Несовместимость

Мечник присел на край столешницы, сделал самое просительно-страдальческое лицо, на какое был только способен, и со вздохом тихо произнёс: - Давайте заберём Конвэя. - В каком смысле? К себе? На корабль? – Родимус едва удержал в руках стопку датападов с магнусовскими отчётами о разведмиссии. Рэтчет приблизился к бывшему десептикону и по-отцовски положил ладонь на плечо: - Дрифт, человек – не ручная зверушка, для которой достаточно уголка в каюте и подстилки с миской. Ему нужны определённый состав атмосферы, влажность, температурный режим, экранизация от радиационного фона космоса, органическое питание, вода, возможность осуществить гигиенические процедуры… А если он заболеет? Я, знаешь ли, по органикам не того, не очень. - Он сам медик, - не унимался Дрифт. – Знаете, на вид он вроде бы крепкий, психически устойчивый, непоколебимый, бесстрашный. Только его биополе говорит о противоположном. Ким потерял всю семью, для него это было словно вчера, его аура кричит об одиночестве, бездонном отчаянии. Его чувство вины за то, что он последний выживший просто безгранично. А само осознание того, что он – единственное разумное существо на всей планете, противостоящее тому кошмару, что мы видели… - Но ведь как-то он справлялся всё это время, - фыркнул Родимус. - Да ты сам вспомни, насколько тебя хватило, когда тебя случайно заперли в подсобке! – огрызнулся Дрифт. – Пару джооров – и ты был на грани срыва, лужица до сих пор не подсо… - За-т-кнись, - шикнул молодой Прайм и грозно сверкнул оптикой на спиритиста. - Рядом с моей, пустует каюта. Она прекрасно экранирована от излучения, с двумя герметичными дверьми, толстыми стенами. Там можно настроить атмосферу, я Брэйнсторма задействую и Нотику, - ныл Дрифт, действуя на нервы капитану и начмеду. – Родимус, ты же сам говорил, что люди очень милые существа. А ты, Рэтчет, как можешь оставить ребёнка своего друга в опасности? В общем, не нытьём, так капанием на мозг. - Ишь разошёлся! Явно мальчишка пришёлся по искре нашему бравому рубаке, - ухмыльнулся Рэтчет. В этот момент у начмеда в памяти всплыл последний разговор с юным Конвэем. Перед отлётом шаттла-разведчика все собрались на стартовой площадке, и Адам буквально умолял проверить и перепроверить их шлюпку на наличие «безбилетников». Кибертронцам может и ничего не станется, если на «Потаённом Свете» заведутся вот такие экзотические крысы. Однако разносить чуму по галактике – не самое благое дело. На шаттле действительно обнаружили парочку паразитов, успевших пробраться на борт. К счастью это были всего лишь лицехваты. Рэтчет выстрелом лазерного ружья разнёс не прошенных гостей, попутно продемонстрировав способность крови этих тварей разъедать металл – поверхность челнока ещё долго дымилась и шипела там, где попала зеленовато-жёлтая жидкость. Уже тогда Дрифт старался находиться поближе к человеку, недвусмысленно намекая тому, что нечего оставаться на Айрии и, в общем, пора паковать чемоданы, а не просирать молодость ради непонятного долга перед давно умершими родичами. Да и вообще, опасное это дело – охота на ксеноморфов. Только Конвэй молчал и лишь отводил взгляд ясных глаз от увещевателя. Перепалка продолжилась. Родимус насупился: - Надо спросить Мегатрона. - Ой ли?! С каких это пор Родимус Прайм слушает «ведроголового»? – ехидно осклабился Дрифт. - Он всё-таки со-капитан. Рэтчет! Образумь этого пустозвона! – взмолился Родимус. - Янглинги, - отмахнулся медбот. – Оптимуса на вас не хватает. *** Мегатрона нашли в кабинете Ультра Магнуса, тот как раз уточнял вопросы насчёт субординации и последующего курса. Зная, какую антипатию испытывает Мэгз к «людишкам», Родимус был уверен, что тот мигом завернёт разошедшегося Дрифта. Однако… - Будет хорошим опытом для многих из нашей пёстрой команды пообщаться с представителем «сапиенсов» наживо, - выслушав доводы Дрифта и контрдоводы Родимуса, ответил Мегатрон. – Заберём землянина, доставим до ближайшей более-менее развитой колонии подобных ему, и жизнь спасём, и нам зачтётся. Что говорят Перцептор и Брэйнсторм по-поводу создания среды обитания для гостя на корабле? И сколько энергии уйдёт на поддержание её функциональности? Дрифт мигом отчеканил, не дав Родимусу даже рта раскрыть: - Технически всё займёт около двух-трёх оор. Энергозатраты стандартные - не более чем на одного члена команды-механоида. - Что? Это ты нарочно, да? Да. Чтоб меня позлить, - начал закипать Родимус. – И с каких это пор МОЯ команда стала НАШЕЙ?! - Да что с тобой происходит, captain boy? Ты же всегда был столь ярым сторонником всех этих оптимусовских догм насчёт спасения и защиты слабых и беззащитных. Неужто… неужто ты ревнуешь? – хохотнул Мегатрон. - Кого? Его? – Красно-жёлтый мех ткнул большим пальцем в сторону примостившегося у двери Дрифта, - пф-ф-ф, много чести. - В точку, - продолжал поддразнивать со-капитан несдержанного молодого Прайма. - А катитесь вы-ка все к Юникрону в ж… Делайте, что хотите. Только потом пеняйте на себя, - вспылил Родимус и стремительно вышел из кабинета. Дрифт незамедлительно помчался готовить шаттл. Взбунтовавшаяся интуиция подсказывала спиритисту, что надо спешить. *** - Малыш, мы за тобой, - улыбающийся во все дэнтопластины Дрифт присел рядом с опешившим Конвэем. Паренёк выглядел слегка потрёпанным, осунувшееся симпатичное лицо и покрасневшие белки глаз говорили о напряжённых (и, скорее всего бессонных) днях, прошедших с их последней встречи. От внимательного взгляда увязавшегося с Дрифтом Рэтчета не укрылось то, что Адам как-то странно держит левую руку, словно бережёт её. Медбот подошёл ближе и поравнялся с Дрифтом: - Послушай, Ким, эта планета – обречена. Я понимаю, ты её часть, Айрия - твоя родина, и твой отец вложил в это всё слишком много. Однако, осознай здесь что-то не так. В прошлый раз разведшлюпка долго не могла восстановить связь с «Потаённым Светом», пока мы не вышли за пределы атмосферы. Неожиданно плечи Конвэя опустились, голос стал тихим и надтреснутым: - Здесь всё не так. Карантин предусматривает проведение определённых мероприятий, зачистку, либо полную консервацию в конце концов. Но шли астроциклы, а Конфедерация молчала, словно Айрии никогда и не существовало, словно она стала призраком. Про неё просто забыли. Эта зачумлённая планета обречена, проклята. Остались лишь мелкие птицы и животные, не пригодные «чужим» для пищи и носительства. Эти ублюдки при неблагоприятных условиях могут длительное время пребывать в состоянии диапаузы. Пока не появится подходящая жертва. Адам сглотнул комок, подступивший к горлу, и продолжил: - Я – страж, один из тринадцати, последний из тринадцати призванных охранять галактику и её жителей от этой дьявольской планеты. Вы седьмые. Семь раз за три с половиной ворна было инициировано пробуждение по сигналу приближения объекта к Айрии. Первые четыре экспедиции органиков даже не добрались до комплекса, потому как припланетились на пятой и шестой пусковой площадке – самых дальних от госпиталя. Ксеноморфы тогда славно порезвились. Пятые посетители Айрии не заинтересовали «чужих», поскольку имели форму энергетических шаров, оболочек. В общем, не представляли пищевой ценности. Шестая экспедиция оказалась умнее и выслала дрона. Тот побродил по округе и, не обнаружив следов присутствия разумной жизни, был деактивирован. А в седьмой раз явилась ваша славная мехокоманда. Я бы и в этот раз не вступил в контакт, отпустив вас на все четыре стороны. Однако у меня возник один вопрос – какого дьявола, если вы не охотники за головами, не наёмники? Какого нечистого все эти разведгруппы решили спуститься на поверхность моей проклятой планеты, если сигнал содержал ясное, недвусмысленное послание: «ОПАСНОСТЬ! УГРОЗА! СТРОГИЙ КАРАНТИН! НЕ ПРИБЛИЖАТЬСЯ! НЕ ПРИЗЕМЛЯТЬСЯ!»? Дрифт и Рэтчет переглянулись, начмед молча включил аудиозапись. - Что это? – поинтересовался Конвэй, когда трансляция закончилась. - Это сигнал, дешифрованный нашими криптоаналитиками, - негромко произнёс Рэтчет. – Это твой сигнал… - Чушь какая-то. Это же универсальный код-запрос о помощи и содействии в эвакуации, - недоверчиво покосился на автобота человек. - Поэтому собирайся, Адам, пора сказать Айрии «Прощай!» - подытожил Дрифт.