Цветочная меланхолия

       На часах была полночь. В квартире стояла мёртвая тишина. Еле встав на ноги, Гроссулар почувствовал жгучую боль в спине, будто бы Лилиум и не прекращал этих пыток. Офицер пытался отвлечься, но его мысли отражались тревогой в сердце, нарастающей с воспоминанием о последних сказанных ему словах. С огромной тяжестью во всем теле он небольшими шагами добрался до кровати, где спал его цветочный король. Гроссулар наклонился и очень осторожно, чтобы не разбудить, нежно поцеловал возлюбленного в щеку, затем выпрямился и направился в ванную. Он разделся и встал под прохладный душ. Вода стекала по отметинам на спине. Будучи наедине с собой, Гроссулар позволил себе издать едва слышные стоны.        События этого вечера можно было назвать сумбурными. Светловолосый мужчина думал о том, как исправить ситуацию, чтобы не повторить прошлых ошибок. Он боялся действовать, боялся признаваться, боялся расставаться; он был трусом с огромной выдержкой. Зная импульсивный характер Лилиума, который, в прошлом пусть и был тем ещё интриганом, нередко сам подозревал Гроссулара в том, что к тому и близко не имело никакого отношения. Это было тяжело.        Он стоял под душем без малейшего желания двигаться. Его разум погрузился в воспоминания. До того, как они стали близки и взялись за план переворота, Лилиум любил возражать Гроссулару на собраниях. Это было единственное место, где они взаимодействовали, каждый раз противостоя друг другу. После одной из таких тяжёлых дискуссий Гроссулар решил навестить своего упрямого сослуживца в его покоях, чтобы расставить все точки над "i".        — Старший офицер Лилиум, я могу зайти?        — Вам здесь всегда рады, старший офицер Гроссулар, — радостным голосом отозвался тот.        Казалось, будто весь кислород ушел, и дышать осталось только цветочным ароматом, не сладким, но бодрящим, вызывающим фантазию о далёкой экзотической стране.        Гроссулар подошёл к Лилиуму и прямо спросил:        — Я хотел обсудить сегодняшнее собрание. Я мог неправильно истолковать, но возможно ли, что это было…        — Вот так вот в лоб! Мне нравится. Полагаю, это мой звёздный час, и я буду искренен с тобой.        Гроссулар слегка возмутился от подобной фамильярности, исходящей от человека, с которым впервые ведет приватную беседу. Лилиум продолжил:        — Это тебе, — он протянул цветок, который Гроссулар инстинктивно взял. — Красная хризантема. Это значит, что я…        — Старший офицер Лилиум, — перебил его Гроссулар, — я очень устал. Кажется, вы не способны на серьёзный разговор. Извините, что прервал ваш ужин, — сказал он, посмотрев на накрытый стол.        После того разговора они не контактировали около двух недель. Совершая одну из своих длительных прогулок, Гроссулар зашёл по дороге в книжный магазин и бессознательно искал что-нибудь по флористике. Перебрав много книг, он нашёл маленький томик по флориографии. Вскоре эта книга, сотню раз пролистанная, стала дорога его сердцу. Вся книга — их история. В тот момент в магазине он переворачивал страницы, пока не нашёл значение красной хризантемы. Он испытал сильное желание встретиться с Лилиумом.        В течение ещё одной недели они не разговаривали, но играли в гляделки, как малые дети, а не взрослые мужчины. Первым молчание нарушил тот, кто признался. Он постучался в дверь и вошёл, не дождавшись ответа. Гроссулар дремал в кресле, но его чуткий сон был нарушен необычными ощущениями. Он открыл глаза и хотел было возмутиться, но Лилиум зажал ему рот ладонью, наклонился и прошептал:        — Тихо. Это я, не пугайся, — сказал он и убрал руку.        — Лилиум… Старший офицер Лилиум, почему вы здесь?        — По твоему взгляду я понял, что ты отвечаешь мне взаимностью. Между нами зови меня на «ты». А теперь расслабься.        Лилиум продолжил гладить и перебирать длинные волосы Гроссулара, от чего тот испытывал приятные щекочущие ощущения. Он хотел, чтобы это длилось вечно.        — Я счастлив, что ты принял мои чувства, — признался Лилиум.        — Как вы... Как ты понял? — расслабленно мягким голосом спросил Гроссулар.        — Ты не глуп и прекрасно знаешь, что я очень проницателен. Я видел, как в твоих глазах горел огонь, когда ты впервые нашёл того, кто тебе возражает. Все соглашаются, и на всех давит твой авторитет, но тебе нужно кое-что другое. Ты хочешь быть моим?        — Да, — ответил светловолосый мужчина, раздумывая не более секунды. Это было невероятно для человека, постоянно взвешивающего каждое своё действие, даже слова лишнего никогда не говоря.        "Лилиум вызывает странные чувства", — подумал он.        С тех пор началась их цветочная история.        Лилиум. Он был ревнив, весьма ревнив, и позволял себе колкие фразы и насильственные действия в сторону своей пассии. Он дарил цветы и шептал красивые слова. Он был жесток, но нежен, эгоистичен, но заботлив.        — В этом весь мой Лилиум, — пробормотал Гроссулар с отрешенной усталой улыбкой на лице.        Не в силах стоять из-за головокружения и боли, он опустился на колени и прислонился лицом к холодной плитке. Цветочные воспоминания окутала непроходимая еловая чаща, погружая Гроссулара в беспросветную тьму.