Одинокие души

      10 сентября 2012 года. Это была одна из самых бессонных ночей в жизни Сары Кроуфорд. Деревянная дверь, закрытая на ключ, с момента окончания «разговора» ни разу не открывалась. Телефонный аппарат валялся на грязном полу. Сама девушка несколько часов сидела в свете от ночной лампы, не слезая с кровати. Мокрые вещи она отправила в самый угол комнаты, заменив их на сухую футболку и еще одни, ничем не отличающиеся от предыдущей пары, джинсы. Комнату освещал теплый свет ночника, затемняющийся в стороне двери. Коленки плотно прижаты к грудной клетке, что позволяло ей иногда руками дотрагиваться до пальцев ног и согревать их. Влажные от слез ресницы слипались, а карие глаза были прикованы к замочной скважине. Возможно, она ждала когда дверная ручка повернется.       Стук сердца отчетливо отдавал в голове, и ускорялся, когда тяжелый топот шагов околачивался у двери. За ночь такое случилось два раза. В первый раз шаги были спокойными, медленными. Казалось бы, ребенок. Три легких стука в дверь. Раз. Два. Три. Он ждет ответа. Сара лишь сильнее сжала зубы, и пустила слезу по розовой, горячей щеке, оставаясь на кровати. Детские шаги отдалялись в глубь дома, растворяясь в тишине. Прошло несколько часов. Точное время она не знала, ведь батарея сотового телефона была на нуле еще с самого утра. Не было сомнений – глубокая ночь. Веки тяжелели, и оставаться бодрым в такой ситуации с каждой минутой становилось сложней. Она слышала шаги, но не понимала откуда они исходили. Скрип половиц «шел» по левой стене комнаты, и заканчивался у входа в гардеробную. Проломленная дырка в двери. Сара ловит себя на мысли, что она не первая жертва в этом доме, и возможно, не последняя. Также было и с правой стеной. Кроуфорд уверена – убийца выжидает и не упустит шанса схватить ее. Убийца ли? Второй раз это были уже уверенные шаги взрослого человека. Этот ненормальный размеренно стучал по какой-то хрупкой поверхности. Спустя полминуты, он несколько раз дернул ручку двери. Девушка насторожилась. Она уже была готова встать и выпрыгнуть в открытое окно со второго этажа, лишь бы не попасться ему, но он не попытался выбить дверь. И вновь отдаляющиеся шаги.       Сара чувствовала голод. У нее не было сил, и неоткуда черпать энергию. Из сидящего положения, она легла спиной на кровать в позе звезды. Сара Кроуфорд верила в судьбу и «бумеранг». Верила, что страдания ее матери от первого брака окупятся обидчику. Она верила, что безнаказанности не существует, и Винсент поплатился за свои деяния заслуженно. И таксисту, убившему ее мать, даром это не прошло. Через две недели тело этого мужчины нашли в собственном же доме, повесившимся на люстре в гостиной. Справедливо. Смотря в белый потолок, девушка напомнила себе кто она есть:       - Я чертов убийца.       Это объединяло их. Может, это и даст ей равные шансы на выживание, но неуверенность все еще поглощало ее душу. «Что я чувствовала? Страх, боль, обиду и стыд. Он заслужил этого. Верно?..» Она вспомнила, как уверенно целилась прямо в бешено бьющееся сердце отчима. Перед смертью Винсент хотел что-то сказать, но он не успел.       Веки постепенно падали, давая девушке на пару секунду испытать дар бога Морфея. С огромной неохотой, глаза открывались и смотрели вперед. Тихо, спокойно за стенами. За окном уже светало. Свежий, утренний воздух клонил в сон. И все же, Сара чувствовала себя в безопасности за закрытой на ключ дверью. Теперь она позволила себе утонуть в темноте собственного разума.       Совсем юная Сара подглядывала в щель двери. Темный, высокий силуэт стоял посреди родительской комнаты с пистолетом в руке. Он смотрел на спящее лицо светловолосого мужчины, и ласково обвел взглядом спину лежащей рядом женщины. Семейная пара больше никогда не увидит рассвет, и не взглянет на голубое небо.       Брамс не хотел пугать незваную гостью. Он всего-лишь хотел тем самым сказать ей, что в этом доме нуждаются в ней. В теплых, женских руках. Поместье увядало на его глазах. Во время дождей капли с потолка детской комнаты со временем образовали трещину. Мокрые доски давно сгнили. Потолок может обвалиться в любой момент. Брамс никогда не ел на кухне. Все нужные продукты он забирал с собой в стены, и хранил их в своем холодильнике. Готовил он самое простейшее. Яичницу по утрам, которую иногда мог разнообразить добавлением помидоров и ломтиками бекона. Пил молоко в бутылках, иногда готовил мясо. Каждый понедельник и четверг девушка в синей кепке с надписью «George's farm» привозила продукты и оставляла их у двери, в то время как хозяин дома честно оставлял рано утром оплату у входа. Можно сказать, что эта брюнетка кормила его и сама того не понимая, не давала умереть с голоду. Ворота Брамс открывал только по этим двум дням недели, иначе она не сможет заехать на своем небольшом фургончике во двор. Закрывал он их ровно тогда, когда убедится, что девушка далеко отъехала от поместья. Иногда Хилшер ловил себя на том, что забывал закрыть ворота, и вчерашняя ночь не исключение. Может, оно и к лучшему.       В тот момент, когда он заметил как Сара убегает из дома, ни секунды не думая, Брамс ринулся за ней. Они оба бежали босиком под дождем, промокая до последней нитки. Впервые за несколько лет, его голые ноги почувствовали холодные, дождевые капли. Хилшер помнил, что точно закрыл ворота еще ранним утром, дабы не дать своей гостье убежать отсюда. Мысли о возвращении к одиночеству сводили его с ума. Соглядатайство – вот в чем его смысл жизни. Он сбавил шаг, заметив как девушка упала на землю. Видел, как из последних сил Сара ползла к воротам. Ему было жаль ее, но его прихоти намного важнее.       Брамс рассматривал спящую девушку, перевязывая бинтами ее левую ладонь. Его глаза видели Сару Кроуфорд, а воспоминания возвращали к первой любви – Эмили Криббс. Тихая, постоянно слушающаяся своих родителей девчушка, чем-то напоминала ему его самого. Ее коленки постоянно были в ссадинах, которые она прятала за подолом платья. Они часто играли в поместье Хилшеров на заднем дворе, там, где теперь стоит его надгробная плита. Их первое знакомство Брамс помнил как ясный день .       Последние дни августа. Прислуга в белых фартуках занимались приготовлением блюд, а Миссис Хилшер стояла у главного стола, раздавая указания. Брамс сидел в гостиной с книгой в руках, но его больше интересовала атмосфера в доме. Все суетились и торопились. Служанки спешно несли тарелки с едой к большому столу, аккуратно перебирая ногами, дабы не упасть. В воздухе витал аромат маринованной индейки и только что сорванных цветов с сада. Мальчик проводил пальцем по шершавым страницам книги, не стараясь вникнуть в текст. Обстановка в доме ему не нравилась, поэтому он встал с дивана и вышел в сад. Время обеда почти настало. Выйдя на свежий воздух, Брамс увидел в окне на втором этаже отца, который держал в руке листы бумаги и что-то внимательно читал. Подняв глаза еще выше, мальчик заметил вдалеке темные тучи, которые настигали их поместье. Пребывая в этом небольшом городке, со временем привыкаешь к частым дождям.       Вернувшись обратно в дом, Брамс услышал гул мотора на улице, и , судя по приближающемуся цоканью каблуков его матери, услышал это не он один.       - Рози! – миссис Хилшер звала одну из служанок. – Ох, Рози! Они уже здесь!       Брамс встал у окна в комнате, где он обучается, и увидел черный автомобиль с тремя пассажирами. Первой отворилась дверь водителя. Из машины вышел светловолосый мужчина в сером костюме и кожаных туфлях. За пару секунд он обвел оценивающим взглядом все поместье, и отворил соседнюю дверь. Темноволосая женщина в бордовом платье с длинными рукавами выглядела роскошно. По выпирающему животу можно было предположить, что она на пятом месяце беременности. Выйдя из машины, дама немного пошатнулась на каблуках, и неловко улыбнулась своему супругу. Брамс прищурился. В транспорте на заднем сидении сидела девочка с длинными, белокурыми волосами. Через стекло она смотрела на мальчика в доме, прямо ему в глаза.Ее лицо выражало недовольную гримасу. Мисс явно не торопилась выходить из машины.       - Ты им понравишься, - Мистер Хилшер положил свою тяжелую руку сыну на плечо и тепло улыбнулся. – У тебя красивый галстук.       Отец много раз говорил ему это, когда приходили коллеги на деловую встречу к ним в дом. Брамсу изрядно надоела эта фраза.       Они подошли к главному входу, где уже стояли три служанки. На стук во входную дверь из кухни спешным шагом пришла Миссис Хилшер.Дверь отворилась, и аромат женского парфюма проник в поместье.       - Добро пожаловать! – взволнованным голосом поприветствовала гостей Рози, и осознав свою ошибку, вновь опустила свои голубые глаза вниз.       Миссис Хилшер неодобрительно взглянула на новую прислугу, и перевела взгляд обратно на главу семейства.       Брамс не замечал окружающих приветствий и рукопожатий. Они все улыбались, словно их заставляли это делать. Не выражали счастья лишь двое детей, которые смотрели друг на друга в упор. Девочка была выше, потому Брамс посчитал ее немного старше. Розовое платье с белым воротничком хорошо сочеталось с ее бледной кожей и светлыми волосами. Темно-голубые глаза, как две вишенки на белом блюдце, больше всего выделялись и запоминались в душе.       Во сне девушка дернула пальцем на левой руке. Мужчина вздрогнул. Он наклонился к ее запястью, и вдохнул полной грудью.       - Кхм, - мать ласково положила свою руку на спину Брамсу, немного подталкивая его вперед. – Поприветствуй наших гостей.       Не сводя глаз с девочки, он медленно протягивает правую руку вперед.       - Брамс, - тихо представился юный Хилшер.       Он ожидал ответа, и ненароком вспомнил о своем галстуке.       - Ну же, не скромничай, - гостья на высоких каблуках вновь натянула улыбку.       Девочка неуверенно дотрагивается до его руки, не пожимая ее. Хилшер почувствовал ее ледяные пальцы на своей ладони.       Губами Брамс примкнул женской руке. Холодная, как у мертвеца кожа.       - Эмили. Эмили Криббс.