Неделимые.

Хесон в костюме Санты — лучшее, что видел Чимин. Пак крутит бокал с вином за тонкую ножку, пока Тэхен пытается привести в порядок непослушные, пушистые после душа волосы. Чимин тяжело вздыхает, делает глоток и снова всматривается в алую жидкость, пока Хесон не подбегает к нему, тряся помпоном на шапке своего костюма, и не просит поиграть. Чимин соглашается, но без энтузиазма. — Малыш, — зовет Тэхен, когда мальчик уже распределил машинки, и Чимин с грустным лицом катал желтую Феррари по полу. — Давай дядя Чимин поиграет с тобой позже? Нам пора уходить. — Но, папа… — расстроенно бормочет мальчик, и Пак переводит на него такой же подавленный взгляд, ласково сжимая пухлую детскую щеку. — Давай, бери игрушку, и пошли, — подхватив сына подмышки и поставив его на ноги, Тэ слабо шлепнул его по попе, вынуждая мальчика пойти искать игрушку, которая составит ему компанию на сегодняшний праздничный вечер. — И я весь во внимании. Чимин не сразу переводит на него свой потухший взгляд, прикусывает губу и допивает вино. — Это катастрофа, — говорит Чимин, отставляя бокал и падая на пол, распластавшись звездой. — Тэ, что мне делать? Тэхен изгибает удивленно бровь. — Для начала, было бы неплохо, чтобы ты рассказал, в чем дело. Чимин переводит на него взгляд, а затем садится по-турецки и упирается руками в колени друга, заглядывая ему в лицо. Тэхен на секунду искренне пугается, но Чимин говорит: — Юнги меня не хочет. …и все волнение как рукой снимает. — То есть? — омега склоняет голову к плечу, щурится и немного хмурит брови. — Что значит, он тебя не хочет? — То и значит, — цыкает Пак, всплеснув руками, словно говоря, неужели ты такой глупый и не понимаешь. — Секс. У нас нет его, хотя мы почти месяц вместе. Конечно, минет и взаимная дрочка регулярны, но… — Стоп-стоп, — затыкает его ладонью Тэ и качает отрицательно головой. — Без таких подробностей, я не горю желанием знать все о твоей сексуальной жизни. Чимин кивает, и Ким убирает руку, позволяя парню продолжить. — Я рассказал ему о себе, о том, что случилось в пятнадцать, — объясняет Пак, и Тэхен тянет слегка удивленное, но понимающее «о». — И теперь он не прикасается ко мне. Словно боится, что у меня травма, думает, что я не хочу трахаться. Но я хочу! Ты знаешь, что мне пришлось сделать, чтобы он позволил себе отсосать? — Чимин, — снова тормозит Тэхен, качая головой. Пак грустно вздыхает, его плечи опускаются, он весь сутулится и становится маленьким и уязвимым. — Послушай, попробуй сегодня его соблазнить. — Я его каждый день соблазняю, Тэхен, — Чимин смотрит на него как на идиота, который предложил самый очевидный вариант. — Я его провоцирую, прикасаюсь двусмысленно, я даже всякие пошлости ему говорю, и у него железный стояк, я сам чувствовал, но он не позволяет мне заходить дальше, — Пак трет переносицу, продолжая. — «Чимини, не сейчас», «Чимини, не торопись», — передразнивает Юнги Пак. — Черт возьми, что значит, не торопись и не сейчас? Он ждет, когда меня от недотраха разорвет что ли? — Боже, какой хен благородный, — положа руку на грудь, говорит Тэ с легким придыханием и неверием, картинно распахнув глаза. — Да мне-то что делать с его благородством?! — восклицает Пак, вскидывая руки. — Тэхен! — Не знаю, — выйдя из образа, пожимает плечами Ким, и сочувственно сжимает колено друга. — Напои его, затащи в кабинку туалета и не выпускай, пока он не отдерет тебя как последнюю шлюху. Чимин округляет удивленно глаза, и Тэ неловко улыбается. Наверное, он переборщил, но Чимин выдыхает, сжимает плотно губы и выглядит решительным как никогда, когда говорит: — Отличный план, так и сделаю.

❖

Руки Юнги плавно скользят по обивке руля, выворачивая его влево. Чимин сидит рядом, подперев щеку кулаком, и смотрит в окно, они изредка переговариваются, но Тэхен почти не слышит их. Рядом с Тэ сидит Намджун, и омега чувствует себя немного неловко, отчего вжимается в дверцу машины, как и Чимин, с увлечением исследуя мелькающие за окном пейзажи. — Извини, что заставляю тебя нервничать, — говорит Джун, и Тэхен поворачивает к нему голову с удивлением на лице, но после растягивает губы в неловкой улыбке и качает головой. — Нет, я просто думаю о Хесоне, — объясняет Ким, Чимин оборачивается с переднего сидения и смотрит на друга. — Может, мне стоило остаться дома. — Он отлично проведет время с нуной, перестань волноваться, — успокаивает Пак. — Мы бы взяли его с собой, но вряд ли бы посетители оценили, если бы мы сидели в баре с полуторогодовалым ребенком. Тебе тоже нужно расслабляться. Тэхен кивает, мягко улыбается, но волнение никуда не уходит, наоборот усиливается и становится почти физически ощутимым. Тэхен Намджуна видит первый раз, после его летнего визита, и помимо дискомфорта в обществе этого альфы, у него еще и куча вопросов. Точнее один. Чонгук. Как дела у Чонгука, как он себя чувствует, чем он занимается и получается ли у него, как его учеба, что ему сейчас интересно, и чем он вообще живет. Нравится ли ему его невеста, когда у них свадьба, женится ли он. Любит ли он еще Тэхена. Приблизительный набросок вопросов, которые вертятся на языке, и которые Тэхен никогда не озвучит. Намджун как триггер его воспоминаний о Чонгуке. И сам парень ни в чем не виноват, но Тэхен совершенно не может перестать думать и дергаться. Нам чуть вздрагивает, когда чувствует вибрацию в переднем кармане джинсов. Он достает мобильник, но не спешит отвечать, немного растерянно глядя на экран. Джун бросает короткий взгляд на Тэ, который все еще заинтересован видами за окном, проводит пальцем по экрану и прикладывает трубку к уху. — Да, Чонгук. Тэхен так резко поворачивается вместе с Чимином, который перегибается с переднего сидения назад, что первые фразы Гука Намджун не слышит, поглощенный реакцией парней. Вишенка на торте — острый взгляд Юнги в зеркале заднего вида. — Что прости? Не расслышал, — говорит Ким, и Тэхен едва сдерживает себя от того, чтобы не приложится ухом с другой стороны мобильника. Он мог бы услышать его голос. Спустя почти два года, он мог бы услышать голос Чонгука и сорваться к чертовой матери. Проще простого. Все, что отвечает Намджун, это «да», «с Юнги-хеном», «не повезло тебе» и «хорошо». Намджун облизывает губы, смотрит на затылок Тэхена, который снова отвернулся и, когда заканчивает разговор, то в полной мере ощущает, как атмосфера в салоне автомобиля Юнги начинает давить, словно сближающиеся стены. — Извините, я должен был ответить, — оправдывается Намджун, ловит прищур глаз Юнги, слышит вздох Чимина, который возвращается на свое место, и не видит, как дрожат руки Тэхена.

________

Чимин уходит к бару, а Тэхен — в уборную, оставляя Юнги и Намджуна сидеть за столом, ожидая заказ. В помещении тепло, приятная рождественская атмосфера, витает запах корицы и гвоздики. Намджун листает меню, пока Юнги смотрит в сторону бара, вероятно наблюдая за Чимином. — Какова вероятность, — начинает Ким, вздыхая и откладывая меню в сторону. — Что Тэхен сбежит, увидев Чонгука? — Что? — хмурится Мин, переводя взгляд на друга, а потом пожимает плечами. — Вероятно никакой, потому что встречи не произойдет, — отвечает он логично, на что Намджун мычит. — А если я скажу, что Чонгук звонил мне сообщить, что дома отменили благотворительный прием, ему ужасно скучно, и он хочет провести Рождество с нами в Тэгу? — говорит Джун, опустив взгляд в стол, и не видя как глаза Юнги увеличиваются в диаметре, распахиваясь все шире. — Что...? — И, когда он звонил, он проехал больше половины расстояния, так что смею предположить, буквально через двадцать минут Чонгук будет здесь, — заканчивает Намджун и смотрит на Юнги, который разве что рот от удивления не открыл. — Ты с ума сошел?! — шипит Мин. — Джун, какого черта? Ты…ты понимаешь, что ты наделал? Мы должны сказать Тэхену. Юнги почти поднимается с места, когда Намджун останавливает его, схватив за локоть и усадив обратно. — Чонгук должен с ним увидеться, — твердо говорит альфа. — Он должен с ним поговорить. Им обоим давно пора было это сделать. — Чимин меня убьет, — обреченно говорит Юнги, закрывая ладонями лицо. — Ты уверен? — Я болею за Чонгука, — пожимает плечами Намджун. — Я переживаю за него, и я больше чем уверен, что Тэхен до сих пор не отпустил его. И, возможно, я совершаю ошибку, позволяя им увидеться, но я буду жалеть сильнее, если не сделаю этого. — Не сделаешь чего? — спрашивает подошедший Чимин, садясь рядом с Юнги, который неловко обнимает его за талию, пытаясь сбросить с себя налет ступора. — Если не поеду в… Мексику, — говорит Намджун, отчего Юнги почти на грани истерического срыва. Они утонут в некачественной лжи. Их дуэт сродни лодки с пробоиной в дне. — Мексику? — удивляется Пак. — Зачем тебе в Мексику? — Люблю культуру инков, — улыбается Намджун, и, видя идущего к ним Тэхена, отодвигается, чтобы парень мог сесть рядом. — О чем болтаете? — спрашивает он, и Чимин прислоняется к плечу доктора, расслабленно улыбаясь. — Намджун-хен собирается в Мексику, ему нравится культура инков, — пересказывает Пак. Юнги закатывает глаза, утыкаясь носом в темную макушку Чимина, лишь бы не выдать свой рвущийся наружу нервный смех. Намджун же держится молодцом, кивает и даже участвует в диалоге.

_________

— Попробуй этот, — Чимин пододвигает нечто зеленого цвета в высоком, как чертова Эйфелева башня, бокале к Юнги, который отрицательно качает головой. Он уверен, что там слишком много абсента, а ему уже достаточно. — Чимин, это уже третий коктейль, — отказывает Мин, но Чимин настойчиво просит попробовать, перехватывая легкую ухмылку Тэхена, и еще рьянее приводя в действие их совместный план. Тэен-нуна скинула фотографию Хесона, который в своем новомодном костюме Санты утонул в сладостях и улыбался перепачканными в шоколаде губами, светя двумя честно вылезшими молочными зубами. Тэхен нежно улыбнулся, напечатав сестре, что он постарается не задерживаться. — Юнги, и вот этот, — очередной коктейль, стон Юнги «ты меня споить решил», и тихий смех Намджуна. Чимин смеется, пытаясь заставить своего парня выпить, когда краем глаза замечает какое-то движение. Их столик располагался справа от входа, в углу, но обзор на входящих был отличным. Поэтому Чимин сразу узнает вошедшего Чонгука, который, тряхнув головой, чтобы сбросить снежинки, ерошит волосы, вскидывает голову, встречаясь взглядом с Чимином. Он немного удивляется, но видит рядом Юнги и целенаправленно приближается. Его черное шерстяное пальто с высоким воротником на трех пуговицах и бежевый свитер под ним в сочетании с черными джинсами делает из Чон Чонгука не подростка, которого помнил Пак, а взрослого мужчину, хоть и молодого на лицо, но в котором явно чувствовалась сила. Чимин как в замедленной съемке смотрит на Чонгука, широкими шагами сокращающего между ними расстояние, его рука слабеет, он чуть не роняет бокал из пальцев, переводя испуганный взгляд на Тэхена, который по-прежнему сидел в телефоне. Юнги сжимает его колено под столом, привлекая к себе внимание. Чимин смотрит в глаза альфы, который не улыбается как минуту до этого, он хочет ему что-то сказать, но не успевает, потому что Чонгук подходит и говорит: — Привет. О, как же Чимин мечтал о пульте управления временем. Ему необходима была пауза. Всем необходима была пауза. Срочно. Нет, только не так. Все должно было произойти совершенно не так, возможно, даже вообще не происходить. Чимин сглатывает, закрывая себе рот одной рукой, впиваясь пальцами в руку Юнги второй, и смотрит на Тэхена. Если бы он не сидел, то упал. Его как взрывной волной прошибло от знакомого запаха и голоса. Немного охрипшего, но того самого, который столько прекрасных вещей шептал, столько слов любви и обещаний. Тэхен чувствует странную пустоту, нехватку воздуха и так сильно сжимает корпус телефона, что тот должен треснуть с минуты на минуту. — Привет, Чонгук, — раздается голосом Намджуна. И Тэхен поднимает голову, глядя на парня рядом с их столом. У Чонгука был тысяча и один вариант встречи с Тэхеном. Начиная от нереальных, в которых омега кидается ему на шею, заканчивая самыми страшными, в которых он проходит мимо, словно они не знакомы. Тысяча и один вариант, и ни одного подобного этому. Ни одного, в котором он смотрит на Тэхена, своего Тэхена, и не верит в то, что он настоящий. Ни одного, в котором Тэхен так красив, что Чонгук готов заплакать. Ни в одном из своих вариантов Чонгук не подразумевал, что он будет стоять как статуя, смотреть в глаза человека, которого любит до физической боли, и не знать, что делать дальше. На самом деле, этого было почти достаточно. Чонгуку просто нужен был этот взгляд: ошеломленный, испуганный и шокированный. Чонгуку нужны были эмоции в его взгляде, а не безразличие, с которым он уходил от него в последнюю их встречу. Чонгуку было достаточно, что он видит реального Тэхена перед собой. — Тэ…- начинает Чимин, но Тэхен так быстро поднимается с места, сбегая, слегка задев плечом Чонгука, что Пак так и застывает с открытым ртом. Чонгук вертит головой со столика на выход, в дверях которого проскользнула фигура Тэхена, когда слышит голос Намджуна. — Так и будешь тут стоять? Он в одной рубашке, а там зима, — спокойно вещает альфа, закидывая картошку фри в рот и смотря на младшего. — Чонгук? Чонгук не помнит, как он выходит из бара, или выбегает, но он не успевает даже решить в какую сторону стоит двинуться, потому что Тэхен стоит на тротуаре, закрывая руками лицо, и массивное облако пара вырывается из его рта, повисая над головой как туча. Тэхен дышит быстро, о чем свидетельствуют ритмично опускающиеся и поднимающиеся плечи. Чонгук стоит всего в двух метрах от него, и Тэхен наверняка это знает, потому что говорит, когда Гук собирается сделать шаг: — Не подходи. И Чонгук почти готов продать душу Дьяволу, потому что слышать его голос важнее, чем дышать. Его брови ломаются в непонимании, но он упрямо делает шаг к нему, и Тэхен снова говорит, хотя скорее умоляет, Гук даже слышит надрыв в его голосе: — Не подходи, пожалуйста. Чонгук снимает свое пальто, оставаясь в одном свитере, порывистый ветер взметает волосы, убирая их со лба, и остальное расстояние Чонгук преодолевает за сотую долю секунды. Он накидывает пальто на дрожащие плечи омеги, хотя хочет, чтобы это были его руки. Но все, что он может, это сжимать плечи Тэхена через плотную ткань пальто и чувствовать, как кончики его развивающихся от ветра волос щекочут нос и губы, и как потрясающе и по-родному знакомо пахнет от Тэхена. У Тэхена беззвучная истерика. В его глазах стоят слезы, но по щекам они не катятся. Тэхен чувствует нагретое чужим теплом пальто, чувствует каждый компонент запаха Чонгука по отдельности и всю композицию в целом, и продолжает дрожать. — Тэхен. Чонгук стоит так близко, что невозможно. Чонгук говорит тихо, почти шепчет, так интимно и чувственно, ветер подхватывает его голос, и Тэхен слышит отголоски его, эхом оседающие где-то внутри него самого. — Тэхен. Снова говорит Чонгук. Он не зовет, кажется, что он просто произносит его имя и пробует его на вкус. Тэ чувствует, как Чонгук все ближе и ближе. Тэхен чувствует, что губы альфы касаются его волос и громко выдыхает. Чонгук скользит ладонями по рукавам своего пальто, за которым спрятаны руки Тэхена. Тэхен внезапно так хочет его обнять, развернуться лицом, обхватить его за шею и прижаться крепко-крепко. Ему это ночами снилось. Он так в этом нуждался все это время. Тэхен едва не воет в голос, потому что несправедливо. Ну, почему? Господи, почему они должны так страдать? Тэхен оборачивается, но не чтобы обнять. Он отходит на шаг назад, позволяя себе рассмотреть Чонгука, и тому дать разглядеть себя. И они молчат несколько минут. Тэхен поражается тому, как возмужал Гук, а тот в свою очередь сжимает руки в кулаки от бессилия, потому что два года. Два года он потерял, не видя его, не наслаждаясь каждым утром с ним, не засыпая рядом. Два бесполезных года без Тэхена. Неторопливый снег падает между ними, оседая у Тэхена на плечах чонгукова пальто, а у Чонгука снежинки застревают в волосах и легко падают на свитере. Приглушенная музыка из бара звучит как сквозь толщу воды. И ничего не хочется, как просто смотреть друг на друга. Впитывать каждую черточку, обновляя прошлый образ, запасаясь четкой картинкой для следующих фантазий и снов. Чонгук прячет красные замерзшие руки в передние карманы джинсов, отчего кожа собирается гармошкой на тыле и в некоторых местах бледнеет. Тэхен фиксирует это в своей памяти тоже. И надо бы что-то сказать, хоть что-нибудь, но ни один из них не знает, что можно сказать такого, чтобы начать диалог после двух лет разлуки. И когда Чонгук, кажется, собирается с силами, решив, что банальное «давно не виделись» звучит лучше, чем тотальная тишина между ними, звонит телефон Тэхена. — Д-да? — неловко прижав трубку кверху ногами, отвечает Тэхен, спохватившись, переворачивая телефон, пока Чонгук глаз с него не сводит. — Нуна? Тэ поворачивается полубоком, прикрывает динамик ладонью, а Чонгук продолжает неуверенно топтаться на месте, опускает голову вниз, рассматривая носы ботинок, когда замечает, что в окно на него таращится три пары глаз. Трое их друзей смотрят вопросительно и выжидающе. Чимин разводит руки в стороны, спрашивая, мол, ну что? А Чонгук неуверенно качает головой, давая понять, что ничего. Вообще ничего, ни слова даже. — Спасибо, — говорит Тэхен, накидывая пальто обратно на плечи хозяина, тем самым оказываясь максимально близко, так что родинка на носу приветливо мелькает перед глазами Чонгука. Тот даже не заметил, что Тэ перестал разговаривать и подошел к нему. Тэхен возвращается обратно в бар, Чонгук продолжает стоять на улице, пытаясь прийти в себя. Он стоит до тех пор, пока Тэхен снова не выходит, одетый в собственное кофейное пальто. — Ты уходишь? — спрашивает Чонгук, глядя на омегу, и Ким слабо кивает. — Мне надо уйти. — Тебя подвезти? — предлагает Чон, и Тэ слабо улыбается, отрицательно качая головой. Ему хочется пошутить, что Чонгуки вырос настолько, что сам водит машину, но это было бы слишком нежно. А иначе Тэ не смог бы. — Я уже вызвал такси. Чонгук заторможено сует руки в рукава пальто, продолжая смотреть на профиль Тэхена, едва не пропускает тот момент, когда перед ним останавливается автомобиль с шашечками, и Тэхен открывает дверь заднего сидения, остановившись на секунду. — Рад был тебя увидеть, Чонгук, — говорит Тэхен, облизав губы, дергает уголком в подобии улыбки и скрывается в салоне. Чонгук не успевает даже с места двинуться, когда такси трогается, увозя Тэхена, которого он только-только, кажется, обрел.