Сборник Драбблов BTS

Предупреждение: элементы гуро, сцены насилия

– Сопляк, - мужчина сплюнул в сторону сгустком желтоватой слизи и вернулся к висящей под потолком девушке. Т/И затаила дыхание, снова услышав приближающиеся шаги. Кромешная тьма сдавливала грудь, неудобное положение рук сбивало и без того беспокойный ритм сердца; казалось, еще немного, и все вокруг поплывет за горизонт, где боль не имеет веса. – Ух, дорогуша, неприлично выставлять свои привлекательные формы напоказ… Холодные пальцы нагло сжали девичью грудь, и что-то мокрое и влажное коснулось набухшего от холода и страха соска. Отвращение к самой себе смешалось с резким желанием оттолкнуть обидчика, но никто не мог предугадать, что этот психопат может сделать в другую секунду. Издали послышались томные вздохи, и Т/И сжала губы, чувствуя, как слезы заполняют пространство между полотном повязки и распаленной кожей щек. – Думаешь? – прохрипел следователь, гремя цепями ножных оков. – Отвали от нее и покажи мне, на что способен. – Нет! – шикнула девушка, когда мужчина немного отошел к операционному столу, где лежало тело Джонатана. – Что ты делаешь? Юнги машинально подмигнул коллеге, но тут же вспомнил про мебельные скобы на ее висках. Возможно, его острый ум уже не так хорошо работал, и некоторые естественные рефлексы были чуть заторможены. Парень знал, что в данную секунду основной задачей являлось спасение жизни любимого человека. Т/И и сама понимала это: ввиду повреждений, к счастью, не представляющих серьезную угрозу психическому и физическому здоровью, она была способна принимать ответственные решения, в которых Мин, пожалуй, нуждался куда больше. Он видел все, что творилось в помещении, окруженном дымкой тишины и ужаса, где царил холод и мрак, и мухи злотворно жужжали возле потрескивающих ламп под потолком. За многие годы работы следователи научились понимать друг друга, но особенно мучительно было потерять эту нить. И этот чертов маньяк знал. – Послушай нашу красавицу, - мужчина вздохнул и, поправив халат, который едва сходился на его пышном животе, взял с соседнего столика ручную пилу. – Кто ж знал, что с вами так приятно вести беседу. Мин напрягся и, придержав цепь, встал на колени. Из-за недостатка сна и еды ломило тело, но всю усталость снимало как по заклинанию, когда этот псих возвращался. Раза три или четыре он точно уходил за дверь, оставляя ее при этом открытой, словно не продумывая вариант, что у кого-нибудь из его жертв может быть средство для побега. Напарники сохраняли веру в то, что оперативная группа уже выехала по горячим следам. Если сигнал со стационарного радара в участке пропал, заметить это мог только самый отпетый болван, коих, к счастью, в местную полицию старались не брать. Звук рваной плоти и хруста хрящей нарушил ауру тревоги вокруг Т/И, добавив еще большего масла в огонь. Она дернула руками, поцарапав запястья о жесткую и толстую веревку, и только немой крик застрял в горле, словно кто-то переключил громкость у прибора. Мужчина спокойно и размеренно распиливал мертвое тело, пока Юнги ерзал по полу, пытаясь закрыть уши. – Дыши, Т/И, только дыши, - следователь обхватил собственное лицо руками и замер, наблюдая, как бедняжка буквально бьется в мучительной истерике. Буквально душит себя заживо. – Черт подери, я думала, - резкий вздох, продолжительный выдох. Стрекот лампы, жужжание мух и хруст кости под напором ручной пилы, - я думала… тебя… – Глупая, молчи, - следователь откинулся спиной к холодной стене и откашлялся. – Зачем? Мужчина остановился, и девушка открыла рот, но как только она сделала глоток спасительного кислорода, что-то острое и теплое коснулось кожи на животе. Там, где под ребрами зияла длинная рана, похожая внешне на ту, которую прятал под футболкой маленький Энди. Т/И взвизгнула, но не посмела даже шелохнуться, пока этот извращенец собирал в небольшую пробирку пробы живой, горячей крови. Юнги мысленно проклял себя за то, что посмел задать вопрос. – Казнишь себя за любопытство? – хмыкнул мужчина, пока девушка чуть слышно постанывала от страха. – Не переживай, я бы все равно это сделал. – Какой у тебя мотив убивать Дэнвина? Причинять ему боль даже после смерти. – Я приятно польщен знаниями беспрестанной зубрежки методички детектива, но попробуй подойти к этому с иной стороны, - темноволосый развел руками, в одной из которых по-прежнему была зажата пила, а в другой поблескивала мутная пленка свернувшейся плазмы. – Почему я не предал его тело земле, что скажешь? Прозаично, по-моему, даже жаль, что некому записать. – Пытаешься казаться настоящим исследователем? – Юнги усмехнулся и поднялся на ноги. – Любой другой может кидаться в напуганных жертв остроумными фразами, заученными заранее из каких-нибудь дешевых передач, которые идут по телевизорам в позднее время, чтобы запугать наивных старушек. – Ты не только глуп, но еще и безрассуден, - мужчина перелил алую жидкость в отдельный сосуд, отложил инструмент и снова подошел к Т/И. – А теперь скажи, отчего человек умрет быстрее: если ему свернуть шею или вспороть горло? – Не стоит манипулировать мной через эту девчонку, - следователь потеряла контроль над собственным сознанием и попросту провалилась в обморок. Естественная реакция организма, истощенного без еды и воды, огражденного толстой стеной страха и неведения. Мин заметил, как голова девушки расслабленно повисла на груди, и выдохнул, стараясь ценить все минуты благоговейной тишины, чтобы попытаться усмирить ублюдка через собственные психологические методы. – Тебе стоило внимательнее следить за ней. Кто позволил такой впечатлительной и хрупкой женщине стать тем, кто, как и я, исследует трупы? – Это и послужило оправданием дела всей твоей жизни? – Юнги по-прежнему крепко держался на своих двоих, не сводя глаз с ручной пилы, лежащей у практически отпиленной руки Джонатана. – Видишь ли, если бы я просто рассказал тебе о своих мотивах, а потом убил… слишком банально, - мужчина подошел к юноше и взглянул на него сверху вниз, так как был на пару футов выше. – Считаешь, я настолько открыт к общению с тобой? Не дури, а лучше помалкивай. Психопат отошел к столу, оставил пару заметок в своем журнале, сложил часть тела в пакет и скрылся за дверью. Прелый летний воздух тянулся тонкой струей из-за порога, но истошного смрада гниющей плоти из помещения, казалось, уже не выветришь даже за несколько недель. Бедняга Дэнвин лежал здесь явно не первые сутки. По показаниям в деле, страницы которого пытался воспроизвести в памяти следователь, Джонатан пропал около семи дней назад, но следы крови, которые находились в здании заброшенного флигеля, - от силы несколько часов. Неудачный анализ лаборатории или еще одно тело? Юнги хотел подумать над этим, когда вытащит подругу из оков, а потому тут же отбросил всевозможные догадки в поисках предмета, подходящего для самообороны. Через несколько минут Т/И пришла в себя: перед глазами по-прежнему царила тьма. Она вдохнула и закашлялась, машинально вертя головой из стороны в сторону, как ребенок, отказывающийся кушать пюре из брокколи. Кое-как Мин дотянулся до ближайшей банки с опорожненной рыбой и скинул ее с полки. Стекло разбилось, разлетевшись мелкими кусочками по бетонному полу, а ее содержимое расплескалось, оставив на низко стоящих коробках следы формалина. Следователь взял осколок и спрятал его в карманы джинсов. – Что случилось? – Т/И шевельнула ногами, задев запекшееся под пальцами пятно крови. – Что этот мерзавец сделал со мной? – Не волнуйся, ты цела и невредима, - взгляд юноши снова упал на оголенную девичью грудь. Грязные и постыдные мысли попытались прокрасться в помутненное сознание, но часть еще держалась. По крайней мере, старалась из всех сил. – Я нашел то, чем смогу ранить его. – Стекло? Хорошая мысль, - девушка вскинула брови, но никто, кроме ее самой, не мог увидеть, даже почувствовать это мимолетное движение. В ту секунду обоим хотелось почувствовать обжигающее дыхание поцелуя на собственной коже. – Брось. – Что? – Юнги переступил с ноги на ногу. – Попробуй срезать веревку, вспомни учения метания ножа, - Т/И попыталась подтянуться, чтобы прилить немного крови к отекшим запястьям. – Под углом. – Он отскочит и ранит тебя, - юноша понурил голову и сжал губы, вытаскивая из кармана острый кусок. – Ты сейчас пытаешься беспокоиться из-за царапины?! – следователь разжала пальцы. – Бросай, твою… Глухой выстрел не позволил девушке закончить фразу: мужчина застыл в проеме с крепко сжатым в руке пистолетом. Юнги слегка пошатнулся и упал, скатившись по стене. Из рваной раны на ноге тут же брызнул фонтан крови, смешавшийся с вплеснувшимся в голове страхом и отчаянием. Т/И крикнула, но тут же осеклась, услышав, как тяжелое тело юноши сползает по полу. Мин сдавленно кашлянул и, прижав пальцами артерию, закрыл глаза.