Помоги мне...

Реборн был в шоке. Он не мог поверить, что они с Савадой были знакомы уже семь лет. Он вспомнил свои чувства, и ему стало не по себе. Ведь Тсуна ничего не забыл, и если его слова любви были правдой, то проводить время с Реборном боссу Вонголы было тяжело. — А как Савада-сан выбрался оттуда? — Реборн задал волнующий его вопрос. — Через полгода Гокудера-кун нашел его место нахождение и, собрав всех хранителей, вытащил Тсуну-куна, при этом убивая всех, кто был хоть как-то причастен к этой организации. Когда они вытащили и его оттуда, он был в ужасном состоянии: все его вены были истыканы наркотиками, на всем теле куча порезов. Он едва мог передвигаться и говорить. Потом Тсуна-кун еще два месяца лежал в больнице на реабилитации. Мы сильно переживали, ведь врачи говорили, что шансы выжить у него не велики. Но его как будто что-то держало в этом мире, и он выкарабкался. Правда, что его удерживает, мы узнали только потом. Мы регулярно его навещали. Когда Тсуна-кун встал на ноги, он сразу направился в особняк, при этом отправив родителей в Италию, где они и живут до сих пор. А сам взялся за работу. А потом через несколько лет на Вонголу налетела одна новая, но достаточно сильная семья. И им пришлось скрыться, — рассказала Киока. — А насчет моей семьи? — Ну Вы ведь все забыли. Но могу сказать, что Тсуна-кун приходил к вам после того, как он вышел из больницы, — продолжила Киока. — И да, Реборн-сан, скорее всего, Тсуна-сан уже знает, кто убийца, — предупредила Хару. — Что? Тогда почему он ничего не сказал? — Реборн-сан, теперь, когда Вы все вспомнили, просто подумайте, — попросила Хару. Реборн задумался, но ничего не приходило на ум. И Хару решила, что сейчас нет времени ждать. — Он хочет побыть рядом с вами подольше. На самом деле, он даже и не думал рассказывать вам правду о том, что Вы знакомы. — Почему? — Мы не знаем, Реборн-сан. Вам ведь есть, что сказать Тсуне-сану? Мне кажется, Вы его порадуете, если расскажете, что все вспомнили, — сказала Хару. Киока протянула брюнету листок с адресом. И Реборн не стал ждать разрешения, он встал и поклонился девушкам. — Спасибо. — Не надо нас благодарить. Мы всего лишь хотим, чтобы Вы и Тсуна-кун были счастливы, — мило улыбнулась Киока. Реборн выпрямился и вышел из здания. Глядя на записку с адресом, брюнет вспоминал, где находится эта улица, и ускорил шаг.

***

— Ох! Хорошо посидели! — кричал Емицу. — Как хорошо, что мой сын уже такой взрослый, и я могу с ним выпить! Емицу и Нана смеются, а Тсуна счастлив, он смеется вместе с ними. В первый раз за столько лет он смеется неподдельно, а по-настоящему, хотя это и продолжалось недолго. Его родители пошли спать, а сам босс Вонголы зашёл в свою комнату и подошел к своему столу. На столе стояла рамка, в которой было фото Реборна и самого Тсуны, сделанное больше семи лет назад. Он улыбнулся, вспоминая те времена. А вот его сердце болезненно сжалось. Тсуна не мог больше терпеть. Боль заполнила его с головой. Еще чуть-чуть, и у него будет нервный срыв. Савада младший уже лег в кровать, когда услышал из соседний комнаты крики. Он вскочил и побежал туда, осознавая, что там спят его родители. Когда он забежал в комнату, его родители уже были мертвы. А человек, который их убил, стоял рядом с телом Наны. Тсуну захлестнула ярость, и он, не думая ни о чем, бросился на врага. Через пару секунд он стоял над бездыханном телом посередине комнаты весь в крови. Под влиянием пламени Неба кровь быстро исчезла. Тсуна не верил в то, что произошло. Или просто не хотел верить. — Савада-сан!!! — громкий крик из коридора не отвлек Тсуну. Босс Вонголы присел рядом с телом своей мамы и приподнял ее голову. Она уже не дышала. Реборн появился в дверном проеме и остановился, не способный двигаться. Человек, которого он знал, сейчас был другим. От него исходила убийственная аура, от которой бросало в дрожь. На его лбу и руках горело пламя. И оно было невероятно сильным. Немножко постояв, брюнет понял, что Савада плачет. Реборн боялся даже подойти к Тсуне, но все же подошел к нему, присел и обнял того за шею. — Тсунаеши-сан, успокойтесь, пожалуйста. Я вас больше не оставлю. Пожалуйста, успокойтесь. Я все вспомнил, пожалуйста, услышьте меня. Мы найдём убийцу ваших родителей. Голос Реборна подрагивал. Он и вправду боялся такого Тсуну. Но вот пламя Небо утихло, а слезы не прекращались. Нет, они не усилились, Савада не всхлипывал. Он молча плакал, стараясь унять всю боль, что накопилась в нем, и не дать этой боли выйти. И пока получалось. «Сейчас нельзя. Если это пламя вырвется, то Реборн пострадает. Нужно немного подождать, ребята уже рядом.» — думал Тсуна. Реборн обнял Тсуну посильнее, он не знал, что ему делать, но чувствовал, как из Савады начало сочиться что-то темное. И Реборна бросило в дрожь от страха. Теперь он еще больше боялся выпускать Саваду из своих объятий. Он думал, что если выпустит, то босса Вонголы поглотит темнота. Но вдруг кто-то схватил его за плечо и отдернул назад. Теперь Реборн сидел на полу, а перед ним стоял уже взрослый Гокудера Хаято. — Реборн, немедленно покинь комнату!!! — Хаято не просил, а приказывал брюнету. Но киллер не мог пошевелиться. Он не знал, что происходит, и боялся покидать комнату. Савада также сидел, прижимая к груди голову мертвой Наны, а из глаз текли слезы. В мгновенье ока все хранители Вонголы были в комнате и окружили своего босса. — Что нам делать, Хаято?! — крикнул парень с катаной за спиной. И Реборн вспомнил, что этого парня зовут Ямамото Такеши. — Просто сдерживайте силу Джудайме. Сейчас мы не сможем его остановить!!! — крикнул Хаято в ответ. В комнате стоял жуткий шум. И поэтому всем приходилось кричать. — Что ты имеешь в виду, травоядное? Думаешь, мы не сможем его остановить? — крикнул парень по имени Хибари Кея. — Замолкни, Хибари, и сдерживай пламя братца! Во имя ЭКСТРИМА!!! — кричал Рехей. В один миг все хранители выпустили свое пламя, создавая купол над Савадой и не давая его пламени выйти за пределы барьера. — Что происходит с Тсунаёши-саном?! — крича спросил Реборн. — Выброс негативной энергии, — ответил парень, который был меньше всех. Это Ламбо. — Тсуна никогда ни с кем не делится своими душевными терзаниями, предпочитая копить их в себе. А потом выбрасывает их вот таким вот образом. Пожалуй, за последние семь лет он не рассказывал никому, что творится у него на душе. — А что будет с Тсунаеши-саном, когда это закончится? — У него не останется сил и он какое-то время пролежит без сознания. В прошлый раз восстановление пламени заняло три дня. Реборн так испугался, но он не мог помешать им. Он внимательно слушал и прекрасно понимал, о чем говорил этот парень. Он вспомнил, что с тех пор, как ему стёрли память, он никому не рассказывал, что творится у него на душе. Пожалуй, в этом они похожи. И, может, когда он встретился с Тсуной, брюнет почувствовал что-то родное и перестал сдерживать свои эмоции. Савада же сдерживал свои тщательно, не желая их показывать. Через некоторое время все хранители опустились на колени и тяжело дышали. — Все закончилось? — спросил Хроме. — Кофу-фу-фу! Закончилось. Тсуна-сан потерял сознание и теперь проснется неизвестно когда. Значит, у нас выходные. — Заткнись, Мукуро! Нет у нас выходных, мы только вернулись из двухлетнего отпуска! — Гокудера был в ярости. Он кричал на всех. — Босс в таком состоянии! Рехей, перенеси Джудайме в его комнату и отправляйся в особняк Джигланейро! Такеши, Ламбо, Хибари и Мукуро! Уберите все здесь. Хроме, тебе задача сходить к Хару и Киоке и проверить, как они! И скажи, чтобы в ближайшие пару дней из дома ни ногой! Реборн заметил, что никто из хранителей не посмел и слова сказать, все просто разошлись, чтобы выполнить приказы. Когда Хаято раздал всем приказы, он подошел к сидящему на полу брюнету и протянул ему руку. — Вставай, нам надо поговорить. Реборн взялся за предложенную руку и встал. Гокудера вывел его на балкон через вход, который находился на кухне. — Ты вспомнил? — это был первый вопрос, который задал ему Хаято. — Да. — Ясно. Тебе ведь уже сказали, что Джудайме знает, кто убийца, но просто не говорит? — Да. И сейчас я понимаю почему, — Реборну было тяжело отвечать на эти вопросы, ведь он знал, что Тсуна не хотел снова ввязывать Реборна в неприятности, но не вышло. — Тогда у тебе два варианта. Первый — ты просто исчезаешь из жизни Джудайме и будешь жить обычной жизнью, а мы стираем Джудайме память о тебе совсем. Второй — ты станешь частью Вонголы и поможешь нам. Решать тебе. Реборн внимательно слушал Гокудеру, но он уже знал ответ. Он больше не оставит Тсуну. Он больше не заставит его страдать. — Я стану частью Вонголы. Я больше не останусь в стороне, ябольше не заставлю его страдать, — последние слова Реборн сказал тихо. — Ты сделал свой выбор. Тогда пока Джудайме не проснется, ты будешь здесь. — А Вы куда, Гокудера-сан? — Я? А я должен приглядеть за членами Варии. А то эти сволочи весь особняк разнесут.

***

Когда Реборн оказался у Савады, он сел на стул рядом с кроватью. Брюнет убрал рукой пряди со лба Тсуны. Ему хотелось, чтобы он чаще видел босса Вонголы таким умиротворенным. Реборн не мог налюбоваться спокойно спящим Савадой. Но просидел Реборн недолго, вскоре он уснул держа Тсуну за руку.

***

Проснулся Реборн не на стуле, а лежа в кровати. Сначала брюнет не понимал, где находится и почему он лежит в кровати, когда уснул сидящим на стуле, потом до него дошло, что он в комнате Савады. Он сел и осмотрелся. Хозяин комнаты сидел за столом и перебирал какие-то бумаги, некоторые подписывал, другие сминал и выбрасывал. Реборн встал и бесшумно подошел к Тсуне. Босс Вонголы сидел в небольшом кресле на колёсиках, так что брюнет мог спокойно обнять его, стоя за спиной. Что он, собственно, и сделал. Тсуна вздрогнул: он был так погружен в работу, что даже не услышал, как Реборн проснулся и подошел к нему. — Ты выспался? — спросил Савада, не отрывая взгляда от бумаг. — Я перенес тебя где-то в середине ночи. Думал, так будет лучше. — Да, спасибо, — ответил Реборн. Он и не обратил внимания на то, что Тсуна не посмотрел на него. Он знал, что у боссов всегда много работы. Особенно, если семья была распущена на какое-то время. — Почему ты проснулся так рано? Ламбо-сан сказал, что ты будешь спать достаточно долго. Тсуна посмеялся. — Ламбо преувеличивал. Сейчас мое пламя восстанавливается за пару часов. Это раньше мне требовалась несколько суток на восстановление. — Тсунаеши-сан, я так испугался за вас, — Реборн прижался к Тсуне. — Пожалуйста, больше не делайте так. Если вас что-то тревожит, расскажите мне. Я выслушаю. — Да. Спасибо, — Босс Вонголы улыбнулся, наконец посмотрев на брюнета. Но на самом деле Савада не хотел обременять его своими проблемами и переживаниями. — Сегодня в агенстве соберутся все хранители и убийцы из Варии. Так что будь осторожен. Ладно? — Ага, — ответил Реборн, отходя от Тсуны. — Тсунаёши-сан, а Вы ведь в порядке? — Что ты имеешь в виду? — Ну, я имею в виду твоих родителей, — Реборну не хотелось, чтобы Тсуна снова погрузился в бездну отчаяния. — Не беспокойся, и я и мои родители знали, что это скоро случится. Когда я лежал в больнице, я рассказал родителям, чем я занимаюсь на самом деле и они меня поняли. Но я их сразу предупредил, что жить в Японии опасно, и поэтому я отправил их в Италию. Я говорил им, чтобы они не приезжали ко мне или приезжали, но очень редко. Так и случилось после того, как меня выписали из больницы, мы с ними больше не виделись, — Тсуна грустно улыбнулся. — Кстати, Реборн, как ты вчера попал в квартиру? — Я? Дверь была открыта. Брюнету не верилось, что Савада так спокойно перенес смерть своих родителей. Хотя теперь его мучал вопрос: сможет ли он быть полезным в Вонголе? И кто же все-таки убил его босса и родителей Тсуны? Придя на кухню, он заметил, что на столе стоит свежеприготовленный завтрак. — Такеши-кун постарался, — донесся голос из-за спины Реборна. Брюнет обернулся. Перед ним стоял Тсуна. Домашний Тсуна. Реборн стоял и смотрел на Саваду. Как тот подходит к нему и обвивает руки вокруг талии брюнета, а голову кладет ему на плечо. Давно он не чувствовал такого умиротворения. — Можем мы немного так постоять? — спросил Тсуна. Ему хотелось подольше ощущать это спокойствие. Но если Реборн будет против, Савада не будет возражать. — Да, — ответил Реборн, ему тоже было спокойно. Он прекрасно знал, что для Тсуны это спасательное спокойствие. — Тебе ведь так спокойно, да? — Ага. Когда ты рядом со мной, мне легче. Хочется обо всем забыть, — Тсуна отпустил Реборна из объятий и подошел к столу. — Я попросил Такеши-куна приготовить завтрак. Я и сам еще не завтракал. Садись и угощайся. Реборн сел. Ему не верилось, что он будет завтракать вот так. Ему это напоминало сцену из фильма. Какого-то романтического фильма. Но вспоминая о вчерашнем больше напоминало фильм ужасов, где семейная пара сидит за столом, даже не подозревая, что скоро кого-то не станет. Или из мелодрамы, где скоро им придется расстаться. И Реборн всей душой верил, что ему просто кажется. И действительно, завтрак прошел спокойно, они общались и чувствовали себя абсолютно счастливыми. После завтрака Реборн и Тсуна сразу направились в агенство.

***

— Привет, ребята, — сказал Тсуна, как только они зашли в агенство. — Здравствуйте, Джудайме. Как Вы? — спросил Хаято. — Все в порядке, — Савада улыбнулся. — Тсуна!!! — из глубины комнаты появился Ламбо и бросился обнимать своего босса. — Ламбо так скучал! Почему ты нас не звал?! — Ламбо кричал и плакал. А Реборн офигевал от происходящего. — Эй ты, Тупая Корова, не приставай к Джудайме!!! — кричал Хаято так, что Реборну показалось, что он оглох. Брюнет не понимал, как они это терпят? Но спасение пришло в лице Тсуны. — Хаято-кун, ты слишком громкий. Пожалуйста, потише, — и тишина наступила сама собой, но не надолго. Через мгновение Гокудера упал на колени и стал просить прощения. Реборн опешил от этого действия, он подошел к Тсуне и тихо спросил. — А это нормально? — А? Ах да, точно! Ты же о них ничего не знаешь. Да, это совершено нормально, смотри. И вправду, когда брюнет повернул голову, Хаято о чем-то разговаривал с Такеши. — Ке-сан, а где Вариийцы? — спросил Савада у Хибари, который сидел в другом конце комнаты, не желая ввязываться в лишние разговоры. Но ответить все равно пришлось. — Они… — закончить ему не дали криком из соседний комнаты. — Мы здесь! Какого хрена, мусор, мы должны тебя ждать?! — орал Занзас не тише Хаято, но когда из комнаты вышел его подчиненный и стал возмущаться, Реборн понял, почему ни Тсуна ни его хранители не замечают ора Гокудеры. — Врооой!!! Чертов Босс!!! Какого хрена ты на него орешь. Не боишься огрести? — Скуало явно был не доволен, что его босс кричит на Тсуну. Но ни тот, ни другой не обратили на него внимания. — Занзас, ты привез то, что я просил? — спросил Тсуна, когда все успокоились. — Конечно, мелочь. Попробуй здесь не привези. Ты же мне голову обещал оторвать, если я не достану эту фотографию, — ответил Занзас. — Верно! Хотя эта фотография не стоит и твоего мизинца. Ты уж прости меня. Это фото мне просто для пафосности нужно было. Я-то его знаю, — посмеялся Тсуна. А вот Реборн не на шутку испугался, потому что Занзас кипел от злости. Его держали три офицера Варии. А Савада лишь смеялся, наблюдая за этой сценой. Но через несколько мгновений он стал серьёзным. И все напряглись. — Давайте начнем. Садитесь. Все, находившиеся в комнате, сели и стали ждать, когда Тсуна начнет. Савада встал напротив всех и произнес эти роковые слова. — Тот, кто убил всех из семьи Джигланейро, был никто иной, как…