Аура бездны

На следующий день

      - Вы всё же пришли, господин Аронакс? Я весьма удивлён.       - Вот как?       - Обычно люди избегают общества тех, кто сильно отличается от них, а я, мало того что отличаюсь, ещё и вовсе не человек. Кстати, извиняюсь, если сильно напугал Вас вчера.       - Я не испугался.       - Поэтому сейчас едва не вздрагиваете от каждого моего слова, верно? Впрочем, тут Вас винить незачем, это рациональная реакция. Вы пережили смертельную опасность, стали объектом людских сплетен, успели распрощаться с результатами долгого труда; а потом вдруг из ниоткуда появляется неизвестное существо с непонятными мотивами и предлагает такое, от чего голова кругом идёт.       - Может быть и так, - неохотно признал француз, - Но у меня не остаётся альтернативы: мне нужен этот научный проект, иначе всё пойдёт прахом.       Хранитель вод горько вздохнул и произнёс:       - Я сдержу своё слово и раскрою перед Вами тайны глубин. Вы наяву увидите многое, что не полагается видеть никому из земных обывателей. И всё же я надеюсь, к концу нашего знакомства Вы поймете, что в мире есть вещи намного более ценные, чем защита научных докладов... Идёмте, у нас не так много времени.       Пьер последовал за своим проводником в сторону моря, но был крайне удивлён, увидя, как тот совершенно спокойно заходит в воду по колено, затем по пояс, по грудь... И, кажется, ничуть не намерен останавливаться.       - Подождите, как так?       Немо повернул голову и махнул рукой.       - Ну же, господин учёный, не медлите. Или Вы собираетесь изучать океан, не замочив ног? Между прочим, снимать одежду и особенно обувь Вам незачем, если не хотите пораниться обо что-нибудь острое на дне: бракованные вещи, мусор, сломанные детали - люди совершенно не заботятся о том, что выбрасывают с лодок! Конечно, я стараюсь чистить дно, ведь кому же понравится жить среди завалов чужого хлама, но как знать...       После упоминании о порезах хотевший было что-либо возразить Аронакс вздохнул и шагнул в прибой в полном своём облачении. Морская вода мгновенно заполнила ботинки, вымочила платье, пробралась под бельё, а он шёл и шёл, раздумывая, какое же безумие сейчас происходит. А главное, нет ни единого предположения, чем всё закончится.       "Уж не утопить ли меня вздумал этот странный тип?" - мыслил Пьер, поминутно содрогаясь то ли от страха, то ли от с непривычки холодной воды, пристально вглядываясь в своего мистического спутника. Наконец, он преодолел расстояние, разделявшее их, и, набравшись смелости, сказал:       - Я читал, что русалки точно так же заманивали к себе моряков и губили их под водой.       - Но Вы же не моряк, а я уж тем более не русалка. Так что будьте добры оставить все беспочвенные подозрения на мой счёт и слушать внимательно: Вы смертный человек и не способны жить под водой, однако я могу дать Вам эту возможность на недолгое время.       - И... Что я должен делать?       - Просто довериться мне и не переживать.       Немо перевёл дыхание, а потом вдруг резко обхватил собеседника за плечи, слил их губы воедино и нырнул вместе с ним вглубь.       Первое мгновение Аронакс растерялся от внезапного поворота событий, но в следующую секунду ему стало по-настоящему жутко: воздух в лёгких стремительно заканчивался, а поверхность океана оставалась всё дальше и дальше от него. Немо оторвался от его губ и произнёс:       - Всё. Теперь попробуйте вдохнуть.       Но молодой человек будто не слышал. Страх сковал его тело, не позволяя здраво соображать. Где-то на задворках сознания билось ощущение предобморочного состояния и единственная мысль:       "Господь Всемилостивый, вот и конец мой пришёл!"       - Дышите, Пьер! - взволнованно крикнул хранитель, сильно встряхивая его. - Вдыхайте воду, словно воздух, Вы можете!       - И как Вы себе такое представляете?! Это абсурд, это нелогично, это... - Пьер вдруг понял, что на самом деле дышит и разговаривает. - ...Это возможно? - поражённо прошептал он, озираясь вокруг.       - С моей помощью, да. Подышите спокойно, привыкать к такому всегда непросто.       Несколько секунд Пьер просто пытался отдышаться и принять новые ощущения, как должное. Водная среда, как бы то ни было, гораздо плотнее воздушной, и поначалу ему казалось, что он дышит вязким, сильно сгущённым туманом; однако вскоре неприятное чувство рассеялось, голова прояснилась, и тут же встал любопытный вопрос.       - Господин Немо, неужели Вы меня целовали?       - Поцелуй - это ключевая часть ритуала, - равнодушно ответил тот, поправляя воротник пиджака. - Через него я передал Вам частичку себя, даровав возможность посетить толщу океана, так что отнеситесь к нему, пожалуйста, без земных предрассудков... Полно, я вижу, Вы уже в порядке. Следуйте за мной, покажу, как двигаться при поддержке воды.       Спустя четверть часа, когда несколько сгладивший свою неуклюжесть француз, в последний раз выпутался из ближних кустов длинных водорослей, Немо спросил:       - Ну-с, господин учёный, о чём бы Вам хотелось написать в своём проекте? Я и Лигурийское море в Вашем распоряжении.       - Э-э, да, конечно... Мне предлагали составить статистическое описание морской флоры и фауны.       В тёмных глазах хранителя мелькнула тень насмешки и, вероятно, сочувствия...       - Господин Аронакс, меня не интересует, что Вам навязывают в Парижском музее - мне нужно знать, чего хотите в этой жизни Вы.       - Я? Пожалуй, Вы первый, кто об этом подумал, но... Наверное, я бы выбрал не всю статистику в целом, а только самые необычные виды морских существ.       - Совсем другое дело, - Немо позволил себе лёгкую полуулыбку одобрения. - Помните, океан огромен, и даже заручившись моей поддержкой, изучить всё за несколько дней невозможно. К тому же, Вы всегда должны знать, к чему стремитесь: ясная цель - достигнутая цель. Кстати, хочу напомнить, что во время путешествия мы вполне можем встретить акулу, ибо их в местных водах водится около сорока видов. Впрочем, не беспокойтесь, - добавил он, заметив, как побледнел его коллега, - Здешние хищники не разрывают свою жертву, подобно собратьям из других океанов: так, куснут и выплёвывают. Если это Вас немного успокоит.       - Не слишком, если честно. А чем нам отбиваться в таком случае? Что-то не наблюдаю у Вас никакой остроги или кинжала.       - Убивать акул я не буду: они обитатели моря и необходимы ему как санитары, но, уж поверьте, жизнь Вашу уберечь сумею - на это имеются другие методы.       Первый день "подводной экспедиции", как позже озаглавил её наш учёный, оказался необычайно плодотворным и дал много полезного материала для записи. С некоторыми необыкновенными существами такими, как морские анемоны, Пьеру уже доводилось встречаться близко; иные он видел вживую первый раз, а о существовании третьих и вовсе никогда не знал. К числу последних относились, к примеру, огненные черви, встреча с коими лишь благодаря предусмотрительности Немо окончилась благополучно. Дело в том, что эти симпатичные животные, напоминающие внешне ярко-оранжевые язычки пламени, легко расстаются со своими пушистыми белыми щетинками, выбрасывая их в воду при значительном её колебании.       - Вы же не хотите обжечься и терпеть неприятный зуд по всей коже, - предостерёг хранитель, отгоняя белёсые пушинки подальше от своего спутника.       - А Вам они не причинили ни малейшего вреда.       - Господин Аронакс, пора уже понять одну вещь: я здесь вместо хозяина и многое действует на меня иначе, чем на простых людей.       Спустя ещё некоторое время Пьер почувствовал, что дышать становится всё труднее, и не замедлил уведомить об этом.       - Бесполезно списывать на усталость, - нахмурившись, ответил Немо, пристально осматривая его. - Похоже, действие моего дара заканчивается; нам следует немедленно вернуться на поверхность во избежание проблем.       Вернуться со дна Лигурийского моря, тем более если находиться в довольно мелководной его части, где толща воды глубиной не превышает полумили, задача несложная. Однако подъём, как ни странно, ознаменовался ещё одним курьёзным обстоятельством: когда до поверхности оставалось совсем немного, прямо перед носом Аронакса мелькнули длинные полупрозрачные нити, в которые он чудом не влетел лицом. Тонкие, почти невидимые щупальца тянулись чуть менее чем на два фута в длину; вскоре показался их обладатель - крупная, около полуфута в диаметре, сиреневая медуза. Помня об опасных стрекательных клетках этого сцифоидного, француз осторожно поднырнул на безопасное расстояние от животного и, переждав, пока медуза уплывёт, спешно поплыл вверх, чувствуя, как последние остатки кислорода покидают его лёгкие, а вода вокруг будто становится плотнее и гуще. Хотя на деле к нему всего лишь вернулось человеческое ощущение водной среды. Хранитель уже нетерпеливо дожидался его и одним сильным рывком вытащил начавшего терять сознание Пьера на воздух.       Несколько секунд наслаждаясь порывами свежего ветра, Аронакс понемногу оправился от пережитого в последние часы. Когда он вновь открыл глаза, Немо улыбался! Вся его напускная хмурость исчезла, черты лица смягчились, сделавшись гораздо менее высокомерными.       - Господин учёный, известно ли Вам, что медуза, так некстати обнаруженная Вами, принадлежит к уникальному виду хризаор, называемых также...       - ..."морской крапивой".       - Верно! Причём встречается она весьма нечасто. Найти её и при этом не быть опасно ужаленным - большая удача. Я долго раздумывал, следует ли пригласить простого смертного созерцать недра океана наравне со мной, но само море благоволит Вам! Поэтому, если угодно, приходите завтра на это же место.       - К слову, господин Немо, как я найду его? Мы вынырнули на поверхность совершенно с другой стороны бухты, мне неизвестен местный маршрут. А если какой-нибудь любопытный увяжется за мной - в посёлке множество сплетников, готовых распускать слухи о знаменитом "приезжем парижанине чудом избежавшем третьего дня страшной смерти".       - О, за это даже не беспокойтесь: дорога ко мне открывается только приглашённым. Ни в знакомую Вам пещеру, ни в её окрестности нельзя попасть по случайности или собственному хотению. Можно годами блуждать вокруг да около и не найти абсолютно ничего; хранители и духи умеют путать людей, водя их кругами. В то же время избранным мы свободно открываем путь. Вы ведь сами с утра не помнили, куда идти - ноги сами привели Вас к нужной точке, как и в предыдущие разы. Так что не стоит волноваться о нашей встрече: Вам достаточно просто пожелать её и выйти из дома - остальное останется за мной.

***

      На следующий день Пьер, наученный опытом, принёс с собой в пещеру запасную одежду. Конечно, вода в Лигурийском море довольно тёплая, но второй раз объяснить удивлённым соседям причину своего насквозь мокрого вида случайным падением при исследовании было бы неразумным.       Аронакс быстро шёл вдоль пещерного ручья, мысленно подбирая слова для приветствия, когда его вдруг окликнули.       - А, это Вы, мсье! Я давно жду.       От неожиданности француз оступился на мелкой гальке и лишь с большим трудом сумел удержать равновесие, обернувшись на звук.       - Никак не могу привыкнуть к Вашим появлениям, господин Немо. Не могли бы Вы хоть предупреждать меня каким-нибудь всплеском?       - Приношу свои извинения, - он неопределённо пожал плечами. - Как видите, одинокая жизнь вне общества не пошла на пользу моим манерам. Вижу, Вы основательно подготовились продолжать наше знакомство с океаном, - одобрительный взгляд его упал на второй костюм гостя, - Хорошо. Иначе вчера я изрядно побеспокоился за Ваше здоровье: шутка ли - ходить в сыром при наших ветрах! Тем более, в конце сегодняшнего дня сменный сюртук абсолютно точно пригодится.       - Не сомневаюсь в этом. Куда же мы отправимся нынче?       - В водоворот и далее, господин учёный; на другую окраину побережья.       - Стало быть, со стороны континента. Постойте - что? Водоворотом?       - Это самый короткий путь. Но прежде смею напомнить об обязательном ритуале Вашего слияния с морем.       - Ах, Вы снова собираетесь... - Пьер покраснел и попятился, припоминая вчерашние события.       - Не ведите себя как девица. Без этого можете оставаться на суше - море не пустит Вас в глубину больше чем на минуту.       Мгновение наблюдав за моральной борьбой своего коллеги, Немо вздохнул и прибавил уже гораздо мягче:       - Господин Аронакс, если уж так неприятно и отвратительно, закройте глаза и подумайте о чём-нибудь другом.       - Нет, что Вы! Просто... - тот замялся, нервно заломив пальцы в замок, - Это очень странное ощущение, незнакомое для меня. Не принимайте на свой счёт.       - Вот как? - кажется хранителя посетила некая занятная мысль, - Что ж, тогда постараюсь сделать всё осторожнее.       Он аккуратно привлёк молодого человека к себе, шагнул с ним в воду и успокаивающе хлопнул по плечу. Затем чуть наклонил голову, касаясь соседних губ, и настойчиво надавил на плечи, утягивая вглубь.       Через полминуты объятия разорвались.       - Так лучше? Если я ещё хоть немного помню людей.       - Возможно... Наверное, - Пьер прочистил горло, придавая себе серьёзности, - Вы что-то говорили о водовороте.       - Ах, да! Надеюсь, с утра на Вашем столе не присутствовало ничего неудобоваримого, потому что это транспорт не из спокойных. Мы отправимся на южную оконечность Лигурийского моря - хочу показать Вам одно необычное место в тамошних краях.       Получив утвердительный кивок, хранитель взмахнул рукой и сосредоточенно начал описывать в пространстве круги, постепенно увеличивая их радиус. Вскоре вода там вспенилась и завертелась смерчем, растянувшимся так далеко, насколько хватало глаз. Удовлетворённо потерев затёкшую конечность, Немо повернулся к своему спутнику.       - Пожалуйте, господин Аронакс. Ручаюсь, такой скорости Вы ещё не испытывали! Впрочем, можете держаться за меня, коли опасаетесь оторваться в дороге.       - Ничуть, - бросил задетый за живое учёный и тут же шагнул в крутящуюся воронку, не дожидаясь ответа собеседника, почти не услышав его изумлённый оклик.       Зря... "Ой, зря!" - вот о чём думал Пьер в следующие несколько минут, покуда поток нёс его до пункта назначения. Течение мчало его с такой силой и скоростью, что он чувствовал себя летящим в бездну; водоворот, по его теперешним ощущениям, отличался от того, через который Немо спас его четыре дня назад: если тот походил на глухой затягивающий омут, давящий на грудь, не позволяющий дышать, то этот скорее напоминал стремительное падение в пропасть, когда струи воздуха свищут вокруг, но невозможно вздохнуть от охватившего онемения. Поначалу тоннель шёл ровно, и Пьер мало-помалу начал привыкать к необычной поездке, но стоило ему понемногу успокоить сердцебиение и расслабиться, как водяной столб резко взвился дугой и, подбросив пассажира вверх тормашками, выплюнул на твёрдую поверхность дна.       Не успел бедняга подняться и привести в порядок одежду, как трубка водоворота вновь забурлила и рядом с ним изящно приземлился хранитель. Вид его не выражал ничего положительного, он лишь подошёл к французу, осмотрел его на предмет повреждений и недовольно покачал головой.       - И о чём Вы только думали, Аронакс! Прыгнуть в воронку без элементарных знаний и умения выбраться оттуда.       - Признаю, не подумал об этом. Мне просто стало обидно, что Вы не уверены в моей компетентности как спутника, а мне ведь не привыкать к путешествиям и препятствиям.       - Возможно. Однако Вы и сами успели убедиться, что данный способ передвижения не имеет ничего общего с известными Вам. Поэтому очень жаль, что стойкости выслушать мои разъяснения тут не хватило, - укоризненно добавил он, сверкнув глазами, в которых, несмотря на сердитый тон, Пьер заметил огонёк уважения.       Похоже, эта странная личность всё-таки любила авантюры! Хотя, должно быть, если постоянно обитать в морских глубинах, ведя чопорный образ жизни, можно помешаться от скуки... Тут мысли молодого человека логически обратились к одному любыпытному факту:       - Получается, господин Немо, Вы специально провели водоворот таким извилистым маршрутом в конце? Чтобы развлечь нас?       - С чего бы у Вас подобные соображения? - удивился тот. - Разве не очевидно, что я проложил маршрут по пути наименьшего сопротивления среды?       - Прошу прощения?       Немо присел на ближайший валун и объяснил:       - Известно, что с повышением плотности жидкости, её способность пропускать твёрдые тела пропорционально снижается. Также вполне ясно, что количество соли, содержащееся в воде, оказывает прямое влияние на её плотность. В прибрежной зоне, в отсутствии речного стока, солёность воды обычно выше, нежели в основной части океана. Объясняется это тем, что мелководная часть шельфа лучше прогревается и испаряет больше влаги, правильно? Ну вот, соответственно, середина нашего водяного тоннеля пролегла в глубинных слоях Лигурийского моря, а его окончание в более солёных и плотных водах близ берега, вследствие чего в конце Вас так подбросило - водоворот, как и молния, отыскал самый лёгкий путь через новую среду.       - Порой мне кажется, что Вы волшебник.       - Я хранитель, мсье. То, что воспринимается Вами как чудеса, создано лишь моей властью над морем и, как видите, законами природы.       - Как же тогда способность дышать и говорить под водой? У нас ведь не выросли ни жабры, ни дыхальца.       - Меткий вопрос, господин Аронакс! Но спешу Вас разочаровать: мы продолжаем дышать обыкновенным, совершенно привычным Вам воздухом. Я, разумеется, не могу наколдовать себе жабры, однако способен силой хранителя выдавить растворённый в воде кислород и остальные газы, создав вокруг себя тонкую воздушную оболочку, почти не ощутимую, но вполне пригодную для дыхания. Через ритуальный поцелуй я передал часть своей энергии и способностей Вам, дав возможность находиться под водой, подобно мне. Магии, в общепринятом значении данного слова, не существует, и Вы, как будущий профессор, должны это понимать, - Немо поднялся и размял плечи. - Но всё же я привёл Вас сюда не ради нравоучений и пустых разговоров. Оглянитесь-ка вокруг и смотрите внимательно.       И ведь было на что посмотреть! Характер дна здесь ни капли не походил на корсиканские ландшафты: вместо мягкого бежевого песка шельф сплошь покрывали каменные плиты всевозможных размеров и форм, но даже среди голых, на первый взгляд, кусков камня кипела жизнь.       Первым, кто сразу бросился в глаза, оказался краб с ладонь величиной и панцирем необыкновенного лазурного оттенка.       - Голубой краб, коллега.       - Я знал, что они в отличие от остальных своих сородичей предпочитают песчаной поверхности каменистую, но я даже представить не мог, как подходит им их название. Он не нападёт клешнями?       - Разве только станете дёргать его за конечности. Будьте осторожнее: обитатели местной лагуны незнакомы с дайверами и могут неправильно истолковать Ваш профессиональный интерес.       Действительно: стоило французу приблизиться вплотную, встревоженный краб угрожающе щёлкнул клешнями, практически задев его щёку, а едва "неприятель" отшатнулся, мгновенно скрылся в небольшой расселине.       - Эй! - с досадой воскликнул незадачливый исследователь и начал было расширять трещину, дабы догнать сбежавший образец, но рука хранителя преградила ему путь.       - Остыньте, мсье. Вы можете уколоться.       - Что?       - Глядите!       Из под серого булыжника показались острые тёмные иголки, и Пьер схватился за голову.       - Как - ну, только подумать - как я мог забыть, что подводные камни - прекрасное местообитание для чёрных морских ежей! Жаль, они не являются такими уж уникальными, чтобы внести их в мой доклад.       - Да. Правда, на свете есть необычный вид глубоководного ежа в виде алой бархатной подушечки. Иглы его короткие и на каждой будто нанизана маленькая жемчужина. А на поверку, это не жемчужина, а капля ядовитой слизи, на которую попадается доверчивая добыча. Вот так. Впрочем, это существо обитает не в Лигурийском море и не представляет для нас ценности, ведь здесь ещё есть, что изучить.

***

      Время стремительно пролетело за исследованием новых территорий. Под конец прогулки Немо значительно оттаял и даже пригласил спутника посетить здешние подводные пещеры, так что когда Пьер, совершенно обессиленный и счастливый, вынырнул из последнего грота, солнце почти задевало краешком горизонт, окрасив небеса сизо-рыжими переливами.       - Господин Аронакс, - хранитель подплыл ближе и тоже любовался закатным небом сквозь толщу воды, - При всём уважении, не думаю, что Вы выдержите обратную поездку водоворотом.       - Вынужден согласиться, но что мне остаётся за несколько миль от дома?       - Вы могли бы остаться на ночь у меня.       - У Вас в доме? Помнится, Вы говорили, что он на дне моря; боюсь, для меня невозможно там ночевать.       - Почему нет? Вы ведь теперь можете жить под водой. Представьте: Вы первый из смертных, кому посчастливилось провести целую ночь в гостях на дне океана!       - Хорошо... - неуверенно согласился француз. - Если только я не стесню Вас.       - За это и подавно не нужно волноваться. Идёмте - скоро совсем стемнеет.       Ориентируясь в быстро сгущающихся сумерках по одному ему ведомым признакам, Немо быстро преодолел несколько сот футов вдоль каменистой поверхности дна. Пьер упорно не отставал: страх заблудиться ночью в незнакомой местности в полумиле от океанской глади оказался сильнее усталости, и скоро впереди показались очертания дома, о котором говорил хранитель. Теперь было очевидно, с какой стати он так уверенно заявил о том, что нежданный гость никого не стеснит: размеры его жилища сопоставлялись, если не со скромным замком, то уж точно с небольшим поместьем.       - Вы не голодны, мсье? - щелчок пальцами и к Пьеру мгновенно подплыли несколько косяков крупных рыб. - Выбирайте любую - хоть я и защищаю всякое живое создание этого моря, ради такого исключительного случая готов отдать одну из местных громадин на съедение.       - Благодарю, и, пожалуй, не откажусь, но громадина здесь без нужды, - Учёный внимательно оглядел нескольких рыб и указал на маленького средиземноморского тунца, - У этого недоразвит хвостовой плавник, видимо, икринка была повреждена. Он не способен быстро плавать и маневрировать, поэтому, скорее всего, станет чьей-нибудь добычей без шанса выжить. А раз так, я выбираю его, как самого слабого.       Немо удовлетворённо наклонил голову.       - Вы раз за разом успешно преодолеваете мои испытания. И раз уж Вы уважаете законы природы, то и она, без сомнения, уважает Вас. Так же, как я.       Спустя несколько минут Пьер сидел за небольшим столиком из зелёного мрамора и ужинал варёной рыбой.       - Прошу прощения за столь нехитрый пир, но единственный доступный способ готовки для меня - вскипятить воду вокруг рыбы ускорением движения частиц и варить в ней. Сам ведь я не нуждаюсь в пище.       - Ничего. У Вас очень красиво и уютно.       - Это до тех пор, пока не останетесь здесь одни. Стоит почувствовать одинокое безмолвие и любоваться уже ничем не хочется. Я ведь тут почти не бываю, хотя и называю это домом.       - Где же тогда?       - В бухте близ Эрсы с Вашей знакомой пещерой. Считайте это... ну, скажем, моей дачей - так вроде бы люди их называют. Там вокруг, как Вы уже видели, прекрасный пейзаж и гораздо больше животных, а здесь всё мертво за редкими исключениями, что ползают среди камней.       Пьер смотрел на хозяйна поместья, но впервые за недолгое их знакомство видел перед собой не мистического бессмертного гения, а обыкновенную жизнелюбивую душу, скованную бременем вечного одиночества.       Немо очнулся от раздумий и посмотрел на гостя.       - Уже поздно, не желаете пройти в спальню?       Несмотря на то, что некоторые предметы интерьера особняка, по-видимому, составляли раньше груз затонувших торговых кораблей, большая часть мебели имела исключительно естественное происхождение. Огромная кровать, где Пьеру предстояло спать, была сложена из камней, тщательно подобранных по размеру и отшлифованных самим морем, покрытых толстым слоем кустистых водорослей вперемешку с мягкой морской травой; но каково же было удивление француза, когда он понял, что хранитель вовсе не собирается уходить: напротив, прилёг на кровать с другого края. Через минуту, однако, Аронакс понял, почему его не оставляют в уединении. Воздух вокруг него, как и вчера, начал сгущаться, становиться плотнее - действие подводного дара заканчивалось. Уловив изменения, Немо тут же встрепенулся:       - Спокойно. Я сейчас, - и поцеловал его, вновь позволяя дышать полной грудью. Затем потрепал Пьера по волосам, произнеся:       - Иногда мне жаль, что я не могу забываться сном подобно смертным. Спите без опаски, мой дорогой: я не позволю Вам захлебнуться и умереть.       Молодой человек, утомившись насыщенным днём, почти мгновенно заснул. Хранитель долго рассматривал его, погружённый в собственные необыкновенные мысли; потом вдруг придвинулся к спящему вплотную и погладил его по сбившимся в один пучок волосам, бережно распутывая их.       "Должно быть, это именно то, чего мне так не хватало в моём нынешнем существовании, - подумал он, прислушиваясь к размеренному, тёплому дыханию под правым боком, - Живой человеческой души с искренним сердцем и чистыми помыслами".

Продолжение следует...