса, он прижал, почти вдавливая в себя, Санджи, и, то стукаясь о косяк, то прижимая его к стене, добрался таки до спальни. Они рухнули боком на кровать, не прерывая жаркого поцелуя, руки Санджи блуждали по спине и талии Зоро и тот был рад, что у него высоко задралась футболка. А завитушкин язык давно был во рту Зоро, и он не мог не отметить его талантов.       Он запустил руку вниз, между разгоряченными телами, и дотронулся до паха Санджи, тот несдержанно застонал, не разрывая поцелуя. Зоро погладил еще раз, еще, блуждающие по спине руки впились в него ногтями, Санджи слегка выгнулся назад от возбуждения. Тогда Зоро расстегнул ремень на чужих брюках, скользнула ширинка… — Эй, а как же печать… — начал вдруг было напрягшийся Санджи, но Зоро не стал отвечать, только успокаивающе поцеловал его в бровь, потом в нос и вернулся наконец к играм с его языком. Запущенная в ширинку рука спасла из тесного плена давно возбужденный член Завитушки, и пусть в трусах и брюках делать это было не так удобно, но Зоро взял его в крепкую хватку и провел несколько раз от конца до основания. Санджи выгнулся спиной так, что их поцелуй разъединился и спальню Зоро огласил глубокий стон. Зоро провел по члену большим пальцем и стон повторился. — Черт, Зоро, я сейчас… — Собственно этого я и добиваюсь, — хмыкнул Зоро, хотя с мужиками он ни разу не спал, но уж как лучше трогать член знал на собственном опыте. Зоро сделал себе пометку почитать про однополый секс подробнее в интернете на будущее. Стоны были таким протяжными, что и сам Зоро начал сходить с ума от желания, чтобы к нему прикоснулись. — Черт, Завитушка, как насчет взаимопомощи?       Уже мало что соображающий Санджи тоже запустил руку между лежащими лицами друг к другу телами и нащупал ремень Зоро. Тот не поддавался, а опытом раздевать мужчин в постели Санджи тоже не обладал. Зато с ширинкой дело пошло легче, и член Зоро буквально сам вырвался из белья на свободу. Санджи ухватился за него удивляясь, насколько он горячий и уже твердый. Пара движений рукой и Зоро ругается от удовольствия, прижимаясь ближе к Санджи. Он хочет положить вспотевший лоб на его плечо, в выемку у шеи, где так пахнет его кожей. В какой-то момент Зоро перехватывает руку Санджи и прижимает друг к другу их члены, обхватывая их одной рукой, не переставая двигаться. Санджи уже на пределе, он громко шепчет: «Зоро, Зоро» и этого хватает, чтобы мечник кончил. С удовлетворенным полустоном-полурыком он пачкает спермой его и Санджи торс. Для разрядки блондина нужно еще немного, ведь Зоро ждал этого много дней, а Санджи скорее опасался такого момента и не желал, потому Зоро не останавливается, чтобы все мысли Санджи наконец улетучились. Губами он чертит новую дорожку на шее любовника, а тот продолжает шептать: «Зоро, Зоро, я больше не… Аааах!». И Санджи тоже кончает, смешивая на торсах свою и зорову сперму, делая их еще более липкими и уставшими.       Дальше они откидываются на спины и не двигаются, нет никаких сил, только дышат тяжело в темноте спальни. В голове у Зоро, разрывающейся от дум еще с ночи, ни мыслишки. Надо бы в душ, смыть с себя все, но смывать не хочется, это — доказательства того, что только что было. Они засыпают в тех же позах на полчаса и просыпаются только из-за смс-ки от Зеффа. Санджи с ленью тянется и достает из кармана брюк старенький телефон с почти стертыми кнопками. «Где ты, тупой баклажан?!» — значится в смс-ке, приоткрывший глаз Зоро хмыкает. «Вечеринка затянулась, остался у Зоро, буду к открытию» — набирает, зная расположение клавиш по памяти, Санджи. Незамедлительно приходит ответ: «Предупреждать надо! И не напивайся с кочаном, мало ли что пьяные натворите». Зефф заботится о Санджи, тем более теперь, когда о нем известно семейке, но Зоро прикусывает язык, Зефф помнит тот вечер, увидел ли он засосы? А как воспримет Зефф, что отклик его сына — мужчина? Он может и запретить Санджи, и тот так его уважает, что может и послушаться, ведь Зефф тот, кто его спас, а не Зоро…       В душ они идут по очереди, заметив порыв Зоро подняться вместе с ним, Санджи толкает его рукой в грудь, укладывая обратно на кровать. Потому что знает, просто так совместный душ с Зоро не кончится, а в душе Санджи точно разденется до гола. Вздыхая, Зоро плетется вторым, а когда возвращается, Санджи уже спит, положив под щеку ладонь. Все еще в штанах, вот упрямый… На часах двенадцать и Зоро легко улыбается и целует Завитушку в его любимое место — в висок, и мысленно говорит по связи «Спокойной ночи» своему отклику. — Спокойной ночи, — бубнит, не просыпаясь, Санджи, не разобрав даже, где реальный разговор, а где связь.       «Ты тоже запутался, Завитушка, но не так, как я» — думает Зоро. Сегодня он так ничего и не решил, он не знает, как не потерять Санджи. Потому Зоро берет свой телефон и рассылает всем друзьям сообщение: «У меня очень серьезный разговор. Давайте соберемся. Чем раньше, тем лучше. Не говорите мишенебровому, это важно».