Одинокие души

      Шуршание листьев за окном и пение птиц. Прекрасная, утренняя «музыка». Лучи солнца проникли в комнату и освещали пыль, летающую в воздухе. Сознание пришло мгновенно, но открывать глаза девушка не спешила. Ей хотелось еще немного насладиться этой чудной мелодией и успокоить саму себя. «Я дома, в своей кровати, а этот урод на рыбалке», - она вторила это несколько раз, и с каждым разом все меньше верила в свои же слова. Рукой она провела по постели, на которой она лежала, и стиснула зубы. «Ткань… другая». Сара резко жмурит глаза и слегка приоткрывает их. Днем все выглядело иначе, чем ночью. Комната зеленых оттенков с мебелью из дуба. Все выглядело роскошно и дорого. В конце комнаты стояло большое зеркало. Девушка встает с кровати и черепашьим ходом направилась к нему. Растрепанные, белокурые волосы неаккуратно свисали с плеч, бледное лицо и вселенская грусть в темных глазах. Синяки на ногах и спине при соприкосновении вызывали ноющую боль. Футболка с надписью «don't touch me» только придавала глупости всему ее виду. Эти побои на теле пройдут не раньше чем через неделю. У шеи остались опечатки его пальцев, когда он схватил ее и со всей силы швырнул на пол, однако из-за волос этого почти не видно. Винсент был не так глуп, и не бил по лицу, ведь это мог кто-то заметить. И самое главное, что он был. Незаметно на лице появилась легкая, нагоняющая жуткое чувство улыбка, но как только Сара ее заметила, уголки губ вновь опустились вниз. Она не думала о том, как ей жить дальше.       Урчание, исходящее из живота, напомнило ей о последнем приеме пищи, которое было вчера в обед. Ключ со скрежетом повернулся в замочной скважине, и деревянная дверь распахнулась. В коридоре дышалось намного труднее, чем в комнате. Девушка обернулась назад, и увидела открытое окно, из которого сочился теплый, дневной свет. Хозяева забыли его закрыть.       Пол все также неприятно скрипел под тяжестью любого веса, но это нравилось Саре. Это придавало ей чувство, словно она находится в фильме ужасов, или в очень старом заброшенном доме. По телу волной появились мурашки.       Приближающийся топот маленьких ножек заставил женщину с ножом в руке обернуться.       «Мама, смотри!» - детский голос звонко звучал в тишине дома. Изабель невероятно нравилось, как это слово звучит из ее уст. «Мама».       Хрупкая девочка лет шести с розовыми щечками и широко распахнутыми глазами подбегает к ней и протягивает руки вперед.       «Что это?» - Сара вопросительно смотрит в голубые глаза матери.       Девушка спускалась по лестнице не спеша, попутно рассматривая внутреннее обустройство дома. Она чувствовала себя богатой наследницей. В воздухе витал запах старинных книг.       На нежной детской коже виднелись небольшие выпуклые точки. Женщина нежно улыбнулась и провела пальцем вдоль своей руки. «Видишь? Теперь и у меня также». Кухня белых оттенков наводила какую-то долю спокойствия. Сара вплотную проходит мимо стола, специально задевая край кончиками пальцев. Серый слой пыли.       Лицо девочки выглядело испуганным и обеспокоенным.       «Это мурашки, они безобидны», - пояснила Изабель и после небольшой паузы продолжила, - тебя что-то напугало?»       Сара уронила взгляд на красный палас и легонько сжала свои розовые губы.       Возле хлебницы стояла плетеная корзина, в которой были красные и зеленые яблоки. Девушка взяла один плод и направилась к холодильнику. Холод моментально окутал ее голые ноги.       «Мама, я видела лужу, - ее руки опустились и щеки залились краской. – Как наш ковер».       В холодильнике не было ничего съестного. Сара медленно надкусывает яблоко и чувствует кислый привкус во рту. Хорошо. Она не любила сладкие, немного мягкие яблоки. Убежденная в том, что на кухне нет ничего кроме овощей и простейших фруктов, девушка направляется дальше изучать первый этаж дома в одном нижнем белье и футболке.       Если бы она сейчас взглянула на свои стопы ног, то увидела бы только черные от грязи пятки. Прикасаться к чему-либо лишний раз ей тоже не хотелось. В голову ударила мысль, что было бы неплохо осмотреть разбитое окно в комнате с множествами книг. Кроуфорд прошла пару шагов вперед и застыла в дверном проеме.       - П-простите! – от испуга эта фраза слышалась очень жалко и громко.       Яблоко покатилось по ковру. Спиной к ней за столом сидел маленький мальчик. Еще несколько секунд Сара стояла в полном изумлении, не смея даже шевельнуться. Ее внимание привлекло то, как выглядела кожа ребенка на солнце. Словно снег. Мальчик в темном костюме не шевелился, и казалось, даже не дышал. На шее протянулась большая трещина. Медленными шагами она прошла вперед, встала перед столом и наклонилась. Девушка взглянула на обезображенное лицо куклы и сглотнула слюну. Пальцы рук похолодели. Фарфоровый мальчик был склеен по частям. В прошлом его лицо очень сильно пострадало, и было раздроблено на мелкие кусочки. С левой стороны лба виднелся недостающий фрагмент. Не моргающие зеленые глаза смотрели прямо на гостью. «Жуть». Сара опустила глаза. На деревянном письменном столе лежал пожелтевший и немного помятый лист бумаги. В одном она не сомневалась – написано печатной машинкой.

1. Никаких гостей 2. Никогда не оставляйте Брамса одного 3. Выкидывайте еду из морозильника 4. Никогда не закрывайте Брамсу лицо 5. Читайте сказки на ночь 6. Включайте музыку громче 7. Очищайте ловушки для крыс 8. Только Малкольм привозит доставки 9. Брамс не должен выходить из дома 10. Поцелуй на ночь

      Это имя отчетливо отдавалось эхом в ее голове. «Брамс».       - Привет? – голос дрожал, и телу становилось все холодней. Чего и ожидалось, ответа не последовало.       «Почему я не заметила его вчера ночью? - секунды раздумий и Сара нашла этому вполне банальное объяснение. - Темно и я устала…» Стеклянные глаза все также смотрели на нее. Вспомнив, зачем она зашла в эту комнату, девушка обернулась. Через разбитое окно в дом поступал свежий воздух. Вчера здесь дышалось гораздо тяжелей. Кроуфорд совершенно не знала, как залатать это окно, ведь в поместье могут проникнуть другие люди, такие же незваные гости как она.       За следующие полтора часа Сара полностью обошла весь дом и сад, перед этим одевшись во вчерашнюю одежду. Не меньше чем внутреннее обустройство поместья, ее поразила окружающая флора. Все вокруг было сочно-зеленого цвета. Через каждые несколько метров стояли в человеческий рост потрепанные временем скульптуры. Также она заметила несколько мышеловок, в которых как оказалось, по одной крысе.       Пройдя чуть дальше, она увидела небольшую, черную надгробную плиту.

Брамс 1983 – 1991 …он не умрет, но будет жить вечно

      И вновь это имя поселяется в ее голове. «Ему было восемь лет…» Сердце Сары всегда выражало сострадание даже к чужим ей людям, и этот случай не исключение. На душе стало невероятно тоскливо и гадко.       «Смерть не повод радоваться, даже если погиб твой враг».       Незнакомый женский голос в воспоминаниях всплывал в самые неожиданные моменты. Этот голос казался ей таким теплым и родным. Тихий, спокойный, словно бархат. Наверняка каждый человек не помнит свое глубокое детство, когда ребенок учится ходить, говорить, или правильно держать карандаш. И Сара этого не помнила, однако, некоторые яркие сцены в ее голове наводили гору вопросов. Это мучает девушку с тех пор, как не стало матери.       Кончиком указательного пальца она прикоснулась к плите, уныло взглянула на небо и ушла в сторону поместья. Вдали медленным темпом приближались пепельно-серые тучи.       Казалось, время тянулась как резина. Девушка лежала на кровати с закрытыми глазами и думала. Она предположила, что было бы неплохо изменить внешность и вернуться в город. Рано или поздно ей придется вернуться в свой злосчастный дом, придется посмотреть на раздувшееся, синее лицо отчима. Его тело сейчас разлагается на диване с открытым ртом. Перед уходом Сара дотронулась до его век, и закрыла ему глаза. В них было слишком много страха и боли. Винсент страдал не меньше дочери после гибели Изабель, но он не смог справиться с собственным гневом и распространял это на окружающих. Особенно на свою падчерицу.       Кроуфорд поднялась с постели и направилась на кухню. В хлебнице она нашла свежий хлеб. «Свежайший...» От страха глаза налились горячими слезами. Однако, после осознания того, что жизнь ее уже сломана, ужас перед смертью сменился полным равнодушием. Прошарившись по полкам, ей удалось найти банку с арахисовым маслом и малиновым джемом. Обе были наполовину пусты. Сара сделала себе четыре сэндвича, жадно впихивая их в свой рот.       Ее прервал звук приближающихся шагов с коридора. Спешно дожевывая последний кусок, широкораспахнутыми глазами она уставилась на кухонную дверь. Сердце пропустило удар. Шаги прекратились, будто бы кто-то стоит за дверью. Не сводя взор с двери, правой рукой девушка взяла нож со стола, которым она разрезала хлеб. Медленными, тихими шагами Сара приближалась к проему. Она слышала только бешеное стучание своего сердца.       «Это лишь сказки, тебе не стоит бояться».       Эта фраза попыталась внушить ей надежду на то, что это могла быть крыса. Большая крыса с человеческими ногами. Крепче сжав нож в руке, Сара выглянула в коридор.       На нее смотрели блестящие, зеленые глаза. Кукла сидела на стуле и не двигалась. На коленках у мальчика лежала та самая пожелтевшая записка с правилами. Ноги девушки подкосились и тело оперлось об стену. По щекам полились обжигающие слезы. Мысли о безысходности и ее скорейшей кончине заполонили весь разум. Она уже представила себе, что сейчас откуда-нибудь выйдет маньяк с огромным топором и убьет свою жертву. Теперь девушка нашла связь между куклой, свежей едой и оплаченным электричеством. «Я сама сюда пришла... Это гребанная ловушка...» За окном шел ливень. Все небо затянулось тяжелыми, свинцовыми тучами.       «Герои сказок никогда не сдаются».       Сара до боли сжала в руке нож, убедилась в том, что твердо стоит на своих двух, и принялась бежать. Она не мыслила трезво. Также как и вчера ее задачей было покинуть город, так и сегодня она должна сбежать с этого чертового поместья. Перепрыгивая через окно, девушка рукой задела осколки на раме и это оставило глубокий порез. Всем телом управлял страх перед смертью, и здесь уже не было места безразличию к своей жизни. И она бежала. Бежала босиком по грязной, мокрой земле, не обращая внимания на кровоточущую рану на руке. Всего за несколько секунд на ней не осталось ни одной сухой нитки. Сара чувствовала весь адреналин в крови. Он согревал тело и позволял бежать дальше и быстрее. На пути уже виднелись железные ворота. Ногой девушка споткнулась о небольшой камень, и потеряв равновесие, упала на размякшую землю. Теперь она не могла бежать также. Девушка старалась отдышаться, но скорее больше захлебывалась. Ей не хватало сил встать. Сара сжимала в руках холодные комки земли и ползла к воротам. Ею двигало желание жить. В глаза попадали капли дождя, что заставляло ее постоянно моргать и на полсекунды оказываться в темноте собственного разума. Постепенно тело окутывал холод. Одежда вся в грязи и это последнее что ее волновало.       Топот по лужам. Сзади быстрыми шагами кто-то приближался. В страхе Сара оглядывается назад, и видит темный, мужской силуэт, который быстро настигал ее. С трудом девушка встает на дрожащие ноги и легким бегом движется в сторону ворот. Она не может превысить свой лимит и бежать быстрее.       - Помогите! – Сара кричала, надырвая голос. – Прошу!       Ледяные руки коснулись ворот. Закрыты. Она еще раз с надеждой и последними силами дергает ворота. Не помогает. Горячие слезы одна за другой полились по щекам, сливаясь с ледяными каплями дождя. Шаги уже совсем близко. В руке больше нет ножа, и Сара не помнила, где обронила его. К ней пришло осознание безысходности ситуации. Тяжелые капли били по ее голове, заставляя сесть на мокрую землю. Она закрыла глаза и запрокинула голову наверх.       Девчушка в розовом платьице скучала у закрытого окна, за которым шел долгий, проливной дождь. В этот день мама обещала сводить ее в парк. «Сара, милая,спустись вниз!» - женский голос звал ее с первого этажа.       Она слышала судорожное дыхание позади себя.       В коридоре у входной двери стоял взрослый мужчина. Его пальто было мокрым. В руках у него был коричневый, кожаный портфель. «Привет, малышка, - он дружелюбно протягивал свою большую руку и слащаво улыбался. – Как тебя зовут?»       Сару тащили по земле за руки обратно в поместье. Она уже не понимала ничего из происходящего. Ее глаза оставались закрытыми. «Сара», - тихий голосок вышел из ее уст. Девочка невероятно стеснялась незнакомых людей. «Ты очень похожа на своего папу», - его уголки губ все также выражали улыбку. Изабель нервно сжимала в руке кухонный фартук, при этом также улыбаясь в ответ. Она объяснила: «Этот человек будет нам помогать. Ему можно доверять». Мужчина оставил свое пальто на вешалке, и они с женщиной прошли на кухню.       Все картинки расплылись в темноте. Сара почувствовала что-то неприятное, липнущее к ее коже. Она открывает глаза и понимает, что лежит в мокрой одежде на кровати. Вся постель промокла и в грязи. Волосы немного влажные. Телу холодно до дрожи. Словно в тумане, шатаясь, девушка направилась к своим сухим вещам. Раскрывая рюкзак, она заметила бинты на левой ладони, через которые темным пятном высвечивалась кровь. В ее голове пролетели воспоминания двух часовой давности, и по телу прошлись мурашки. «Я жива... Жива!» Хромая, она дошла до двери и отворила ее.       Мальчик в черном наряде сидел перед ней на стуле. На его коленках все также лежал помятый листок. Кукла, казалось, смотрела прямо в душу девушке.       Сара попятилась назад от двери. Взгляд девушки приковался к фарфоровому мальчику. Ее ноги ломило от боли. Она не может бежать. От испуга ей даже нечего сказать или выкрикнуть.       Телефонный звонок. Прямо позади Сары. Рука неуверенно тянется к черной трубке, и взяв ее, прикладывает к уху. Страх полностью овладел ею.       Слышен шорох. Дыхание. Детский голос прервал взаимную тишину:       - Пожалуйста.