Одинокие души

      За белым кухонным столом сидели двое – девушка и кукла. Казалось, они смотрели друг на друга, будто боялись упустить что-то важное. Однако, это лишь притворство. У одного пустота в хрупкой темноволосой голове, у другой – тяжелые думы.       В какой бы части дома она ни была одна, в комнате всегда на одного человека больше.       Сара не видела этого мужчину уже два дня. Он исчез, как пар, спиралью поднимающийся из кружки горячего чая стоящей на столе. Ушел, не оставив ничего, кроме мятого листа бумаги и куклы.       Теперь у нее есть все, что нужно для тихой жизни за пределами города. Она может есть свежие продукты, и готовить все, что ей захочется; носить оставленные кем-то женские вещи; принимать горячий душ; наслаждаться свежим, прохладным воздухом по утрам и вкушать сладость свободы. Но бесплатный сыр лишь в мышеловке. Свободна ли она?       Прошлой ночью Сара ночевала в ванной комнате. Замок на двери в ванне показался ей прочнее чем на какой-либо другой двери. Холодный кафель на полу не дал ей выспаться, но тем не менее, она чувствовала себя в безопасности. Ей даже удалось принять утром горячий душ, при этом включая и выключая струю воды, чтобы слышать звуки в коридоре. Она думала о том, что ничем не лучше этого безумца. Сара уже убивала человека. «Мне нужно сделать это еще раз», - повторяла она про себя. Тут же в голове вспыхнул образ неухоженного, рослого мужчины в маске с трещинами, и отчаяние подавило ее уверенность.       Девушка старалась следовать списку, но столкнулась с проблемами уже на седьмом пункте.

7. Очищайте ловушки для крыс

      Сара никогда не испытывала симпатии к насекомым и грызунам. Решив, что можно этого не делать, она позабыла об этом. Вечером, того же дня, проходя мимо гостиной, ее заинтересовала черная спортивная сумка в центре комнаты. Холодок пробежал по ее телу, но паниковать девушка не осмелилась. Возможно его забавляет ее реакция, и он играет с ней, как домашняя кошка играет со своей добычей, прежде чем съесть ее. Сара сжала руки в кулак, и медленными, размеренными шагами зашла в комнату. Она прислушивалась к стенам этого дома, к малейшему шороху. Очевидно, этот безумец где-то рядом, смотрит на нее, и ждет ее действий. Подойдя ближе к сумке, запахло чем-то отвратительным, настолько, что Сара согнулась и почувствовала рвотный позыв. Левой рукой она закрыла рот и нос, а правой дотянулась до замка сумки и потянула его вниз. Труп крысы уже обглатывали сотни личинок. Не успев издать даже писка, обед жидкой, желтовато-оранжевой массой пролился на гостиный ковер.       С тех пор Сара, пересиливая свое отвращение, очищает ловушки от невезучих крыс.       Одна из ночей, проведенных в этом поместье, ознаменовалась полнолунием. Когда на улице темнеет, девушка запирается в одной из комнат, и пытается уснуть, с неспокойными мыслями в голове.       Она не может сбежать отсюда. Вся территория дома окружена забором высотой около двух метров, а ворота всегда закрыты. Один раз Сара как бы невзначай прогуливалась вокруг поместья, и исследовала местность, обдумывая план побега, и ища глазами хоть одну небольшую дыру в заборе. Ее действительно удивила красота сада, уже давно увядшего, но призрачное изящество не скрыть. Потрепанные временем скульптуры, грязные, проросшие мхом, придавали особенную атмосферу саду. Краем глаза Сара заметила движение в окне на втором этаже. Ее щеки налились кровью, биение сердца участилось. Она принимала решение: избегать его или наладить контакт, чтобы втереться в доверие и предать. Набравшись смелости, чтобы посмотреть ему в глаза, она резко подняла голову к окну, и ветер обласкал ее лицо, предательски обнажив тревогу в глазах девушки. Из темноты комнаты выделялась лишь белая, потрескавшаяся маска, которую прикрывали густые, черные волосы. Пустые глазницы были устремлены прямо на нее. Он дотронулся до заляпанного оконного стекла двумя пальцами, и медленно скользил ими вниз, не отводя взгляда. К горлу поступил ком, но это уже был своего рода вызов, в котором она не желала проигрывать, и продолжала смотреть на него, пытаясь усмирить свое бешеное сердце. Время тянулось резиной. Они оба ждали действий друг друга. Тело горело, и мурашки волной шли по ее нежной коже. Снизу живота стало тепло, и появилось чувство своеобразного голода. Это чувство она не перепутает ни с чем, и от этого ей стало до безумия страшно. Ее ноги подкосились, и девушка упала на колени, успев опереться руками об землю. Тяжело дыша, и справляясь с диким природным желанием, она поймала себя на мысли, что отвела взгляд. Сара со смущением подняла голову к окну, но его там уже не было. Тогда она встала, опрокинула голову назад с закрытыми глазами, и вдохнула полной грудью. Вечерняя прохлада освобождала ее из оков собственного желания. «Обманчивая свобода так пьянит, - прошептала она, и ее губы задрожали. – Не может быть этого».       В нескольких комнатах были телефонные аппараты, настолько старые, что их окрас выцвел на солнце, и приобрели желтоватые оттенки. Ручки телефонов все были в пыли, так что можно было легко сделать вывод, что ими никто не пользуется. Сняв трубку, Сара остановилась. Кому она может позвонить? Из родных у нее был только отчим. Полиция? Это будет невероятно глупо, ведь тогда у нее точно не будет шанса на свободу. Джордж. «Ублюдок», - сквозь зубы прошипела она, и отбросила эту мысль. Постояв еще какое-то время с трубкой в руках, Сара стиснула зубы от досады и безысходности, и приложила ее к уху. Не было даже гудков, и ни одного намека на то, что телефон работал. Девушка присела на корточки, и обнаружила, что провод перерезан. Последний вариант с Эмметтом Питчером ушел на дно. Уголки губ Сары неуверенно поднялись. «Как же так вышло, - губы девушки задрожали, - что я собиралась позвонить ему?»       Эмметт Питчер – ее бывший возлюбленный. Они встретились после выпуска со школы на одной из заправок, где она работала продавщицей. Ее очаровало его обаяние, то, как он умел искусно притворяться, что ему есть дело до проблем других людей, как он проникал в сердце каждому, и словно рылся в чужих мыслях. Он вытянул ее из всех проблем жизни. Сара не стала умалчивать о заскоках своего отчима, о горе ее семьи. Эмметт ворвался в душу девушки как герой, который освободит ее от оков. Однажды, приведя его домой, Эмметт поговорил с Винсентом вне присутствия Сары, после чего, тот стал намного сдержанней, даже стал сам выполнять некоторые дела по дому.       История их любви не была долгой. В возрасте девятнадцати лет Сара Кроуфорд узнала, что она беременна. Эта новость явно не была радостной ни для одной половинки, ни для другой. Эмметт побоялся быть причастным к этому. В их маленьком городке такие вести разлетаются как горячие пирожки, и не поощряются окружающими. Он боялся осуждения, поэтому выдумал историю о том, как Сара Кроуфорд, дочь Винсента Кроуфорда, вполне уважаемого человека в их городе как охотника, ходила «налево» во время того, как она встречалась с ним. Как итог, ее уволили с работы, и отчим стал ее еще больше угнетать. Она иногда до сих пор замечает на себе неодобрительные взгляды окружающих. Свою невиновность она не могла доказать.       Вставая на ноги, Сара пошатнулась. Боль резко пронзила ее в висок, от чего девушка схватилась за голову.       Мокрое пальто уже висело на вешалке, и гость прошел на кухню.       «Как себя чувствует Амели? – его губы скривились. – Простите. Сара.»       Он положил свой кожаный портфель на стул, и сел за стол, пристально наблюдая за малышкой, которая тем временем также не отрывала от него глаз.       Образ мужчины перед глазами был слишком расплывчат. Словно дрелью, боль отдавалась в виске.       «Сара ничего не вспоминает. Я надеюсь, она и не вспомнит. – Женщина устало вздохнула, продолжая разливать чай по чашкам. – Господи, какая трагедия… Сначала дочь, потом родители.»       Изабель подала чашки с Эрл Греем на стол.       «Мы о ней позаботимся. Не беспокойтесь, Чарльз» - она искреннее улыбнулась, и осторожно сделала глоток.       Мужчина ни секунды не сомневался в этом.       «Поиграем, Сара?» - его уголки губ поднялись вверх, оголяя кривые передние зубы.       Очнувшись из воспоминаний, девушка приоткрыла глаза, и вскрикнула. В метре от нее стоял Брамс. В маске, черных штанах и темно-зеленой кофте. Испуг сменился оцепенением и полной растерянностью. Он застал ее врасплох.       Они читали друг друга, смотря в глаза. Брамс сам не был уверен в том, что он делает. Он лишь подчинялся своему желанию – прикоснуться к ней. Его правая рука приближалась к белокурой голове девушки. Сара поймала себя на мысли дернуться назад, и вовремя опомнилась. Она может вкрасться в его доверие. Рука Брамса остановилась на светлых, спутанных волосах. Он наслаждался каждой секундой, а она умоляюще смотрела на него, краснея на глазах. Пальцами обведя локон, рука двигалась все ниже. Девушка чувствовала собственное сердцебиение по всему телу, словно изнутри что-то хотело выбраться. Сара прикусила губу, чтобы скрыть истинные чувства болью. Чтобы не было приятных ощущений. Когда пальцы оказалась у щеки, он поменял положение на тыльную сторону кисти, и продолжал скользить к шее. Под маской становилось жарко, а руки начали дрожать. Его взгляд спустился на тонкую, женскую шею, где виднелись слабые зеленовато-желтые синяки. Обхватив шею пальцами, он понял, что это следы от большого и указательного пальца. У Брамса появилось непреодолимое желание защитить и заботиться о ней, как когда-то Гретту. От страха Сара зажмурилась, и сжала руки в кулак. Когда человек слеп, другие его чувства становятся острее. Так и она полностью ощутила нежность его прикосновений, и сильнее прикусила губу до крови. Увидев, как с тонких губ стекает пурпурного цвета капля, Брамс остановился, убрал руку и отошел от нее, не спуская глаз. Он испугался самого себя. Как далеко это могло зайти? Открыв глаза, Сара увидела перед собой возбужденного мужчину, чье судорожное дыхание билось в фарфоровую маску.       Девушку словно скрутило, и она, упав на четвереньки, была готова прочистить свой желудок. Слеза покатилась с переносицы, до кончика носа, и стремительно упала на пол. Не поднимая глаз, Сара услышала отдаляющиеся шаги и скрип деревянных половиц.